Осколки

Прошло три года с тех пор, как Киран вернулся и вместо объятий матери и улыбки Яра получил известие об их смерти. Всё это время парень неустанно тренировался, в лязге оружия он старался забыть себя. Кирану казалось несправедливым то, что стоило исполниться его мечте стать телохранителем принца, он потерял семью. И всё же, он не видел тела Яра, поэтому мог надеяться. Каждый раз, когда он брал в руки меч, то вспоминал военный лагерь и тренировки с Яром на берегу моря. Тито постоянно твердил Кирану, что ему не хватает сдержанности. Если тот хочет в конце концов занять титул лучшего мечника Тендоу, то он должен иметь холодную голову на плечах. Металл не горит, у него нет сердца, в нём не течёт горячая кровь. Если будешь постоянно поддаваться эмоциям, то меч перестанет тебя слушаться, и скоро ты сляжешь с чужим клинком в груди, торчащим из спины. Киран не до конца это понимал. От пустого дома, где прошло его детство, исходил могильный холод, говоря, что в этом месте потухла жизнь, меч же… Он был бесполезен без человека, а люди — живые, и эмоциям иногда так просто взять вверх над разумом. Что ж в тот момент, когда кулак Кирана столкнулся с носом Яра, парень подумал, что в словах командира есть доля правды. Возможно, когда он увидел до боли знакомые голубые глаза, светлую кожу и широкую улыбку, кровь действительно прилила в голову. Но что он мог поделать? Это был Яр. Без сомнения, это был Яр. Яр, который по мнению деревенских утопился в болоте. Яр, с которым он вырос и кого оплакивал последние годы. — Ублюдок, что ты творишь?! — струйки красной крови, казавшиеся неестественными на молочно-белой коже, стекали к губам из носа, голубые глаза смотрели цепко, но в них не было злости, сквозившей в голосе. Стояла засушливая погода, духота оседала на языке. Новобранцы, собравшиеся на плацу, всё ещё не пришли в себя. Они удивлённо смотрели, как телохранитель второго ранга наследного принца Велеса неожиданно налетел на парня с северной внешностью, ударяя того в лицо. Разумной частью, чей голос заглушил шум крови, Киран отметил, что ему попадёт от Тито. Это полное нарушение субординации. Какое-то время Яр смотрел на Кирана, словно тот выжил из ума. Оторвав взгляд, стёр рукавом формы кровь с лица, а потом, встав и сделав широкий шаг вперёд, Яр толкнул Кирана в грудь: — Я с тобой разговариваю, — голос Яра был низким, угрожающим. Киран схватил его за отвороты тренировочной рубашки, дёргая на себя и прорычал сквозь зубы, старательно вглядываясь в почти забытый холод глаз: — Три года. Три года, чёрт тебя дери, я считал тебя мёртвым. А теперь ты объявляешься, как ни в чём не бывало? — под конец он не выдержал и повысил голос. От рук Яра исходило тепло, он был живым. Не призраком, который опять пришёл во сне, а живым человеком. — Тётушка Мина умерла у меня на руках! — порычал Яр и ударил его головой в лоб, заставляя отступить. Киран, растерявшись, отпустил его. Три года. Яр всё это время был жив. Он не оставил ни письма, ничего. Словно они с Кираном не успели стать за время, проведённое вместе, братьями. Он просто ушёл, оставив труп Мины гнить на полу дома. Если бы не Вик, который так и остался в деревни и периодически приносил продукты для больной, её бы так и не похоронили до возвращения Кирана. Возможно, ему и правда не хватало холодной головы, но он сейчас и не на мечах собирался сражаться. Не долго думая, Киран налетел на Яра, тот уклонился, ударив его под коленкой, заставляя упасть. Киран не растерялся и локтем попал ему под дых. Пока Яр не перевёл дыхание, тот попытался сделать удушающий захват, но противник ужом выскользнул из его хватки. Когда он только стал таким вёртким? Киран не мог понять свои эмоции. Он был рад, что Яр жив, он был зол, что Яр не сказал ему раньше, что жив. Они дрались, кусаясь и катаясь на плацу, словно четырнадцатилетние мальчишки. Кирану хотелось кричать. Три года назад он думал, что потерял всю свою семью, и вот, Яр прямо перед ним. Стоял среди новобранцев и улыбался, словно не исчез на три грёбаных года. Сквозь шум крови в ушах, Киран не услышал звук приближающихся шагов. — Ты что творишь? — со спины раздалось возмущённое шипение, Киран почувствовал, как крепкие руки Анны оттаскивают его в сторону. Руку Яра за спиной скрутил Эйр. Последний как-то растерянно смотрел на бывшего товарища, который вроде как умер. Киран обвёл мрачным взглядом притихших новобранцев, остановился на Яре, который обвиняющее смотрел на него, отвернувшись, сплюнул слюну вперемешку с кровью на землю и расслабился. Анна отпустила его, но осталась стоять рядом, видимо, не до конца доверяя. Смотря в голубые глаза Яра, такие знакомые и далёкие одновременно, Киран понимал, что та правильно делает. Он не до конца доверял себе. Хотелось просто схватить Яра за шиворот и вытрясти всё из него. Несмотря на свой возраст, Анна так и не была представлена ко двору, как возможная невеста, она всё продолжала ездить за отцом по военным лагерям. В стрельбе из лука Анна не имела равных, да и на мечах сражалась лучше многих воинов. Негласно она считалась заместителем отца, но как женщина не имела ни одного офицерского звания. Под строгим взглядом Анны, Киран чувствовал себя нашкодившим ребёнком. Когда он снова посмотрел на Яра, то заметил, как на скуле уже стал наливаться синяк, и кровь, которая смотрелась как-то неправильно на светлой коже. Невольно Киран вспомнил материнский дом, как они жили там сначала вдвоём, а потом — втроём. И как Яр вытащил его из горящего сарая. — Прости, — глухо сказал Киран, ни на кого не смотря. Перед кем извинялся? Анной? Яром? Новобранцами? Он до конца и сам не знал. — Хорошо, — кивнула Анна. — Эйр, ты вместо Кирана проведёшь приветствие и объяснишь их обязанности. Пошли. Она чётко развернулась. Киран без слов последовал за ней. Походка Анны напоминала отца, осанка, манеры, речь — она всё переняла от Тито. Они расстались более двух лет назад, и сейчас Анна была его единственным близким другом. Она честно заявила, что не хочет военного в мужья. Киран её понимал. — Знаешь, это была идея отца, не говорить тебе, что среди новобранцев будет Яр. Он хотел устроить тебе сюрприз, — спокойно сказала она. — Дурацкая идея, — кисло ответил Киран, упрямо смотря прямо перед собой. — Я ему так же сказала, — дерзко ухмыльнулась Анна, закинув руки за голову. На душе тут же стало легче. И всё же, напряжение так до конца и не отпустило его. Что-то назревает. Киран не был политиком, но у него зудело под кожей, предчувствуя беду. Они находились в резиденции принца Велеса дольше обычного. Король в этот раз не пригласил своего сына на празднование летнего солнцестояния, да и Тито неожиданно объявил, что проведёт отбор перспективных солдат, для увеличения личного отряда принца. И улыбка лорда Кристиана, брата королевы, в последнее время была слишком довольной, мягкой… Словно что-то скоро должно было произойти. — Ты злишься на него? — голос Анны вырвал его из размышлений. — На Яра, — пояснила она на недоумевающий взгляд. Киран усмехнулся, покачав головой. Что на него злиться? Несмотря на совместное детство, он так до конца и не понял Яра. Он ответил, задумчиво смотря перед собой: — Я не знаю. Я правда не знаю. Яр всегда был для меня семьёй, вторым близким человеком после матери, я думал, что если он решил куда-то исчезнуть, то сказал бы, — он беспомощно вздохнул, криво улыбаясь. — Похоже, я ошибся. Видимо, мы были недостаточно близки, чтобы сообщить мне, что он хотя бы жив, — Киран старался говорить спокойно и не обращать внимания, как какое-то неприятное чувство оседает у него в душе. Анна неловко отвела взгляд в сторону и глухо пробормотала: — Иногда люди бывают слабы, чтобы во всём признаться. Киран промолчал. У каждого была своя тайна. Почти сразу после расставания Анна отправилась на полгода в поместье своей бабушки. Когда она вернулась, то выглядела посвежевшей, но так толком и не рассказала, что произошло. Перед отъездом она выглядела бледной, её периодически тошнило, Киран боялся, что Анна подхватила смертельную болезнь. Резиденция принца Велеса находилась в глубине Тендоу, подальше от моря. Рядом текла широкая река, а ниже расположился рыбацкий городок. Сегодня Кирана освободили от охраны принца, чтобы он посмотрел новобранцев, но всё пошло не по плану. Сейчас он вряд ли спокойно сможет смотреть на Яра. Внутри опять что-то кольнуло. Киран не был готов после своего отъезда вернуться в деревню и узнать, что матери и, можно сказать, брата больше нет. В этом не было его вины, но он не мог не упрекать себя, что не был с семьёй в тяжёлый для них момент. Вик рассказал, что Мина тяжело заболела, а Яр от безвыходности ситуации чуть ли волосы на себе не рвал. Кирана это задело сильнее, чем вражеская стрела или меч, если бы не Анна, которая поддерживала его в последующие месяцы, он бы совсем пал духом. Прошло много времени, прежде, чем он смирился с потерей семьи. И вот Яр здесь. Светловолосый, с тонкими чертами лица и глазами, цвета летнего небо. Северянин на юге. — Мне надо поговорить с ним, — простонал Киран, словив от Анны удивлённый взгляд. — Он только вернулся, а я его ударил, — оглядываясь назад, он чувствовал себя глупо. Он телохранитель наследного принца, а не деревенский мальчишка, чтобы бросаться с кулаками на первого встречного! Анна рассмеялась и похлопала его по плечу: — Хорошая мысль, пусть и с опозданием. Киран беспомощно вздохнул. Это же Яр, верно? Они знали друг друга с детства, вместе играли, проходили военный лагерь. Он же не мог сильно измениться за три года? Конечно, Яр стал заметно сильнее — он наставил ему в драке синяков — но он всегда прикрывал Кирана перед Миной и вытащил его из пожара, рискуя собой. Да что говорить, до окончания военного лагеря они никогда надолго не расставались! Вряд ли разговор с ним может быть сложным.

***

Отбор новобранцев занял много времени, да и Киран не мог игнорировать свои обязанности телохранителя. Принц Велес в последнее время был чересчур хмурым, он говорил меньше обычного, почти не улыбался. Похоже, он догадывался, что вскоре должно что-то произойти. Велес ездил по стране, всегда старался по возможности помочь своему народу. Он с уважением относился к слугам, никогда не принижая их. Киран искренне восхищался наследным принцем. Велес работал в одной из гостиных своей резиденции. Тяжёлые портьеры на шторах не пропускали свет, но масляных ламп вполне хватало, чтобы заставить тени испуганно съёжиться. Киран стоял у двери. Велес уже около пяти часов сидел согнувшись над бумагами. Он так много работал… Киран не мог представить себя, разбирающегося во всех тонкостях прошений, заявлений и ещё много чего на протяжении целого дня. Вокруг не было ничего необычного или представляющего опасность. Последнее покушение произошло во время охоты принца Велеса три месяца назад, но Киран и Эйр легко сумели его отбить, правда наёмников так и не удалось взять в плен. Когда он рассказал об этом Тито, тот только зло выплюнул: «Прайд». — Киран, — позвал его Велес, задумчиво глядя перед собой. Тёмные волосы аккуратно собраны в низкий хвост, а под глазами цвета топлёного шоколада залегли тени: — Как ты думаешь, как скоро мы встретимся с Прайдом, если моя мачеха родит сына? Голос принца не дрогнул, хотя внутри Кирана всё похолодело. Королева ждёт ребёнка? Она была младшей сестрой лорда Малиасса, а также всего на пару лет старше принца. Вот почему Кристиан так улыбался. Если его сестра родит сына, он спокойно уберёт Велеса с дороги. — Тито знает об этом? — напряжённо спросил Киран. Тито координировал всю охрану принца, он должен знать о повышенной опасности. Велес помахал какой-то бумажкой, видимо, послание из которой он и узнал, и отмахнулся: — Пока королева не родит, Кристиан не уберёт меня. Слишком рискованно, — потом в одно мгновенье его взгляд прояснился, и он уверенно посмотрел на Кирана: — Прайд — это не просто кучка головорезов. Это сложившаяся организация с многолетней историей. Они никогда не нападают просто так, у них есть свои традиции и правила. Никогда не относись к членам Прайда, как к простым убийцам, перед которыми можно помахать монеткой, и они всё сделают ради золота. Киран кивнул. Тито уже говорил ему об этом. Они были почти уверены, что лорд Малиасс сотрудничает с Прайдом. — Вы когда-нибудь имели с ними дело? — не удержался от любопытства Киран. Принц отложил бумаги в сторону и сложил руки перед собой. На лице уже были заметны лёгкие морщины в уголках глаз и губ. — Мою мать убил Этиль, нынешний глава Прайда, — голос принца остался всё таким же ровным, но Киран мог уловить едва заметные нотки стали. — В тот день, когда я его встретил, он пришёл за покойной королевой, поэтому не тронул меня. Я остался жив, поэтому что ему не заплатили за убийство наследного принца, — Велес позволил тишине расползтись по комнате, прежде чем продолжил. — И я, и мой отец пытались уничтожить Прайд, но ничего не вышло. Пока жив их глава, не важно, сколько убийц мы поймаем или тайников вскроем, Прайд выживет. Что-то в голосе Велеса заставило Кирана напрячься. Люди, состоящие в этой гильдии, сражались не за идею, не за свои идеалы, а за деньги. Они могли любую жизнь оценить в несколько золотых момент. Интересно, сколько он стоит? — Если ты думаешь, что главу ведёт жажда денег, ты ошибаешься, — Велес покровительственно усмехнулся, прервав его размышления. — Я смотрел в глаза Этиля и ничего там не видел. Ему не нужна ни власть, ни богатства, ни что-то ещё, он убивает, чтобы чувствовать себя живым. У Этиля были глаза мертвеца, опасайся таких людей, Киран, их нельзя запугать или склонить на свою сторону. Велес перевёл внимательный взгляд на него. Где-то, глубоко в подсознании, у Кирана что-то заскреблось. Что-то было не так с описанием Этиля, но он никак не мог уловить, что именно. — Спасибо, что рассказали, Ваше Высочество, буду иметь это в виду, — Киран поклонился, а потом задал давно мучавший его вопрос: — Судя по вашему рассказу, Прайд никому не служит, так почему бы нам их не нанять? — Никогда не протягивай руку тем, кто в любой момент её укусит, — спокойно сказал Велес. — Для Прайда верность — пустой звук, а если мы свяжемся с ними, то это утащит нас на дно. Никто не будет доверять принцу, который имеет дела с гильдией убийц. Киран кивнул. Велес как всегда был прав. Но почему, когда столько известно о главе, его никак не поймают? Если они убьют Этиля, то с Прайдом будет покончено. Так почему никто никак не может убить старого льва?

***

Вечером, когда Киран освободился, он пошёл на обрыв около реки. Стояла тихая ночь, луна отражалась в воде, наполняя её каким-то потусторонним свечением. Вдалеке виднелись огни резиденции наследного принца. Мирное колыхание воды и ночная тишина вымывали лишние мысли из головы. Киран не слышал шагов, просто в какой-то миг уловил чужое присутствие рядом. Даже не оборачиваясь, он знал, кто это был. Повернув голову, он спокойно посмотрела на Яра снизу вверх. Тот не смотрел на Кирана, подняв голову к небу, усыпанному звёздами. В лунном свете его волосы казались чуть ли не белыми. Киран слегка улыбнулся, когда вспомнил, как дразнил Яра, называя того феей. Тот постоянно хмурился, злился и огрызался. Но что поделать, если в такие ночи Яр и правда казался существом из сказок, которое спряталось среди людей? — Тут красиво. Голос Яра прозвучал неожиданно в ночной тишине. Киран отвернулся, вновь смотря на реку, которая текла далеко внизу. На лице невольно застыла лёгкая улыбка. — Ты прав, — ответил Киран и замолчал. Три года. Они с Яром не разговаривали более трёх лет, и сейчас, когда тот стоял рядом с ним, Киран не мог подобрать слов. Ему бы извиниться за драку, но голос словно пропал, и теперь Киран только и мог, что вслушиваться в дыхание Яра, не в силах даже посмотреть на него. Рядом зашуршала ткань. Яр сел и бросил камень в реку, заставляя отражение луны пойти рябью. Спустя какое-то время, Киран нашёл в себе силы посмотреть на лицо парня. Прошло три года, черты лица Яра заострились, но они всё так же были наполнены той красотой и изяществом, из-за которых каждый мужчина хотел получить госпожу Джун. — Прости, — в конце концов сказал Киран, Яр ничего не ответил. — Мне не следовало затевать драку. — Стал телохранителем принца, а ума не прибавилось, — не глядя на него, ровно произнёс Яр, — так и остался всё таким же деревенским мальчишкой, который влезал во все драки, — он подобрал ещё один камень и кинул в реку. Киран хотел было возразить, что он изменился за эти годы, повзрослел, но правда была в том, что возле Яра он вновь превратился в мальчишку, который на спор украл фрукты с рынка. — Прости, — сказал Киран, не зная, что добавить, и отвернулся. Яр с ещё большей силой швырнул камень в реку. Холодный ночной воздух забирался под одежду, вокруг витал терпкий аромат луговых трав и свежий запах реки. Молчание было вязким. Может, Яр сюда и пришёл с целью поговорить с ним, но он явно не знал, как начать. К сожалению, Киран не мог ему помочь. Было много всего, что он просто не в силах обратить в слова. — Моя мама, когда я ещё был младенцем, бежал в Тендоу, — наконец, заговорил Яр. — Я не знаю, почему она покинула Даэст, пересекла море, чтобы попасть сюда, и поселилась в небольшой деревеньке, — он замолчал, Киран повернулся, смотря на плавный профиль. — Она была слабой женщиной и зарабатывала так, как могла, — голос Яра не дрогнул, он смотрел всё так же прямо. Все знали, что кроме гадания, госпожа Джун торговала своим телом. — Однажды, она заболела. Я думал, это простая простуда — кашель и температура — пройдёт пару дней, и мама поправится. Но это было не так, шли месяцы, и она угасала у меня на руках. Я закрыл глаза своей маме, когда она перестала дышать. История не была новой, но Киран впервые слышал, чтобы Яр об этом говорил. Никогда ещё он не рассказывал о болезни своей матери, а ему не хватало решимости спросить. — Вы с тётушкой Миной взяли меня в свою семью, — всё тем же ровным голосом, Яр продолжил свой рассказ. — У меня не было никого ближе, — впервые за долгое время он повернул голову и посмотрел на Кирана. — С тобой нельзя было связаться, я не мог даже узнать, жив ты или мёртв, а тётушка Мина умерла у меня на руках. Как и моя мама, — голубые глаза напоминали ледяные небеса, где не было места солнцу. Это было слишком. Не выдержав, Киран сгрёб его в объятья, крепко сжал плечи, чтобы Яр не мог вырваться, и зарылся лицом в волосы, по чьей белизне скучал долгие годы. — Мне жаль, — глухо сказ он. — С тех пор, как я вернулся домой и не нашёл там тебя и матери, я каждый день жалел, что не был рядом с вами в тяжёлое время. Я увлёкся погоней за мечтой и оставил вас позади. Яр, прости меня. Мне так жаль, — под конец Киран уже шептал. Яр молчал, уткнувшись в его шею, только побелевшие костяшки пальцев, которыми он вцепился в пояс парня, выдавали его напряжение. — Ты для меня всегда был самым близким человеком, — Киран не мог остановить поток слов, Яр рвано задышал ему в шею. — Ты для меня не просто друг, ты давно стал для меня братом. Яр отмер, раздался нервный смешок, и он сиплым голосом переспросил: — Братом? Киран невольно улыбнулся, когда услышал вызов. Похоже, не только он один вновь превратился в мальчишку, которого гоняли все торговцы рынка. — Конечно, ты для меня брат, — с улыбкой, он ещё крепче прижал к себе Яра. — Младший брат, которого я защищал от хулиганов, за которого отвечал перед матерью и получал тумаки. Брат, который чертовски заставил меня волноваться, когда исчез на три года. В ночной тиши, среди травы, иногда слышалось, как скребутся мелкие зверьки, над головой, шумно хлопая крыльями, пролетали редкие птицы. Яр застыл в объятьях Кирана. Постепенно его дыхание успокоилось и руки расслабились. Он навалился на Кирана, словно резко лишился всех сил. Яр позволял себя обнимать, другого он и не хотел в эти минуты. — Я встретил бродячего мастера меча, — наконец, заговорил Яр. — Он предложил мне стать учеником, и я согласился. Все эти три года я тренировался и вот, недавно сдал экзамен и стал новобранцем, — он на какое-то время замолчал, а потом отстранился, схватив Кирана за плечи, решительно посмотрел ему в глаза: — Я горжусь тобой. Ты много добился, стал достойным человеком, в конце концов, я уверен, ты станешь лучшим мечником Тендоу. Я чувствую, что тётушка Мина гордится, кем вырос её непутёвый сын. Киран опешил от веры, которая звучала в словах Яра. В глазах парня не было и тени сомнений. Увидев, что его слова повергли в шок, Яр довольно ухмыльнулся и отстранился, поднимаясь на ноги. Он потянулся, скосив взгляд вниз, где текла река. Неожиданно, Яр снял с себя пояс, где был прикреплён меч, а потом сапоги и принялся за другую одежду. — Что ты творишь? — голос Кирана подвёл его, парень растерянно наблюдал, как Яр раздевается, пока не остался в нательной рубашке и штанах. Неожиданно, тот улыбнулся ему улыбкой, которая была ярче звёзд на небе, а потом Яр прыгнул с обрыва вниз. Киран кинулся следом, с ужасом смотря, как того поглощают холодные воды реки. В течение нескольких ударов сердца, которые показались вечностью, Яр не всплывал, а потом над водой показалась знакомая светлая макушка. — Раз пришли к реке, то надо искупаться! — снизу закричал ему Яр. — Спускайся, если ещё не разучился плавать! В этот момент Киран облегчённо вздохнул, а потом рассмеялся. Яр всё ещё оставался Яром. До абсурдного смелым, красивым и своим.