West wind

Стояла отвратительная жара, то ли от одеяла под которым я лежал, то ли от тела сверху, что прижимало меня — Мэри часто так делала, так что я не был особо удивлен. Она размеренно дышала, опаляя щеку горячим дыханием. Поморщившись, но не открывая глаз, я перевернулся лицом к ней, стараясь не разбудить, провел рукой по предплечью, склонился и осторожно коснулся ее шеи губами, вдыхая запах и одновременно зарываясь рукой в чужие волосы. Объемные кудри в руках и привкус кофе на коже — это точно была не шея девушки — заставили насторожиться и разлепить веки. Шерлок лежал напротив, не выражая ни единой эмоции, смотрел на меня. В его серых глазах не было ничего, кажется, он понял, что это была случайность. Я поежился, убирая руки, стараясь придать лицу невозмутимый вид, что, по всей видимости, мне так и не удалось. — Что ты тут делаешь? — сглотнув, я отвел глаза, не решаясь взглянуть в лицо детективу. — Хотел удостовериться, что твое состояние больше не перейдет критическую точку, — холодным тоном ответил Холмс, переворачиваясь и вставая с постели. — Как ты… — Услышал, как ты плачешь, — не оборачиваясь, уже у двери невозмутимо перебил Шерлок. — Прости, — сжав в руках простынь, сказал я, разглядываю спину детектива, — я не знаю, что… — Стресс вследствие утраты, который оказал сопутствующее влияние на твои кошмары, связанные с войной, обычное явление, — я замер, похолодев от того, как Холмс произнес это, слишком бесчувственно, слишком ненавидяще, но затем он обернулся, заглянув в глаза, и добавив более мягким тоном, — впрочем, я рад, что успел предотвратить это. Мы больше не обсуждали это, оно и не требовалось. Такое уже случалось раньше, не на столько плохо, но думаю метания в холодном поту по простыням нельзя считать и чем-то хорошим. Как сказал Шерлок: в такие дни он следил, чтобы я не навредил себе, потому что ему требуется здоровый врач рядом, когда он расследует дела, как сейчас. Утро было неотличимым от обычного, не считая того, что пришлось простоять под холодным душем гораздо дольше обычного. Раньше не случалось такого, что я пытался застрелить себя во сне, кошмаре. Уперевшись головой в кафельную стену, я стоял под ледяными струями воды, стараясь забыть пережитки ночи, забыть то, как Она умирала, забыть то, как я перепутал Ее с Шерлоком. События кошмара стойко выбились в голове, мелким шрифтом подчеркивая мою слабость даже перед самим собой, мою вину в некотором роде. Страх, что Она снова придет, будет также умирать у меня на руках, что все меня обвинят в этом, преследовал неукротимо. Хоть я и понимал, что такое вряд ли произойдет, но неприятный холодок по позвоночнику все же пробегал, стоило Шерлоку заговорить. Холмс сидел в гостиной, завтрак таки состоялся, потому что детектив заказал еду из китайского ресторана, кажется, я был в душе дольше, чем положено. — Если тебе требуется побыть одному, то нужно было сообщить об этом раньше, — произнес Шерлок, съедая лапшу, — просто ты всегда выступал против нетрадиционных отношений, да и я женат на своей работе. — Шерлок, я не… — раздраженно выдохнул я под ироничным взглядом детектива, — это не то о чем ты подумал, и я в курсе, что ты состоишь с ней в продолжительном браке, это была просто случайность. — Ясно, — невозмутимо ответил Шерлок, продолжая есть. — И я не гей, — в который раз напомнил я, потому что это действительно переходило границы. Решившись разобрать холодильник, дабы найти там хоть что-то из чего можно будет в будущем приготовить еду, я обнаружил, что кроме остатков печени и пальцев в пакете там ничего нет. В который раз вздохнул и, не понимая, как детектив до сих пор не умер от голода или переутомления, я отправился в магазин. Вернувшись домой, я не удивился присутствию тут Майкрофта — это выглядело вполне очевидным, учитывая как часто в последнее время Шерлок начал творить беспредел, каким в последнее время он стал невыносимым. Пополнение холодильника и уборка кухни в целом являлись важной задачей, как и диалог Холмсов, потому я слушал, параллельно выбрасывая стухшие продукты из шкафов. — Тебе не кажется, что ты не продвигаешься, Шерлок? — голос Майкрофта холодно-вежливой волной прошел по гостиной. — Даже это лучше, чем работать на тебя, — устроившись в кресле, произнес детектив. — Как минимум на это пошли не все сотрудники, — удивленно вскинул брови старший Холмс. — Очевидно, — Шерлок улыбнулся, натирая смычок канифолью, когда только успел достать. — Я ждал, что ты справишься с этим быстрее, продолжающиеся убийства могут поставить под угрозу общественную безопасность, — произнес Майкрофт, наблюдая за тем, как Шерлок планирует играть на скрипке. — Думаю, если бы ты так всех не контролировал, проблем было бы меньше, а работа пошла бы быстрее, твоя аквариумная рыбка оказалась ядовитой? — в этот момент по помещению пронесся душераздирающий звук, который Шерлок извлек из музыкально инструмента. — А твоя видимо невероятно неразумной, раз осталась с тобой, Шерлок, — нервно сжимая в руках зонт, произнес мистер почти «Британское правительство», — в камерах нужды нет, как и в напоминании того, что восемь жертв это весомая причина не сидеть без дела. — Ничего необычного, они не являлись политиками, значимыми людьми, что тебя, черт возьми, так интересует именно в этом деле? — раздраженно спросил Шерлок, проводя смычком по струнам. — Образование новых организаций сейчас довольно не выгодно с экономической точки зрения, а все признаки на лицо, удивительно, что ты до сих пор не смог с этим разобраться, — улыбка Майкрофта слышалась даже в словах. Телефон глухо прозвенел на столе. — Отлично, твоя просьба почти разрешилась сама, — ухмыльнулся Шерлок, просматривая сообщение, но, заметив недоуменный взгляд брата, продолжил, — твоя рыбка на сотрудничество не пошла, хоть ты мог и заставить. Джон, едем! Полицейский участок встретил суетой, все носились куда могли, Донован даже не отреагировала на появление Шерлока, не сопроводив его обычными едкими комментариями со словами «Псих» или «Фрик». Лестрейд ждал в кабинете, он нервно качался на стуле, постукивая ручкой о блокнот. Он дернулся, чуть не упав с многострадального кресла, когда увидел Шерлока, ворвавшегося в кабинет, я шел следом. — Шерлок? — Где он? Грег медленно поднялся со стула, прошел вперед, ожидая Шерлока за дверью, быть в неведение не лучшая привилегия, хотя я довольно давно уже перестал понимать, что иногда имеет в виду Холмс, и что он планирует делать дальше. — Отказывается говорить с нашими сотрудниками, очень просил позвать тебя, он знает, что ты работаешь с нами, — выдохнул Лестрейд, засовывая руки в карманы, и поежился, обернувшись на камеру, — я надеюсь, что ты наконец-то завершишь это дело, потому что иначе я больше не выдержу работы тут. Шерлок на это лишь ухмыляется, следуя за Грегом. Хорошо освещенная комната для допросов, за столом сидит низкий мужчина, который по описанию полностью совпадал с тем, как его описывал детектив. Лестрейд попросил никого не заходить кроме Шерлока, мы остались снаружи, наблюдая за тем, как фигура детектива вплыла в помещение, и он сел напротив, слышимость была просто отличная. Мужчина перед Холмсом нахмурился и посмотрел на детектива, склонив голову вниз. Они оба молчали. Лестрейд что-то бормотал под нос, складывая руки на груди, смотря и стараясь ничего не пропустить. Ни разу за это время таких ситуаций не происходило. — Я убил их, — тихо прошептал мужчина, смотря в глаза Холмсу, — всего восемь. — Очевидно, — кажется, Шерлок понизил голос, потому что от тяжелого ледяного тона пробирало даже тут. — Вы же понимаете почему? Вы знаете? — руки убийцы задрожали, а голос сорвался на последних словах, — глаза, они повсюду, везде, он знает, что я делаю. — Кто он? — от голоса Шерлока я поежился, непроизвольно сглотнув, никогда не слышал, чтобы он так разговаривал — Не могу, я не могу сказать? — почему-то слова прозвучали, как вопрос, после чего которого он стал оглядываться по сторонам, — Господи, прошу… В помещении раздались глухие всхлипы. — Я не знаю! — закрыв лицо руками, вскричал мужчина, — я не могу! Он убьет их! — Кого? Кто он? — бесчувственно вопросил Шерлок. — Я не могу сказать… не могу, Вы должны сами понять это мистер Холмс, — пролепетал он, всхлипывая, — пожалуйста, помогите, пожалуйста, прошу Вас. — Почему глаза? — инспектор рядом напрягся, шумно втянув воздух через нос, кажется, я повторил это действие. Смотреть на это было очень трудно, я ни разу не присутствовал раньше на допросах, в которых участвовал Шерлок. Это было очень тяжело, состояние человека напротив детектива было нестабильно. — Он хотел видеть, он видел всех, все в Лондоне, — нервно улыбнувшись, произнес мужчина, резко подняв голову и уставившись в глаза детективу, — Он знал, что Вы не поймете, знал, что глаза это очень важно. — Вам угрожают, — заключил Шерлок. — Их было восемь, восемь… они тоже пошли на это! — воскликнул убийца. — Как и Вы, все это ведь спектакль? — Шерлок слегка наклонил голову, почти не моргая, разглядывал человека перед собой. — Шестая так рыдала, мы с ней так похожи, — он обернулся, посмотрел через зеркало, именно туда, где стоял я, — она просила передать: «Счастье продлилось недолго». — Джон, успокойся, — прошептал инспектор, видя, как я сглотнул, как сжал руку в кулак, как я напрягся всем телом. Дышать стало тяжело, в голове туман, ярость съедала изнутри. Какое у него есть право так говорить, черт возьми?! Я сжал зубы, стараясь подавить желание зайти туда, сделать то, о чем я потом пожалею. Она бы точно этого не хотела. — Джон, не делай этого, — положив руку на плечо, прошипел Грег, — не упрощай его жизнь. — До этого, я не думал, что смогу совершить такое, Вы понимаете? Ты никогда не будешь готов к такому, — снова склонив голову, прошептал мужчина, — ни у кого из нас нет права на это. Наверное, Вы не поймете, Вы такой же, я просто хочу, чтобы вы помогли. Прошу, я хочу защитить то, что осталось, Вы ведь тоже? Шерлок сглотнул, метнув короткий взгляд в сторону, не первый человек говорил ему об этом. — Он знает куда надавить, он знает, что у Вас есть сердце, — вздохнув, продолжил он, — у него есть глаза, и он красный, затянет на шее… Времени немного, имя осталось только одно… Не говорите моей семье, я хочу просто защитить их, все мы хотели этого, — мужчина снова зашелся в рыдании. — Это ложь! Так ведь? — резко вскочив, прокричал Шерлок, его лицо перекосила гримаса злости. — Посмотрите на вещи по-другому, слишком просто, чтобы понять, — прошептал мужчина. Шерлок замер, окинув его ледяным взглядом, после чего перевел его туда, где были мы, и быстрым шагом покинул помещение, его руки дрожали, а лицо посерело. Он не произнес ни слова. В квартире на Бейкер-стрит он тоже молчал, стоял напротив своих сведений об убийствах в полной тишине, сосредоточенно обводил каждое слово и цифру взглядом. Я сидел в кресле, читая книгу и изредка поглядывая на детектива. — Мы знаем убийцу, — часа через два произнес Шерлок, заставив меня оторваться от увлекательного чтива, — он знает нас, время через которое находили жертв, проставь под каждое число букву, — пояснил Шерлок, но, увидев то, как я удивленно смотрю на него, вздохнул. — «Не ждали» — думаю, обычный убийца не стал составлять из времени предложение, содержащее информацию о том, что мы знакомы. Мне нужно пересмотреть все старые дела, отправь сообщение Гордону. — Удивительно, но почему ты не можешь сделать этого сам? — иронично изогнув бровь, вопросил я. — Очевидно потому, что я попросил тебя, — как само собой разумеющееся произнес детектив, вновь обратившись к своим заметкам. Лестрейд появился через двадцать минут, запыхавшийся и с убийственным взглядом. — Еще раз, Шерлок, еще хоть один чертов раз, — прошипел Грег, тыча пальцем в детектива. — Я тебя понял, мне нужно пересмотреть все те дела, которые мы раскрыли за последние три года, — зажмурившись, произнес Шерлок, спускаясь с дивана и подходя вплотную к инспектору, — это сейчас важнее, чем… разборки с Майкрофтом, — втянув воздух, прошипел детектив, поморщившись и отшатнувшись от Грега. — И в следующий раз попроси его сменить парфюм. — Обязательно, — закатив глаза, выдал Лестрейд. — Документы доставят через час, но это требовалось передать лично, — добавил он спустя пару секунд, доставая из кармана куртки диск, — Джону. Сглотнув, я посмотрел на диск, который был подписан, который был подписан Ее почерком. «Для Джона Х. Ватсона» — гласила надпись на коробке. Шерлок смотрел, нервно сжимая руки, почти не моргая, думаю, что я выглядел так же. Ноутбук был на кухне. На диске был только один файл — видеозапись. Мы втроем нервно смотрели на это, не решаясь открывать. Я от страха, остальные, потому что это предназначалось мне. Я подозревал, что там может быть, боялся снова услышать Ее, снова ощутить ту болезненную пустоту. Все же время не могло идти вечно. Видеозапись началась с черного экрана, а потом мы увидели Ее, сидящую напротив камеры, Она выглядела напуганной, но была полна решимости. Она была в нашем доме, сидела в спальне. — Привет, Джон, боюсь, что подошло время поговорить, — она улыбнулась, — я думаю, сейчас ты находишься не в лучшем состоянии, но мне важно сказать тебе все. — О, Господи… — выдохнул я, понимая, что это. — У меня не так много времени, так что знай, Джон: я тебя очень сильно люблю, но другого выбора у меня нет. Я хочу защитить тебя, так что, прошу, дослушай до конца, — она нервно поерзала на стуле, смотря поверх камеры. — Если ты слушаешь это, то я уже давно мертва. Слышишь? Мертва. Я знаю, какой это удар для тебя, знаю, что ты будешь упрекать себя, так что, пожалуйста, прими, что ты ни в чем не виноват, что ты должен жить дальше. — Джон, я знаю, что ты являешься идеальным человеком, что ты прекрасный, добрый и неповторимый, знаю, что я слишком много лгала тебе, что, возможно, я не тот человек, который достоин был быть с тобой, но я была по истине счастлива быть Мэри Элизабет Ватсон, — она медленно поправила волосы. — Думаю, рядом с тобой есть те, кому ты больше подходишь, кто доверяет тебе больше, но сейчас я должна признаться, помочь найти того, кто в этом всем виноват. Вся моя жизнь была ложью, Джон… Мое настоящее имя… Розамунд Мэри, я — это часть головоломки. Я надеялась, что мне не придется говорить тебе об этом, не придется раскрывать темных аспектов своей жизни. И я не хочу, чтобы ты считал, что я ужасный человек, я хочу защитить тебя, хочу помочь, так что прошу, помоги Шерлоку, он поймет что делать, защитит то, что дорого для меня. Я уверена, что он это сейчас слышит, Господи, Шерлок, защити его. Я знаю, я понимаю, что лгала, но это сейчас важнее, просто не усложняй, все очень просто. Короткая пауза длилась недолго, она снова посмотрела поверх камеры, глаза заблестели от влаги. — На этом все, спасибо, что был со мной, Джон. Молчание пронзило комнату, за окном завыла сирена. Никто не решался говорить первым, я понимал почему. Чувств нет, их просто выбило, слишком много всего за коротких пять минут. Слишком много, чтобы сразу переварить, осознать, что произошло, что я только что услышал, что только что произнесла Мэри? Розамунд? Вины нет, она знала, что я буду себя упрекать в ее смерти, Боже, как же хорошо она меня знала, но как далек я был от нее. Погружен в абсолютную ложь со всех сторон, со стороны всех близких мне людей. Ядовитая усмешка сама появилась на моих губах, я не мог сдержать ее. Все это расследование тоже ложь, бесполезная ложь. О каком доверии тут может идти речь, когда каждый, кому ты веришь, стремился разыграть перед тобой спектакль, разрушить тот привычный мир, в котором ты жил. Шерлок, Мэри, кто будет дальше? — Джон… — Шерлок, молчи, ты же знал об этом верно? — Шерлок вздрогнул от моего вопроса, отвел глаза, переглядываясь с Грегом, — Шерлок, я жду ответ. — Не знал, но теперь я точно могу сказать, что все складывается в… — Шерлок, я понимаю твою увлеченность делом, но и не считаю, что теперь это имеет для меня важность, — выставив руки перед собой, я старался успокоиться, сердце билось слишком быстро. — Джон, это касательно того, что… — Шерлок, нет. Просто заткнись, я устал от этих спектаклей, я не могу, я обычный человек, — зажмурившись, я потер глаза, я действительно ужасно чувствовал себя от этого. — Я ухожу, Шерлок. Детектив с минуту стоял и молчал, глядя на меня непроницаемым взглядом — загрузка пошла. Смысла оставаться тут дальше не было, моих вещей тут тоже нет — я так и не решился переносить что-то из дома сюда, пользовался тем, чем приходилось. — Джон, ты не можешь, — воскликнул детектив, догоняя меня в дверях и хватая за предплечье. — Шерлок, я могу. Отпусти меня, — сквозь зубы произнес я, дергая руку из захвата. — Джон, ты не понимаешь, — Холмс держал, не выпуская. — Я уже давно ничего не понимаю, Шерлок! — наступив на ногу детективу, я вырываю руку и быстро спускаюсь по лестнице, маневр удался. — Джон, это был… — Не желаю слушать ничего, это меня больше не волнует!