Сгорит всё ложное, а с ними и лжецы...

***

      Говорят, что темнота не может ослепить…       Поверьте мне — может.       Оказавшись во мраке скалы, мне на мгновение показалось, что я ощущаю как по моей коже липкой жижей стекает беспросветная мгла, проникая в саму плоть и душу.       — Герми… Где ты? — словно слепой котенок позвал я ведьму, лелея последний лучик надежды на то, что она пришла в себя от жуткого транса и сможет мне ответить.       Я оказался прав. Ее ледяная рука коснулась моей и я смог услышать как стучат ее зубы, а голос дрожит.       — Я здесь…       — Ты помнишь что с тобой было?       — С трудом… — с трудом выдавила Гермиона, сильнее сжимая мою руку, — та энергия, которой пропитана вся скала, завладела моим рассудком и я видела непонятные видения, пролетающие с такой скоростью, что я не могла понять ничего из увиденного…       — Люмос! — взмахнул я палочкой и окружающее нас пространство озарилось потоком света, разгоняя сгустившуюся тьму.       Осмотревшись по сторонам, мы увидели, что оказались в огромной пещере. Снаружи я никогда бы не мог подумать, что внутри скрывается настолько обширное пространство. Словно прочитав мои мысли, Гермиона ахнула, широко распахнув и без того огромные глаза.       — Это же… Заклинание незримого расширения… Я пользовалась им, когда расширяла пространство своей сумочки. Ты ведь помнишь?       — Конечно, — согласно кивнул я, — только… Кто использовал его в этом месте и для чего?       Ощутив мое замешательство, она поежилась от холода и внимательнее посмотрела в мои глаза, словно ища ответа в них. Лишь спустя несколько мгновений она тихо сказала, кивнув в противоположную от нас сторону.       -Вон там что-то есть…       Действительно, развернувшись, я увидел небольшой выступ в стене, похожий на небольшую пещеру, укрываемую полумраком невообразимо высокой стены.       Потянув Гермиону за руку, я направился туда, влекомый странным чувством «необходимости». Так я называл непонятно откуда появляющийся эмоциональный подъем, смешанный с не менее сильным волнением от необычайного желания что-то получить или узнать. Подобное я ощущал лишь несколько раз в жизни, каждый из которых был связан с моим собственным выживанием в борьбе с Волан-де-Мортом.       Но… сейчас он был мертв… Тогда что же?..       За минуту преодолев расстояние в сто метров, мы оказались около расщелины в стене, которая еще издалека показалась нам пещерой.        Взглянув на Герми, я убедился, что она согласна войти вместе со мной туда, чтобы узнать, какой маг создал себе убежище настолько далеко и могли бы мы сами хотя бы на некоторое время остановиться тут.

***

      Войдя внутрь, некоторое время мы шли в полной темноте, держась за руки и лишь слегка касаясь стены, поросшей мхом и паутиной. Наконец, впереди забрезжил еле уловимый лучик света, завидев который, мы словно по команде ускорили шаг и оказались в просторном, обустроенном под кабинет, помещении.       В каменные стены были врезаны деревянные, резные шкафы, полностью заставленные книгами. На столе валялась целая кипа пыльных свитков, по которым ползали жирные, медлительные пауки.       Пройдя чуть вперед, Гермиона с интересом стала перекладывать книги и бумаги на столе, явно надеясь найти нечто интересное для нас самих, но через несколько секунд схватился за голову в припадке сильнейшей боли.       — Гарри! — только и успела выкрикнуть она, прежде чем приступ свалил ее на холодный каменный пол.       — Что с тобой?! — закричал я, чувствуя как внутри меня полностью охватывает необыкновенное чувство паники и безысходности. Опустившись рядом с ней на колени, я ощутил как все ее тело бьется в невообразимом припадке, а сама она не в состоянии сказать ни слова от сковывающей боли.       Наколдовав воду, я пытался дать Гермионе попить, но она не могла разжать губ, словно в бреду твердя только одно: «нет… нет… отпусти…»       Крепче сжимая обе ее руки и придавив ноги к полу, чтобы у нее не было возможности навредить себе, я прождал около пяти минут, которые для меня тянулись целую вечность… Казалось, вот-вот настанет момент, когда чудовищная боль отпустит самое любимое мое существо на всем белом свете, и мысленно я молился лишь об этом, хотя и не знал ни единой молитвы, перебирая в голове скудные мольбы, которыми полнилось сейчас мое сердце.       Лишь спустя несколько минут я заметил как на ее шее проступают гематомы, складывающиеся в невнятные узоры, оплетающие ее плечи и страх охватил меня с новой силой. Перепробовав все знакомые мне заклинания, я закричал словно раненое животное, ведь впервые они не действовали…       В отчаянии проведя рукой по появляющимся отметинам Гермионы, я почувствовал исходящую от них черную магию, но не успел даже удивиться этому, как оказался захваченным в сильнейший энергетический круговорот. Меня словно невидимым ветром било об стенки воронки черного заклинания, а я в этот момент не был великим избранным… Больше всего походил на простого магла, жадно хватающего ртом воздух, чтобы не задохнуться от той колоссальной магической активности.       Но… Силы покинули меня, и, ударившись обо что-то тяжелое, я потерял сознание.

***

      Меня вновь окружала беспроглядная тьма.       Только в этот раз я не мог представить, где могу находиться.       «Неужели я умер?..» — пронеслась в моей голове шальная мысль и сердце сжалось от боли.       — Ты не умер! — услышал я громогласный голос откуда-то сверху, но запрокинув голову, не увидел никого.       — Кто ты? И если не умер, то где нахожусь?!       В ответ я услышал лишь холодный смех, пробирающий до самых костей. На несколько секунд наступила тишина.       — Почему ты молчишь?! — в отчаянии выкрикнул я, опасаясь оставаться один на один с леденящей душу пустотой.       — Как ответить тому, кто не владеет своими мыслями о том, что касается лишь их?       — Не говори загадками! Выходи немедленно! — чувствуя, что теряю терпение, закричал я, но в ответ услышал знакомый хохот.       — Ты смешной, Гарри Поттер…       — Откуда ты знаешь мое имя?       — Поверь, я знаю многое о тебе и твоей спутнице. Например то, что ее посещают видения о которых она не желает тебе рассказывать…       — Лжешь! Она говорит мне о них!       — Так ли это? Сказать об их наличии — одно, а рассказать о том, что видела она — другое… Неужели так боится потерять твое расположение, что проще мучаться всепожирающими мыслями в одиночку?       — Я не понимаю о чем ты говоришь! — окончательно теряя терпение, изо всех сил выкрикнул я.       — В таком случае, на столе лежит свиток… Он-третий от левого угла. Прочти его и тебе станет немного понятнее…       Я вскочил с пола в ледяном поту и со сбившимся дыханием осмотрелся по сторонам, ища взглядом Гермиону.       Она стояла около стола и держала в руках тот самый свиток.       На него капали ее слезы…