Мой личный доктор

- Адриан, - томно произнесла Маринетт, прижимая мужа к себе, перебирая пальчиками его блондинистые волосы. Агрест целовал шею любимой, оставляя отметины, покусывая и посасывая её белоснежную кожу. Девушка томно вздыхала, произнося его имя всё чаще. В животе летали бабочки, но и чувствовалась боль от нахлынувшего возбуждения. Руки мужа блуждали по её телу, обжигая прикосновениями с ноткой грубости.       Маринетт чувствовала Адриана: каждое прикосновение его губ, шаловливых рук, каждый вдох и выдох. Она обвивала его своими ручками, прижимая к себе всё ближе, целуя губы.       Адриан уже стянул верхнюю часть одежды как с себя, так и с Мари. Он прижимал её к кровати, целуя нежнее и покусывая грубее, от чего девушка сладко стонала. - Хочу... - девушка расстегнула ремень брюк, откинув его в сторону. После нескольких минут Агрест оказался голым, стягивая кружевные трусики бывшей Чен.       Он хочет её. Она хочет его.       В воздухе уже пахнет страстью и похотью. Пахнет сексом.       Соски набухли от возбуждения, она требует продолжения, выгибаясь навстречу.       Секунда и они слились воедино. Он двигается быстро и тактично, наслаждаясь любимой Агрест без остатка. Она стонала громко, царапая спину мужчины, двигаясь бёдрами в такт. - Расслабься, - прошептал зеленоглазый, чувствуя как она сжалась, затем поцеловал в губы, двигаясь всё агрессивнее, сжимая ягодицы синевласки. От нежного прикосновения его губ девушка расслабилась, обмякла, чувствуя его силу, мощь и власть над ней.       Адриан рычал, изредка постанывал, чувствуя наслаждение, удовольствие, растекающееся по всему его телу тёплой волной. Пошлые шлепки, оскал белоснежных зубов, мускулы заводили Мари ещё больше.       Так продолжалось около часа, после чего оба кончили и пошли принимать ванну, в которой нуждались сейчас больше всего.       Но по-прежнему пахло бурной ночью двух влюблённых...

***

      Дом Хлои и Ната был окружён журналистами. Множество камер были направлены на все окна и двери. Все ждали выхода блонди с её новоиспечённым возлюбленным. Момент нельзя упустить. Нужна сенсация, ведь необходимо поднять рейтинги просмотров, покупок журналов и газет. И молодая Агрест может идеально помочь в этом нескромном деле.       Многие люди и сейчас вспоминают знаменитую пару, покорившую сердца многих. Маринетт и Натаниэль когда-то смотрелись идеально... - Хлоя, придётся выходить через чёрный ход, - смотря в окно, проговорил рыжеволосый, спрятав руки в карманы спортивных штанов, которые были слегка приспущены. Он был без футболки, оставив свою мускулатуру напоказ блондинке, тянущей свои руки к его накаченному телу. - Зачем? Пусть все знают про нас, - она обняла любимого со спины, находясь в коротких шортах синего цвета и спортивном топе такого же оттенка. Её блондинистые волосы распущены, спускаясь на плечи ровным водопадом. Она вдохнула аромат его тела и прикрыла голубые глаза. - Я ведь так люблю тебя...       Кутцберг улыбнулся, развернувшись лицом к Хлое, втянув в глубокий и трепетный поцелуй. Она таяла от его прикосновений, спокойно плывя по течению наилучшего чувства в этом мире - любви. Хотя...       Любовь далеко не чувство, это настоящее искусство, основанное на взаимопонимании, заботе и доверии. Любить нужно уметь, ведь это стоит терпения и огромных усилий, дабы пройти все испытания, которые нам послали высшие силы. И доказывать любовь нужно только себе, а не кому-либо другому... - Я тоже, - он поцеловал её в висок, обняв. - Любишь себя? - усмехнулась Хлоя, закусив нижнюю губу, смотря на реакцию рыжеволосого. - Что? - Нат явно не понял того, что имела в виду Агрест, удивлённо изогнув бровь. - Дурочка, - парень щёлкнул по носу блонди, когда до него дошёл смысл сказанных ею слов. - Тебя люблю.       Агрест рассмеялась, после чего крепко обняла парня, которого полюбила всем сердцем, почувствовав невероятное притяжение к его персоне. - Мама и папа ждут нас, собирайся, - пролепетала голубоглазая, исчезнув с поля зрения Кутцберга.       Маринетт и Адриан находились в своём особняке, наблюдая за Эсмой, которая играла мягкими игрушками, подаренными Хлоей и Натаниэлем. Слишком милая картина...       Медвежонок, которого Эсма обнимала, стал, наверное, её любимой игрушкой. Пчела, лежащая у её ножек, привлекала не так много внимания малышки Агрест, но и не лежала без дела. Пёс стал ложем для Эсмы, ведь он был намного больше неё, поэтому девочка просто лежала, наслаждаясь теплом и мягкостью. - После тебя чувствую себя намного лучше, - с ноткой извращения проговорил Агрест у самого ушла жены, прикусив мочку. - Да что ты? - усмехнулась она, смотря в его глубокие глаза с хитростью, прищурившись. - Я слышал, секс полезен для здоровья, - проговорил он в самые губы, оставив невесомый поцелуй. - А как доктор ты должна помогать мне, не так ли? - он поцеловал её в ключицу, слегка прикусив. - Хитрожопый Агрест, - тихо проговорила Маринетт, томно выдохнув. Но он прав, причём полностью... - Папа, - послышался голос дочурки, на которую родители сразу же обратили внимание, отпрянув друг от друга. Адриан подошёл к малышке и взял на руки. Девочка тут же обняла отца, хихикнув. - Кушать, - продолжила Эсма, потянув ручку в сторону кухни. Не думая, мужчина понёс ребёнка на кухню, дабы исполнить её прихоти. - Мы продолжим позже, Маринетт Томовна, - подмигнул блондин, расплывшись в улыбке. - Я подумаю над вашим предложением, Адриан Габриэлович, - прокомментировала девушка, облокотившись на диван, закинув одну ногу на другую, взглянув на мужа с неким ехидством.       Звонок в дверь оповещал о приходе гостей, о которых семейство даже не подозревало. Маринетт пошла открывать дверь и на пороге увидела Хлою и Ната. - Привет, - девушка улыбнулась брюнетке, - Мы решили вас проведать. - Привет, проходите, - синевласка гостеприимно пригасила родню в дом. - Оу, как мило, - пролепетала Хлоя, увидев как брат кормит дочь. Картина и впрямь до жути милая и трепетная. - Братец, доброго дня. И тебе, пупсик, привет, - поцелуй остался на пухленькой щеке Эсмы. - Какими судьбами? - недовольно поинтересовался Адриан, увидев Кутцберга, слегка нервного Кутцберга... - Братец, по дороге к родителям решили заехать к вам, но, вижу, ты нам не рад... - Хлоя сразу поняла причину недовольства старшего брата, поэтому и сделала акцент на слово "нам", взяв рыжеволосого под руку и уведя из особняка, направившись прямиком к Эмили и Габриэлю.       Маринетт грустно смотрела в след паре, тяжело вздохнув, после чего перевела взгляд на мужа, презрительно смотрящего на неё саму, от чего на душе стало до жути неспокойно.       Адриан видел её печаль, но понимал её не в том смысле, в каком она. Он был зол... Сомнения закрались в его разум, ослепляя всё больше и больше. - Что с тобой? - спросила Агрест, уставившись на него. Сердце так и кричало: "Тревога!"       Блондин отдал ложечку дочурке и подошёл к голубоглазой вплотную, но та начала пятиться назад, пока за ней не предстала преграда - стена, холодная в такой напряжённый момент. Мужчина поставил руки по обеим сторонам от головы жены, прожигая дыру своим огненным взглядом малахитовых очей. - Если ты решишь свалить от меня... - начал он, немного приблизившись к её лицу, обжигая кожу дыханием, - то, - выдержал паузу, но девушка тут же пошла в атаку. - С чего такие доводы? - выпалила она, скрестив руки под грудью. - Ты умом тронулся? - Агрест оттолкнула парня, подойдя к малышке. - Идиот...       В этот момент блондин мысленно дал себе подзатыльник, осознав свою ошибку, ведь он начал сомневаться в искренности её любви, чем, конечно, обидел любимую, задев её чувства. Кулак соприкоснулся со стеной, костяшки побелели, но после приобрели красноватый оттенок, а сам он грозно прорычал что-то нечленораздельное, тяжко выдохнув. А ведь он, действительно, полный идиот... - Милая, прости, - он прижал её к себе со спины, каясь в сказанным им словах, которые, увы, нельзя вернуть. Верно говорят, что слово не воробей, вылетит - не поймаешь...       Брюнетка дёрнулась в попытке освободиться от его крепкой и, казалось, стальной хватки, но неудача постигла её. Игнорируя его извинения, она замерла, встав каменной стеной, не давая шанса на малейшее движение, блокируя саму себя. - Прости, - последовал поцелуй в шею, но и тут она не произнесла ни слова. - Я просто жуткий собственник, - прошептал он у её уха, носом зарываясь в шелковистые локоны её иссиня-тёмных волос. - Я люблю тебя, - ноль реакции.       Мысль о том, что он поступает как натуральный каблук ударила в его голову с такой силой, что его настроение резко поменялось. - Сука, - адреналин был на высшем уровне, выплёскиваясь из него огромными волнами. - Тебя ещё уговаривать нужно? Что вы, докторша Чен, много чести, не думаете? - зло прорычал Адриан, сжимая кисти её рук.       Шлепок...       Ошеломлённый этим, Агрест стоял, глядя на жену с непониманием. Какого чёрта? Сейчас на его щеке красовался след от её руки.       Не проронив ни слова, Маринетт взяла ребёнка на руки и удалилась с поля зрения мужа. - Блять, - прошептал Адриан, рухнув всем телом на стул. Сейчас бы коньяку... Собственно, почему бы и нет?