Сгорит всё ложное, а с ними и лжецы...

***

      Изогнутые ветки деревьев больно впивались в кожу, оставляя на ней мелкие царапины.       Слабо простонав от боли, волшебник поднялся с земли, направляясь к своей спутнице.       — Гермиона? Ты в порядке?       Ведьма сидела на промокшей от дождя листве, вытирая с рук грязевые капли, смешанные с кровью.       — В порядке. — последовал короткий ответ, и, девушка самостоятельно поднялась с земли, проигнорировав поданную Драко руку.       — Зачем тебе та библиотека? Я слышал о ней весьма нелестные отзывы. — спросил Малфой, направляясь следом за фигурой удаляющейся Грейнджер.       — Поэтому, я решила посетить именно её. — решительно ответила девушка, смотря вперёд.       Ей хотелось верить, что вылазка в «библиотеку всех тёмных», как её за глаза называли, принесёт долгожданный результат и она сможет найти необходимую ей информацию.       Не понимая, что имеет ввиду его спутница, Малфой решил молча подчиниться решительным действиям ведьмы, не обращавшей внимания на одолевавшее его внутреннее смущение.       Разумеется, слизериновец осознавал всю безрезультатность этого похода. Ему было неприятно бегать по лесам, в поисках неведомого тёмного знания, призрачное сияние которого, всецело захватило внимание приятельницы, затмив её рассудок.       В ином случае, парень попытался бы отговорить подругу от столь необдуманного поступка, но… Не в этот раз.       Словно, подпитавшаяся ненавистью от его садиста — отца, Гермиона, не видела ни единой преграды в том, что желала получить. Она видела лишь горевшую впереди цель, достижение которой было самым важным делом пособницы избранного волшебника.       Избранного…       С какой ненавистью вспоминал Драко это слово. Оно ассоциировалось в его голове с презираемым соперником, всецело захватившим внимание Грейнджер. Ежедневно, маг ощущал в груди столь сильное жгучее чувство ревности и отвращения к Поттеру, что был не в силах сдерживать его, проявляя пренебрежение всякий раз, когда имел возможность столкнуться с всем известной троицей.       Невыносимо было бороться и с теми чувствами, что порождала в его душе ведьма.       О, да — а… Как же это банально.       Вечный антагонист влюбился в объект своего презрения, всеми силами стараясь скрыть неизведанные ранее чувства.       «Как пошло и дёшево…» — всякий раз думал Драко, анализируя происходящую с ним ситуацию.       «Как же был виноват отец, если бы он только знал! — в глубине души кричал Малфой — младший. — Если бы не его вечная ненависть к маглорождённым и полукровкам, я — уже давно выразил бы свои чувства! Нормальным образом!»        Но… Это было невозможно…       Именно теперь, когда он избавился от ненавистного и эгоистичного родича, Драко так боялся оступиться. Потерять ту, путь к которой теперь, казался таким близким…       Стоически претерпевая все трудности пути, маг ни на мгновение не отступался от своих мыслей, словно рой пчёл, гудящих в его голове.

***

      В это время, Поттер потратил все силы на поиски своей подруги.       Он никак не мог понять, почему ему — достаточно хорошему и опытному волшебнику, не удаётся получить настолько банальную информацию о её местонахождении.       «Конечно… Только она могла столь фривольно обращаться с магическими знаниями. — устало хмыкнув, подумал Гарри. — Теперь, я нахожусь в настолько дерьмовом положении, что мне хочется удавиться.»       Спешно перелистывая оставшиеся от Грейнджер книги, волшебник жадно впитывал всю информацию, которая находилась в них, рассчитывая, что Судьба улыбнётся ему и он найдёт тот вариант, который поможет вызволить ведьму из рук Малфоя — старшего.       Смачно ругнувшись, маг отбросил книгу в угол, хватаясь за голову.       Надежда на спасение Гермионы таяла на глазах.       — Высшие… Помогите мне найти выход… Когда мне нужно было, она — всегда приходила на помощь, жертвуя и пренебрегая всем, что имела. Так почему я, не в силах помочь ей сейчас?.. — впервые в жизни взмолился маг, опускаясь на колени.       Гарри никогда не был набожным человеком.       Несмотря на то, что в мире магов не считалось зазорным принадлежать к какому — либо религиозному течению, избранный не был замечен в необходимости мольбы богам.       Поттер всегда считал, что способен справиться со своими проблемами сам. Тем более, что ему всегда удавалось каким — то чудодейственным образом выйти победителем из положения, спасти себя и друзей.       Только теперь он понял, что именно его окружение всегда способствовало решению его проблем.       Северус, которого он всегда считал врагом, оказался самым близким соратником.       Отцом…       — Чёрт бы тебя побрал! — с силой ударив кулаком по стене, в исступлении ярости, крикнул волшебник, не замечая, как по ладони стекает тонкая струйка крови. — Как ты смел не сказать мне правду?! Как смел молчать?!       Чувствуя как внутри груди вспыхивают потоки различных эмоций, волшебник изо всех сил пытается контролировать их, но… Ничего не выходит.       Уничтожая окружающее пространство, избранный стремится нанести урон всему, что стоит на его пути.       — Как я ненавижу всё семейство Уизли! Желаю убить всех до одного! — кричал маг, всем телом ударяясь об стену и кидая в неё мебель импровизированного кабинета.       Когда дыхание было на исходе, волшебник тяжело опустился на землю, вытирая выступившие капли пота.       Невнятно бормоча проклятия, смешанные с мольбами, он закрыл глаза, проваливаясь в сон.

***

      — Вот оно… — восхищённо прошептала Гермиона, указывая на резную дверь, преградившую их путь. — За ней — находится библиотека.       — Ты хочешь её уничтожить? — с интересом спросил Драко, наблюдая за тем, как ведьма роется в своей сумочке.       — Нет. Я попытаюсь найти заклинание, которое могло бы помочь открыть дверь, не уничтожая её. — ответила Гермиона, безрезультатно откидывая сумку в сторону. — Тут ничего нет! Придётся использовать те, что помню.       Прошло около двадцати минут тщетных попыток ведьмы, самостоятельно открыть замок.       — Тебе он действительно нужен в целости и сохранности? — приподняв бровь, скептически спросил Малфой, наблюдая за запыхавшейся Гермионой.       — Знаешь… Уже — нет! — решительно заявила девушка, опускаясь на землю и расстёгивая верхние пуговицы плаща.       По порозовевшим щекам можно было понять, что она необычайно устала от проделанной работы, и столь же необычайно зла, что она была напрасна.       Достав волшебную палочку, Драко коротко и резко произнёс неизвестное ведьме заклинание.       Поток невероятной мощности снёс резные ворота, оставив на их месте обугленные части, свидетельствовавшие о том, что они тут были.       — Как… Тебе удалось?.. — с восхищением в голосе, спросила Грейнджер, явно не ожидавшая того, что сынок аристократичного и такого претензионного семейства, способен творить настолько сильную магию.       — Уверен, ты думала, что я не способен ни на что кроме того, как зализывать волосы. — убирая палочку, предположил волшебник, не сводя взгляда с собеседницы.       — В общем — то — да. — с долей стеснения, ответила Грейнджер, поправляя свисающую с правого виска прядь.       — Моя мать — всегда была очень обеспокоена моим магическим уровнем развития. — грустно ответил Драко. — Она никогда не позволяла мне лениться в этом отношении, нанимая достойных учителей или же, привлекая тех, что были Пожирателями.       Удивлённо посмотрев на слизериновца, ведьма не без интереса переспросила:       — Тебя что, обучали Пожиратели Смерти?       — Только некоторым заклинаниям, которые не решились бы произнести другие.       — Неужели… Они учили тебя непростительным заклинаниям? — ахнула ведьма, пристально смотря на волшебника.       Он утвердительно кивнул.       — И не только. Они обучали меня иным запретным заклинаниям, имеющим прямое отношение не только к смерти, но и воскрешению. Фенрир Сивый и Барти Крауч — младший были моими друзьями. Это те, кто несмотря на всю ненависть к окружавшим их людям, порой, и своим подельникам, продолжали оставаться достаточно идейными людьми. — поглубже вдохнув воздух, признался Малфой.       -… идейными по — настоящему. Они не стремились беззаветно служить Тёмному Лорду, как думали другие. Они искали собственной выгоды, совсем не материального характера. Фенрир — не смотря на его поистине жуткую внешность — был весьма интересным собеседником, а Барти… — желал спасти своего отца от той игры, в которую он ввязывался, попутно, получив достаточно знаний, чтобы он гордился им. Кстати, именно в последнем пункте, мы с Барти — великолепно сошлись. Я тоже стремился снискать благосклонность папаши, который, заигравшись в тёсную магию, сам не заметил, как вплёл туда всю нашу семью. Моя мама — самая добрая женщина на свете, была шокирована тем, что Люциус — Пожиратель Смерти. Как много раз она пыталась отговорить его, Господи… Кто бы только знал…       — Когда это почти что удалось, Хвост сумел воскресить Волан — де — Морта на том кладбище, где убили Седрика… Для меня — это был не меньший шок, чем для всех остальных. Я — самым первым, поверил Гарри, когда тот, катаясь по земле говорил, что Тёмный Лорд вернулся. Для нашей семьи это не несло ничего хорошего, ведь ОН, в тот же вечер призвал моего отца на то кладбище, и… Весь этот Ад начался сначала. Отец не мог отступить. Он боялся, что Тёмный Лорд уничтожит его семью…       — Почему ты… никогда не попросил нас помочь? — в шоке от услышанного, прошептала Гермиона, только сейчас осознавая, что все эти годы, Драко — вёл свою собственную, никому неизвестную борьбу.       — Помочь? — усмехнувшись, переспросил Драко. — Как ты себе это представляешь? Я бы подошёл к Поттеру, и сказал: «Привет Гарри! Отличный денёк. Скажи, не хотел бы помочь мне, вытащить моего папашу из весьма странного культа, в который он оказался втянут, по своему незнанию. А то, у нас семья рушится!» Так ты это представляешь?       — Да… Как — то глупо звучит… — согласно кивнула Грейнджер, поёжившись от холода.       — Пожиратели всегда следили за своими сторонниками. Каждый из них боялся, что стоявший рядом — предатель. Очень многие сторонники Тёмного Лорда — не желали открывать своих имён и лиц, потому что, занимали такие высокие посты, что простым смертным — не снилось. В их числе были многие из Министерства Магии, колоссальное количество учеников поддерживало Волан — де -Морта, причём, не только из факультета Слизерин, как думала вся школа. У него были сторонники и сподвижники из всех факультетов! В том числе, и Гриффиндора…       — Нет… Этого не может быть! — в ужасе прикрыв рот рукой, воскликнула ведьма, осознавая, что опасность всегда была рядом. — Ты… можешь сказать: кто они?..       — Некоторых, Поттеру недавно удалось раскрыть: Рон, Джинни — они негласно поддерживали политику Тёмного Лорда; Перси Уизли, мечтал примкнуть к его армии, и, однажды, даже желал проконсультироваться со мной по этому вопросу, но я отшил его. Дин Томас пытался склонить Симуса Финигана к мысли о предательстве, но, я не знаю, чем закончился их разговор — честно. Лаванда Браун тоже задумывалась над этой темой, как мне рассказывали Крэб и Гойл, однажды, выпивавшие с ней. Только эти фамилии дают повод задуматься, что предателей в школе — вполне хватало.       — Не могу поверить… — шокировано шептала ведьма, осознавая весь ужас ситуации. — И… Ведь им ничего за это не будет… Никто не знает, кроме тебя…       Пожав плечами, маг устало вздохнул.       — Это — правда жизни.       — Как же мерзко… Гнусно… Пошло… — качая головой, продолжала твердить Гермиона, зарываясь в собственных волнистых волосах.       — Не стоит об этом думать. — положив руку на плечо, спокойным голосом, сказал Драко. — Сейчас — нам пора пройти в библиотеку. Путь — открыт.       Согласно кивнув, девушка пошла следом за магом, открывая для себя новые стороны его души.       Теперь, он открывался перед ней с иной стороны: если ранее, ведьма считала его капризным аристократом, то теперь, он казался предельно серьёзным и ответственным человеком.       «Возможно, наши дороги переплелись потому, что Судьбой было предначертано… Ведь то письмо… Теперь многое встало на свои места. Но я, не посмею открыть правду и ему…» — пронеслось в голове Гермионы, прежде чем, они вместе, вошли на территорию тёмной библиотеки.