Из тени демона

Ранее…

      Когда Чейз обрывает звонок, Кларк лишь пожимает плечами. Похоже, началось. Запихивая телефон в карман ветровки, туда же отправляет диктофон с записью собачьего лая — не весть что, но Чейз купился. Разминаясь, он садится удобнее, оставаясь скрытым в глубине разросшегося клёна. Через дорогу — обитель сексуальной ведьмы. Именно её дом кажется Кларку идеальной точкой проникновения для Секущего Лица. Чейз тоже так считает, а потому рассредоточил засады спецназа вокруг этого дома по подвалам так, чтобы те не попались на нюх Лю Вей Фана. По команде они покинут убежища и буквально будут повсюду, не давая шанса сбежать. Однако Кларк не исключает и захода через парадную дверь. На такой случай у него включена трансляция «Честного Денвера», на которой автор канала берёт интервью у родственника одной из жертв на фоне полицейского оцепления.       Сидя в паре метров над землёй, Кларк издали замечает джип. Проехав мимо Кларка и миновав ещё несколько домов, водитель останавливается у тротуара. Почти сразу туда садятся несколько людей в одинаковой экипировке, и Кларк готов поклясться, что при них было оружие. Когда водитель делает ещё одну остановку через несколько домов, Кларк выключает трансляцию и открывает соцсети, где быстро находит причину суеты. Либо Секущий Лица — безумец, решивший устроить тотальный хаос, либо он переиграл Чейза, провоцируя ФБР на игру в догонялки по всему городу. Чейз на такое не купится.       Вспомнив о собственной засаде, Кларк отвлекается от комментариев и смотрит на соседний дом. Натренированная память замечает маленькую калитку сбоку, которая сейчас приоткрыта. Кларк скалится. Последние дни он упорно готовился: подслушка за Чейзом, разведка местности, взрывчатка и напускное безразличие. Он готов. Сегодня Лю Вей Фан и его новый носитель познают ярость, и Кларка никто не остановит.       Он спрыгивает с дерева и выходит на улицу. Встаёт посреди дороги, достаёт телефон и демонстративно смотрит в замаскированную камеру. Нажимая быстрый набор, смакует возможную реакцию Чейза. Тот наверняка всё видит и обделывается от страха. После первого гудка острый слух сквозь шум города различает далёкий взрыв, за которым гаснет весь квартал. На секунду становится тихо, после чего прерванный праздник возвращается в прежнее русло. Кларк раздражённо рычит: посеять панику не удалось, но федералы должны клюнуть. Найти взрывчатку было несложно. Но, активировав её, Кларк отрезал себе путь назад — дальше только война.       Кларк проходит через калитку на задний дворик, по пути вдыхая свежий запах. На удивление знакомый, но быстро выделить его из памяти не удаётся. Это точно не таинственный гость в их доме пару недель назад, а других идей навскидку нет. В любом случае скоро это будет не нужно. Перед домом Фостера до сих пор гудит толпа и горит свет прожекторов — там всё равно никто не собирается расходиться. Рывком перемахнув через забор, Кларк идёт к дому Фостера. Благодаря ожерелью с прахом Мози он не боится, что Секущий Лица почувствует его раньше времени. К его счастью, Мози влияет лишь на мистические аспекты силы, тогда как острый нюх и слух — физические, буквально ставшие частью тела. Равно как и жижа Лю Вей Фана. С каждым шагом запах всё острее, но вспомнить их самое первое пересечение не получается. Это точно не мимолётная встреча на улице, а нечто более личное. Подходя к приоткрытой двери и ассоциируя запах с лошадьми, Кларк слышит по ту сторону громко работающий телевизор и слишком поздно различает шаги сбоку от дома.       — ФБР, стоять! — командует федерал. — Руки за голову. На колени. На колени, я сказал!       Так и не дойдя до двери пары шагов, Кларк раздражённо рычит. Молча пятится, разворачиваясь лицом к врагу. Двое держат его под прицелом, пока ещё один обходит сзади. Он берёт Кларка за предплечье и достаёт наручники. Кларк резко перехватывает мужчину за руку и рывком тянет через себя вперёд, закрываясь от возможных выстрелов.       — Никому не рыпаться, — сквозь зубы приказывает Кларк, схватив федерала за горло. Щурясь от светящих в лицо фонариков, Кларк отстраняется и видит у заложника гарнитуру. — Я знаю, ты меня слышишь. Да, между нами всё кончено. Отныне каждый сам по себе.       Кларк хватается за рукоять винтовки, висящей вдоль тела федерала, и навскидку расстреливает весь магазин перед собой. Кто-то успевает выстрелить в ответ, но попадает в заложника. Когда винтовка глухо щёлкает, Кларк вонзается пальцами в горло федерала и вырывает у того гортань. Захлёбываясь собственной кровью, мужчина падает, а Кларк идёт к лежащим на газоне спецназовцам. Один оказывается с парой лишних дырок в лице. Второй же, медленно отползая с простреленной ногой, окровавленными пальцами пытается достать из кобуры пистолет.       — Гори в аду, — тараторит спецназовец, когда Кларк берёт винтовку за цевьё и замахивается.       — Ага. — Прочный приклад с хрустом проламывает кости, входя в висок на несколько сантиметров.       Кларк спешит в дом. С ходу выбив дверь, оказывается в тёмном коридоре. Лишь слабые отсветы прожекторов через занавешенные окна разбавляют полный мрак. Он медленно проходит по коридору, впитывая информацию. Громко работает не телевизор, а стоящий на кухне ноутбук с включённым фильмом, который заглушает все прочие звуки, отчего шум с улицы едва различим. Куда интереснее лежащее на полу кухни тело. Лёгкого вдоха хватает, чтобы узнать в нём Фостера. Мертвец, который ещё недавно готовил макароны с сыром. Теперь еда в раковине, а сковородка источает запах где-то впереди. Кларк идёт по следу, проводя кончиками пальцев по стене коридора. Секущий Лица только что был тут и не мог выйти через парадную или заднюю дверь. А значит…       — Я уже встречал твой запах, игрушка Лю Вей Фан, — громко заявляет Кларк, перекрикивая фильм и продолжая идти по коридору. Инстинкты подсказывают, что он сейчас не один. А провокация всегда срабатывает. — Я знаю, кто ты. Я ждал этого момента больше двухсот лет. Закончим всё здесь и сейчас. Иначе я убью всех, кто тебе…       — Да завали уже! — Выйдя из-за угла, Мэтт с размаху заезжает по лицу Кларка сковородой, как битой по мячу. От удара сковорода мнётся, а Кларк отлетает назад. Не теряя времени, Мэтт бежит по лестнице наверх.       «Назад! Добей его!»       — Ты покойник! — ревёт Кларк, когда Мэтт оказывается на втором этаже и осознаёт, что сам себя загнал в тупик.       «Вот что ты натворил? Теперь только в окно… Я же пошутил!!!»       Под вопли Вей Фана Мэтт притягивает субстанцию в ноги и срывается с места. Разбежавшись через коридор и спальню, он влетает в закрытое окно, в последний момент оттолкнувшись от подоконника. Летя в сторону соседнего дома под вспышки камер, Мэтт чувствует себя выпавшим из кресла на американских горках. С каждой секундой, ощущая приближение земли, он осознаёт, что о приземлении забыл подумать. Внутренности сводит сначала от осознания полного провала плана, а потом от гравитации, всё сильнее тянущей вниз. Перелетев через забор и кусты, Мэтт камнем падает на колени, раскалывая под собой брусчатку. Смрад резко возвращается, оказываясь очень сильным и опасно близким.       — Я жив?       «Спасибо мне. Хорош тормозить — беги!»       Чувствуя боль в коленях, Мэтт встаёт. Обернувшись, видит направленный в лицо ствол винтовки.       — ФБР, ни с места! — требует спецназовец, пока из дома Фостера раздаётся звериный рёв. — Повернись, руки за голову!       — Без обид, но нам некогда. — Вей Фан хватается за ствол винтовки и дёргает её на себя, одновременно выставляя кулак перед лицом спецназовца. Он чувствует, как сила Мози снова поглощает окружающий смрад. Вакан Акацита приближается, и они ещё пожалеют, что вместо сковородки Мэтт не снёс ему голову. Как только оглушённый спецназовец выпускает винтовку из рук, Вей Фан с разворота бьёт ею по второму бойцу, ломая тому руку и отбрасывая в сторону.       «Беги!» — приказывает он, когда Мэтт оказывается в окружении поверженных федералов.       Вместо подчинения приказу Мэтт отвлекается на грохот со стороны дома Фостера, словно грузовик снёс стену. Ещё секунда — и под вспышки камер подоспевшей прессы забор между участками разлетается в щепки. Из облака пыли выбирается Кларк. Они замечают друг друга. Благодаря вспышкам Мэтт видит детализированную звериную маску, а зеленоватые глаза сверкают бездонной яростью.       «Маска, ага».       — Лю Вей Фан! — Кларк бросается вперёд.       Мэтт обдумывает, не изрешетить ли его из трофейной винтовки, но видит за спиной Кларка новых спецназовцев, которые сразу открывают по ним огонь. Запустив в Кларка винтовкой, Мэтт с разбегу прыгает в ближайшее окно, одновременно чувствуя, как вокруг свистят пули. Перекатившись через диван и растянувшись на полу в куче осколков, Мэтт вскакивает по указке Вей Фана и бежит прочь, игнорируя стрельбу и крики за спиной. В этом доме тоже нет света, как и людей. Он останавливается и переводит дыхание — хоть в маске и есть отверстия, бегать в ней тяжело.       «Кто он нахрен такой?»       «Вакан Акацита, шавка Батлера, — выплёвывает Вей Фан. — Дело сделано, валить надо. Беги, пока можешь. Ты ему не соперник».       «Ты умеешь мотиви…»       — Попался!       Мэтт чувствует, как его хватают за голову и бьют об стену. После удара он неожиданно оказывается в вакууме, словно Вей Фан уже привычно отправил его на вторую роль. Только на этот раз он осознаёт себя, но не своё тело. Новая вспышка боли отбрасывает его ещё глубже — в холодную пустоту космоса, в которой звёзды взрываются одна за другой. Мэтт слышит голоса. Точнее, голос, который взывает к нему, наполняя силой бороться. Он вспоминает счастливую Лиз в лучах солнца из их последней поездки в парк. Ради неё он будет бороться, несмотря ни на что, как обещал родителям и перед смертью завещал Джо. Бороться, да.       «Соберись, твою мать! — Вей Фан вытаскивает его из бескрайнего космоса на промёрзлую улицу. — Мы в полной заднице».       — Этот жалкий трус снова сбежал? — спрашивает Кларк, обходя Мэтта под вспышки камер и крики людей.       Кларк скалится, от чего Мэтта пробивает дрожь: звериная маска вовсе не маска, а нечеловеческое лицо, покрытое короткой сероватой шерстью. Даже зрачки кажутся вертикальными. Он массивный, как скала, готовая в любой момент обрушиться и прихлопнуть любого на своём пути. И в данный момент этот «любой» — Мэтт.       — Знаешь, а я понял, откуда мне знаком твой запах. Временами мы с Лиз мило обедаем наедине.       — Что? — Мэтта словно снова прикладывают головой об стену.       — Решим всё здесь и сейчас. Или я позвоню Лиз и спрошу, где она. — Кларк усмехается, но в его исполнении это больше похоже на оскал, обнажающий желтоватые клыки.       — Не смей, — сквозь сжатые зубы бормочет Мэтт, когда Вей Фан угрожает взять тело под контроль.       — А то что, трус? Один прячется за школьником, а второй — за этой убогой маской. А я не боюсь себя настоящего. — Кларк сбрасывает капюшон, показывая звериный облик: с толстой шеей, торчащими треугольными ушами и густой шерстью, незаметно переходящей в волосы. — Уверен, Лиззи понравится, когда я подарю ей лучший секс в её жизни.       «Да блядь…» — стонет Вей Фан, когда Мэтт срывается с места.       Оскалившись, Кларк уходит в сторону. Мэтт налетает лицом на вытянутую руку, словно на стальную балку, и оказывается вдавленным в землю.       — Ты так и будешь прятаться за школьником? Трус! — Задав вопрос, Кларк швыряет Мэтта прочь, словно игрушку. Пролетая мимо фургона прессы, Мэтт задевает его головой, а через мгновение врезается всем телом в другой фургон и падает на асфальт вместе с осколками выбитого стекла.       «Почему я до сих пор жив?» — сплюнув кровь в маску, Мэтт ощупывает шею сзади. Он пролетел больше десяти метров, а ему хоть бы что.       «Думаешь, я просто так прячусь за тобой? — Вей Фан красноречиво впитывает всю кровь из разбитой губы. — Говорю один раз: ты в атаке, я на обороне. Будет больно, но жить будешь. Сильно на меня не полагайся и не затягивай. Борись. Ради Лиззи».       «Понял».       Мэтт встаёт на колени и тут же закрывается от летящей в голову ноги. Удар отбрасывает его на несколько метров, а руку пронзает нездоровый хруст. Зацепившись когтями из субстанции за асфальт, Мэтт тормозит и сразу встаёт. Встряхивает рукой, но той словно ничего и не было.       Мэтт не успевает перевести дух, как снова оказывается под натиском Кларка. Он блокирует первый удар, а второй едва не срывает маску, когда когти со скрежетом проходят по ней. Это приводит в чувство, отрезая от остального мира. Есть только он и враг перед ним. Враг, которого нужно убить. Видя, как Кларк широко замахивается, Мэтт в последний момент уходит в сторону и со всей силы бьёт в ответ по рёбрам. Он чувствует очередной хруст костей — на этот раз не своих. Но Кларк даже не пошатнулся и снова бросился вперёд. Защищаясь от безостановочных нападок, Мэтт каждый раз пятится, гася чудовищную силу ударов. Теперь он даже не видит шанса для контрудара. Малейшая оплошность — и он тут же станет открытым.       С каждым новым блоком Мэтт чувствует всё большую закономерность в стиле Кларка. Дикий, бездумный, основанный на всеподавляющей физической силе и агрессии. В глазах — ярость, которую Мэтт ещё никогда ни у кого не видел. Удар не по слабой точке или в брешь обороны. Удар ради удара, словно истеричный ребёнок колотит взрослого. Только после каждого нового блока всё тело содрогается, а Вей Фан непривычно молчалив. Кларк берёт измором — не нужно быть мастером рукопашного боя, чтобы это понять. Давление только растёт, а вот собственные силы Мэтта и Вей Фана тают в затяжной обороне. И чем дольше он тянет, тем выше шанс пропустить удар. Слегка сместив вектор отступления, Мэтт ждёт, пока сам себя загонит в тупик. Уткнувшись спиной в ещё один фургон, он уворачивается от летящего в лицо кулака, и тот оставляет вмятину в металле.       — Хватит убегать!       Мэтт снова уклоняется, смещаясь вдоль фургона к следующему авто. Почувствовав ногами бампер, он отклоняется от привычного замаха в лицо и со всей силы подаётся вперёд, врезаясь лбом в лицо Кларка. Тот с хрипом пятится, давая драгоценную секунду на передышку. Мэтт целится субстанцией в сердце, но получает неожиданный пинок в голень и попадание под рёбра. Сознание взрывается вспышками бесчисленных убийств, что были скрыты Мози, — от совсем свежих до отголосков древних событий. Они наслаиваются в одну громадную вспышку, неожиданно сказавшись острой болью в плече.       Придя в себя, Мэтт не чувствует земли под ногами, а мир странно вращается боком. Плечо снова пронзает резкая боль, а спустя миг Мэтт врезается спиной в лобовое стекло легковушки. Кубарем взлетев в воздух, он цепляется субстанцией за крышу, но лишь вспарывает металл и по инерции налетает на задние двери ещё одного фургона прессы.       «Что за нахрен?» — Рухнув и чуть не свернув себе шею, Мэтт на коленях ползёт прочь.       «Маленький недочёт, прости. И тебя прокатило на центрифуге».       Больно. После всего лишь короткой стычки всё тело горит, даже простое движение даётся на пределе возможностей. Рук он вовсе не чувствует, словно они чужие. Надо бежать как можно дальше, но нет сил даже встать.       — Как же! Ты! Меня! Заебал! Ньюман!       Крича во всю глотку, Кларк каждый раз пинает Мэтта в живот, словно битой. Последний удар ломает ему рёбра и отбрасывает на тротуар. Мэтт скручивается в позе эмбриона в попытке унять боль. Без толку, и он от бессилия стонет. Он эгоистичный слабак, он подвёл Лиз и вот-вот снова бросит её в этом чёртовом мире, где все знают, что её брат — Секущий Лица.       «Хрена с два я тебя отпущу на тот свет. Ты не имеешь права бросать Лиззи! Ты поклялся, чтоб тебя».       — Помоги… — бормочет Мэтт, пока субстанция насильно сжимает его лёгкие и сердце. Грудь словно разрывает изнутри, и вместо жадного дыхания — хрипы.       — Лю Вей Фан тебе не поможет. — Кларк садится на колено над Мэттом и хватает его за шею, вонзая когти в кожу. Сдавливает, наклоняясь всё ниже. — Сегодня всё будет кончено. А потом я займусь твоей сестрой. Уверен, ей понравится.       Сдерживая рефлекс бороться с удушением, Мэтт притягивает субстанцию в руку и метит в голову Кларка. Тот отстраняется, но растущий клинок всё равно вскользь достаёт до лица. Под отчаянный звериный рёв Мэтт делает долгожданный вдох и садится.       «И так каждый раз. Сам себе могилу роет, идиот», — комментирует Вей Фан, пока Мэтт готовится к очередному раунду с психом, который держится за окровавленное лицо. Вей Фан всё ещё управляет дыханием, но Мэтт уловил ритм, и теперь становится гораздо легче: голова проясняется, а боль притупляется, открывая скрытые резервы. Пресса куда-то исчезла, а улица вымерла. Они совершенно одни.       С диким рёвом и яростью в единственном целом глазу Кларк снова бросается на Мэтта, который успевает уклониться от нацеленной на горло когтистой лапы. Кларк всё равно налетает на него, и они вместе падают на тротуар. Оказавшись сверху, Кларк встаёт на колени и беспорядочно колотит по маске, оставляя на ней вмятины и пытаясь сорвать.       — Сдохни, Ньюман! Сдохни! Сдохни!       Между ударами, чувствуя, как трескается то ли бетон, то ли кости черепа, Мэтт теряется, словно в первый раз на встрече акционеров компании. Остаётся только сопротивляться. С подсказки Вей Фана он бьёт Кларка по печени так сильно, как может. С рёвом Кларк отлетает в сторону. Используя драгоценные секунды, Мэтт сам оказывается сверху. Выпустив субстанцию на манер кастета, наносит первый удар.       — Не смей! Называть! Моё! Имя! — игнорируя встречные удары и горящее от боли тело, Мэтт выплёвывает слова и превращает лицо Кларка в месиво. Каждый раз, впитывая кровь и видя вспышки прошлых убийств, Мэтт бьёт с ещё большей силой. Он должен уничтожить это чудовище, чтобы обезопасить Лиз и самого себя. Поэтому Мэтт избивает Кларка, даже когда перестаёт получать сдачи. Задыхаясь, он превращает кастет в широкий клинок и целится точно в шею. Ещё один удар — и всё кончено. Он победил.       Краем глаза заметив движение рядом, Мэтт машинально поворачивает голову. Метрах в десяти по тротуару в их сторону идёт вооружённый человек. Рядом, уже на дороге, ещё один обходит машины. С другой стороны улицы Мэтт видит аналогичную картину. Как поток ледяной воды в душе, это резко перезагружает сознание, выдёргивая из мира эмоций в реальность. Потерявшись в собственной ярости, он забыл, что Вакан Акацита — не единственная проблема.       Мэтт слышит выстрел. Один из федералов или спецназовцев — Мэтт не знает точно — резко дёргает головой и падает, словно зацепился за трещину в тротуаре. Потом раздаётся ещё один выстрел. А за ним на улицу обрушивается свинцовый дождь. Мэтт видит, как окружавшие его правоохранители резко забывают про него и прячутся за машинами, стреляя в ответ на противоположную сторону дороги. Под грохот перестрелки Мэтт вжимает голову в плечи и понимает, что пули свистят и убивают где угодно и кого угодно, но только не возле него.       «Ты ж посмотри, кто пришёл на вечеринку без приглашения», — недовольно заявляет Вей Фан при появлении якудза.       Удар под челюсть едва не выбивает Мэтту зубы. Отшатнувшись, он быстро приходит в себя и перехватывает нацеленную на горло руку. Не медля, бьёт поперёк предплечья, ломая сразу обе кости и вызывая у Кларка болезненный вскрик. Мэтт снова вытягивает лезвие и замахивается. Руку обжигает ранее незнакомая боль, а потом капюшон дёргается от пробившей его пули. Забыв про всё, Мэтт прыгает на газон впереди. Приподняв голову, забывает о первом огнестрельном ранении и теряется.       — Какого…       Вставив новый магазин, Ноа досылает патрон в ствол. На секунду их взгляды встречаются, и Мэтт видит лишь холодное безразличие в глазах мужчины, когда тот нацеливает на него винтовку. А потом зажимает спусковой крючок.       — Блядь! — Гребя сырую землю всеми конечностями, Мэтт срывается с места. — Блядь! — Вскочив, он мчится со всех ног к ближайшему дому, нутром чувствуя вокруг себя пули. — Блядь! — Перепрыгнув сразу все ступени, Мэтт залетает на крыльцо. — Блядь!       Выбив дверь, словно она из бумаги, Мэтт сразу падает на пол, пока над головой пули насквозь прошивают каркасные стены. Теперь не удастся вернуться. Остаётся только ползти по тёмному коридору как можно дальше и надеяться, что в бойне Кларк словит как можно больше шальных пуль и сдохнет сам. Оставлять его так опасно, но возвращаться ещё опаснее.       Когда Ноа перестаёт стрелять, Мэтт поднимается на ноги и стряхивает с себя мусор. Как и в предыдущих двух домах, в этом нет электричества, поэтому Мэтт осматривает руку в свете работающего на стене телевизора.       — Если что, то первое правило всё ещё в силе, — раздаётся рядом незнакомый женский голос со странным акцентом.       Мэтт поздно замечает, что всё помещение пропиталось смрадом от кучи находящихся тут людей. Он не видит их, но чувствует. В том числе и один знакомый — Батлера. Когда сбоку вспыхивает жажда крови, он замечает движение и закрывает голову левой рукой. Вей Фан же перехватывает правой нацеленное в сердце лезвие и выкручивает Хайтауэру запястье. Отнять нож не удаётся, поэтому он ломает клинок. Не разжимая кулак, ударом этой же руки целится в голову. Хайтауэр уходит в сторону и молниеносным апперкотом отбрасывает Мэтта назад.       — Как там дела у Лиззи? — поймав Мэтта сзади, в самое ухо шепчет Нала.       — Что… — Мэтт не успевает договорить, как его толкают в спину прямо на противника.       Приняв правила, он превращает скопившуюся в правой руке субстанцию в длинное лезвие и наотмашь рассекает перед собой воздух, пытаясь достать врага, пока кто-то кричит за спиной. Хайтауэр в последний момент приседает и пинает Мэтта в колено. Ещё даже не упав, Мэтт с ужасом чувствует, как Хайтауэр налетает на него. Неожиданный удар по сломанным Кларком рёбрам выбивает из груди болезненный вскрик. Если Кларк был быстр и чудовищно силён, то Хайтауэр ещё быстрее и проворнее — как дикая кошка. Тогда как Мэтт… Мэтт больше не чувствует себя сверхчеловеком и всё быстрее откатывается до состояния школьника. Сил становится всё меньше. Субстанция же впервые за полтора года дрожит от нездорового перенапряжения.       Ещё один удар по сломанным рёбрам вырывает из Мэтта первобытный рёв. Заорав от злости, Мэтт пинает Хайтауэра коленом в живот и натыкается на бронежилет. От удара Хайтауэр взлетает в воздух, но хватает Мэтта за грудь и тянет себя обратно, выставляя перед собой кулак с торчащим из протеза обломком клинка. Поймав удар ладонью, Мэтт игнорирует боль и бьёт маской в лоб. Из-за невыгодной позы выходит слабо, но секундной паузы хватает, чтобы Мэтт оказался сверху и замахнулся уже своим клинком.       — Задолбали! — Почти проткнув Хайтауэру грудь, Мэтт замирает, когда в затылок утыкается ствол пистолета.       — Третье правило Пророка: нельзя убивать Йена Хайтауэра, — заявляет Нала.       — Пусть ублюдок катится в ад, — от всего сердца желает Мэтт, не чувствуя от женщины прямой угрозы.       — О, все мы там окажемся. А с тебя хватит. Не будешь слушаться — сама подстрелю. — Нала отходит, направляя ствол уже на Хайтауэра. — Вставай, малыш. Четвёртый раунд.       Мэтт чувствует, как комната стремительно очищается от смрада. Не опуская оружие, он поднимает голову и видит в коридоре ковыляющего Кларка на фоне улицы, где продолжается перестрелка. То ли спасибо удаче, то ли якудза намеренно не стреляют в сторону дома. Хотя Кларка они всё-таки пропустили, за что точно получат плохой отзыв при встрече.       — Походу, у тебя фетиш сидеть на мужиках? — бурчит Кларк, выходя на свет от мониторов. Выглядит он хуже, чем несколько минут назад на дорожке перед предыдущим домом: звериная морда разбита, из рваной раны над уцелевшим глазом струится кровь, а сломанная рука имеет лишний изгиб.       — Сказал придурок с комплексом неполноценности. — Мэтт встаёт. Пользуясь тем, что Хайтауэр на прицеле, он вырубает его пинком в лицо. — В штанах всё так же печально, как и в голове? По Фрейду, как говорится.       — Нахуй иди.       — Эм, ты сам только что оттуда, — Язвя, Мэтт указывает за спину Кларка, откуда раздаётся взрыв.       Короткая передышка пошла на пользу: тело болит всё сильнее, но в голове — предельная ясность. Единственный выход из этого хаоса, умело срежиссированного спрятавшимся в углу Батлером, — ещё больший хаос, который Джинву помогает раскручивать. Мало Вакан Акациты и Ноа? Пожалуйста — логово федералов, якудза и охотники на проклятых.       «Он вообще подыхать собирается?» — спрашивает Мэтт и получает неутешительный ответ. Тогда он меняет направленный вдоль кисти клинок на нож с обратным хватом. В левую же руку притягивает кастет, но на этот раз — с шипами.       — Чтоб мне провалиться, — комментирует кто-то из присутствующих.       — Встань за мной, малыш. — Нала берёт Мэтта за здоровое плечо и настойчиво утягивает за себя.       — Не знаю, кто ты, но меня этим дерьмом не проведёшь. — Приближаясь, Кларк кивает на жилет со взрывчаткой, которую Мэтт лишь вскользь замечает. — Съебалась.       — Как тебе моя задница, малыш? — спрашивает Нала, отступая и оттесняя Мэтта назад. — Что скажешь?       Мэтт машинально опускает взгляд и разочаровывается: в полумраке и в мешковатых штанах оценить зад воинственной негритянки не удаётся. Зато на ремне, словно хвостики, висят две светошумовые гранаты.       «Ну и намёки же у неё, — вздыхает Вей Фан. — Мне нравится, продолжайте».       — Согласись, отличная штука, — с явным подтекстом продолжает Нала. — А про меня не беспокойся.       — Свалила!       Кларк бросается вперёд, а Нала — в сторону. Мэтт в последний момент успевает схватить гранаты. С лёгким металлическим щелчком обе чеки остаются на ремне.       «Ёпт!» — выдавливает Вей Фан, пока Кларк получает от Налы пинок в бок и влетает в стену.       Послушавшись совета Вей Фана, Мэтт кидает одну гранату в сторону затаившегося в темноте Батлера и бежит в противоположную сторону. Вслед раздаются выстрелы, одна из пуль пробивает стекло панорамной двери перед Мэттом. Через мгновение он сам выносит преграду, пока субстанция заполняет уши. Он замечает вспышку, но слышит только собственное колотящееся сердце.       Вместо долгожданной свободы Мэтт видит направленную на него винтовку и чувствует почти привычную жажду крови от охотника на проклятых. Одновременно с выстрелом он кидает в стрелка вторую гранату, сразу уходя в сторону. Субстанция заволакивает глаза, лишая зрения.       «Ты спя…» — мысленно вопит Мэтт, но спотыкается и летит на землю. Субстанция резко отступает, позволяя разглядеть утоптанный газон и услышать брань вперемешку с выстрелами.       «Бегом!»       Подобно побегу с улицы, Мэтт подрывается с места и проносится мимо ослеплённого врага, чей смрад убийцы исчезает под силой Мози. Игнорируя приближение Кларка, Мэтт через дыру в заборе оказывается на соседнем участке, выходящем на параллельную улицу. Не замедляясь, бежит дальше. Пусто: ни обычных людей, ни очередных помех.       Обежав дом, Мэтт сворачивает на тротуар, когда Кларк сбивает его с ног, и они оба оказываются на дороге. Стукнувшись лицом об асфальт, Мэтт без колебаний бьёт Кларка локтем в печень. Получив свободу, он встаёт под светом фар приближающегося авто. Рыча, Кларк пытается дотянуться до него здоровой рукой, но Мэтт ловит его за запястье.       — Ответочка, сука! — Удерживая хватку, Мэтт тратит последние силы, чтобы раскрутиться вокруг собственной оси с противовесом в виде сопротивляющегося Кларка. Прямо как в каком-то олимпийском виде спорта, название которого он не знает. — Сдохни!       Мэтт разжимает хватку, бросая Кларка под колёса проезжающего мимо внедорожника. В момент удара тела о высокий бампер водитель жмёт по тормозам, но Кларка всё равно отбрасывает по дороге на несколько метров вперёд. Запыхавшись, Мэтт слышит за спиной перестрелку — ближе, чем стычка якудза со спецназом.       «Ставлю десятку, подружка Джинву прикрывает твою задницу. Поехали уже!»       Мэтт создаёт кастет из субстанции, намереваясь угнать авто.       — Ты охренел?! — кричит Зак, когда стекло опускается. — Живо в машину!       Мэтт бросает взгляд на Кларка, который не пошевелился после удара.       — Быстрее думай! — Зак высовывает винтовку в окно и неприцельно стреляет одной рукой за спину Мэтту.       Чувствуя, как стремительно накатывает усталость, Мэтт не видит смысла в спорах. Он из последних сил обходит помятый бампер «Форда» и садится на пассажирское кресло.       — В какое же дерьмо ты нас втянул, идиот! — Бросив винтовку на ноги, Зак включает задний ход. — Я же го…       — Дави его, — приказывает Мэтт, уткнув остриё субстанции в шею Зака и видя, как из-за угла дома кто-то выбегает в их сторону.       — Ты… головой ударился? — Зак сглатывает.       — Пару раз об асфальт. Дави его или я сам.       Убрав субстанцию, Мэтт упирает винтовку стволом в окно, тут же зажимая спусковой крючок. Отдача бьёт в руку, а гильзы вылетают в специальный мешок. Переключив коробку, Зак давит на газ. Мэтт тут же забывает о стрельбе и садится нормально, с нетерпением наблюдая, как джип приближается к телу.       — Ты совсем головой тронулся, — бормочет Зак, когда передние колёса подскакивают на препятствии, а потом и задние. — Шин, я забрал его. Выводи их сейчас же. Что за хрень сейчас была?       Постукивая зубами от дрожи в теле, Мэтт игнорирует вопрос и в зеркале заднего вида наблюдает, как тело Кларка остаётся неподвижно лежать посреди дороги.