Из тени демона

      Мэтт листает фото машин в Гугле и задумывается над каждой из них.       — Ты не был таким серьёзным даже на наших занятиях, — замечает Миранда, ставя на столик поднос с кофе и круассанами. Заглядывает в монитор стоящего рядом ноутбука. — Тебе мало одной машины?       — Это отец хочет подарить Лиз. Взвалил выбор на меня. — Мэтт вздыхает, не скрывая всю тяжесть ноши. Он берёт протянутый кофе и залпом выпивает половину. — А я не силён в дорогих тачках. Особенно в тех, что могут приглянуться девчонкам.       — Думаешь, ей зайдёт Кадиллак? — Миранда садится рядом и изменяет запрос в поиске. — Вот. Хотела себе взять, друг обожает эту марку. Достаточно приметно, дорого и в то же время не пошло и безопасно. Подумай об этом.       — Ладно…       Мэтт углубляется в изучение уже конкретной модели, когда сквозь аромат ещё тёплых круассанов пробивается смрад смерти. Мэтт поднимает глаза выше монитора и видит уборщика, деловито вкатывающего в помещение тележку. Благодаря демону уже известно, что этот безобидный с виду парень связан с Sin Miedo и казнил кого-то, чтобы доказать верность. Теперь Мэтт каждый раз присматривается к уборщику и всё чаще замечает странности в его поведении. Вот и сейчас он останавливает тележку рядом с парочкой бухгалтеров и начинает слишком целеустремлённо натирать чистый пол, попутно подтанцовывая музыке в беспроводных наушниках. Не менее подозрительно то, что его телефон лежит на тележке, а не в кармане. По обрывкам разговора счетоводов Мэтт понимает, что обсуждают они дела компании, ничуть не стесняясь стоящего недалеко уборщика.       «Да забей ты на него», — предлагает демон. Вместо этого Мэтт встаёт с недопитым кофе и идёт в сторону навороченной кофемашины. Двигается между столиков так, чтобы пройти мимо «бесстрашного».       — Чёрт!       Налетев на уборщика, Мэтт выливает на него остатки кофе, а сам заваливается на тележку с моющими средствами и вместе с ней падает на пол. В последний момент ему удаётся схватить телефон и как бы случайно заползти под стол, где активирует экран и торжествующе лыбится.       «Приплыли… — стонет демон, когда видит окошко включённого диктофона. — Ты понимаешь, какого из себя клоуна на людях корчишь?»       Погасив экран, Мэтт с ворчанием выбирается из-под стола. По пути с грохотом роняет стул и едва не переворачивает стол.       «Слон в посудной лавке и то грациознее»…       «А я и не слон».       — Вот. — Мэтт пренебрежительно протягивает телефон владельцу. — Последняя модель, ха, вроде не разбился. Но если что — куплю новый.       Мэтт отряхивает одежду и под ошарашенными взглядами сотрудников как ни в чём не бывало ставит стол и стулья на место.       «Что ты задумал?»       «Пока не знаю».

***

      Мэтт достаёт из багажника Мустанга увесистые вёдра с краской и несёт их в дом. Скрипит зубами от боли: после града обломков на спине до сих пор два огромных синяка. Учитывая, что сейчас вся «семья» дома, его ждёт много любопытных вопросов. Поэтому надо пробраться к себе в комнату как можно незаметнее.       «Да ты в этом спец. — Демон отмахивается от возможных встреч. — Главное — морду кирпичом».       — Что ты делаешь? — спрашивает Джай, застав Мэтта на середине лестницы.       — Планирую ремонт.       — О! — Джай заговорщицки щурится и оглядывается в сторону кухни, где за ноутбуком сидит Лиз. Он подгоняет Мэтта и заходит с ним в его комнату. — Ремонт, ты не шутишь?       — По мне видно, что я так шучу? — Мэтт ставит вёдра у стены и разминает спину. — У всех свои методы. Ты что-то хотел?       — Ты как?       — Спрашиваешь, часто ли рядом со мной взрываются дома?       «Который ты сам же и взорвал, — ворчит над душой демон. — Чуть нас обоих не прикончил!»       — Жить буду. — Мэтт отмахивается от воздуха перед собой и прислоняется к столу.       Джай вздыхает, а Мэтт закатывает глаза от того, сколько за последние сутки слышал этот вопрос от отца. Восемнадцать лет было плевать, а теперь пылинки сдувает.       «Лучше поздно, чем никогда».       — Так вот. А если серьёзно? Твой план — ремонт? — Джай хитро улыбается, а потом заходится кашлем. — Как по мне, комната и так хороша.       — Может, тогда и мне поставить твой план под сомнение? — Мэтт недовольно смотрит на «соучастника». — Порш почти за сто…       — Тихо ты! — шикает Джай и примирительно поднимает руки. — Значит, завтра?       — Завтра.

***

Майами В тот же день

      Кларк нежится в роскошном кресле премиального внедорожника. Смотрит в открытое окно и чувствует, как огни ночного города гипнотизируют его. И почему он раньше не приезжал сюда? Вечное лето, тысячи красоток, тёплый океан и безграничные возможности для спокойной жизни. Возможно, окажись он пораньше, всерьёз подумал бы о переезде. Но теперь Секущий Лица в Денвере, и он никуда не денется, пока не разберётся с проблемой.       — И всё-таки, зачем затевать бойню? — Кларк до сих пор не понимает план Диего. — Ты или Изабелла сами можете там вакханалию устраивать.       — Потому что нам нужна бойня, — спокойно отвечает Диего, медленно ведя внедорожник и улыбаясь проходящим мимо девчонкам в бикини. — С некоторыми проблемами нельзя бороться. Их надо вырезать на корню, пока они не окрепли, как сорняк в саду.       — Да ты сам можешь устроить бойню.       — Вакан Акацита струсил? — Диего усмехается и смотрит Кларку в глаза.       — Повтори! — Кларк замахивается, но останавливается. Всё равно от его действий толку не будет — лишь себе навредит, уткнувшись в проклятье Диего. — Не люблю, когда меня используют.       — Тогда что ты тут делаешь?       Диего паркуется перед клубом и выходит из машины до того, как Кларк успевает ответить. Он знает, почему здесь. Они используют друг друга, и Кларку нравится то, что ему предлагает самый влиятельный человек Денвера и второй в иерархии Sin Miedo. Кларк накидывает глубокий капюшон на голову и натягивает маску на лицо. В отличие от мексиканца, ему есть смысл скрываться. Он выходит из машины и идёт за «бесстрашным». Диего шагает по тротуару всего ничего и сворачивает к дверям клуба с огромной неоновой вывеской «Я ЛЮБЛЮ 90» на русском. Однако его останавливает фэйсер.       — В конец очереди, красавчик, — доброжелательно, но непреклонно говорит он.       Кларк смотрит на эту самую очередь из вереницы полуголых девчонок и раскачанных парней. Они возбуждённо шумят, как слетевшиеся на сироп пчёлы, но очевидно — попробуй кто-то прорваться без очереди, сожрут не глядя.       — Я к Бромову. Он будет очень рад меня видеть. — Диего обворожительно улыбается.       Фэйсер насмешливо смотрит на безучастного Кларка, потом снова на Диего.       — Тут каждый второй к начальству. И тоже в очереди.       — Хорошо, хорошо. — Диего отходит, останавливаясь за Кларком, и говорит достаточно громко, чтобы все услышали и заинтересовались происходящим: — После тебя, дружище. Развлекайся.       Став центром всеобщего внимания, Кларк закатывает глаза. Он надеялся, что веселье начнётся хотя бы в кабинете русского, а не на улице.       — Я сказал «нет», — повторяет вышибала.       Кларк шутливо замахивается, провоцируя его встать в стойку и ударить первым. Тут же перехватив чужой кулак, выкручивает и ломает сустав. Не медля, со всей силы бьёт в голову и чувствует, как приятно хрустят кости черепа. Не отпуская заломленную руку, добивает в висок, роняя жертву на колени. Хватает фэйсера за затылок и с размаху впечатывает его лицом в бетонную стену. На всё уходит несколько секунд. За это время шумная толпа затыкается. Некоторым хватает храбрости достать телефоны и включить запись. Пока мёртвый фэйсер падает на пол, Кларк представляет лицо Чейза, когда тот узнает сначала Диего, а потом догадается и про самого Кларка.       — Что ж, так даже лучше. — Диего переступает через тело и заходит в клуб.       Следуя за ним, Кларк проходит первые и вторые двери, попадая на просторный танцпол, где грохочет музыка. От громкости русской попсы в современной обработке у него закладывает уши, а басы вибрируют в каждой клетке, отдаваясь даже в костях, приятный голос солистки чарует и увлекает, как сирена из древнегреческой мифологии. Или как настоящая сирена, с которой Кларк встречался лет так семьсот назад. Её внешность, голос и взгляд при каждом вспоминании туманят сознание, отдавая во власть хозяйки коварного проклятия. Он погиб тогда, но из клуба точно выйдет живым.       — Надо бы сделать потише! — кричит Диего. — И народу многовато!       Закатывая глаза из-за чрезмерного пафоса, словно они тут снимают кино про наркобаронов, Кларк направляется к диджею. Идёт напрямик, грубо расталкивая людей и становясь целью для охраны. У подножья сцены его останавливает очередной верзила в смокинге и с наушником на пружинке. Кларк на ходу пинает его в пах и хватает за горло. Когти легко впиваются в плоть. Волоча за собой хрипящего охранника, он машет рукой, привлекая внимание фиолетововолосой девушки-диджея, и на её глазах вырывает гортань у жертвы, а затем закидывает на пульт.       Динамичный ритм гипнотичной музыки ломается. Пока толпа возмущается прерванным танцем, диджей в оцепенении пялится то на странный кусок мяса перед глазами, то на Кларка.       — Кыш, — шикает Кларк и машет на перепуганную девушку окровавленными пальцами. Та оживает и с воплями убегает со сцены.       Подоспевший охранник не приближается к Кларку, а достаёт оружие. Раздаётся выстрел, но Кларк остаётся невредим. Под крики толпы охранник падает с простреленной головой. Кларк оборачивается и видит идущего к бару Диего с пистолетом в руке. Следующий выстрел обжигает плечо. Оглянувшись, Кларк безошибочно находит стрелка на балконе и срывается с места в его сторону, отшвыривая в сторону редеющую толпу. Проигнорировав лестницу, прыгает на стол, откуда запрыгивает ещё выше, в воздухе одной ногой отталкиваясь от прожектора на колонне. Всего пара секунд, а он уже на втором этаже. Охранник не успевает среагировать, как в него прилетает стул. Оказавшись рядом, Кларк наотмашь бьёт его ногой в голову. Удар куда сильнее, чем получил фэйсер на входе: Кларк слышит треск шейных позвонков, после чего труп отлетает к перилам и сломанной куклой переваливается через них на танцпол внизу.       Под лопатку словно вонзаются жала, и тело сковывают судороги. Кларк падает на колено и рычит, с трудом преодолевая боль. Он чувствует, как из спины что-то торчит. Не пули… шокер! Отвращение придаёт сил. Нащупав провода, выдёргивает их. Сразу становится легче. Обернувшись, Кларк неуклюже встаёт и идёт в сторону запаниковавшего охранника. Тот бросает шокер и пытается удрать, но поскальзывается на мокром полу.       — Нет! Пожалуйста! Не надо! — вопит он по-русски и закрывает голову руками.       Кларк прислушивается к нему и подхватывает с пола горлышко разбитой бутылки. Бьёт охранника в живот, а когда тот раскрывается и начинает орать, вонзает «розочку» уже в шею. Наносит удары, пока в лицо брызжет горячая кровь, и останавливается, лишь когда смолкают предсмертные хрипы. По клубу продолжают разноситься хлопки выстрелов. Стянув с лица маску, Кларк подходит к перилам второго этажа и слизывает с пальцев кровь.       Кларк смотрит на Диего. Проклятый латинос стоит перед окружившими его тремя охранниками. Один из них стреляет почти в упор, но пули каждый раз проносятся мимо наглой ухмылки. Бедняга зря старается. Без специального артефакта Мози никому и ничему в мире не пробиться через барьер неуязвимости Диего и не оставить на нём даже царапинку. Второй охранник трясущимися руками возится с заклинившим затвором, словно на пистолете свет клином сошёлся. Третий же откидывает бесполезное оружие и предпринимает попытку напасть с дубинкой. Делает шаг и, Кларк практически уверен, падает на пол из-за острой боли в спине. Диего стреляет ему в голову, после чего отпивает из горла бутылки, пока первый охранник судорожно перезаряжается.       — Я для чего тебя позвал?! — возмущается Диего, заметив «зрителя».       В ответ Кларк показывает уже чистый средний палец и сдёргивает маску с лица, на котором застывает звериный оскал в предвкушении ещё большего веселья. Кларк разбегается и бросается с балкона, под конец отталкиваясь от перил. Прыжок более чем на десять метров оказывается настолько быстрым, что с тыла заходящий на Диего охранник ничего не успевает заметить. Кларк влетает в жертву и вгрызается ей в шею, без труда вырывая кусок плоти. Лицо опять становится мокрым от крови.       В следующий момент задницу пронзает острая боль. Рванув за колонну, Кларк выплёвывает недожёванный кусок мяса и пытается увидеть стрелка, но прямо перед лицом проносится очередная пуля. Тогда он ощупывает себя и громко матерится, нащупав на ягодице лишнюю дырку. Он не станет просить Диего помочь с раной, придётся самому наощупь выковыривать пулю. Так что на ближайшую неделю стулья для него — злейший враг.       — Это всё, на что ты способен?! — с вызовом выкрикивает Диего.       Кларк смотрит на наглого латиноса. Тот уже развалился на диване и допивает чей-то чудом уцелевший коктейль, пока последний из окруживших его охранников не знает, как ещё попробовать добраться до него. Подольше понаблюдать за потугами людишек не даёт охранник, наградивший Кларка свинцом в зад. Изредка и метко стреляя, он зажимает Кларка за колонной и не позволяет высунуться. Если бы не рефлексы, Кларк давно словил бы пулю в голову.       — Великий Вакан Акацита прячется от жалкого человека? — Диего смеётся и кидает в «своего» охранника бокал. Промахивается. — Я думал, ты хотел спустить пар!       Зарычав, Кларк рывком бросается из укрытия, подхватывает столик и, пользуясь им на манер щита, бежит прямо на охранника. Несколько пуль пробивают тонкое дерево и впиваются в тело. Они не останавливают Кларка, а только придают ускорения. Стрелок в последний момент пытается увернуться, но слишком поздно. Кларк сбивает охранника с ног и поднимает на щит, словно фура легковушку, а через пару шагов впечатывает в стену. Стол трескается, разлетаясь на куски. С тем же успехом трескаются рёбра охранника. Стряхивая с себя щепки, Кларк отходит. Охранник с неестественно смятой грудью стоит пару секунд и булькающе хрипит, а потом заваливается на пол.       — Это последний! — кричит Диего, и Кларк оборачивается к нему. Из охраны клуба остаётся только горе-стрелок, наставивший оружие уже на Кларка. — Я тебя умоляю, только не стреляй в него. Попадёшь, и я не гарантирую тебе жизнь. А ты нам нужен.       — Ч-ч-чудовище! — бормочет мужчина в ужасе.       Диего наклоняет голову и щурится на Кларка. Тот, приближаясь, скалится в ответ.       — Да не сказал бы. Отмыть, причесать, подлатать — и симпатяшка.       — Не подходи!       Кларк резко смещается в сторону и чувствует, как мимо проносится пуля. Пока охранник осознаёт очередной промах, Кларк оказывается рядом и хватается за горячий ствол. Выкручивает руку, ставит охранника на колени и вжимает лицом в стеклянный столик перед Диего.       — Я же предупреждал! — Диего хлопает себя по коленям и садится ближе. Достаёт из кармана телефон-раскладушку и хитро смотрит на пленного. — А теперь давай позвоним твоему боссу. Что скажешь?

***

Сиэтл

На следующий день

      Дверь морга открывается, и в безлюдное помещение входит миниатюрная немолодая арабка в белом халате. За ней бесшумной тенью проскальзывает высокий жилистый парень в сером худи. Заранее распределив роли, парень молча идёт к столу с документами, давая женщине спокойно делать то, для чего её привезли с противоположной стороны планеты. Яра прохаживается вдоль стены морозильника и, не снимая перчаток, касается каждой дверцы. В сознании она видит вспышки моментов, когда их в последний раз открывали.       — Не то… Не то… Не то…       — Третья снизу дальше, — подсказывает Никто на родном для неё дариджаРазговорный арабский диалект, на котором говорят в Morocco., найдя нужный отчёт патологоанатома и бегло изучая его.       — Ты не говорил, что он погорелец, — спокойно замечает Яра, выкатывая стол с телом. Она рассматривает обугленный почти до полной черноты изуродованный труп, рядом с которым лежит оторванная нога. Части руки вовсе нет. — Ну, приступим.       Сняв перчатку, Яра кладёт ладонь на потрескавшуюся щёку покойника. Закрывает глаза. На этот раз вспышки нет — сознание заполняет непрерывный поток обращённого вспять времени. Она видит и чувствует холодные часы во тьме холодильника, словно сама находится в холодильнике. Со стороны замечает ленивое копошение патологоанатомов при осмотре. Персонал не стал вскрывать Майкла Дэймона, проведя лишь внешний осмотр и констатировав смерть от удушья газом, если она правильно поняла английский. Яра не понимает, как они к этому пришли, основываясь только на виде обгоревшего трупа. Но она идёт дальше, отматывая события в прошлое. После поездки в фургоне коронера идёт погрузка на месте происшествия, а потом Яра вместе с Майклом оказывается на пожарище — под тлеющими, почти потухшими завалами. Те постепенно разгораются, возвращаясь к своему пику, пока не полыхают со всей силой. Жарко, нечем дышать и очень тесно. Резко, словно при грубой монтажной склейке двух совершенно разных сцен, они оказываются на старой кухне.       Яра останавливает время. Осматривается, видит валяющуюся на полу сковороду, пятно крови с выбитыми зубами, оторванную ручку холодильника. В лёгких жжёт от поступающего газа. Но больше всего её интересует ещё не покрытый хрустящей корочкой старик. Яра присаживается над ним, берёт за подбородок и поворачивает разбитое лицо на другую сторону. Она видит две вертикальные черты на щеке. И ни капли крови в ране.       — Ты не говорил, что мы охотимся на Секущего Лица, — бросает Яра в пустоту чужой кухни.       — Что ты видишь? — Голос Никто эхом доносится до неё.       Яра встаёт над Майклом и обходит его. Она медленно погружается глубже в прошлое, пока в комнате не появляется ещё кто-то. Он копошится у микроволновки, одновременно разговаривая по телефону, а потом наклоняется над погибшим.       — Взрослый парень. Белый, блондин. Одет в чёрное. — Яра пускает время течь своим ходом и наблюдает за подростком. Она видит, как из кончиков его пальцев выступает вязкая чёрная субстанция, образующая два коротких острых лезвия. Она многое повидала на своей работе, но такого — никогда.       — Ты видишь его лицо?       — Да. Симпатяшка. Жаль, что судьба сделала его серийным убийцей так рано.       — Убедись, что именно он убил его.              — А есть сомнения? — Яра задаёт риторический вопрос и встаёт.       Она снова тянет время назад, но не слишком быстро. Далеко отматывать не приходится — уже через пару секунд Майкл Деймон получает сковородой в правую височную долю. Недостаточно сильно, чтобы оставить внешне заметные изменения костей черепа, но достаточные для фатальной травмы мозга. Холодный расчёт или удача? Яра погружается ещё дальше в прошлое, просматривает весь конфликт от начала и до оставленных на лице ран. Парень действовал импульсивно — без плана, без своих сил. Мог погибнуть, но немного удачи было на его стороне. После убийства его словно переключили, и дальше уже хладнокровный профессионал заметал следы. Для него подобное точно не впервые. Может показаться, что у него раздвоение личности, но зная некоторые факты о его силе, Яра не может подобрать наиболее подходящее объяснение произошедшему.       Яра отнимает ладонь от тела. Яркий образ грязной кухни развеивается, а выжидающим Никто требовательно смотрит на неё по другую сторону стола. Никто достаёт телефон и протягивает Яре.       — Он?       Яра смотрит на экран и видит фото того самого парня. Кивает.       — Кто он? Помимо очевидного.       Никто заталкивает стол обратно в морозильник и оглядывается, словно у стен морга есть уши.       — Мэтт Ньюман. Идём.       — Мы так всё и оставим? — Машинально следуя за Никто, Яра оборачивается на морозильник. — Если кто-нибудь решит получше изучить тело, то обнаружит отсутствующую кровь и неестественные травмы головы.       — Утром тело кремируют, — как всегда безразлично говорит Никто, пропуская Яру в коридор.       — О! Ну да, логично. ФБР всё ещё считают его обычным серийным убийцей с комплексом героя?       — Да. — Опустив голову, Никто шагает немного позади, изображая спутника «доктора». — Но Отдел пока не заинтересовались им. Чем дольше «Зеро» их не замечают, тем лучше. Мальчик пока не готов к такому.       — Да никто не готов к тому, что за ним станут охотиться лучшие гончие ЦРУ. Мне ли не знать.       Проходя мимо персонала ночной смены, Яра важно кивает, а Никто как бы невзначай опускает голову ниже, пряча лицо.       — Вы убедились, что он тот самый, — продолжает Яра. — Что дальше?       — Контакт.       — Не думаю, что кому-то из вас будут рады после Японии.       — Нет выбора. У Томаса есть к ним вопросы.       — Касательно? — На этот раз Яра открывает перед ними дверь, выпуская их из здания больницы.       — Пророк, — снова лаконично отвечает Никто, на секунду остановившись рядом с ней.       — Воу. — Яра строит наигранно удивлённое лицо. — Наш серый кардинал решил-таки показаться спустя столько лет после пробуждения?       — По всей видимости.