West wind

Вспышка от камеры сбоку, непроизвольно поворачиваю голову, уставившись на Салли Донован рядом с Лестрейдом. Закатываю глаза, понимая, что они теперь точно не упустят момент поиздеваться. — О Боже, Грег, ты серьезно позволишь ей это делать? — неловко дергаю рукой, отворачиваюсь, громко выдыхая. — Только, если Шерлок прекратит воровать улики и издеваться над сотрудниками Скотланд-Ярда, — скрещивая руки на груди, говорит инспектор. — Гэри, поймали его? Наверное, учитывая, что оказались вы тут так быстро, то полиция Лондона работает все так же, — Холмс выдохнул, смерив Донован презрительным взглядом, попытался высвободиться, дернувшись, но ткань пальто лишь затрещала, грозясь порваться о кирпичи. — Думаю, чем быстрее вы поможете нам выбраться, тем быстрее пойдет расследование. Минут пять еще Салли крутилась вокруг, пытаясь поймать «отличный кадр», но ни я, ни Шерлок, скорее всего из-за моего отношения к подобному, не поворачивали лицо в ее сторону, пытаясь вылезти из ловушки и не опозориться на местные газеты, в которые девушка уверенно попытается протолкнуть добытый материал. Лестрейд, стоял в стороне, уверенно общаясь с кем-то по телефону. Ситуация была до жути неприятной, конечно, до свадьбы оставалось меньше нескольких недель, но это ни в коем случае не спасало репутацию. — Тридцать минут, — Грег вздохнул, убирая телефон, — твой брат приедет через тридцать минут, Шерлок. — Неужели, нет другого способа достать нас отсюда? — чуть ли не прошипел младший Холмс, уставившись на Лестрейда, как на последнего идиота. — Есть, но это в любом случае займет намного больше времени. И знаешь ли, я тоже не горю желанием видеть мистера «почти Британское правительство», — Лестрейд повернулся к Салли, обрывая ее порывы обучения искусству фотографирования. — Но мне также нужна твоя помощь, потому что времени у нас не так много. — Четырнадцать минут и тридцать пять секунд, — сквозь зубы проговорил Шерлок. — Что? — Четырнадцать минут и тридцать девять секунд назад его должны были поймать, — лицо детектива выглядит так, будто он затаил обиду. — Шерлок, успокойся, — говорю полушепотом, схватив его за руку. Спустя тридцать минут, как и сообщил инспектор, прибыл Майкрофт со своими людьми, стоя чуть поодаль, он бесчувственно наблюдал за освобождением, крутя в руках зонт. Стену с одной стороны должны были сломать, так что мы с Шерлоком просто застыли, ожидая действий. Страшно не было, потому что все тело уже начало сводить, а дыхание детектива в ухо на протяжении сорока пяти минут слишком, даже для меня. Стена сломана, мы все в кирпичной пыли, я разминаю затекшие мышцы, кажется, что простоял там не сорок пять, а все сто сорок пять минут. Шерлок выглядит недовольным, тянет за собой и говорит Грегу, что будет ждать его в доме с трупом, даже не смотрит на Майкрофта. Вернувшись в здание с новой жертвой, Шерлок принялся осматривать все, начиная с входной двери, чуть ли не ползая по коридору и гостиной на первом этаже. Но потом добрался до трупа: молодой парень лет двадцати, глаза были на месте, но вот нервно выведенная «W» на запястье присутствовала. Шерлок ничего не произнес, набрав сообщение на телефоне. Мы видели его, но не знаем причин, мотивов, он работал один, не оставил улик, указывающих на него самого. Детектив мрачно молчал. Прошло двенадцать чертовых дней в тишине. Свадьба, к которой мы с Мэри готовились, наконец-то наступила. Последние приготовления завершены еще вчера вечером. Шерлок дает обещание не заниматься расследованием хотя бы в этот день, даже не заговаривать о деле, трупах и убийце, бережно складывая салфетки в лебедей. Яркий солнечный день, май. Мы встречаем гостей, многих из них пригласила Мэри: знакомые с работы, старые друзья, мои родители. Шерлок тоже приложил свою дедукцию к тому, кого следует звать, а кого нет, Мэри точно считает его отличным другом, а это хорошо. Фотографии, на которых настояла Мэри, чтобы запечатлеть счастливые моменты, радость и ту любовь, что отражаются в глазах напротив. Клятва у алтаря раздается по помещению звонким эхом, заглушая все посторонние звуки, есть только здесь и сейчас, только теплые ладони в моих руках, девушка мечты напротив. Она обещает быть со мной всегда, смотрит в глаза, мягко, почти нежно, надевает кольцо на мой палец. Кажется, что лучше, чем сейчас и быть не может, свет бьет через витражи, растекаясь яркими пятнами по лицу Мэри, которая откидывает фату. Поцелуй получается долгим и чувственным, кажется, кто-то заплакал в зале, но это не сильно беспокоит. Банкет только начался. Все ожидают речь шафера, о которой очень много шутили и беспокоились, особенно миссис Хадсон и Лестрейд. Шерлок, сидящий рядом, встает, отряхивая невидимую пыль со своего смокинга, поднимает бокал, уставившись на присутствующих. Все резко замолкают, удивленно взирая на Холмса младшего, кто-то неловко смеется. Цирк только начинался. Шерлок начал с представления – лучший друг, прекрасный врач, доктор Хэмиш Ватсон, незаменимый человек, что спасает жизни людей. Рассказывал для начала то, как мы с ним расследовали дела, и заканчивал устроенным мальчишником, если так можно назвать то, как мы выпивали в баре около двух часов, а потом уснули на лестнице. Игра в «Угадай кто ты», кажется, детектив так и не понял сути. Речь затянулась, когда он резко всех поднял, застыл, собираясь что-то сказать, но так и не смог, нервно моргая, улыбка сползла с его лица, а бокал выпал из рук. Судорожно извиняясь, он перепрыгнул через стол – в его манере – и прошел вперед. Представление началось. «Попытайтесь угадать, кто может быть убийцей, кого можно убить только на свадьбе» – выпалил Шерлок и сложил руки в молитвенном жесте, осматривая присутствующих, в его глазах мелькал азарт. Я просто приложил руку к лицу, слыша возмущенный вопрос Мэри о том, что происходит. Каждый хотел прервать монолог Холмса, но было тут что-то наигранное, что заставляло напрячься, ожидать хоть что-то, что прояснит ситуацию. Слова «Ватиканские камеи», которые вскользь произносит Шерлок, заставляют сосредоточиться, потому что они являются знаком. Детектив продолжает наводить ужас на гостей, сбивая с толку, но для меня уже стало понятно – дело пахнет керосином. Еще несколько минут и приходит осознание кем является жертва – Шерлок шепотом сообщает об этом – майор, который был приглашен на свадьбу. Детектив безошибочно связывает свое нераскрытое дело и его присутствие здесь, сегодня. Требуется еще полчаса, чтобы уладить все, оказать жертве медицинскую помощь, потому что лишнее движение и смерть от потери крови была бы обеспечена. Благодаря Лестрейду ближе к вечеру был возвращен фотограф, которого и сказал арестовать Шерлок. Почти идеально. Не лучшее событие для свадьбы, но только не в том случае, когда ты знаком с самим Холмсом, который обещал не заниматься делами сегодня, но я рад, что Шерлок не перестает быть Шерлоком. Заминка решена, время для первого вальса наступает незаметно. Кто бы знал, что детектив подготовит свою собственную мелодию для этого, сыграет на скрипке. Все смотрят на то, как мы кружимся по залу, но мира вокруг, будто не существует, Мэри смеется напротив, глядя в глаза и мягко сжимая мою руку. Шерлок плавно прерывает мелодию и встает у микрофона, поздравляет, желает удачи, обещает защиту нам двоим, что трогает очень сильно. Кажется, что Холмс тоже научился быть человеком, что он до сих пор является лучшим другом, никто другой его не заменит. Он просит музыку, и все начинают танцевать, Мэри втягивается сразу, а я еще с секунду наблюдаю, как улыбка сползает с лица Шерлока, как грустно он оглядывает зал, цепляя взгляд за нас с Мэри, выглядит, как обиженный ребенок, уходит, оставив ноты. Вдоль позвоночника пробегает неприятная дрожь. Но это же просто Шерлок, с ним точно не должно ничего случиться, он посвятил себя работе, так что зачем ему задерживаться тут, зачем тратить время на простых людей и их эмоции. Он держался весь день, потому что я его попросил, он сделал это ради меня, ради своего друга. Время тянулось быстро, слишком хорошо, чтобы быть правдой, слишком сладко, чтобы привыкнуть к этому после возвращения детектива. Завтра или послезавтра, но в любом случае все изменится, что-то случится, свадьба не может пройти бесследно для человека и его отношений с другими людьми – вот что пугает – не только меня, многих. Страх того, что ты не сможешь жить так же после этого важного решения в своей жизни, что окажешься не с тем человеком, которого ждал, что ошибешься. Алкоголь явно ударил в голову, ноги стали почти как вата. Напиться на собственной свадьбе до беспамятства такая себе перспектива, нужно выйти, подышать. Кажется, никто не заметил моего ухода, так что, найдя у одной ограды тихое место, я прислонился к забору, вдыхая теплый вечерний воздух. Спустя несколько минут даже полегчало. — Новый статус в обществе уже утомил тебя? — над ухом разнесся низкий голос детектива. — Разве ты не ушел ставить новый эксперимент или устроить двенадцатичасовое заседание в морге над очередным трупом? — даже не удивившись появлению Шерлока, вопросил я, пытаясь повернуться, но с трудом переставляя ноги. — Я обещал тебе – в этот день никаких расследований, а также сотрудники Скотланд-Ярда здесь, ты же не думаешь, что я стану возиться с Андерсеном, Джон? — лицо Шерлока приобрело насмешливо-презрительное выражение. — Конечно, но я ждал, что ты просто уйдешь, — вздыхаю, снова опираясь на забор, — а потом еще напишешь мне что-то вроде адреса и « может быть опасно». Шерлок перебирается через ограду, вставая рядом, я облокачиваюсь на него, совсем немного, как мне кажется, ноги не держат, и клонит в сон. — Ты напился, пойдем, я позову Мэри, — Холмс тормошит за плечо, но глаза так приятно слипаются, что просто больше наваливаюсь на него, бормочу что-то тихое, как: «не надо, просто на чуть-чуть закрою глаза». Глаза закрываются, рядом приятно вздымается чужой бок, жарко до безумия, а звуки музыки совсем стихли, но в сон клонит сильней, что даже тошнота отходит на задний план. Кажется, что Шерлок придерживает за плечо, тяжело дышит рядом, становится как-то все равно, что происходит вокруг, перед тем, как я окончательно проваливаюсь в темноту.