Мой личный доктор

      По случаю своего приезда домой, в родную страну и город, Хлоя закатила огромную вечеринку в одном из знаменитых ресторанов, куда пригласила и журналистов, в том числе знаменитейшую Росси Лилу Леджеровну, для которой сенсация была как золото для богачей, скупых и жадных богачей.       Лила был высокомерной и хитрой девушкой двадцати восьми лет. У неё светло-каштановые волосы ниже плеч и карие глаза, вечно игривые и таинственные, полные обмана и иллюзий. Она была симпатичной, но до ужаса требовательной девицей, крутящей своими формами перед каждым богачём, дабы жить роскошной жизнью, но и на внешность брюнетка тоже обращает внимание прихотливых глаз, закусывая губу, что стало её привычкой.       Получив приглашение на торжество, она не теряла времени даром и заготовила шикарный, по её мнению, план, который должен принести успех как её работе, так и личной жизни.       Вечером, когда все приглашённые были на месте в роскошных нарядах дорогостоящих брендов, Хлоя вежливо поприветствовала гостей, а после началось веселье: танцы, тосты, крики и смех. Никто не скучал, кроме Маринетт.       Пусть это роскошное тёмно-розовое платье с бретельками и каёмкой смотрелось на ней идеально, она совершенно не беспокоилась по поводу гостей, нарядов и веселья. Разум заполоняли мысли лишь о поведении её мужа. Ведь после ссоры тот напился коньяка и лёг спать, неся такую чепуху во сне, что уши завять могут. Агрест даже не выдержала этот бред и ушла в другую комнату, да и запах спиртного убивал каждый рецептор.       Она стояла с бокалом шампанского, смотря в окно на город, наполненный огнями, что было невероятно красивой картиной. Завораживает... - Чего грустишь? - знакомый голос раздался рядом и синевласка обратила на парня внимание. - Поссорилась с Агрестом? - Натаниэль также смотрел в окно. - У меня что, на лице всё написано? - с ноткой печали произнесла Маринетт, приподняв уголки своих губ на пару секунд, после чего выражение её лица вновь стало задумчивым. - Мне легко тебя понять, твои глаза выдают тебя, - Кутцберг держал в руках бокал вина, смотря на девушку тёплым взглядом.       Брюнетка промолчала, обернувшись лицом ко всем гостям. Шумно. Адриан разговаривает со знакомым по работе, бурно обсуждая с ним что-то. Она окинула его аквамариновыми глазами и вновь грустная улыбка появилась на её лице. - Потанцуем? - рыжеволосый протянул свою руку девушке, отставив бокал на стол. Маринетт не понимала его намерений и просто согласилась, поставив шампанское на поднос официанта. Её холодные руки легли на плечи Натаниэля. Они соприкасались телами, двигаясь в такт музыке, успокаивающей разум синевласки. Она прикрыла глаза и положила голову на плечо Кутцберга. И как-то её совсем не беспокоило мнение окружающих.       Они плавно двигались в танце... - Сотрудничество наших компаний пошло на пользу, - с долькой радости проговорил мулат в строгом костюме чёрного цвета. Ему тридцать два года, есть семья, состоящая из супругов и двух детей. Ляйф Нино Бонифациевич и его жена Ляйф Алья Марковна были идеалом семьи, где царили взаимопонимание и любовь, чему, конечно, можно позавидовать... - Да, планируем продать часть акций, хотим отправить деньги на благотворительность, - сказал зеленоглазый, достав сигару из коробочки, лежащей в его пиджаке синего цвета. - Сам понимаешь, мама... - хмыкнул он. - Смотри, - Ляйф указал рукой на танцующую пару, казавшейся очень милой со стороны и достаточно близкими были их отношения. - Это же твоя жена...       Сделав вдох табака, Адриан устремил взгляд на указанное другом место, где кружились в медленном танце Мари и Нат. Хруст сигары... Он даже не почувствовал огненную боль в руке. Его сердце хотело взорваться от ревности, накипающей злости. Агрест готов разорвать этот жалкий мир на тысячи осколков... - Всё так же хорошо танцуешь, - усмехнулся Натаниэль, отпрянув от девушки. - Не грусти, а поговори с ним. Я к Хлое, - мужчина одарил синевласку тёплой улыбкой и помахал, удалившись с поля её зрения. - Прекрасно, - прошипел Адриан, вплотную подойдя к Маринетт и прошептав ей на ухо, притянув жены за талию резким движением сильных рук. Девушка вздрогнула от неожиданности, но после повернулась к блондину, видя тёмную ауру вокруг него. Что-то неладное... Паника. Чувство тревоги. - Нам нужно поговорить, - спокойно проговорила бывшая Чен, взяв мужа за руку. - Что это? - воскликнула она, увидев ожог на руке. - Ты сумасшедший? Где так умудрился обжечься? - волнение и переживание переплелись воедино, что можно было увидеть по её глазам и нежным прикосновениям. Не дождавшись ответа Мари повела Агреста в уборную комнату.       Адриан молчал, следуя за женой, уверенно шагающей. Как всегда холодные руки, которые нужно постоянно греть, походка настоящей леди, нежный голос. Он мог бы раствориться в ней, но не в этот раз... - Промой руку холодной водой, - приказным тоном проговорила она, подойдя к раковине.       В уборной, на удивление, было пусто, что только на руку Адриану, затеявшему проучить жену за обжимания с бывшим. Игнорируя её слова, он резко зажал брюнетку между этой самой белоснежной раковиной и своим мускулистым телом. - Что ты делаешь? Не время для твоих игр, - попытка оттолкнуть была провальной. - Адриан, - их глаза встретились. Хотелось утонуть в их красоте, но Арест младший был слишком возбуждён произошедшей ситуацией между его любимой и Кутцбергом. - Понравилось? - спросил он, от чего она опешила, удивлённо уставившись на него. - Что? Адриан, нужно обработать рану, - её ручка нежно прикоснулась к его, пусть она и холодная, но по телу расплывалось тепло, согревающее всё. - Тебе разве не больно?       Хотелось накричать, но ком в горле преградил путь всем его ругательствам и издёвкам над Маринетт, поэтому он выдохнул весь воздух из своих лёгких, опустив голову вниз. - У тебя что, температура? Ты горишь, - губы прикоснулись к его лбу, чувствуя жар мужского тела. - Адриан, ты можешь мне ответить? Язык проглотил? - девушка обхватила его лицо руками и аккуратно подняла голову вверх так, что он мог видеть её взволнованное личико.       Слишком внимательная, слишком заботливая, слишком красивая... Он просто не может сказать ей то, что крутиться в его голове, что мучает его. Ещё недавно он ни капли не сомневался в верности жены, но обстоятельства твердят ему обратное...       Её голубые глаза схожи с чистым небом, придавая невинности ей самой, пусть уже летит четвёртый десяток лет, пухлые губы цвета персика казались мягкими, привлекая всё больше мужского внимания, прикосновения, возбуждающие каждый сантиметр его тела, - всё это было абсолютно его.       Целует. Страстно сминает её пухленькие губы, обследуя языком нёбо, ровные зубки, сплетаясь с язычком в жарком танце вечной любви томящихся сердец. - Не прикасайся к другим мужчинам, - это всё, что он смог выговорить после поцелуя, положив голову на её плечо. Обвив его руками, Мари оставила трепетный поцелуй на лбу, улыбнувшись. Собственник...       Вечер продолжался. Настроение обоих заметно поднялось, ведь они, вроде как, помирились, пусть и без объяснений и всего прочего. Маринетт находилась рядом с мужем, держа его за руку, чувствуя его тепло и любовь.       В это время Лила, журналистка знаменитейших редакций, наблюдала за парой, выжидая момент для осуществления коварного плана. Нужен Натаниэль, но тот постоянно находиться с Хлоей, общаясь с приглашёнными.       Расплывшись в хитрой улыбке, девушка, виляя бёдрами, направилась прямиком к Кутцбергу. Её красное платье выше колен было с поясом, показывая осиную талию брюнетки, подчёркивая красоту слегка округлых бёдер, лабутены заметно возвышали её, а распущенные волосы придавали игривости. - Добрый вечер, - кокетно произнесла она, глядя в голубые очи мужчины, а после кинула взгляд на блондинку, улыбнувшуюся ей. - Меня зовут Лила, возможно, вы помните меня, Натаниэль? Я брала у вас интервью, правда это было три года назад...       Натаниэль окинул девушку оценивающим взглядом, слегка затормозив на приоткрытой груди. Сглотнув, он кашлянул в кулак и начал свою речь. - Да, я помню. Надеюсь, тебе весело, Лила? - он старался смотреть в её глаза, но невольно посматривал на формы Росси. - Позвольте пригласить вас на танец. Хлоя Габриэловна, вы не против? - Лила приблизилась к девушке, хлопая глазками. - Конечно нет, - немного неуверенно прозвучали её слова, ведь так не хотелось отпускать руку любимого, тем более тело этой Росси выглядит привлекательнее её, а вдруг... Нет. Хлоя выбросила дурные мысли из головы, натянув приветливую улыбку. - Невежливо отказывать гостям, - прошептала она, поцеловав в щёку.       Натаниэль как настоящий джентельмен пригласил Лилу на танец, смотря в её карие глаза, наполненные хитростью. Девушка медленно подводила партнёра к Мари и Адриану, дабы осуществить задуманное.       Нат ничего не подозревал, изредка поглядывая на Хлою, общающуюся с родителями Маринетт, не замечая того, как со своего места на танцполе они уже переместились на другое. Он приобнимал брюнетку за талию двумя руками, чувствуя приятную на ощупь ткань платья.       Маринетт отпустила руку Агреста в самый неподходящий момент. Лила резко толкнула бывшую Дюпен, театрально разыграв своё падение на блондина. Кутцберг находился рядом с синевлаской и быстро среагировал, поймав её за талию, смотря в удивлённые глаза, совершенно не замечая близость их лиц. Какие-то миллиметры... - Ах, - воскликнула Росси, падая в руки Адриана, словившего её за талию одной рукой, придерживавшего голову другой. Безэмоциональное выражение лица немного пугало её, но она не сдалась. - Адриан Габриэлович, вы мой спаситель, - нежно улыбнулась, слегка приблизившись к его лицу, смотря в эти зелёные глаза с диким соблазном. - Благодарю, - она почти притронулась к его губам, но мужчина резко поставил её, отпрянув, устремив взгляд на Маринетт. Натаниэль по-прежнему держал её, взволнованно смотря в глаза, дыша в самые губы персикового оттенка. - Ты в порядке? - спросил рыжеволосый, на что Агрест кивнула, поблагодарив за спасение, ведь она могла разбить нос, да и позвоночник повредить тоже возможно. Подарив Кутцбергу улыбку, Мари встала, подойдя к мужу, наблюдавшему за этой милой картиной с раздражением. - Ты специально это делаешь? - терпение лопнуло. Адриан подскочил к Натаниэлю, схватив за ворот рубашки, нервно треся. - Не думаешь, что у тебя плохо получается? - злость бушевала. - Адриан! - подбежала Хлоя, попытавшись протиснуться между мужчинами. - Перестань! - Адриан Габриэлович, это я нечаянно толкнула вашу супругу, не вините его, - пролепетала Лила с долькой сожаления, взяв Агреста за руку. - Прошу перестаньте...       Зеленоглазому совершенно не хотелось слушать всё, что твердят окружающие. Он убедился в том, что Кутцберг намеренно влюбил сестру в себя, дабы быть ближе к Мари, выполняя свой план "похищения". - Адриан, отпусти его, - синевласка влезла в разговор, встряв между Росси и мужем, обхватив его руку своими. - Это случайность, - она переживала, это слышалось в её подрагивающем голосе.       Отпустив Кутцберга, который не успел и слова вымолвить, блондин резко выдернул свою руку из хватки жены, бросив гневный взгляд в её адрес. - Тебе так нравится заступаться за него? Да пожалуйста, - прошипел он. - А ты радуйся тому, что остался жив, сукин сын! - прорычал. - Придурок, - бросил в ответ Нат, поправляя одежду, не одарив Агреста и каплей внимания.       Хлоя сразу же подошла к любимому, с переживанием осматривая его, расспрашивая о самочувствии и так далее.       Маринетт, смотрящая в след уходящему Адриану, чувствовала себя до жути паршиво. Душа просто разрывалась. Каждый день сплошные ссоры, это ведь чушь собачья, а не счастливая семейная жизнь. Обхватив себя двумя руками, она и на заметила накатившихся слёз обиды...       Лила побежала за Агрестом, прикасаясь к рукам, шее, изредка лицу. Её коварная улыбка не сходила с лица. Она, определённо, осталась в выигрыше, ведь фотографы, подосланные ею, выполнили свою работу на отлично. Этим стоит радоваться. Уже завтра весь город будет обсуждать скандал, произошедший пару минут назад.       Гости всё время наблюдали за ссорой родственников, кидая комментарии не очень приятного характера. На этом вечеринка подошла к концу, поэтому ресторан быстро опустел, оставляя лишь Агрестов, Дюпен-Ченов и Кутцберга...