Амортенция для альфы

      Омегой, возжелавшей секса с альфой, оказалась слизеринка-семикурсница Лиззи Гласс. Она еще в том году с интересом начала поглядывать на Малфоя, и теперь он понимал почему. Секс по обоюдному желанию принес привычное физическое удовлетворение, но вот душе было холодно. И Малфой скрывал это за маской высокомерия. По окончании он сразу же встал с кровати, оделся и встал напротив еще голой и разнеженной сокурсницы.       - Зачем тебе это надо было? - спросил он.       - Ты был рядом. - безразлично повела она плечом. - Постоянного партнера у меня нет, вот я и выглядываю периодически в поисках какого-нибудь альфы.       - Я тут не единственный? - искренне изумился Драко.       Лиззи моментально расхохоталась, и парень почувствовал себя невежей. Непривычное ощущение, что он чего-то не знает и над ним смеются, заставило его покраснеть от стыда и гнева одновременно. Когда Лиззи вытерла слезы смеха, она села, скрестив ноги, но так, чтобы Малфой видел ее всю.       - В противоположном конце коридора есть лаз на чердак. А там разобрана крыша и замаскирована люком. Все альфы, действительно желающие воссоединиться со своей омегой, знают о нем. - объяснила слизеринка. - Это проще, чем ждать, пока медсестра отлучится.       - И как ты пережидаешь течку? - делано равнодушно спросил парень.       - Когда как. - пожала Лиззи плечами. - Но буду рада, если в эту ты будешь со мной.       - Я подумаю. - отошел Драко, намереваясь покинуть девушку, желательно навсегда.       - Моя дверь не будет заперта. - мурлыкнула та, откидываясь на кровать.       Она согнула ноги в коленях и широко развела их, зная, как альфы реагируют на такой откровенный призыв. Вдобавок она шевельнула набухшими краями киски, откуда немедленно стекла струйка смазки, расточая терпкий аромат жажды. Малфой судорожно сглотнул, решив, что еще чуть-чуть задержится. В конце концов он никому ничем не обязан.       С Лиззи он трахнулся еще пару раз, иногда жестче чем надо было, но та не жаловалась, а иногда и сама специально подставлялась. Она была бы идеальной партнершей, если бы не гнетущее состояние души. После окончания каждого сеанса как будто пропасть образовывалась, в которую скатывались обрывки радости, тепла. Он больше не чувствовал себя цельным. Душа металась, она рвалась прочь отсюда, из этого могильного холода. Ей хотелось ласки, заботы. И в голове все время возникали картинки Грейнджер. Ее искренняя доброжелательная улыбка и карие глаза, которые так и лучились этим теплом, в глубине которых полыхал огонь солнца. Его теплые лучики стремились к нему, обещая тепло и негу... Но Драко не позволял себе этой меланхолии. Он затыкал вой души новым животным сексом, за которым, как за стеной, прятал страх и одиночество. Он не хотел слышать тот зов. Как и не хотел, чтобы секс заканчивался - ведь тогда пропасть будет еще глубже, еще темнее, а от него останется еще меньше...       К Лиззи он наведывался каждые часа три-четыре, в остальное время пытался учиться и тренироваться. Но раздираемый изнутри, он не смог этого скрыть от окружающих, хотя и очень старался. Он стал нервным, все валилось из рук, круги под глазами не проходили даже от девчачьих заклинаний красоты. Малфой срывался на остальных, огрызался на каждого, кто только пытался спросить, все ли у него в порядке. Эта нервозность отразилась на успеваемости и игре. Пару раз он чуть не свалился с метлы и вообще не мог поймать снитч. Поэтому Ургхарт вынужден был заменить его Харпером. Малфой даже скандалить не стал - до того он был уставшим и вымотанным. Он спикировал вниз, чуть не покалечившись, и ушел с поля. В таком состоянии он бы точно матч завалил. Уже подходя к подземелью, где располагалась гостиная их факультета, его заметил Снегг. Декан молниеносно подлетел к студенту и бесцеремонно схватил того за подбородок. Он покрутил голову парня, внимательно рассматривая его лицо. Отпустив, профессор сощурил глаза и прошипел истинной змеей:       - Видимо, история Дориана Грея Вас ничему не учит, мистер Малфой. Вы не хотите принять всю серьезность Вашего положения. Мне будет бесконечно жаль принести Вашим родителям дурные вести в конце учебного года.       И с этими словами декан растворился в полумраке коридора. Малфой не на шутку взбесился: только что истинный сын своего факультета сказал, чтобы он лег с гриффиндорской сучкой. Не бывать этому никогда! И парень со всей дури саданул кулаком по стене, разбивая костяшки в кровь. Когда же он чуть успокоился, то вошел, наконец, в гостиную, где увидел Лиззи и Пэнси, которые читали "Ведьмополитен" и что-то с интересом обсуждали. Драко тихо прокрался мимо, радуясь, что Лиззи выполняла свое обещание - не свистела никому о прошедших днях. Оказавшись на своей кровати, он задернул полог и закрыл глаза. Хорошо, что у Гласс закончилась течка - он не знал, смог ли бы еще выдержать этот контраст - ему тоже после секса хотелось любви и ласки, обыкновенного тепла... Что ж он - не человек..?       Не желая никуда выходить и что-либо делать, Малфой только и делал, что лежал на кровати. Еду и учебные материалы ему приносили эльфы и Крэбб с Гойлом. Драко ел, спал, читал, приходил в себя. Он был очень слаб, и организму необходим был отдых и восстановление. Он знал самый действенный способ, но не мог переступить через себя. И чтобы не видеть и не искать глазами Грейнджер, да даже не чувствовать ее запаха, он предпочел затворничество. И даже не пошел на матч по квиддичу - ведь там будет она... Выигрыш Гриффиндора его не сильно удивил, он лишь внутренне позлорадствовал, что в этот раз в том, что снитч не пойман, виновен был не он.       И если в гостиной Слизерина после матча была грустная тишина, поскольку разнос был устроен по пути со стадиона к замку, то башня Гриффиндора гремела и шумела.       - Все видели, как я отбивал квоффлы! - горделиво гудел Рон. - Я сражался за кольца как лев!       Толпа радостно скандировала - все отмечали отличную игру Рона. Лаванда, которая была в толпе фанаток и также восхищалась им, не выдержала и заявила свои права. Она вылетела из толпы, растолкав всех и впилась губами в парня, чем немало его ошарашила. Народ одобрительно загудел и захлопал в ладоши. И лишь Гермиона не участвовала в общем веселье. Стоя чуть позади, они с Гарри обсуждали невероятную удачливость Рона, однако друг вынул из кармана полный пузырек Феликса, и девушка расслабленно выдохнула. Но увидев жаркий поцелуй, нахмурилась, а потом и вовсе вышла в коридор. Нет, за друга она была действительно рада, но вот когда она видела искреннее проявление романтических чувств, особенно между альфой и омегой, то сама впадала в депрессию. Желая побыть в одиночестве, она ушла в дальнюю башню, где села на лесенку и уставилась в окно, позволяя слезам катиться по щекам. Лучший друг, следовавший за ней по пятам, подставил свое плечо, и Гермиона горько заплакала. Гарри обнял ее - он прекрасно понимал чувства подруги. Внезапно вдали послышался счастливый смех, и через несколько секунд показалась до неприличия счастливая Лаванда, крепко сцепившаяся руками с Роном.       - Ой, тут уже занято! - глупо хихикнула она.       - А что вы тут делаете? - Рон не нашел ничего умнее, как задать самый из дурацких вопросов.       - Не твое дело! - рявкнула Гермиона и, поднявшись, натравила на незадачливого друга стаю бумажных птиц, что буквально с минуту назад мило щебетали над их головами.       Еще пуще рыдая, Гермиона опустилась на ступени и уткнулась Поттеру в грудь.       - Скажи, Гарри, ты тоже самое чувствуешь, когда Чжоу не с тобой? - пыталась она внятно спросить.       - Да. - только и сказал он. - Я не могу давить на нее, иначе потеряю, но и Майкл не прост.       - И как тебя только не тянет убить Малфоя? - хлюпнула Гермиона носом.       - Тянет и очень. - вздохнул Гарри. - И не будь я в похожей ситуации, уже давно бы вызвал его на дуэль.       - Что мне делать, Гарри? - почти завыла гриффиндорка, вцепившись в рубашку друга.       Гарри тяжело вздохнул, проклиная чертову природу вцелом и Амортенцию в частности. Они с Чжоу уже столько раз целовались, он, как альфа, явно подчинял ее, омегу, себе, и это был закон природы. И Майкл, бета, ничего не мог противопоставить с этой стороны. Но, как сказал Слизнорт, есть человеческий фактор. Чжоу уже с Гарри обожглась и, хоть он ей и очень нравился, она боялась повторения. С Майклом подобного не было, к тому же они физически проводили больше времени вместе. "Дуракам везет." - произнес про себя Гарри, недобро думая о Роне и Лаванде, у которых вообще не было и намека хоть на какие-то проблемы. И покосился на умную подругу, которая уже промочила насквозь его чистую рубашку. Вот уж точно у кого серьезные проблемы.       Через пару дней после этого вечера Гермиона вновь отправилась в больничное крыло. Мадам Помфри выделила ей свободную комнату и ушла, пожелав удачи. Гермиона привычно разделась и легла на бок, положив рядом вибратор. Течка наступила ожидаемо, только в этот раз спазмы были сильнее, выделения обильнее, а боль резче. Вибратор работал на максимуме своих возможностей, но боль утихала лишь на чуть-чуть. И зелье практически не помогало. Мадам Помфри лишь разводила руками и с сочувствием смотрела на страдалицу. Увеличить дозу она не могла, потому что это могло отразиться на здоровье девушки, поэтому лишь посоветовала принять прохладный душ.       Когда у Гермионы закончился приступ, она попыталась встать с кровати и пойти в душ, чтобы смыть с себя пот и слизь, но ноги не слушались ее, тряслись, и гриффиндорка кулем свалилась на пол. Насилу сумев выровнять дыхание, она на четвереньках поползла в душевую. Перевалившись через бортик, она включила прохладную воду и позволила той поливать ее горящее тело. Гермиона плакала - так больно ей еще не было никогда. Повернувшись к душу спиной, она выгнулась; девушка подставлялась под тугие струи воды, чтобы они попадали строго куда ей хотелось. Иголочки впивались в распахнутую киску, орошая ее лоно изнутри, но и они облегчения не приносили. От жалости к самой себе и своей несчастной судьбе она свернулась калачиком и горько плакала, пережидая очередной приступ, пытаясь мастурбировать плохо слушающимися пальцами.       Когда приступ закончился, Гермиона кое-как вытерлась и выползла из душа. Ноги по-прежнему ее не держали, и она снова ползла до кровати. Обернувшись в одеяло, девушка откашлялась, чтобы позвать на помощь.       - Добби! Помоги мне, пожалуйста! - хрипло прокаркала она. На полноценный голос у нее не было сил. Хлопок аппарации возвестил о том, что ее глас был услышан.       - Подруга Гарри Поттера звала Добби? - пропищал эльф. - Добби пришел и готов помочь!       - Добби, у меня в тумбочке лежит коробочка прозрачная, ты не мог бы мне ее принести, пожалуйста?       - Конечно! - закивал эльф головой и исчез. Довольно скоро он появился вновь с указанной вещью. - Это просила мисс? - протянул он ей коробку.       - Да, спасибо. - хрипло поблагодарила Гермиона и протянула руку.       В коробке лежали супрессанты. Хоть она их и принимала регулярно, но, видимо, дозировки было недостаточно. Или же зелье нейтрализует их эффект. Иначе с чего бы ей было так плохо? Приняв тройную дозу, Гермиона попросила домовика принести ей усыпляющей настойки, которую немедленно осушила одним махом, а затем укуталась в одеяло и постаралась заснуть.       Внимательный Добби хоть и исчез, но, видя, что подруга его спасителя болеет, часто появлялся, чтобы наблюдать за ней и позвать на помощь, если это будет необходимо. В первые его несколько появлений все было относительно хорошо: Гермиона спала, хоть и периодически то хмурилась, то стонала или подрагивала во сне. А вот потом она начала мучиться. Лицо девушки кривилось, будто ее пытали Круциатусом, она корчилась и кричала, слезы лились из-под закрытых ресниц, ее мокрое тело выгибалось дугой, а руки и ноги бесполезно скребли по матрасу. Добби не на шутку испугался и поспешил к своему другу.       Гарри с Невиллом шли из Большого Зала в гостиную и болтали за жизнь. Рон, как всегда, умотал куда-то миловаться с Лавандой, а спокойный, хоть и немного неуклюжий, Невилл всегда был приятным собеседником. Неожиданный хлопок аппарации заставил ребят встрепенуться.       - Гарри Поттер! - Добби поклонился. - Сэр, как я рад, что нашел Вас!       - Привет, Добби! - обрадовался Гарри. - Что тебя привело?       - Ваша подруга, сэр, - у Добби расширились глаза и опустились уши. - Она очень страдает. Мисс Гермиона очень мучается от боли, и я не могу ничем ей помочь. Мисс очень плохо. Как будто кто-то ее мучает Круциатусом! - в отчаянии шепнул домовик, придвинувшись к мальчикам.       - Что? Круциатусом? - спросил шокированный Невилл. - В больничном крыле?       И парень посмотрел на донельзя хмурого Гарри. Меж тем Поттер поднял взгляд на друга и как-то оценивающе посмотрел на него, как будто решался на что-то и думал, делать ему это или нет.       - Невилл, ты поможешь Гермионе? - серьезно спросил Гарри.       - Сделаю что смогу. - ответил тот, кивком подтверждая свои намерения.       - Добби, ты сможешь отвести нас к Гермионе? - повернулся Гарри к эльфу.       - Конечно, сэр! - расплылся тот в улыбке и, взяв ребят за руки, растворился с хлопком.       В это же самое время Малфой шел в Большой Зал. Достаточно окрепнув, он шел на ужин, как услышал знакомые голоса. Остановившись, Драко прислушался и услышал голос эльфа-предателя: тот что-то вещал о Круциатусе. Парню стало интересно, и он стал слушать разговор дальше. А когда услышал знакомое имя, то весь похолодел. Он знает, что с Грейнджер и почему ей так больно. Он прекрасно понимает, что хочет ее тело. И кого. Малфой закрыл глаза. Он убеждал себя, что это не его проблемы, что зелья мадам Помфри помогут ей, но перед глазами тут же замелькали картинки о его гоне и последствиях, и Малфой отчетливо понял, что ему искренне жаль девушку. Ведь по сути она ни в чем не виновата, это природа так распорядилась. И это в его силах ей помочь. Внутренний альфа тут же утробно зарычал от предвкушения соединения со своей омегой, подсовывая в мозг картинки, как омега выгибается под ним, вбирает в себя до конца его член, стонет от удовольствия...у парня аж мурашки пошли по телу от предвкушения и желания, а магия затрепетала на кончиках пальцев, приятно покалывая. Душа отчаянно рвалась туда, инстинкты вопили, мозг не мог думать ни о чем, кроме истекающей желанием омеги. Омеги, что предназначена ему самой Природой. Истощенный организм приходил в себя от одной мысли о натуральном допинге и как хорошо ему будет после. Рыкнув на самого себя и вставший в полной готовности член, Драко резко развернулся и побежал за метлой.       Гарри с Невиллом в ужасе уставились на свою подругу. Она вела себя как буйно помешанная. Или же в нее вселился сам Волан-де-Морт. Гермиона визжала не своим голосом, извивалась подобно змее, рычала и издавала звуки, мало похожие на человеческие...       - Что с ней? - отойдя от шока, спросил Невилл. - Мадам Помфри знает? Ей надо немедленно сообщить!       - Она не сможет помочь. - процедил Гарри сквозь зубы. - Гермионе нужна иная помощь. Колдомедицина тут бессильна. Так омега выражает свое желание альфы. - и Поттер пристально посмотрел на сокурсника.       - Не понял!? - откровенно удивился Невилл.       Гарри сделал глубокий вдох и, собравшись с силами, выпалил:       - Переспи с ней, Невилл. И ей станет легче.       Друг стоял как бладжером пристукнутый. О таком он и подумать не мог. И поначалу решил, что Гарри так пошутил. Но видя более чем серьезный взгляд, понял, что тот и не думал шутить.       - С ума сошел, да? - тихо спросил он. - Это же...Гермиона...я не смогу.       - Невилл, - Гарри с силой повернул друга за плечи, и тот уставился на мучившуюся девушку. Звуки ее голоса ввинчивались в мозг подобно банши. - Посмотри на нее не как на подругу. Это - омега в течке, ты - альфа. Сделай глубокий вдох, почувствуй ее запах. Он притягателен, ведь так?       Гарри постепенно обходил парня, оказавшись за его спиной. И уже готовый подтолкнуть его, услышал совсем неожиданный ответ.       - Гарри, - немного смущенно произнес Невилл, - ее запах меня совсем не привлекает. Прости, но я не смогу ей помочь.       Поттер чуть не заскрипел зубами от злости.       - А почему ты сам не поможешь ей? Ты ведь тоже альфа. Или Рон? - задал Невилл вопрос.       - Потому что наши пары - другие омеги. - еле расслышал друг за новым криком Гермионы.       - Что ж теперь делать? - Невилл в панике вцепился в свои волосы.       - Уйдите отсюда! - раздался за их спинами голос.       Гриффиндорцы синхронно обернулись и увидели в дверях Малфоя с метлой. Его волосы были в полном беспорядке, глаза горели нечеловеческим огнем, грудь ходила ходуном, ноздри трепетали, а зрачки бешено пульсировали, то сжимаясь до малюсенькой точки, то практически полностью поглощая радужку. Слизеринец сделал глубокий вдох и медленно выдохнул через сжатые зубы, заставляя себя сосредоточиться на человеческом, а не животном. Он откинул метлу в сторону и сверху нее кинул мантию. Отпихнув ребят, он шагнул к кровати, где металась почти обнаженная девушка.       - Валите! - рявкнул Драко, тренькнув пряжкой ремня и даже не беспокоясь, ушли ли гриффиндорцы или нет.       Невилл в непонимании открыл было рот, но Гарри выволок того прочь и захлопнул дверь.       - Что это сейчас было? - отмер Невилл.       - Лучше не спрашивай. - буркнул Гарри.       - Что Малфой там делает? Он убьет ее! – начал Долгопупс откровенно паниковать.       - Как раз наоборот. - покачал друг головой. - Он ей даст выжить.       - Малфой? Той, кого он презирает все эти шесть лет и кого иначе как грязнокровка не называет? - неверяще уставился Невилл на сокурсника.       - Ирония природы. - невесело скривил Гарри рот. - Они - Амортенция друг друга. - и, увидев шоковое состояние друга, добавил. - Только не проговорись никому. Об этом кроме них знаю только я. И то, случайно.       - Клянусь, не скажу никому! - прижал Невилл руку к сердцу. И, помедлив, подумал вслух. - Ну надо же, как оно бывает. А мне нравится Полумна. - смущаясь, признался он.       - Она вроде бета? - несколько безразлично заметил Гарри, гипнотизируя дверь, за которой были Малфой и Гермиона. Его раздирали противоречивые чувства. Он одновременно хотел подслушать что там происходит, убедиться, что с Гермионой все хорошо. Но при этом он также понимал, что именно там сейчас происходит, и за желание подглядеть ему было стыдно.       - Мне все равно. - еле слышно произнес Невилл, отвлекая Гарри от мучивших его терзаний.       - Да мне тем более. - перевел Гарри взгляд и пожал плечами. - Главное, чтобы это было взаимно и без проблем. - вновь покосился он на дверь.       - Ну да. - согласился Невилл, посмотрев в ту же сторону. - Слушай, а где мы? - заозирался он. - И как нам отсюда выбраться? Добби ведь сразу исчез, как только перенес нас.       - Мы в специальном больничном крыле для течных омег. - ответил Гарри. - Добби! - вызвал он домовика, и тот незамедлительно появился.       - Гарри Поттер звал меня? - пискнул эльф.       - Перенеси нас в нашу спальню, пожалуйста. И поскорее. - попросил Гарри.       Домовик протянул свои длинные руки, ребята взялись за них и тут же исчезли.       - Спасибо. - произнес Гарри. - Ты настоящий друг.       Эльф расплылся в улыбке, и его глаза стали влажными.       - Добби рад служить Гарри Поттеру!       - У меня к тебе просьба.       - Что угодно, сэр! - мило склонил эльф голову.       - Ты не мог бы часа через...два, - задумался Поттер, - аккуратно проверить Гермиону.       - Чтобы бывший хозяин Драко не заметил меня? - понятливо закивал домовик.       - Именно. - подтвердил Гарри.       - Конечно, сэр! - пискнул эльф и исчез.       Ребята остались вдвоем.       - Гарри, - окликнул того Невилл, и Поттер удивился розовым щекам друга и поникшей голове, - скажи...а ты меня больше другом не считаешь?       - С чего вдруг? - искренне удивился Поттер.       - Ну, ты Добби сказал... - стушевался Долгопупс.       - Невилл, - перебил однокурсника Гарри, - я тебя считал своим другом с первого курса и продолжаю считать не взирая ни на что. Просто в этой ситуации я не мог ни на кого другого рассчитывать. И попросил я тебя как раз потому, что ты - мой друг, наш друг. И никому другому я бы Гермиону не доверил. Особенно этому хорьку. И я вряд ли бы смог попросить его о помощи. Поэтому выкинь из головы эти глупые мысли и давай надеяться, что Малфой справится. Хоть что-то хорошее за все эти годы сделает.       Невилл, услышав слова друга, расцвел и улыбнулся широкой мальчишеской улыбкой. Гарри протянул ему руку, и тот с силой пожал ее в ответ.       - Пойду найду Луну! - выкрикнул Долгопупс и скрылся за дверью.       Гарри же сел на кровать и уставился в окно. Увидев сегодня Гермиону, он задумался, а как Чжоу переживала течку и кто ей помогал, если ее хоть раз также накрывало?