Красный снег

Вторая зима принесла с собой перемирие, теперь можно было вернуться домой и даже надеяться на то, что в университете возобновятся занятия. Снег сыпал в ещё не замерзшую осеннюю грязь, сыпал в самую маленькую дырку между одеждой и телом, дороги были в таком состоянии, что проехать было очень сложно. Но тем не менее и Мирейя и Люмия, и все остальные очень радовались — прошли почти полтора года страха, мир будет новым, а насколько лучше или нет — они ещё не понимали. Будут ещё конференции, но они об этом не думали. Мирейя хотела увидеть сначала дом, а потом любимого, а Люмия так устала, что стала думать что-то сложное только после приезда домой. Вот таким запомнят они Кристинополь, который скорее всего больше никогда не увидит ни одна ни другая. Мелькали станции и полустанки — Мирейя запомнила названия Сапежин, Брошня, Навария, перед горами поезд остановился, сказали что перевалы сильно засыпало снегом. Незаметно наступило утро. Поезд стоял на маленькой станции в предгорье, топки паровоза выключили для экономии топлива, и внутри стало прохладно. Мирейя вышла из вагона — снег здесь оказался очень белым и достаточно глубоким, она провалилась в него почти по колено. «Есть ли тут почта, может быть написать письмо что поезд задерживается» - подумала она. Люмия ещё спала. Но если отойти далеко, он может уехать без меня. Надо спросить, что случилось и как долго будем стоять. На небе сквозь рваные облака проглядывало зимнее солнце — похоже что снег больше падать не будет и впереди его чистят. Она спросила проводника — он сказал что стоим три или четыре часа, а про почту не знает, поселок маленький, с одной стороны всё рядом, с другой непонятно, работает ли почта. И всё равно письмо будет идти дольше, чем поезд, да и телеграмма пожалуй тоже, а телефона у Мирейи дома не было. Да и где теперь её дом — она уже уехала от родителей, но ещё не вышла замуж. В итоге она остановилась на телеграмме — почта оказалась недалеко от станции и даже работала, но только там была большая очередь. Люмия проснулась позже, увидела белый снег и подругу, которая выходила на почту. «Сходишь со мной» - «За компанию подойду». - А ты не хочешь отправить телеграмму или позвонить? - Те, кому надо, знают и так. Если надо звонить — то не надо звонить. Напрасно они боялись не успеть — поезд поехал уже ближе к вечеру, это никак не четыре часа от утра. После перевала снега стало резко меньше, как будто тут не зима, а еще осень. Снова станции — Волин, Минка, Севлюш, Утром поезд прибыл в Надьуфалу, а потом поехал дальше на юго-запад. Мирейя уже приехала, а Люмии нужно тут делать пересадку. Девушки вышли из поезда совсем рано. - Ну как тебе мой родной город — спросила Мирейя - Весной и летом наверное красиво, а сейчас темно и сонно. Вот станет светло, будет красиво. Они добрались до дома, где жили родители Мирейи и Маргит. Её брат ещё не приехал, и Люмия осталась на два дня в Надьуфале, до возобновления занятий в университете время ещё было, и вообще такие как она в таких случаях уже не торопятся — мужа или любимого у неё не было, а город посмотреть интересно. Что показывать в городе? Дорогу от дома до школы, в которую Мирейя уже не ходит, центр с домом искусств, и конечно же, берег Самоша, после небольшого Киш-Самоша в Коложваре он выглядит величественно, не торопясь несет свои воды на северо-запад, поворачивая за городом. Да, время года не очень гулятельное, но погода выдалась нормальной — грязи на улицах немного и не слишком холодно, даже солнце иногда проглядывает сквозь тучи. Мирейя и Люмия присели на камнях на берегу, в месте подальше от проторенных дорог и людских скоплений. Только река, и деревья. И они. На одной из яблонь с осени осталось несколько яблок, которые никто не сорвал и не съел, и даже гравитация не оказалась сильнее, чем связь с деревом. - Смотри, какие яблоки — заметила Мирейя. Люмия смерила взглядом дерево. - Это не добрый плод, добрый плод собирают и пускают в дело, а из семян вырастают новые деревья. Это не худой плод, его собирают и выбрасывают, чтоб не испортил другие. - Не худой и не добрый? А какой? - Для того, чтобы узнать, какой он, давай попробуем на вкус. Яблоки оказались мелкие и кислые, зато будет что вспомнить. Они съели по одному яблоку каждая, и ещё три взяли с собой. И по дороге домой они обе думали — где в этом мире добрый плод, где худой, а где не добрый и не худой. «А я сама добрый плод или худой?» На что Люмия ответила «добрый плод не задаёт таких вопросов. Впрочем, худой тоже.» И вечером они разошлись по разным комнатам, и Мирейя думала, чего ей ещё не хватает, а Люмия думала куда отнести этот город, университет, в котором они учатся, да и весь этот мир - к добрым плодам или к худым. И какой урожай уберут, когда наступит осень и зима. На следующий день погода была хуже, и они в основном сидели дома, играли в шахматы, карты и пекли пироги. Вот прошли три дня, и Люмия поехала дальше, Мирейя проводила её до вокзала. - Приезжай в мой родной город тоже — сказала Люмия. - В тот, который южнее Коложвара? - Да, и в этот тоже. Они расстались, чтоб увидеться снова через месяц с небольшим, когда снова начнутся занятия в университете. Через два дня в Надьуфалу приехал Гай. Сыпал мокрый снег и дул сильный ветер, но когда это останавливало кого-то — их любовь сильнее любой непогоды. Вещей у него было не так много, и они шли до дома пешком, радуясь что они наконец вместе, это радостно даже когда снег сыплет тебе за шиворот. Потом в городе объявились тоже Ласло и Пирошка. Друзья снова собрались, как раньше, во дворе, дождавшись погожего дня. И снова — вокзал, теперь уже все вчетвером. Коложвар ненамного южнее, но тут уже чувствуется, что скоро наступит весна, всем не терпится продолжить учёбу и вернуться к той жизни, которая у них когда-то закончилась. Что же будет через три года, когда они закончат университет, особо никто в этот момент не думал, просто новая страница в жизни, новая весна, знания, возможности и удовольствия. Когда занятия возобновились, то друзья стали заниматься уже осознанно, с волчим голодом к знаниям, потому что когда понимаешь, что что-то может случиться один раз, оно может случится и ещё раз — не обязательно то же самое, но что-то подобное запросто. Учись, узнавай новое и собирай фрагменты в единую мозаику, пока есть такая возможность — кто знает, что будет завтра? Даже в карты они стали играть между собой очень редко. То ли потому, что всё время уходило на учёбу и на узнать что-то ещё интересное сверх программы, то ли не хотели чтоб снова обезьяны прыгали в воду, Мирейя, Гай, Люмия, Пирошка и Ласло сидели в библиотеке целыми днями — сначала было удивительно и интересно, а потом стало понятно, что в книгах есть далеко не всё, сколько не читай, а всё равно вопросов больше, чем ответов. Зачем мёртвая бумага, когда кругом живые люди, у которых можно спросить — сказала Пирошка в один из дней, и ей поверили. Увы, оказалось что большинство людей или цитируют ту самую мёртвую бумагу, веря ей больше, чем себе, или отвечают тягостным молчанием, а есть и такие, что говорят что-то такое, что ни в какие двери не лезет. В лучшем случае они слышали ответ «да, я тоже всё это читал, через это проходил, и сейчас думаю и делаю то же». И у них нет ответов, а есть те же самые вопросы. Они так увлеклись познанием «в ширину», что забыли о познании «в глубину», и сессия наступила несколько неожиданно, пришлось немало потрудиться, чтобы сдать всё вовремя. На следующий год они сделали выводы и занимались в основном тем, что нужно по программе, но «ветер в окно» продолжал дуть. И когда до конца обучения остался один год, они решили что на последнем курсе будет полегче и снова можно узнавать не только то, что предписывает программа, но и то что интересно или нужно для сборки цельной картины мира. Пока рядом есть много книг и много умных и интересных людей, упускать такой шанс глупо. Они уже знали больше, чем в школе и начале вуза, но снова упёрлись в потолок, где вопросов больше, чем ответов. Где же искать ответы теперь? И тут мнения разошлись. Гай сказал, что там где нельзя спросить ни книги, ни других людей, надо спросить мир вокруг. Сделай и посмотри, что будет. «Так это долго, может быть опасно и всё равно вопросов больше, чем ответов» - ответила Мирейя. Можно вырастить плод на дереве за окном, но только ты знаешь, насколько он хорош. Само дерево об этом не знает. - И что ты предлагаешь? - Когда нельзя спросить ни книгу, ни другого человека, спрашивай самого себя. Тогда на каждый вопрос будет ответ. - А если ответ неправильный? - Это можно сказать на всё. Даже умная книга и мудрый человек может ошибаться. Так можно сидеть бесконечно и думать, что правильно, а что нет. Пожалуй, это единственный способ добиться ясности. - И вот ты спрашиваешь у себя, и какой ответ получаешь? И друзья составили список вопросов, на которые у них не было ответа, а Мирейя и Люмия эти ответы находили. Кто знает, были ли они все верными, но лучше знать, чем не знать. Всё равно формальная часть обучения никуда не делась. Они гуляли по уже знакомому Коложвару, дружили и любили, как все молодые люди. И постепенно поднимался вопрос — а что дальше, когда диплом в руках? Будет ли на этот вопрос ответ и как его найти — спросить книги, других людей, себя или мир?