Из тени демона

      Подъезжая к дому поздним вечером, Чейз с удивлением замечает тот в объятьях темноты. Хотя Кларк тот ещё любитель посидеть допоздна. Притормозив прямо на дороге, Чейз внимательно осматривается, но всё равно не видит в доме никакого признака жизни. Расследование по делу Секущего Лица и странное поведение Маркуса в последние дни сделали Чейза чуть более параноиком, чем обычно. Контакт с Ньюманом лишь обострил всё.       Нутром чуя неладное, Чейз набирает номер Кларка. Гудки идут долго, в конце их сменяет автоответчик. Чейз сбрасывает, звонит на домашний — та же история. Несколько минут поразмышляв, Чейз тихо подкатывает джип к тротуару.       Подходя к дому с оружием в руках, Чейз уверен, что парня там нет. Где бы ни был Кларк, он всегда словно наполняет окружающее пространство давящей аурой, как-то связанной с эмоциями. Однако сейчас дом напоминает пустую коробку. Игнорируя парадный вход, Чейз подходит к задней двери и осторожно отпирает её. В коридоре темно, спасают лишь едва различимые прямоугольники занавешенных окон, придающих мраку ещё больше таинственности и опасности. Бесшумно продвигаясь в звенящей тишине, Чейз вслушивается в собственный дом и совершенно не узнаёт его: игра теней создаёт незнакомые узоры, тишина делает лёгкий скрип обуви омерзительно-громким, а гнетущая атмосфера под напором фантазии порождает в голове картины одну хуже другой. Обычно Чейз всегда знает, кто и где именно находится: Кларка выдают эмоции, Стоун же либо храпит, либо пыхтит, либо ошивается с Кларком.       Однако ни эмоций, ни храпа, ни пыхтения.       Дом абсолютно пуст. Если Кларк ещё мог свалить и не предупредить, то собака явно пропала. Хорошо зная характер Кларка, Чейз исключает очередной его побег, тем более с собакой.       Ещё нельзя списывать со счетов «Широ Оками». Чейз почти буквально угрожал лишить клан их символа ещё на десятки лет. Такое не прощают, даже если на ответное действие в этот раз им потребовалось несколько дней.       По пути нигде не включая свет, Чейз находит ещё одну монетку в копилку нарастающей беды — приоткрытую дверь в кабинет, хотя он всегда держит её запертой на ключ. Особенно сейчас, когда всё глубже погружается в разоблачение Ньюмана. Держа пистолет наготове, Чейз толкает дверь носком ботинка и проходит внутрь.       Пусто.       Вот только доска с заметками о Секущем Лица подсвечена тусклым светильником под потолком, хотя свет должен быть выключен. В окружении полного мрака лампочка словно стала визуальным триггером из триллера, безмолвно повествуя о произошедшем ранее в комнате. Вряд ли это сделал Кларк, ведь на стене указана лишь общеизвестная информация. И ни слова о Ньюмане. В конце концов Чейз не идиот, даже если запирает собственный кабинет.        Развернувшись, Чейз видит в углу своё любимое кресло и незнакомого человека в нём.       — Где Кларк? — требовательно спрашивает он, наставив пистолет на вторженца.       Пока незнакомец молчит, Чейз гадает, почему не почувствовал его. Слишком сосредоточившись на реальном, он только сейчас осознаёт, что оказался в «пустоте», вызванной артефактом Мози. Значит, этот человек отлично понимает, в чей дом пришёл.       — Где Кларк?       — Когда вы припарковались у соседнего дома, он был на западе Байкер-Авеню в постели с двумя нанятыми нами девушками. — Вторженец притворно улыбается. — Видимо, они стоят своих денег, раз он слишком занят, чтобы ответить на звонок.       — А Стоун? — спрашивает Чейз. Не опуская оружие, он рассматривает мужчину. Единственное, что он улавливает, так это слабый азиатский акцент и светлый оттенок кожи, хотя лицо скрыто в темноте. Так уж вышло, что сам Чейз оказывается между лампой и креслом, из-за чего вторженец объят сгустившимся мраком, как Луна во время затмения.       — Пёс под присмотром. Когда мы поговорим, его вернут в целости, даю слово.       — И чего же стоит слово человека, зашедшего так далеко ради разговора со мной?       — Довольно много. Не находите?       Чейз не торопится с ответом, мысленно соглашаясь с незнакомцем. Есть миллион способов для налаживания менее затратного контакта, но человек с акцентом выбрал один из самых сложных и неблагоприятных для себя, почти показал своё лицо, обнажил акцент, наверняка оставил отпечатки. Хотя вряд ли глуп для последнего, учитывая место работы Чейза. Значит, причина для одного варианта из более чем миллиона достаточно веская. Быть может…       — Значит, не интересует…       — Говори.       Чейз нетерпеливо ведёт плечами, отчасти из-за занемевших рук, напряженно сжимающих рукоять пистолета.       — В убойном отделе вашего участка завёлся доносчик, мистер Батлер. К счастью для всех нас, не по своей воле.       — Маркус, — моментально догадывается Чейз. Слова незнакомца словно стали тем самым клеем, связавшим воедино гору разрозненных догадок. Целую неделю напарник вёл себя странно: не находил себе места, курил при каждой возможности, часто хватался за телефон и нервно отбрасывал, словно тот жёг кислотой. В голове Маркуса и вовсе творился настоящий хаос, в эмпатическом чане которого кипели едва ли не все эмоции из категории «всё крайне херово». Как бы ни пытался, даже за несколько дней Чейз не мог зацепиться за суть переживаний друга, а ненавязчивые вопросы не дали вообще никакого результата. И вот оно — Маркуса взяли на крючок.       — И «Широ Оками» по доброте душевной решили помочь. Мне. — Чейз хмыкает.       — Кажется, свою репутацию отличного детектива вы заслужили не только эмпатическими способностями.       — А Ньюман совершенно не умеет хранить чужие секреты. Хуже пьяного сплетника. — Чейз недовольно цокает языком. Остаётся только гадать, как много им известно об остальных членах местного «клуба проклятых». О Кларке.       — Вы только за этим пришли? Поумничать? — со сталью в голосе цедит Чейз, ещё крепче сжимая рукоять пистолета и кладя палец на спусковой крючок. Кларк живуч, если сейчас всё выйдет из-под контроля, то он сможет позаботиться о себе в свойственной ему манере. Надолго ли — если Чейз умрёт сейчас, это будет уже неважно. Главное, просто выжить самому. Вот только идти на поводу у заезжих с размытым понятием нормального он не собирается. — Я задал вопрос.       Вместо ответа незнакомец неспешно встаёт, демонстрируя немаленький рост и субтильную фигуру в костюме, откладывает книгу на столик и идёт прямо на Чейза, покидая клочок густого мрака. Чейз наконец видит его лицо: вытянутое, заострённое, бледная кожа сияет идеально выбритым подбородком, а глаза с восточным разрезом прячутся за очками в чёрной оправе. Японец. Вторженец наступает, а Чейз готовится отступить, пока не понимает истинную цель азиата — доска на стене.       — Я предлагаю вам более важное занятие, чем попытка доказать причастность подростка к серии жестоких убийств, — говорит Юта, рассматривая карту Нью-Йорка с метками, фотографии, мелкий текст маркером и ленточки, связывающие разрозненные детали в единую цепь известных событий. Которые никак не указывают на Мэтта Ньюмана. — Ваш напарник попал в лапы русской мафии, нуждающейся в информации о делах Секущего Лица. Узнав о ваших талантах как копа, мы не сомневаемся, что вы сможете ему помочь.       — Им следовало присмотреться к федеральным агентам, а не к полицейским детективам. — Присев на край стола, Чейз слегка опускает ствол, но не отводит от вторженца. Услышанное многое объясняет. Даже истинную причину, почему к нему пришли и сбивают с цели. — Мы не работаем над этим делом.       Он слышит лёгкую усмешку. Видя вторженца на фоне доски, посвящённой этому самому делу, Чейз понимает абсурдность заявления и на мгновение закатывает глаза.       — Видимо, мы в вас ошиблись, — Юта на секунду бросает косой взгляд на Чейза и возвращается к изучению доски. — Мы думали, вас заинтересует героическое спасение напарника и его семьи, но вы думаете лишь о собственной выгоде в деле Секущего Лица.       Чейз проглатывает ком в горле и убирает палец со спускового крючка, чтобы ненароком не выстрелить в ублюдка. Который абсолютно прав.       — Вон из моего дома. И верните собаку.       Юта несколько секунд молча смотрит в глаза Чейза. Неспособность привычно считать эмоции врага, тем более настолько серьёзного, раздражает куда сильнее правоты этого врага. В конце концов Юта шумно выдыхает и делает шаг вперёд, пока дуло пистолета не утыкается в грудь. По-прежнему ни страха, ни агрессии, ни жажды убийства — Чейз не только не чувствует, но и не видит этого.       Неотрывно смотря в глаза японца, Чейз готов в любой момент нажать на крючок, однако до сих пор не видит на то причины. Он прекрасно понимает, чего добивается вторженец, а потому не верит ему. В конце концов, якудза сами могли стать угрозой для Маркуса с целью отвлечь Чейза. И всё же нельзя исключать, что русские могли провернуть подобное.       — Мой вам совет, мистер Батлер, — неторопливо проговаривает Юта, — оставьте парня в покое и лучше позаботьтесь о своём напарнике.       — Это угроза?       — Только совет. Первый и последний между нами. Надеюсь, вы им воспользуетесь. Русские — не мы, им ничего не стоит пересечь абстрактную черту и ради своих целей пролить кровь невинных. Например, семьи мистера Райта.       — Полагаю, вы в курсе, где они сейчас скрываются?       — Мотель Redline на востоке города.       Юта делает шаг назад, разворачивается и уверенно идёт к выходу из комнаты. Не чувствуя эмоций, Чейз буквально видит в его походке власть и ощущение победы в разговоре. Не ясно — это ему только мерещится или вторженец взаправду ведёт себя как победитель.       Японец уходит, и через некоторое время в тишине негромко хлопает входная дверь. Тишина не наступает вновь — её нарушают тяжёлые шаги и гулкое падение массивного тела. Поспешив в коридор, Чейз находит Стоуна, вяло растянувшегося на полу. Осмотрев пса, он убеждается, что животное накачали успокоительным.       Оставив собаку отходить от похищения, Чейз возвращается в кабинет и включает свет. Скидывает пальто, но оружие оставляет при себе. Осматривается. Наличие оставленных жучков и камер ещё предстоит проверить. Сейчас он ищет какие-либо намёки на чужое вмешательство в комнате.       Обдумывая случившееся, Чейз замечает одну маленькую деталь: японец даже не намекнул на кровавые отношения Кларка и Лю Вей Фана. Либо клан вовсе не в курсе об очередном проклятом в городе, либо, что более вероятно, пока не вышли на Кларка. Значит, нужно будет сделать всё, чтобы оставлять врага как можно дольше в неведении.       Сейчас же нужно помочь напарнику, а Ньюман с его прихвостнями никуда не денутся.

***

      После бессонной ночи Кларк чувствует себя вымотанным. Даже две чашки кофе и энергичное начало дня не исправляет ситуацию. Его всё равно клонит в сон, а зевота нет-нет да напоминает о себе в самый неподходящий момент посреди дороги. Несмотря на неудавшийся подкат в клубе к сочной тридцатилетней брюнетке, он всё равно смог удачно провести ночь. Всё-таки нечасто удаётся так провести время.       Пока он на танцполе изображал из себя павлина в брачный период и обхаживал ту самую брюнетку, на него самого нацелились две горячие мулатки. Как одно целое, девушки возникли из распалённой музыкой толпы и окружили его, оттеснив почти покорённую милфу. Они громко заявили права на него: ловили его взгляды, почти касались его губ своими, дразнили горячим дыханием в шею и как бы случайно трогали абсолютно везде. Вскоре Кларк оказался оттеснён от остальной толпы непроницаемой стеной внимания, музыка была уже неважна — существовала лишь их троица и танец в унисон. Кларк плохо помнит, какими путями они оказались в его джипе, зато хорошо помнит, что было дальше.       Через пару кварталов от дома девушек Кларк замечает подозрительного прохожего. Сгорбленный, с накинутым капюшоном и крутящейся по сторонам головой тот — словно ходячее клише человека в бегах от проблем и правосудия, словно убил кого-то. От таких мыслей реальность обрушивается на Кларка подобно гигантскому метеориту, снося на своём пути отголоски приятного ночного приключения. Кларк мигом вспоминает всё, так легко забытое в омуте наслаждения.       Секущий Лица.       Чейз был уверен, что этот ублюдок всё ещё в городе. Показательное шоу, устроенное в клубе, лишь всё подтверждает. Наверняка прямо сейчас он бродит где-то, выискивая новую добычу для своего мерзкого пиршества.       Вдарив по газам и до смерти перепугав трусливого прохожего, который никак не может быть самым разыскиваемым в двух штатах преступником, Кларк мчится домой, чтобы успеть на работу. Заново взглянув на всё произошедшее за последние недели, Кларк видит всю унизительность своего положения: просто сидит и ждёт, словно дрессированная болонка, неспособная сама решить свои проблемы! Хрена с два. Кларк не боится. Он не будет послушно дожидаться, пока Чейз выследит Секущего Лица и станет национальным героем.       Да, Кларк не идиот и с самого начала раскусил план Чейза, желающего прославиться за счёт информации, недоступной федералам. Потому Кларк терпеливо наблюдал и потихоньку вёл собственное расследование, лишь бы унять зуд на кончиках пальцев и не сорваться на ком-либо.       Кларк уверен в одном: Чейз уже имеет как минимум одного подозреваемого. Недавно он подслушал его разговор с копом из Нью-Йорка по поводу хакерской атаки в центре Манхэттена. После звонка Чейз сказал одну фразу: «Значит, всех повели не в ту сторону». Так просто, странно и непонятно, но Кларк понял главное — он на два шага позади.У него нет доступа к полицейским базам данных, нет доступа к расследованию, есть только… Диего. Вернее, босс наркокартеля, который ему должен.       Кларк устал при каждой их с Лю Вей Фаном встрече мучительно подыхать в грязи и дерьме, словно жалкий огрызок жизни. Каждый раз всё заканчивается болью, кровью и унижением. Меняются декорации, но не причины: первый убивает, потому что может, а второй убивает убийц. Раньше, когда людей было меньше жалкого миллиарда, мир казался Кларку таким тесным — почти при каждом пробуждении этого мерзкого кровопийцы они обязательно сталкивались. Теперь человечество на всех парах мчится к восьмому миллиарду, а мир всё ещё тесен для них обоих. Где та грань, которая поможет им никогда не пересекаться? Сначала они оказались в одной стране, теперь Секущий Лица вообще припёрся в его город! И не просто припёрся, он громко заявил на весь мир о своём переезде, грохнув мерзкого пидора прямо в постели. Словно этого было мало — вломился в клуб Диего. Для картеля последствий определённо не будет. Зато куда интереснее «диалог» Секущего Лица и Летописца, который заставил сотни тысяч людей с нетерпением ждать ответа серийного убийцы.       Оставив джип перед домом, Кларк внутренне торжествует — Чейза нет дома. Это избавит от лишних вопросов касательно прошлой ночи. Оказавшись в доме, Кларк чувствует неладное: в воздухе столбом стоит запах горелого мяса, едва глаза не слезятся. Кларк бросается на кухню и видит в раковине сковороду, чёрную от сгоревшего на ней бекона. Неудачный обед настолько свежий, что с него до сих пор тянется дымок, отравляя всё вокруг.       Матерясь и затыкая нос, Кларк включает вытяжку, открывает кран и окна, после чего отправляется на поиски пса.       — Стоун! Стоун, мальчик мой! — ласково зовёт Кларк, только сейчас замечая неестественную тишину в доме. — Стоун!       Грозный крик имеет эффект — в гостиной с дивана сползает туша и, вяло виляя хвостом, шаркает навстречу.       — Какого хера тут произошло, дружище? — спрашивает Кларк. В ответ пёс устало фыркает и в привычной манере роняет голову на колени хозяина, тоскливо заглядывая ему в глаза. — Я скоро вернусь и подниму тебе настроение вкусняшкой. Никуда не уходи.       Убедившись, что пёс в порядке, лишь надышался гари, Кларк обходит дом. Второй этаж встречает настежь открытой дверью в комнату Кларка. Как и на кухне, здесь всё тоже провоняло, хотя и не так сильно. Наскоро приняв душ и смыв с себя все лишние запахи, Кларк чувствует облегчение. Уже даже не хочется прибить Чейза за устроенную для Стоуна газовую камеру. Хотя можно разок всё-таки врезать.       Спускаясь покормить пса в наименее провонявшей одежде, Кларк замечает взглядом дверь в кабинет Чейза. Большую часть времени кабинет заперт, якобы «это исключительно рабочее пространство». Вот только Чейз не знает, что Кларк давно уже сделал себе дубликат ключа. Раньше там делать было особо нечего, но в свете последних событий…       Отперев дверь в кабинет, Кларк тут же закрывает её изнутри. Как он и предполагал, воздух здесь чист от гари. Вдоль одной из стен располагается стеллаж с книгами. С другой — полки с сувенирами и доска расследований, в данный момент посвящённая Секущему Лица. В углу возле стеллажа стоит кресло Чейза. У окна — рабочий стол и сейф для оружия. Но Кларка интересует стена для расследований.       С тех пор, как Кларк залезал в кабинет в последний раз, информация на ней не сильно изменилась. Разве что добавились официально известные факты о событиях в клубе. Никаких слухов, ничего «проклятого». Эта доска для отвода глаз посторонним и в целом как шпаргалка, которая всегда на виду. Кларк уверен, что где-то есть настоящие записи со всеми мельчайшими деталями, косвенными уликами, теориями и мистикой без цензуры для несведущих.       Вопрос только в том, где эта доска. Точно не на компьютере в виде файла Фотошопа. И не в виде каракулей в рабочем блокноте. Однажды Кларк найдет её, даже если придётся следить за Чейзом круглые сутки напролёт.       Не заметив ничего странного или интересного, Кларк идёт к выходу, когда улавливает нотки незнакомого запаха. Остановившись, он принюхивается. А потом глубже и смотрит в сторону кресла. Он подходит ближе, приседает у подлокотника и делает новый вдох. Запах свежий, ему не больше двенадцати часов. Кто бы ни приходил ночью, этот человек позволил себе наглость сесть в кресло хозяина дома. Одно это уже о многом говорит.       Не скрывая раздражения, Кларк тихо рычит, уже представляя свои зубы в шее ублюдка, любящего мыло с ароматом трав. И не дешёвку с ароматизаторами, а с натуральными травами, от которых нос приятно щекочет. Но запах слабый, смешанный с дорогой кожей. Перчатки? Встав, Кларк принюхивается к высокому подголовнику кресла. Скалится, на этот раз отчётливо отделяя запах взрослого мужчины от очередного натурального шампуня.       — И кто же ты?       Обдумывая зацепки, Кларк тщательно сканирует всю комнату. Он находит чёткий запах Чейза всё того же временного промежутка и даже совсем свежий. Значит, всё-таки жив. А вот чужак оставил «отпечатки» кожи и трав только на дверной ручке и корешках книг Беррингтона. Компьютер, ящики стола и доска остались нетронутыми. С книгами сложнее, но Кларк подозревает, что именно интересовало гостя. Страницы о Лю Вей Фане оказываются напрочь провонявшими всё той же кожей.       Присев на край стола, Кларк собирает все детали в кучу. Чужак, мужчина, который определённо не случайный вор. Достаточно умён, чтобы носить перчатки в доме детектива. Явно не бедствует, учитывая слабость к качественным средствам. Его не заинтересовали найденные Чейзом факты о Секущем Лица, но заинтересовали страницы о Лю Вей Фане. И как удачно всё сложилось, что именно в эту ночь Кларк оказался очень занят и не вернулся домой.       При этом раскрывается загадка, почему весь дом провонял гарью: Чейз определённо не хотел, чтобы Кларк узнал о ночном «госте». А вот чужак в курсе, кто такой Чейз на самом деле. Но знает ли про Кларка?       — Выходит, ты нашёл его… — Кларк вздыхает и ставит книгу обратно на полку.       Теперь он уверен, что Чейз и не собирался играть в команде. А раз так, то у Кларка есть свои методы. Конечно, сломанные кости Чейза ускорили бы поиски до пары часов, но… когда это хищник идёт на всё готовое?

***

      Лиз садится на лавочку в зимнем саду и открывает ланчбокс для позднего обеда. Рассматривая растения, названия которых даже не может угадать, она вспоминает прошедший день. Сегодня она пошла по стопам Мэтта и устроилась на своеобразную подработку. Только, в отличие от Мэтта, её выбор пал на Grand Germen — компанию Рэйчел. И вместо стратегического отдела она выбрала юридический.       Лиз всё ещё не уверена в правильности своего решения. В большом и богатом доме всё равно нечем заняться, раз там постоянно никого нет. Особенно Мэтта, который и надоумил её использовать возможность по максимуму. Возможно, стоило выбрать DINline, однако Лиз не хватило сил принять недавнее предложение мистера Ньюмана. В итоге теперь она такой же привилегированный сотрудник, как и Мэтт в компании отца. Пока что она только вникает в процессы и больше наблюдает, но уверена — дальше будет только интереснее.       Доедая мини-сэндвичи в полном одиночестве, Лиз вдруг чувствует на себе чужой взгляд. По крайней мере, уверена в этом. Очень близкий и тяжёлый взгляд, от которого еда застревает в горле. Лиз оборачивается и видит прямо за собой Кларка. Тот возвышается над ней и плотно сжимает губы, а брови почти сходятся вместе, пока он хмурится.       — Простите? — бормочет Лиз, когда проглатывает остатки еды. Подхватив ланчбокс, она встаёт с лавки.       — Ты осквернила это место.       Лиз непонимающе смотрит на чистую лавку и снова на Кларка, в руках которого только сейчас замечает стаканчик кофе. Как и разбитые, воспалённые костяшки.       — С первого дня, как я тут работаю, здесь ни разу никто не ел. Теперь всё провоняло тунцом. Ладно, доедай. — Кларк шумно выдыхает, отчего на глазах Лиз становится чуточку меньше. Словно сдулся. Он перекидывает ногу через лавку и садится поперёк неё, ставя перед собой кофе с коробкой бургера. — Чего стоишь?       Лиз всё ещё смотрит на разбитые руки Кларка.       — Я детей не бью. Я Кларк, кстати. Заместитель главбуха.       — Элизабет, — представляясь, Лиз возвращается на прежнее место. — Начала работать в юридическом. И я не ребёнок.       — Тебя удочерили. Значит, ребёнок. — Кларк красноречиво смотрит на Лиз и кусает бургер. Слегка прожевав, продолжает: — Ты в представлении не нуждаешься: о тебе уже все бабы в этом здании сплетни пускают. Словно им заняться больше нечем. Что, в большом богатом доме скучно стало через месяц?       — Вроде того.       — Неправильная ты золотая молодёжь. Такие от скуки дичь творят, а не на работу идут. Что привело тебя в Grand Germen?       — Скука, — Лиз пожимает плечами, не зная, как ещё ответить.       — Почему Grand Germen? В DINline не нашлось вакансии? Слухи, — отвечает Кларк, когда Лиз непонимающе смотрит на него.       Лиз не находит, что ответить, чем вызывает у Кларка усмешку.       — Секреты. У всех они есть. Поссорилась с братцем? Отчим?       — Ой, я же опаздываю! — притворно восклицает Лиз, глядя на наручные часы. Она закрывает ланчбокс, вскакивает и спешит к выходу из зимнего сада. Остановившись, оборачивается: — Пока!       Кларк салютует стаканчиком кофе и хмыкает в спину врунишке. Ему даже не нужен нюх, чтобы это понять. Девчонка определённо не на своём месте здесь и явно сама не знает, зачем вообще устроилась к мачехе. Словно назло или вопреки кому-то. Наверняка Кларк прав, «обвиняя» либо брата, либо отчима. Доедая бургер, Кларк решает поучаствовать в ставках на то, как быстро девчонка струсит и перестанет «работать». Хотя будет и жаль: девчонка вполне в его вкусе, хотя и маловата. Вот через годик и грудь подрастёт, как он любит…       От мыслей отрывает взвизг девчонки где-то на лестнице за углом. Облизывая пальцы, Кларк подслушивает беседу «родственничков». Когда звучит его имя, то он вздыхает и встаёт с лавки. Спрятаться за финиковой пальмой удаётся до того, как начальница появляется в саду. Под цокот каблуков об плитку Рэйчел подходит к лавке и берёт оставленный стаканчик кофе. В этот момент Кларк выходит из укрытия, хватает женщину за локоть и под короткий вскрик утягивает в укрытие.       — Какого чёрта ты делаешь? — возмущается Рэйчел.       Кларк нависает над ней и вдыхает её запах. Едва не чихает от резкой вони дорогих духов. При этом сама Рэйчел даже не пытается вырваться из компрометирующего положения.       — Обедаю.       — Не мной же! Отпусти меня.       — Что ты тут забыла? — Кларк не слушается и с вызовом смотрит сверху вниз.       — Это моё здание, придурок. — Рэйчел слабо толкает Кларка в плечо, но тот этого даже не замечает.       — Прибежала спасать девчонку от меня? — Кларк берёт Рэйчел за подбородок и наклоняется ближе. — Я впечатлён. Но ты слишком предсказуема.       — Не смей её трогать. Если из-за тебя с ней что-либо случится, ты так просто не отделаешься.       — Уж кому, как не тебе, знать, что дети меня не интересуют. — Кларк строит обиженную мину. — Другое дело их недотраханные мамочки. В конце концов, у нас с тобой такие похожие и прямо противоположные предпочтения.       — Отпусти меня, — приказывает Рэйчел.       — Ты правда этого хочешь? — спрашивает Кларк в самое ухо. — Я же лучше твоего Мэтта, и ты это знаешь. Ты уже трахнула его?       — Иди к чёрту. — На этот раз толчок ощутимее, но всё ещё недостаточный.       — Видимо, нет. Неужели ты не в его вкусе? Ну так показала бы, что он теряет, — глядя в глаза, Кларк накрывает ладонью грудь Рэйчел и сжимает пальцы, пробуя на ощупь хорошо знакомый объём. Значительно больше, чем у Элизабет навскидку.       — Прекращай! — шипит Рэйчел, стряхивая с себя руку. — Держись подальше от Лиз, не хватало мне ещё проблем из-за тебя, — она гневно грозит пальцем, на что Кларк лишь усмехается и слегка отходит. Но так, чтобы птичка не выпорхнула из клетки. — Иначе проблемы будут у тебя.       — Боюсь-боюсь. Но знаешь, у тебя есть ещё одно оружие, которым ты можешь поразить пацана. — Всё той же рукой Кларк спускается вниз по животу Рэйчел, пока не кладёт ладонь ей между ног. Он успевает до того, как Рэйчел сводит колени. — Твоё тело, — шепчет Кларк, растягиваясь в улыбке.       — Чего ты добиваешься?       Кларк видит в глазах не сопротивляющейся Рэйчел раздражение, а ещё проблески возбуждения. В конце концов, он прав, что хорошо знает и её, и её предпочтения. В том числе любовь к изменам.       — У меня был хреновый месяц, охуенная ночь и дерьмовейшее утро. И сейчас я хочу либо кого-нибудь трахнуть, либо убить. А твои ролевые игры в мамочку с этой девчонкой, признаюсь, делают тебя сексуальнее, чем обычно. — Кларк приближается вплотную, проводит губами по шее Рэйчел и позволяет почувствовать нарастающую эрекцию. Рэйчел рефлекторно кладёт руку на его промежность, но тут же убирает.       — Сними проститутку и отстань уже от меня. Всё кончено. И приведи руки в порядок, не хватало мне, чтобы кто-нибудь вызвал полицию.       — Я просто перестарался с грушей. Ничего криминального.       На самом деле после обнаружения запаха чужака в кабинете Чейза он несколько минут избивал каменную колонну в гостиной. Это помогло успокоиться, чтобы не натворить глупостей.       Вновь слыша шаги на лестнице, Кларк позволяет себя оттолкнуть. Он с радостью трахнул бы её прямо здесь и прямо сейчас, наплевав на свидетелей и последствия. Вот только этих самых последствий хочется избежать в свете происходящих событий. Месть Лю Вей Фану куда важнее хорошего секса.       — Мы оба знаем, что ты лучше любой проститутки, — утверждает Кларк, когда Рэйчел проходит мимо и поправляет причёску. — Но я серьёзно: возьми парня силой, покажи всё, чему со мной научилась. А потом он не устоит. Можешь напоить его, если он такой непрошибаемый. А потом он уже никому не расскажет, что спит с собственной мачехой.       Рэйчел замедляет шаг. Всего на пару секунд, но этого хватает, чтобы Кларк заметил. Подбирая с пола оброненный стаканчик из-под кофе, он смотрит на удаляющуюся задницу в тугих брюках и скалится. Раз Мэтт Ньюман за месяц не пал под натиском Рэйчел, то вряд ли даже алкоголь или шантаж помогут взять эту крепость нравственности. Остаётся только гадать, что предпримет подросток, когда обнаружит в собственной постели голую мачеху. Но вряд ли начнёт по щелчку снимать штаны. Рэйчел ничего не перепадёт, какие бы планы она ни строила. Раздражённая и неудовлетворённая, скоро она сама придёт к нему, как приходит последние несколько лет. Вопреки собственным обещаниям «это в последний раз». В следующий раз Кларк получит куда больше, чем мог бы получить сейчас.