XVIII
30 марта 2025 г., 15:57
— Как поживает мой пациент?
— Немного лучше, — ответил Гектор.
— Пришёл в сознание, значит, — отметил доктор Карл, один из группы бродячих артистов, недавно приехавших в Штирию. — Не принесёте ли мне чаю, мисс?
— Конечно! — бросив на него долгий, не выдающий эмоций взгляд, ответила Линед и ушла на кухню.
Карл сел на кровать в ногах больного и осмотрелся. Комната дьявольского кузнеца выглядела весьма уютно: большая кровать с балдахином, камин, несколько ковров, частично скрывавших холодные каменные полы, высокие окна, обрамлённые шторами. На столе и комоде стояли подсвечники на восемь рожков, в то же время на стенах были закреплены газовые светильники, которые бесперебойно работали в тёмное время суток. Книжная полка с разными рукописями о магии. Вполне приемлемые условия обитания для той роли, которую он играл для Штирии. Но что об этом думает сам Гектор?
— Интересное кольцо на твоём пальце. Я таких раньше не видел. От него веет сильной магией. Расскажешь подробнее?
— В этой вещи нет ничего загадочного. Это кольцо позволяет вампирам командовать ночными существами, которых я создаю. Я создаю их здесь, в Штирии. А потом они отыскивают путь к командующим войсками вампирам и подчиняются их приказам. Без кольца есть вероятность, что они не стали бы этого делать.
— Гениальное изобретение, — едва слышно прошептал Карл. — Штирии невероятно повезло заполучить такого редкого и ценного мага. Надеюсь, Кармилла и её Совет высоко ценят труд дьявольского кузнеца.
— Разумеется, здесь меня ценят, — ответил Гектор.
Как ни посмотри, фигура Карла выглядела внушительно: рост и физическая комплекция визуально придавали ему форму прямоугольника: высокий и широкий. А в его прямолинейном взгляде так и читалось: «мы же оба прекрасно понимаем, что не ценят». Но такого ответа ему заполучить не удалось. Карл помолчал, прислушиваясь к звукам из коридора.
— Рад это слышать. Из окон твоей комнаты открываются потрясающие виды.
За окном рассветное солнце и вправду очень красиво вырисовывало своим золотым свечением контур гор и лесов.
— Вот бы прогуляться там, правда? Наверняка леса полны разнообразной дичи.
— Было бы неплохо. Но я не в состоянии ходить, куда бы то ни было.
— Это поправимо, — сказал Карл, протянул руку к ушибленной половине лица Гектора. Боль и дискомфорт проходили, а когда ему в руки перешло зеркало, он увидел себя таким, словно падения никогда и не случалось.
— Невозможно, — недоверчиво скорчился он. — Это иллюзия.
— Ещё как возможно, только не быстро. Магия исцеления — редкость, почти миф. Я могу полноценно лечить лишь небольшие порезы, а крупные раны приходится делить на много маленьких попыток исцеления. И, тем не менее, даже переломам можно ускорить заживление. Поверь мне! Я способен оказать тебе неоценимую помощь не только в этом… — он прервался, услышав шаги несущей чай Линед. — Мы могли бы поговорить не только об этом, я прекрасно разбираюсь в тёмной магии и мог бы рассказать много дельного из опыта своего ремесла, — Карл принял кружку из рук служанки. — А у вас здесь не только красиво, но и чаи вкусные подают, — попытался он заговорить с ней.
Карл спешно удалился под предлогом неотложных дел. Звук его тяжёлых шагов был отчётливо слышен из коридора. А дальше наступило небольшое затишье. Линед удивлённо ощупала лицо Гектора. «Не то, чтобы это совсем невозможно, но это невероятно энергозатратный тип магии. По существу, он ускорил регенерацию тканей и снял отёк. Потрясающе» — заключила она. Они уткнулись каждый в свою книгу, и тишину нарушало только перелистывание страниц. Мысли Гектора были заняты совершенно не текстом рукописи. Он понимал, что не может покинуть Ленор, хоть она та ещё чертовка, и от неё он получал не только хорошее и полезное. За проведённое вместе время они притёрлись друг к другу и былые обиды повыцвели в воспоминаниях. А там, куда зовёт его Карл полно неизвестностей. Здесь у него появилось нагретое местечко. А там нет никакой уверенности, что эти вампиры продолжат относиться с таким же дружелюбием, какое этот вампир показывает сейчас. Примеры долго искать не пришлось. Кармилла, кошмары с которой продолжали ему сниться вновь и вновь, вела себя именно так. Нужно найти благовидный предлог и отказать ему, но после того как его долечат.
Буквально спустя день Карл снова появился в комнате Гектора. Он выглядел необычайно весёлым и всё пытался вовлечь в разговор новых знакомых. Снова отправил Линед принести ему чая, да побольше. На этот раз Карл восстановил кисть сломанной руки. Помимо того, что кисть стала выглядеть, как до перелома, все пальцы двигались так, будто травмы не было. Гектор помнил, как Карл при первом приёме скептически говорил о восстановлении этой руки после травмы, что часть функций ею уже не будут выполняться так же хорошо, как прежде. После применения магии Карл стал выглядеть очень усталым. Он оперся о столбик кровати спиной.
— Ну как, убедил я тебя, что желаю только хорошего? Идём с нами. Через неделю артисты отбудут отсюда и я вместе с ними, мы не можем долго ждать.
— Есть одна маленькая проблемка. Я не могу покинуть замок. Кольцо, на которое ты обратил внимание в тот раз, удерживает меня здесь. Если не найти способа его снять — не может быть и речи о том, чтобы я куда-нибудь пошёл.
— Думаю, за неделю я могу найти способ избавиться от него, — ещё раз осмотрев волшебный артефакт, сказал вампир.
Гектор с трудом сдержал улыбку. «Конечно, найди за неделю ответ на то, что у меня не получилось за полгода. Зато, пока он будет искать, можно будет пригласить его на чай и вылечить другие кости» — размышлял он.
***
В небольшом, круглом зале, где обычно коротали свободное время недобитки, случилось невероятное событие: Кармилла и Морана заняли места на центральном балконе второго этажа. Отсюда им открывался почти полный обзор всех присутствующих. Непривычные к такому вниманию со стороны Правящего Совета недобитки лишь искоса поглядывали на них. Боятся? И правильно делают, внутри Кармиллы всё ещё бушует ярость. Внизу открывался завораживающий вид на номера бродячих артистов. Жонглёры искуссно подбрасывали ножи, лезвия которых сияли на свету. Кармилле очень хотелось, чтобы хоть один из их ножей оказался волшебным и воткнулся в голову придурку, который изуродовал её замок, но чуда не случилось. Зато из уст недобиток то и дело слетали восхищённые возгласы. Не меньший восторг зрителей вызывали артисты, жонглировавшие огнём. Движимые артистами летающие огни вырисовывали в воздухе узоры. Сейчас прожившие несколько столетий вампиры ничем не отличались от обычных городских ротозеев на ярмарках и площадях. И даже не смотря на то, что риски для жизни и здоровья вампира-артиста были значительно ниже, зрелищности это не убавляло. Толпа словно загипнотизированная наблюдала за полётом в воздухе двух десятков ножей и рисованными огнём в воздухе узорами. Сейчас они выглядели, словно загипнотизированные: прикажи им — что угодно сделают. А между тем, не смотря на завораживающее шоу на сцене, горстка вампиров всё так же косилась на Кармиллу. Такой смелый в показаниях Имре просто не находил себе места и постоянно оглядывался. А некогда являвшийся душой компании недобиток Лайош, невероятно говорливый и активный, с тупым, ничего не видящим взглядом сидел в кресле в углу зала. Разумеется, это не может являться доказательством или опровержением вины, тем более что некоторые вампиры, имён которых она даже не помнила, тоже искоса на неё поглядывали. Иоланта неплохо сговорилась с московитками и служанкой Ленор, весь вечер с ними просидела. Улики, которые они нашли на месте преступления, принадлежали одному вампиру: несколько светло-русых, слегка вьющихся волосинок было найдено на ковре, металлическая пуговица, покрытая позолотой, маленькие красивые камешки могли осыпаться с броши или любого другого украшения и, наконец, самой шокирующей находкой стало письмо. В письме король Матьяш Хуньяди елейно выражал благодарность Лайошу за его усердие в ослаблении боевой мощи Штирии и обещал тому замок на краю своего королевства, в котором он может делать, что пожелает. Всё остальное, ставшее уликами, тоже принадлежало Лайошу. В момент совершение этого открытия Кармиллу трясло от ярости, однако сам виновник всё это время ходил по замку в невероятном спокойствии. Когда после выступления стража схватила его, сопротивления не было. Он не проронил ни слова, и не выразил ни единой эмоции. Кармиллу это разозлило ещё больше. Кроме того, на Лайоше был тот самый жакет, с которого упала улика. В ряду не хватало одной пуговицы, даже нитки на том месте торчали. Как мог этого не заметить такой завзятый франт, как он, и всё равно надеть вещь? Но дело сделано. Лайош в темнице. Осталось совсем немного — определить сообщников. Вряд ли бы он в одиночку так быстро всё это провернул. В общей сложности на протяжении всей лестницы не хватало восьми ступеней. — Рассказывайте мне всё, что видели и слышали в день падения Гектора, — повелела Кармилла московиткам. — Нас в чём-то подозревают? — Удивлённо сказала Купава. — Подозреваются все, пока не докажут обратное, — безапелляционным тоном произнесла Кармилла. — Слушай, наша вампирская жизнь непомерно длинная, — примиренческим тоном заговорила Веселина. — Зачем нам устраивать беспорядок здесь, находить себе врагов, когда мы можем просто мирно погостить? — Это не ответ на вопрос. — Мы ничего не знаем. Та лестница не ведёт к необходимым для нас помещениям, и делать нам там было нечего. А в солнечное время суток мы тем более находились в своей комнате, отдыхая. — Ничего, — с напускной лёгкостью произнесла Кармилла, — мы никуда не торопимся, — и при этих словах повернулся ключ в двери, их закрыли снаружи. — Присаживайтесь по удобнее, промочите горло чаем, я вас очень внимательно выслушаю.***
Сквозь поверхностный сон он чувствовал, как чья-то рука поглаживает его по волосам, как пальцы перебирают пряди, как приятно от этих прикосновений коже головы. Только одна вампирша прикасалась к нему настолько ласково. — Ленор! — резко распахнув глаза, прокричал он. — Бедный-бедный Гектор, совсем уже помутился разумом от тоски, — проводя пальцами по щеке, негромко проговорила Кармилла. — Ничего, она обещала скоро вернуться. Наконец-то переговорам наметился благополучный исход. — Зачем ты пришла сюда? — Сообщить новость. Понюхать собачий запах, — и на этих словах Теодорих, дремлющий в ногах хозяина приподнял морду и навострил уши. — Помучить своего дьявольского кузнеца, в конце концов, чтобы не забывал, кому он принадлежит и служит, — проводя кончиками пальцев по лицу и шее, почти нежно промурлыкала она. Гектор ворочался, как мог, лишь бы избежать её прикосновений. Здоровой рукой он попытался прикрыть лицо. Довольная такой реакцией, она убрала руку. Кармилла окинула его критичным взглядом. У Штирии нет проблем с войсками, а потому можно дать ему время отлежаться. — Радуйся: преступник почти определён, — сказала она, покидая комнату.
