Горечь

Через несколько недель — а за это время не было ни одной стычки между богами войны — Генерал Мин Гуан на улице догоняет Фэн Синя, пристраивается рядом и заговорческим тоном интересуется, как там дела у Наследного Принца. — Пока с ним Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем, — признавать это ох как тяжко, — все будет хорошо. А если нет — мы с Му Цином.. Пэй Мин издает смешок, трактуемый двумя путями: "Конечно все будет хорошо" или же "А куда Хуа Чэн денется?", и продолжает болтать о посторонних вещах. Что-то настораживает в его поведении, но что именно, Фэн Синь понять не может — они сворачивают ко дворцу. У ворот — Му Цин. Наверное, зашёл передать амулет, старинную штуку, что-то вроде аккумулятора. Стоит, всем своим видом показывая, как ему надоело ждать. На секунду кажется — лёгкая улыбка трогает его губы, и сам он весь как-то расслабляется. Но только кажется. Сребровласый генерал чуть фыркает в сторону Пэй Мина и не удостоив того чем-то большим, бросает Фэн Синю свёрток в руки и направляется прочь. — Эй, Генерал, вы кое-что забыли, – подкалывает Пэй Мин, – а поблагодарить? Му Цин щелкает каблуками на развороте и неожиданно спокойно отвечает, что, да, запамятовал. Терпкий запах мяты бьёт в нос, последнее, что замечает Фэн Синь перед полным отключением разума — весьма ошарашенное лицо Пэй Мина. О том, что теперь все Небеса будут перемывать косточки двум богам войны думать не хочется. А вот о том, что Му Цин весь такой легкий, чудесный и так сладко целует — да. Какая-то разумная часть просыпается тогда, когда кровать пружинит под их весом, а Му Цин прикусывает за губу — неловкое приземление. — Ты чего прекратил? – боги, у Яшмового Генерала распахнут ворот, на шее темные поцелуи и шалый взгляд. Он даже не пытается придержать сползающие одежды, наоборот, изгибается и тянется к Фэн Синю так, что ткань скользит с плеч, обнажая светлую нежную кожу. Генерал Наньян никогда не сбегает, но сейчас он вскакивает с кровати и, оправляя одежды, спрашивает первое пришедшее в голову: — Ты совсем больной? "Нет-нет-нет, я не это имел ввиду" – хочет закричать Фэн Синь, потому что чувствует, как натворил очень плохое, самую свою большую ошибку совершил. Изящные плечи никнут, Му Цин опускает низко голову — растрёпанное серебро занавесом укутывает его фигуру, скрывая лицо — молчит. Срывается с места. В открытое окно, по скату крыши — прочь. Фэн Синь находит его через несколько месяцев, на общем собрании богов, в толпе. Сначала думает, что ошибся. У Му Цина короткие, очень короткие волосы