Капкан

      Выходя из бани, мы с Нэлл то и дело переглядывались, смущенно улыбаясь. В моих мыслях все еще крутилось то, что произошло полчаса назад. До конца осознав, что изменила своему будущему жениху с Нэлл из фантастического мира, я сильно задумалась над искренностью своих чувств к этим двоим. Разумеется, Эдгар дорог мне, ведь он стал первым мужчиной, вошедшим в мою жизнь и вернувшим меня в нормальное русло, научив не бояться отношений и подарив множество теплых и нежных воспоминаний. Однако Нэлл была со мной, можно сказать, всю жизнь, к ней я буквально приросла и считала свою симпатию дружеской, но, как оказалось, мои чувства к «подруге» сильнее, чем к кому-либо. В моей реальности этим отношениям, конечно, ничего не светит, но и с Эдгаром придется попрощаться. Да уж, не круто получилось. Придя к такому странному выводу, я посмотрела на рыжевласку. С ее щек еще не сошел румянец. Очень быстро мы вернулись в дом и наткнулись на Льюиса и Миррена, собирающихся тоже искупаться в бане. Парни, кажется, о чем-то догадались, иначе не стали бы улыбаться с таким прищуром. Не успели они сказать хоть слово, Нэлл шустро выпроводила их и приготовила нам чай, тот же, что и всегда — с ароматом персика и ванили. Интересно, что за «две недели» в этом мире я выпила лишь две кружки чая и до сих пор не ощущаю голода. Если так подумать, то и в туалет мне ни разу не хотелось. Если задам вопрос об этом, то, наверняка, окажется, что это норма в их мире, а я уже устала спрашивать и удивляться новому. Мы устроились на диванчиках друг напротив друга и не заметили, как разговор завязался сам собой.       — Так, и что теперь делать с твоим женихом? — внезапно спросила она, от чего я чуть не подавилась горячим напитком.       — Я расстанусь с ним. Похоже, что… — я замялась, не сумев вовремя подобрать нужные слова.       — Похоже, что ты никогда не любила его?       — Да, но это звучит ужасно. Разве такое возможно? Я в отношениях с ним еще с выпускного класса, и только после «этого» я поняла, что все было не тем, чем казалось…       — После «этого»? — усмехнулась подруга, вскинув бровь. — Слушай, ты человек. Нет ничего странного и ужасного в том, что чувства могут внезапно измениться, нет ничего ужасного и в том, что осознание этого может прийти позже нужного. Главное, вовремя открыть правду, а не продолжать обманывать.       — Все так, но…       — Тебе не нравится тот факт, что ты изменила ничего не подозревающему Эдгару? — Нэлл вновь угадала мои мысли. — Может, он тоже изменял тебе, и делает это даже сейчас, когда ты пропала из своего мира.       При слове «пропала» я вспомнила тот лист с объявлением, что видела в лесу, от чего немного поежилась.       — Ты не боишься, что я могу поступить так же с тобой?       — Ни капли. Любовь слепа, и ты это знаешь, — уверенность и спокойствие Нэлли заразительны.       Я не могла больше сказать и слова. Я не сожалела ни о чем, просто ощущала, что эта ситуация неправильна. К тому же я размышляла и о том, как нам с Нэлл быть дальше — рано или поздно мне придется вернуться в свою жизнь и оставить ее здесь. Опустошив кружки, мы отправились ко сну. Рыжевласка вновь уснула первой, а я же, как ни старалась, не могла очистить свой разум. Сон уже укрывал меня своим нежным одеялом, но странное волнение внутри не позволяло расслабиться.       — Почему ты просто не умрешь? — внезапно раздался надо мной разъяренный мужской голос, от чего я подскочила и тем разбудила Нэлл. — Что мне теперь делать?!       — Джейн, ты чего? — заспанный голосок рыжевласки казался неслышным после такого рева, что раздался почти над самым ухом.       — Я… Кошмар приснился, спи дальше, — соврала я, обратно укладываясь на подушку и стараясь унять перепуганное сердце.       — Кошмары… Вечно спать мешают, — сонно бубнила Нэлл, после чего обняла меня за талию и прижалась ко мне всем телом. — Я с тобой.

      ***

      К моему удивлению, глаза я открыла уже утром. Я даже не поняла, как умудрилась уснуть с таким ворохом мыслей в голове, но списала это на «магические» объятия Нэлл. Сама она уже крутилась у зеркала, переодеваясь из одного наряда в другой.       — Ты куда-то собираешься? — тихо спросила я, пытаясь до конца разлепить веки.       — О, ты уже проснулась, — улыбнулась девушка, тут же подбежав ко мне и поцеловав в лоб. — Я собираюсь в цирк, но не могу подобрать наряд. Мне предстоит сегодня встреча с Эдгаром, это из-за грядущего выступления. Я, как ты знаешь, правая рука этого прохиндея, — гордо заявила подруга.       Разумеется, слова о том, что Нэлл является главным помощником Усача, я слышу впервые, но посчитала это не особо важным моментом, ведь в этом мире я нахожусь дольше, чем мне казалось, возможно, я все же что-то и упустила.       — Слушай, мне бы хотелось встретиться с этим Эдгаром, могу я пойти с тобой?       — Да, конечно, но… Зачем? В прошлый раз ты с огромными глазами убегала из цирка. Возможно, за месяц что-то и изменилось, но все же, не боишься повторения? — девушка, уже определившись с нарядом, присела на край кровати. Ее желтые глаза блестели от волнения.       Пропущу мимо ушей слова о том, что я здесь уже месяц. К черту их временные рамки и вечно скачущие по небу два солнца и шестиугольную луну. В любом случае, Нэлл права. Я боюсь, что этот противный старикашка упрется и снова посадит меня в клетку, а после я должна буду выступать со смертельно опасными номерами, которым даже не обучена. Но этот мужчина все же нашел меня где-то… Возможно, в этом моменте кроется нечто важное? Может, даже ответ на вопрос: «как я оказалась в этом мире?» Не заикаюсь уже о том, что мне нужно сравнить этого Эдгара с моим, ведь он пока что единственный, кто не похож на своего двойника из моего мира… Не считая Джель, которая легкостью характера вполне напоминает беззаботно летающую бабочку.       — Я хочу докопаться до истины. Вдруг окажется, что Эдгар причастен к тому, что я здесь? Не зря ведь я очнулась в его цирке…       — Хорошо, причина вполне весомая. Давай поднимайся, собирайся, и пойдем смотреть на синеклювиков, — Нэлл нахмурилась, увидев мое озадаченное лицо. — Помнишь? Мы обещали Джель, что вместе посмотрим на птиц.       — Нэлл, — растерянно позвала я ее, все же взбунтовавшись нещадно утекающему времени, — мы договаривались об этом вчера?       — Нет же, где-то неделю назад, но момент так и не выдался, потому идем сегодня, — начала она беззаботно, но потом резко замолкла. — Опять провалы в памяти?       — Похоже на то. Сперва мы были в бане, потом легли спать, и сейчас я проснулась.       — В баню тоже ходили неделю назад. На следующее утро мальчишки все пытались поддразнить нас, но ты начала блефовать, что тебе тоже есть чем поделиться…       — Едет крыша, — сухо заключила я, перебив Нэлл.       Окончательно проснулась лишь после умывания и переодевания в аккуратное платье. За завтраком мы с ребятами живо разговорились, теперь и они знают, что я «забыла» очередную неделю и собираюсь увидеться с Эдгаром.       — Ты точно сумасшедшая, — пробубнил Миррен, без энтузиазма ковыряя еду в тарелке.       — Не более сумасшедшая, чем вы и ваш мир, — отшутилась я, на что все ответили смехом.       — Если тебя все же схватят, — начал Льюис, — мы вытащим тебя.       — Парни, Эдгар вполне может быть сговорчивым, я уверена, что смогу убедить его просто поговорить с Джейн, а не запирать ее в клетке.       Слова Нэлл успокоили нас всех, но лишь немного. Когда дело касается людей, нельзя с точностью просчитать их действия. Все же моей решимости это не убавило. Если бы это была игра, то Усач остался бы единственным персонажем, с которым я ни разу не поговорила, а ведь его даже злодеем не назовешь — просто противный старикашка. Ребята провожали нас с Нэлл приятной музыкой, а легкий ветерок колыхал пряди наших волос будто в ритм мелодии. Пару минут мы еще слышали игру Миррена на рояле, пока не оказались достаточно далеко в лесу. Я подняла взгляд к небу и увидела нечто, как мне показалось, странное даже для этого мира. Небольшое белое пятно на кристально-голубом полотне заменяло солнце. Это пятно словно рассыпалось маленькой мозаикой, и что самое странное — час назад оно было меньше.       — Нэлл, так и должно быть?       — Не знаю, никогда такого не видела, — наотмашь ответила рыжевласка, даже не придав значения тому, что небо стало голубым, — смотри, Джель уже ждет нас!       Еще немного посмотрев на небо, я прибавила шаг. Мы довольно быстро оказались на поляне, где наша новая знакомая уже успела подружиться с одним из синеклювиков. Оказалось, она может отделяться от дерева полностью, и ниже пояса у нее интересная юбка в пол. Тонкими пальцами Джель нежно гладила длинные перья, а на ее детском личике сверкала радость. Сегодня птиц было больше, они все лежали на животах, расправив крылья, и спокойно срывали сиреневые бутоны огромными клювами.       — Эти птицы превосходны, — нарушила Джель тишину.       — Не поспоришь, — хихикнула Нэлл, поглаживая птицу по голове.       Я же пристроилась под боком другого синеклювика, и он, подняв огромное крыло кверху, опустил его на меня, словно укрывая. Девочки засмеялись, увидев эту картину, и повторили за мной. Так, под крыльями могучих и громадных птиц, мы пролежали с полчаса, пока им не настала пора вновь улетать.       — Я бы хотела когда-нибудь полетать вместе с вами, — внезапно для самой себя выпалила я.       — Это точно, — тут же подхватила Джель. — Они улетели, потому я поспешу домой. Спасибо вам за это прекрасное утро!       Попрощавшись с новой подругой, мы с Нэлл отправились в цирк. С каждым шагом я ощущала нарастающий внутри себя страх, который мешал собраться с мыслями. Лесная тишина, птичье пение и шелест снега заглушались цирковой музыкой. Выйдя из леса, мы попали в массивный поток людей и едва сумели войти в здание цирка. Нэлл взяла меня за руку, сверкнула желтыми глазами с ромбовидным зрачком и уверенно направилась вперед по плохо освещенному коридору. Рядом с нами то и дело проходили выступающие в замысловатых нарядах, дрессировщики с животными-мутантами и толстые мужчины в шляпах-цилиндрах, которые вызывали еще больше страха. Я не заметила, как мы оказались перед огромными дверьми из красного дерева. Тихонько постучав, Нэлл получила разрешение войти.       — Побудь пока здесь, я предупрежу Эдгара о твоем приходе, — поцеловав меня в щеку, девушка скрылась за дверью. Спустя пару минут я услышала странный гомон.       — Она вернулась, чтобы выступать? — спросил Усач, выходя из своего кабинета.       — Нет же, эта девушка никогда раньше не выступала в цирке, — пыталась объяснить Нэлл.       — Да как же?! А это тогда что?! — Усач мгновенно побагровел и достал из внутреннего кармашка своего пиджака, что и так трещал по швам, флаер и протянул его мне. — Все еще хочешь сказать, что никогда не выступала?       — Вы меня с кем-то спутали, — растерянно ответила я, держа в руках флаер с изображением самой себя в том самом купальном наряде.       — Дорогуша, нехорошо отлынивать от работы. Если тебе нездоровится, то так и скажи, я перенесу твое выступление на вечер. Или на завтра, если все совсем плохо, — его противный голос с некой хрипотцой резал уши.       — Я никогда раньше не выступала в цирке, и я хотела спросить вас, где вы меня нашли в тот день, когда я сбежала?       — Что? — мужчина явно растерялся, но тут же принял задумчивый вид. — Нигде я тебя не находил, в тот день, как и во все остальные, ты сидела в своей клетке.       «Как и во все остальные». Я пошатнулась, постаравшись привести мысли в порядок. Нэлл придержала меня за руку, чтобы я не упала совсем.       Я просто заняла место другой версии себя… Как это возможно? Это параллельный мир? Я пришла к Эдгару за ответом, думала, что меня нашли у какого-то храма, портала — чего угодно! — и притащили сюда. Но я была в этом цирке всегда? Это уже ни в какие ворота.       — Я узнала то, за чем приходила. Спасибо, Эдгар, теперь мне пора, — я неуверенно развернулась и направилась к выходу, но Усач схватил меня за руку.       — Эдгар, отпустите ее! — тут же вступилась Нэлл.       — Дорогая моя, не лезь. Джейн должна остаться. Ее уютная клетка скучает без нее, — как можно спокойнее и дружелюбнее отозвался Усач, сильнее сжимая пальцы на моем запястье.       — Мы обе говорим вам, что она не циркачка, послушайте же!       — Я сказал тебе не лезть! — Эдгар тут же ударил Нэлл по лицу, от чего та немного пошатнулась. Невооруженным глазом видно, что рука у него тяжелая, а эти бесчисленные перстни на его пальцах могут и порезы оставить.       — Нэлл! Вот же… — злость закипела во мне, и я со всего размаху ударила Усача ногой по колену, от чего он тут же упал, немного ослабив хватку. Я сумела вырваться и, схватив Нэлл за руку, двинулась наутек.       — Держать их! Обеих! Под замок! — разносился жуткий вопль Усача по длинным коридорам.       Не успели мы свернуть за угол, путь преградили высокие охранники. Настоящие амбалы, которые подняли нас, как спичек, и понесли по неизвестному коридору. Я пыталась укусить амбала за руку, но он словно из стали сделан — никакой реакции. И колотить его тоже не было смысла, как бы я ни старалась. Трехметровые охранники сохраняли каменное выражение лица, но внезапно тот, что нес Нэлл, издал какой-то странный звук, похожий на рык, и упал на пол.       Рыжевласка держала в руках окровавленный кинжал, который вытащила из-под платья, и уже собиралась повторить маневр со вторым амбалом, но он махнул свободной ручищей, мгновенно припечатав Нэлл к стене. Она ударилась головой, оставив на холодном бетоне кровавый след, и упала без сознания. Громила поднял ее и вновь с силой ударил об пол.       — Чтоб наверняка, — пробормотал он.       — Нэлл!.. — только и смогла выдавить я, кажется, сердце пропустило целую сотню ударов. Даже одного маха рукой этого амбала было достаточно, чтобы убить хрупкого человека, вроде нас с Нэлли, но я не хотела в это верить. Охранник лишь перешагнул через ее тело, словно это был какой-то мусор. Громилу не волновали мои вопли и крики о том, чтобы он не бросал ее, чтобы он отпустил меня, чтобы я смогла убедиться, жива она или нет.       — Я убью тебя! Слышишь?! Убью! — не могла я успокоиться, продолжая выбиваться из хватки амбала.       — Силенок не хватит, — он лишь усмехнулся.       Этого не может быть. Просто не может. Нэлл сильная, она всегда была сильной! Она не умрет, она не должна! Она не может…       Я пыталась себя успокоить, но мысли смешались в кашу, перед глазами то и дело крутилась страшная картина. Мой голос охрип, тело ослабло, я перестала понимать хоть что-то из происходящего. Через мгновение я вновь оказалась брошенной в темной клетке. Но это было пустяком по сравнению с тем, что произошло с Нэлл.       — Может, она все-таки жива? — шептала я вслух. — Я не должна хоронить ее раньше времени…       Опухшие от истерики веки казались неподъемными. Я прижалась всем телом к холодному полу и закрыла глаза, пытаясь хоть что-то придумать. Переживания о Нэлл затуманили весь разум. Я думала о том, что если Нэлл и удалось выжить после такого, то она так же будет сидеть в темной клетке. И ей точно нужна будет медицинская помощь.       — Ничего, в этом мире почти все нереальное возможно. Я верю в тебя, Нэлл.       Эти слова помогли взбодриться. Я должна выбраться — вот, какая теперь передо мной задача. Я должна выбраться, найти Нэлл — надеюсь, что ей удалось выжить — и бежать из цирка, чтобы позже вернуться со сладким возмездием. Чертов Усач, вот, значит, как с ним можно договориться? Ему бы на себе испытать удар такой махины, я бы наслаждалась этим, прокручивая в памяти по три сотни раз на дню.       Утерев слезы и осмотревшись, я поняла, что в это помещение откуда-то все же пробивается свет, потому какие-то очертания в уже привычной темноте я могла различить. Обойдя клетку по периметру, я нащупала стальную дверцу, которая с противным и словно оглушающим скрипом немного пошатывалась, будучи закрытой. Я ухватилась за прутья и постаралась ударить по замку со всей силы. Ужасный лязг разнесся по темному помещению, разрезав тишину. Стиснув зубы, я продолжила пинать дверь, вкладывая как можно больше сил в каждый удар. Я надеялась и на то, что дверь, ведущая в коридор, достаточно звуконепроницаема, чтобы сдержать этот ужасный визг и скрежет металла. Я представила вместо двери Усача и пнула дверь еще раз, и она распахнулась так неожиданно, что я выпала из клетки. Благо, лететь не далеко. Я решила пройтись по помещению, чтобы найти хоть что-то полезное, если эти амбалы решат прийти сюда. Нащупав на одной из стен что-то вроде досок, я поняла, что за ними находится окно.       Скорее всего, оно здесь не одно, но от них мало толку, ведь сначала мне придется чем-то отодрать доски. А что потом? Просто сбегу? А как же Нэлл?       Оставив это на потом, я продолжила рыскать в темноте и споткнулась о что-то длинное и железное. Каминная кочерга, которая вполне может быть полезной, если хорошо ей замахнуться. Пока я изучала помещение, за дверью комнаты послышался какой-то сильный шум. Я спряталась за ближайший ящик, понимая, что это такое себе укрытие. В темноту ворвался яркий свет, который освещал две фигуры.       — Джейн? Джейн, ты здесь? — шепотом отозвался парень, в чьем голосе я узнала Миррена.       — Этот гад всех непослушных артистов тащит сюда, она просто обязана быть здесь, — подтвердил Льюис.       Я вышла к ребятам, позвав их, и была готова разрыдаться от счастья.       — Я ведь говорил, что мы придем за тобой, — тепло произнес голубоволосый, продолжая осматривать помещение. — А где Нэлл?       — Я не знаю, в последний раз один из охранников… Она может быть мертва. Тот амбал просто оставил ее и своего напарника в коридоре, — не в силах связать слова в нормальное предложение, я пыталась выдать то, что видела.       — Мы найдем ее, но пока нужно вытащить тебя отсюда.       Мы вышли из «темницы» и направились по пустому коридору. Кажется, что цирк вымер, настолько безжизненно в нем все выглядело. Ребята перешептывались, рассказывая о том, что мы с Нэлл пропали три дня назад, а я не верила их словам, ведь все произошло буквально только что.       — Я давно заметил, что ты не видишь временных границ, но не думал, что все настолько плохо, — говорил Миррен.       — Со мной все нормально. Мы должны найти Нэлл, — твердила я, как умалишенная.       — Если с того момента, как… вы потеряли друг с другом связь, прошло три дня, то, — Льюис хотел было завершить фразу, но было заметно, что ему больно от своих же слов и мыслей.       Мы продолжали идти по коридору, в котором теперь располагались окна. За стеклом царила ночь, но вместо луны на небе было то же белое пятно, расходящееся во все стороны сыплющейся мозаикой. Теперь эта мозаика охватывала половину неба.       — Небо… разрушается?..       Спустя пару минут мы оказались у главных дверей цирка. Ребята отворили ее и вышли вперед. Не успела я ступить и шагу, как с двух сторон от дверей опустились огромные топоры, придавив ребят к земле в мгновение ока. Холодная окровавленная сталь медленно поднялась и вернулась в исходное положение, с острых лезвий падали капли крови, окрашивая желтую траву в ало-бардовый цвет. Головы немного прокатились по сухой траве и остановились на небольшом расстоянии от тел. Большие и стеклянные глаза распахнулись в испуганном взгляде. Я застыла в ужасе, прижав ладони к губам. Льюиса и Миррена больше нет.