Из тени демона

      Мэтт садится на пассажирское сидение Порше и отпивает кофе из термокружки. Щурится, с презрением рассматривая мир вне машины. Бросает взгляд в сторону дома, после чего осматривает салон через зеркало заднего вида.       «Это так не работает».       — О, ну да. Тебе же виднее. — Мэтт отпивает из кружки, чем прерывает поток мата.       «Виднее», — соглашается демон, когда Лиз выходит из дома и по привычке спешит в гараж к машине Мэтта.       — Но ты продолжаешь упорно молчать, — говоря, Мэтт стучит кружкой по стеклу, чем привлекает внимание Лиз.       «А ты хочешь, чтобы разговор, которого ты ждал столько времени, состоялся на расстоянии вытянутой руки от неё?»       Мэтт молча смотрит, как Лиз садится за руль и взволновано жмёт на кнопку запуска двигателя. Прошла почти неделя, а машина для неё до сих пор нечто страшное. Но другого выбора у Мэтта нет. После бессонной ночи и кровопотери в доме Зака ему опасно садиться за руль.       «Но ты больше не сможешь включить дурака. — Мэтт снова отпивает и тут же вжимается в кресло, когда Лиз с пробуксовкой трогается с места. — Если я выживу».       «Дорога будет весёлой. Ты памперс надел? Успокоительное выпил?»       «Не смешно!» — Мэтт натянуто улыбается Лиз, спешно пристёгивается и напоминает пару советов, которые давал во время их прошлого заезда по району.       «А мне смешно. В жизни нужны радости, иначе жизнь превратится в сплошную комедию для окружающих. А по поводу нашего разговора: этот урод Ноа лишил меня последней причины строить из себя дурака».       «Его правда так зовут? Ну и имечко. И что же он сделал?»       «Вылез из зеркала, которое ты разбил час назад. Мог просто тряпочкой накрыть».       «Так ты у нас теперь эксперт по вылезающим из зеркал мужикам?» — язвит Мэтт.       «Я и не такое повидал в своей жизни, малыш. Но давай лучше сосредоточимся на том, чтобы Лили не спалила твою пожёванную приключениями физиономию».       — Ещё раз спасибо, ты сделала из меня человека, — говорит Мэтт, разглядывая в боковом зеркале своё лицо, аккуратно обмазанное какой-то дрянью из женской косметички. Синяка на скуле не видно, а вот лоб выдаёт заметная припухлость. Губа же покрылась свежей коркой после того, как Лиз намазала рану заживляющей мазью. Волосы снова светлые после трёх торопливых смываний краски. Хотя Мэтту до сих пор кажется, что оттенок темнее прежнего.       — Обещай быть аккуратнее. — Лиз не отрывается от дороги, крепко сжимая руль на пустой дороге.       — Конечно, просто встал не с той ноги. Как мне тебя отблагодарить?       — Больше не падай в душе.       — Да, мэм.

***

      — Как прошла поездка? — спрашивает Хиро и открывает дверь со стороны Лиз, помогая ей выйти из машины.       — Лучше не спрашивай, — бормочет Мэтт, с трудом выбираясь на твёрдую землю. Он чувствует лёгкое головокружение то ли от потери крови, то ли от экстремального вождения, жертвой которого стал сугубо добровольно.       — Это ты его так или шкаф? — Хиро задаёт новый вопрос, протягивая Лиз открытую упаковку с шоколадными шариками.       — Шкаф? — первым уточняет Мэтт.       — Твоё лицо, — Хиро пальцем указывает на свою губу. — Да и с лобешником что-то не то. Чёлка!       — Мокрый пол в ванной. — Мэтт смотрит вверх и понимает, что после возвращения от Зака так и оставил чёлку свободно покрывать лоб, как было до переезда в Денвер и смены имиджа.       — Ты же понимаешь, что это клише?       — А ты никогда не падал на мокрой плитке? Поздравляю, — добавляет Мэтт, рукой поправляя волосы набок.       — Ого шишак! Не слабая такая ванна. Лучше сделай как было, пока твоё помятое лицо не взорвало интернет.       Пока Хиро по дороге что-то шепчет Лиз на ухо, Мэтт пользуется советом. Слова Хиро вызывают у Лиз смех — как насмешка над самим Мэттом. Воспользовавшись моментом, когда парочка ненадолго расходится в дверях здания, Мэтт моментально вклинивается между ними.       — Можешь пойти вперёд? — обращается он к сестре. — Мальчикам надо пошушукаться на серьёзные темы.       — Ты точно в порядке?       — Исключительно благодаря твоей заботе. Пожалуйста.       Когда Лиз, недовольно поджав губы, уходит, Мэтт залпом допивает остатки кофе и засовывает кружку в рюкзак.       — У меня проблемы? — интересуется Хиро, оставаясь на месте.       — Пока нет. Но у меня есть просьба: можешь узнать у Зака, о каких именно травах он говорил вчера? — буднично спрашивает Мэтт, рассматривая реакцию друга.       «Ты что творишь?! Он точно не…» — орёт демон.       — Ладно, — спокойно отвечает Хиро.       «Что?!»       «Попался!» — внутренне ликует Мэтт.       — Не знал, что ты знаком с прихвостнем Кинга. Ты же про Зака Монтгомери? Обкурыша этого? Погоди. Ты что, куришь марихуану?! — шепчет Хиро, оглядываясь по сторонам в поисках посторонних ушей.       «Сука…» — стонет Мэтт.       — Видимо, я что-то напутал. Может, не Зак был? — он оглядывается. — А откуда ты с ним знаком?       — Кто-то говорил, что я с ним знаком? — Хиро приподнимает бровь. — Если я поимённо успел запомнить всех одноклассников, это не значит, что я с ними знаком. Просто когда ты упомянул Зака, Монтгомери пришёл на ум первым из возможных общих знакомых. Ты у врача-то был? Вдруг у тебя сотрясение? — заботливо спрашивает Хиро, пытаясь заглянуть под чёлку. — Ещё в Японии я слышал историю, как один парень налетел лицом на дверь. Так ему пришлось швы накладывать! Ты бы сходил в больницу, проверился.       — Я в порядке.       Мэтт уходит, но после пары шагов останавливается, несколько секунд думает, а потом возвращается к Хиро.       — Тебя можно попросить о помощи? — спрашивает он, чувствуя себя полным дураком.       «Ты и есть дурак».       — Я не знаком с Заком Монтгомери, — виновато пожимает плечами Хиро. — И не знаю, где раздобыть…       — Да тихо ты! — шипит Мэтт, настороженно оглядываясь по сторонам, что делает и Хиро. — Я не такой!       — Обнадёживает. Значит, Лиз не нахватается этого от тебя.       — Ещё одно слово…       — Прости. Чем тебе помочь?       — Мне нужны травы для медитации, — шепчет Мэтт.       Хиро же быстро хлопает ресницами, смотря куда-то внутрь Мэтта.       — Ты же… — Он не договаривает фразу. — Прости. Почему именно меня ты просишь о таком?       — Ты же хочешь встречаться с Лиз? — Мэтт закидывает руку на плечи Хиро и ведёт его к ближайшему кабинету в своём расписании. — А я могу не саботировать твои желания. Если ты исполнишь моё.       — Начинаю понимать. Полагаю, покупка из магазина тебя не устроит?       — А тебя устроит, если Лиз больше не будет к тебе ездить на уроки? — Мэтт бросает косой взгляд на Хиро.       — Я понял. Я всё сделаю.       — Вот и славно, друг. — Мэтт отпускает Хиро и напоследок похлопывает его по плечу, одаривая угрожающей улыбкой. Настолько угрожающей, насколько можно с разбитой губой.       «А ещё меня называют демоном. Если я демон, то ты дьявол», — замечает демон, когда Мэтт оставляет парня одного.

***

      Мечтая о стейке или хотя бы о жареных сосисках, Мэтт доедает салат в столовой. Одновременно листает новости о событиях минувшей ночи: статьи, слухи, фотографии в Инстаграме, выпуск Аарона Митчелла на фоне оцепленного клуба. Один Летописец пока молчит. А про лишившегося зрения гея вообще никаких новостей, словно ФБР упорно скрывают факт его существования. Пока что картина вырисовывается скверной.       Посреди «расследования» на экране появляется уведомление, что записи с камер надёжно отредактированы и личность Мэтта в безопасности. Появляется и через пару секунд без следа исчезает. Мэтту остаётся только благодарно кивнуть незримому хранителю.       «А ничего из этого могло бы и не быть, если бы ты меня слушался».       Не отвечая ворчливому паразиту, Мэтт берёт опустевший поднос и идёт к выходу.       «Поговорим?»       «А давай уединимся хотя бы. Или тебе лишь бы устроить шоу для зрителей?»       «Я теперь почти уверен, что ты опять меня развёл». — Мэтт выбрасывает поднос и уходит, оставляя Лиз и Райли одних.       «Ладно. Ладно! Вот тебе тизер: книги Беррингтона, которые почитывает Лиз, на самом деле связаны с нами».       — В смысле «с нами»? — Мэтт останавливается посреди коридора.       «С такими, как я, этим уродом Ноа, Никто из Гранд Хайата, Томасом Дэдменом и хмырём, который шлёт тебе странненькие сообщения. Если я правильно понял, Беррингтон использовал события из нашего прошлого для своих сюжетов. Хоть в суд подавай на авторские права! Да только помер он».       — Погоди… То есть… — Мэтт не может и мысли из себя выдавить.       «Во! Видал?! И это я только чуть-чуть копнул в то, что ты и так знал. А ты хочешь, чтобы я тебе всё рассказал».       — Да врёшь ты всё! — восклицает Мэтт, прикладывая телефон к уху и делая вид, что с кем-то разговаривает.       «Ну вот. Пошла первая стадия отрицания, — демон хмыкает. — И как мне остальное тебе рассказывать?»       — Врать меньше надо было и водить меня за нос. — Мэтт прислоняется к стене и наблюдает, как мимо проходят школьники.       «Туше, как говорится».       — Допустим, ты не врёшь. Но почему сейчас? — Мэтт глазами провожает Алекса Кинга, который при виде Мэтта резко замолкает и ускоряет шаг, отрываясь от дружков.       «То-то же, щенок… Почему? Потому что я не хочу, чтобы тебя посвящали такие, как Ноа. Я хотел, чтобы ты подольше мнил себя пожизненным серийным убийцей, а не думал о безумном мире, в который я тебя невольно втянул. Извини. Но раз такая хрень произошла, пора тебе вооружаться знаниями. Доволен?»       Мэтт не успевает ответить. Он заворожённо смотрит на двух проходящих мимо девушек, которые словно только что побывали в женской драке. Причём на стороне проигравших. У обеих затравленный взгляд и растрёпанные причёски, а местами рваная одежда придаёт пугающий вид. Изучив «проигравших», Мэтт замечает, что идущая впереди девушка держится за покрасневшую щеку, тогда как вторая затыкает кровоточащий нос.       «А это разве не те две из клуба, которые были с… Лили!» — Мэтт в панике оглядывается. В этот же момент Лили хватает его за запястье и тянет за собой. Мэтт приходит в себя, только когда за ним запирается дверь, а в нос ударяет резкий запах химии.       «Блядь! Блядь! Блядь! Я же говорил тебе!» — безумствует демон.       — Какого чёрта? — спрашивает Мэтт, когда Лили заслоняет собой единственный выход из подсобки уборщика. — Я же тебе говорил, что всё кончено. И с тех пор ничего не поменялось. Выпусти меня отсюда!       Мэтт слегка толкает Лили в плечо, но та для надёжности упирается руками в стену.       — Это был ты, — заявляет Лили.       «Да лучше бы ты сдохла, дура неблагодарная! — Демон не жалеет яда. — Я женщин не бью, но для тебя сделаю исключение!»       — И где я был? — спрашивает Мэтт, не поддаваясь бешенству демона. Он отходит назад и прислоняется к стене.       — В клубе!       — Да это один раз всего было. Ты как узнала? Лиз проболталась? И вообще, какая тебе разница, что я один раз побывал в клубе в Нью-Йорке пару месяцев назад?       Лили меняется в лице, а потом подходит ближе.       — Это ты был этой ночью в Медианоче. Это ты человек под маской! Ты спас меня! — шёпотом кричит Лили, наставляя на Мэтта палец.       — Этой ночью мне снилось, как большой и злой Супермен пытался затащить меня в зеркало. Что-то я не припомню, чтобы мне снились рыцарские поступки в каком-то клубе. Медианоче? Там же Секущий Лица кого-то убил, а потом на пару с мужиком похитил девку. И ты там была? — Мэтт изображает искреннее удивление. Одновременно он достаёт телефон и ищет ссылку на опубликованное кем-то короткое видео словесной перебранки с Заком в главном зале. По реакции Лили понимает, что его игра достойна Оскара. — Ты видела его? А то тут ничего не понятно, у снимавшего руки тряслись.       — Прекращай чушь нести! Это был ты! — Палец Лили утыкается в грудь Мэтта. — Это меня «похитили», а Секущим Лица — ты!       — Ты видела моё лицо?       — Нет. Оно было под маской.       — Как удобно для той, которая хотела залезть ко мне в штаны, — припоминает Мэтт. — И почему же ты уверена, что я тебя то ли похитил, то ли спас — запутаться можно.       — У вас похожие голоса, ты сегодня странный, и я слышала, как твой приятель сказал, что у тебя синяк от пули на лице…       Мэтт смеётся, в душе желая Заку пару дней диареи.       — Вот это? — он указывает пальцем на лоб. — Если бы ты не сочиняла глупые планы, то знала бы, как и вся школа уже, что Мэтт Ньюман навернулся в ванной.       — Как удобно, — повторяет Лили его же слова, на что Мэтт пожимает плечами.       — Теперь я свободен? И кстати, раз у нас пошли такие откровения, что ты вообще забыла в таком клубе? Твой отец в курсе, что его последний ребёнок шляется по клубу наркокартеля?       «А то твой в курсе, где ты шляешься, ага», — вставляет демон, за что получает мысленный средний палец.       — Не твоё дело, — Лили обиженно поджимает губы, когда Мэтт проходит мимо. — Я всё равно уверена, что это был ты.       «Не надо! Плохая идея!» — комментирует демон мысли Мэтта, который надвигается на Лили, заставляя её прижаться к стене.       — Давай подытожим. Ты уверяешь, что я — разыскиваемый серийный убийца, который на пару с приятелем спас тебя из клуба Медианоче, по ходу спасения убив почти с десяток вооружённых людей наркокартеля. Так?       — Да, я же уже говорила. Ты и сам это знаешь!       — Потому что весь обед смотрел новости о тех событиях. Это есть в интернете, и все уже в курсе случившегося. Далее. Исходя из твоих слов, Секущий Лица вытащил тебя из клуба, а потом… Что? Просто отпустил домой? Зачем-то спас и просто отпустил? Я правильно пока иду?       — Ты всё знаешь.       — В жизни не поверю, что такой человек способен на такую невероятную глупость. Скорее всего, тебе пригрозили, чтобы ты не трепала языком, — «предполагает» Мэтт. — А прошло меньше двенадцати часов, как ты уже растрепала обо всём мне. В придачу обвинив в том, что я серийный убийца.       — К чему всё это?       — Вот и мне интересно. Итак, у меня две теории. — Мэтт наклоняется к Лили, заставляя её покраснеть. — Либо ты всё выдумала, чтобы шантажом заставить меня снова с тобой встречаться. Алекс Кинг предупреждал, что ты готова на многое. Либо…       — Не неси чушь! Я не вру!       — …ты и правда та самая блондинка из видео, которая вместо молчания за спасение от картеля, лишившего тебя брата, пошла трепаться об этом налево и направо. Навлекаешь и на себя, и на меня проблемы. И знаешь что? — Всё это время наклоняясь ближе, Мэтт раздражённо шепчет почти в самое ухо неблагодарной дуре. — Мне плевать, какая из версий ближе всего к правде. Отвали от меня, иначе твой отец получит не богатого парня для своей дочери, а иск в суд за клевету.       Мэтт показывает Лили телефон, который всё это время держал в руке и записывал их разговор.       — Я в тебе разочарован. Не приближайся больше ко мне, если не хочешь проблем. — Мэтт выходит из кладовки и выключает диктофон. Поднимает голову, почти сталкиваясь лбом с Лиз. — Итак, идём на испанский? — Мэтт улыбается сестре и, обняв за плечо, уводит дальше по коридору, отвлекая от открытой двери.

***

      Ноа сидит в кресле в углу палаты и терпеливо ждёт, пока агент Бен Смит закончит опрашивать тусовщика, пострадавшего от рук Мэтта. Разговор идёт медленно и тяжело, ведь Майкл Мур только отошёл от наркоза и оказался в чуждом для него мире слепых. Ноа не слушает попытки агента вытянуть из пострадавшего что-то большее, чем яркие маркеры внешности по типу кольца в носу и очков. Он листает гугл-перевод русскоязычной истории «Сестра против Дьявола» и находит её довольно занимательной в свете последних событий.       — Теперь понятно, откуда он знает про книги, — вслух комментирует Ноа возможный контакт Лю Вей Фана и Яны.       Он смотрит в сторону койки. В его мире всё выглядит не как отражение, а как размытые силуэты на запотевшем зеркале. Сейчас размытый образ Смита заканчивает опрос и встаёт со стула. Напоследок федерал просит позвонить, если Мур вспомнит какие-либо детали. Ноа тоже встаёт и направляется к зеркалу, чтобы сделать то, ради чего пришёл. Когда федерал уходит, Ноа протискивается в издевательски узкий проём. Он тихо приближается к койке, но ступает так, чтобы шаги всё-таки было слышно.       — Кто здесь? — Мур напрягается, вертит головой с повязками на глазах и вжимает голову в плечи. Он пытается нащупать кнопку вызова медсестры, но случайно роняет её на пол.       Ноа хватает стул, на котором только что сидел федерал, и со скрипом тащит по полу, ставя перед койкой. Не садится, не видя в этом смысла.       — Ты… Это ты? — спрашивает Мур.       — Я не он, — говорит Ноа и выдерживает паузу, пока мужчина успеет испугаться и успокоиться. — Но я присматриваю за ним, ведь будущее этого мира возложено на его плечи.       — Я… я не понимаю.       — Тебе и не нужно понимать.       — Прошу, не надо. — Мур сжимается ещё сильнее и слегка сдвигается в сторону от Ноа. — Я ничего… ничего не видел.       — Я знаю. Но вот в чём дело, Майк. — Ноа достаёт пистолет и для эффекта сдвигает затворную раму. Характерный звук заставляет Мура затаить дыхание. — Секущий Лица убивает только убийц. А вот я…       Он приставляет ствол к виску застывшего мужчины.       — Да.       Ноа жмёт на спусковой крючок, и пистолет глухо щёлкает.       — Теперь понимаешь? — Мур никак не реагирует, продолжая сидеть неподвижно. — Если ты вдруг что-то вспомнишь о вчерашней ночи или захочешь кому угодно рассказать о нашей с тобой встрече, то я узнаю. Обязательно узнаю. И приду ещё до того, как ты сделаешь глупость. И обязательно прихвачу патроны. Мы друг друга поняли?       Мур оживает и дёргано кивает.       — Вот и отлично.       Ноа бесшумно отступает и оказывается в зазеркалье до того, как в палату заходит брат пострадавшего. Воспользовавшись моментом, Ноа проскальзывает в открытую дверь мимо чёрных силуэтов двух вооружённых спецназовцев. По пути к лифту он встречает ещё несколько чёрных силуэтов, резко отличающихся от вездесущих людей в белом. Ноа успевает в лифт вместе со Смитом и его напарником. Он проходит сквозь их неосязаемые силуэты, на секунду превращая размытые контуры в сполохи густого дыма, который быстро возвращается обратно. Прислонившись к дальней стенке, продолжает читать главу про выяснение отношений дьявола и сестры главного героя.       Он особо не слушает разговор федералов: Смит подтверждает его предположения о том, что ослепший свидетель бесполезен. Единственное, что напрягает Смита — возможный возраст Секущего Лица, который Майкл Мур определил как «около двадцати в меньшую сторону». Федералы считают это либо стрессом Мура, либо ещё одной удачной маскировкой.       — Идиоты… — беззлобно бормочет Ноа, не боясь быть услышанным в собственном мире. — Вот поэтому Мэтта вы никогда и не поймаете. Хотя… Ты же вроде скоро сдохнешь. — Он смотрит в спину ничего не подозревающего Смита.       Федералы выходят на парковку, где почти сразу сталкиваются с Чейзом Батлером. Ноа остаётся читать фанфик, но до закрытия дверей успевает услышать лёгкую перебранку бывших коллег. Почти сразу двери снова открываются, и в лифт входит один Батлер, сразу же подозрительно оглядываясь по сторонам.       — Дерьмо! — Чейз отпрыгивает в сторону, когда в отражении дверей видит за своей спиной фигуру Ноа. — Ты же…       — Да, — отвечает Ноа, не отрываясь от чтива.       — Кто ты такой?       — Помимо очевидного? Моё имя не имеет значения, детектив Батлер.       — Не очень равное начало.       — А мы на равных? — Ноа на несколько секунд поднимает взгляд и уничижительно смотрит в глаза Батлеру. — Я здесь не для светских бесед.       — И зачем ты здесь?       — Не трогайте Секущего Лица. — Ноа с интересом наблюдает за переменами на лице Батлера. Ярко выраженный недосып как рукой смахивается: сначала появляется удивление, потом интерес, а раздражение задерживается намного дольше.       — Значит, я оказался прав. Ты из шайки Дэдмена?       — Он не ваша забота. — Ноа возвращается к чтению. — Он не тронет Кларка, если вы не пойдёте дальше. Займитесь русскими.       — Никто не передавали, что я не люблю, когда мною пользуются?       — Не разберётесь с русскими, и ваш напарник умрёт. — Ноа пожимает плечами.       — Считать это угрозой?       — Неизбежным будущим, если не прислушаться к совету. Либо амбиции, либо напарник. Что выбираете, мистер Батлер? — Ноа снова смотрит на Чейза.       — И кто автор этого предсказания?       — Кто-то из проклятых, разумеется.       — Прячешь дерево в лесу?       — Нисколько. Видите ли, мистер Батлер, — Ноа убирает телефон в карман и подходит к Чейзу, — я сею ветер, потому что мне очень интересно посмотреть, как кое-кто однажды станет бурей. — Ноа улыбается, показывая Чейзу искреннюю веру в свои слова. — А для этого вы должны сделать правильный выбор. До встречи, мистер Батлер.       Двери лифта открываются, и Чейз оборачивается в их сторону. Он видит женщину с ребёнком на руках. Смотрит обратно, но загадочного проклятого в лифте уже нет. Чейз цокает, пропускает женщину и выходит на парковку.       — Заинтриговал… — шепчет он, осматривая безлюдный этаж.       Набрав номер напарника, Чейз понимает, что, скорее всего, попал на крючок Пророка. Ни Сара, ни Провидец, ни тем более Франциска Дуарте, являющаяся, по сути, живой историей человечества, не способны на подобные уловки и манипуляции. А появление ещё одного проклятого с похожими на Пророка силами столь же вероятно, как и плюсовая температура на Эвересте. А раз так, то что бы он ни предпринял, это всё равно будет по плану Пророка. И не от Чейза зависит, какая судьба ждёт детей Маркуса.