Ashes in the heart

      Хельга проснулась днём. Накануне ночью она ещё долго сидела и пыталась заставить своё сердце вернуться наконец в нормальный ритм. На экране ноутбука то и дело что-то взрывалось, бегали люди и пришельцы, но даже любимый Доктор Кто не смог отвлечь её от мыслей.       Она легла спать на рассвете, чтобы уже через пять часов подскочить от очередного кошмара. После вчерашнего дня она чувствовала себя разбитой. Под глазами залегли синяки, а всколоченные волосы придавали ей слегка безумный вид. Наверное, с этим нужно было что-то сделать, но сил не было.       Барнс всё это время знал, что она опасается его. Знал, но… не злился и не пытался запугать? Что ж, это было несомненным плюсом. Одновременно был и минус: Баки не верил, что Хельга сможет ему помочь. Впрочем, сомневался Джеймс не только в ней — кажется, он вообще сомневался, что текущее положение дел вообще можно исправить. Такие мысли не устраивали уже саму Хельгу, но как это изменить она пока не знала.       Барнс был немногословным, но наблюдательным. Глупо было надеяться, что он не заметит странностей в её поведении, дёрганых движений и, чего уж скрывать, пристрастия к алкоголю.       Изначально она думала, что Солдат рассматривает это как ещё один несюрпризный сюрприз судьбы, который нужно пережить. Затем, что всё это время Барнс пытался не докучать и сводить все контакты к минимуму, ибо имея изрядное количество собственных демонов, он тщательно старался избегать её собственных. Щадил её.       Правда же оказалась куда проще — Солдат не понимал кто перед ним, а потому исподтишка стремился узнать больше. Разумная привычка. В таком контексте вчерашний разговор был неизбежной частью, ровно как и вся правда о ней. Плюсом было то, что он не сорвался, однако доверия это не добавило.       В задумчивости она подошла к листам с записями и начала их перекладывать. Код выглядел интересно, однако проясняться не спешил. Да и она не торопилась, понимая, что рано или поздно любую теорию нужно будет подкрепить практикой, на которую необходимо согласие Барнса.       Вчерашний разговор принёс свои результаты: прислушавшись к себе, Хельга поняла, что Барнса она стала бояться меньше. Что ж, с этим можно было работать. В качестве своеобразного бонуса было решено порадовать Баки выпечкой — на этот раз её выбор пал на банановое печенье. Судя по стремительно тающим запасам кексов, сладкое Барнс всё же любил. Привычно щёлкнув кнопкой кофеварки, она углубилась в десятки рецептов из заветной тетради. ***       Печенье вышло прекрасным, даром, что Хельга успела его спасти от подгорания в последний момент — сказывалась нехватка опыта. Где-то в середине процесса на кухню пришёл Барнс и некоторое время безмолвно наблюдал за её действиями.       Стоило ей приступить к мытью посуды, как Баки без предупреждения подошёл и начал перетирать тарелки. Сбитая с толку, Хельга сначала хотела сказать, что справится сама, но, наткнувшись на стеклянный взгляд, передумала. Сейчас рядом с ней стоял Джеймс из прошлого — в то время как руки заученно выполняли работу, сам Баки был где-то очень далеко. Закончив, он так же молча положил полотенце на место и вышел из кухни.       Оставив выпечку на столе, Хельга ушла к себе в комнату — её раздражала собственная нервозность и раздражению нужно было найти выход. Убирая мешающие вещи, она услышала шаги — Баки решился на ещё одну вылазку на кухню. Несколько секунд простояв на одном месте, Хельга наконец отмерла и продолжила своё занятие. ***       — Ты рискуешь надорвать мышцы, — Баки появился в дверях комнаты. В руках у него была целая тарелка с печеньем — вероятно, он осознал, что Хельга к сладкому равнодушна.       — После чёртовой дюжины лет спорта? Вряд ли, — фыркнула Хельга, но растяжку прекратила.       Баки всё ещё безмолвно стоял в проходе и, вероятно, ждал, что она предпримет дальше. Сделав вид, что не замечает пристального внимания, Хельга перешла к физическим упражнениям.       — Когда-то давно я занималась спортом. Теперь хочу вернуть хотя бы часть навыков, — видя, что Барнс не спешит уходить, сочла нужным пояснить она.       Баки в ответ кивнул головой, словно соглашаясь, что это неплохая идея.       Планка, приседания, пресс и вновь планка — в этот раз Хельга решила не жалеть себя и выжать всё возможное. Мышцы начали предупреждающе тянуть, но она не обратила на это внимания — за годы тренировок эта боль была привычной, где-то даже приятной. Барнс всё это время не покидал своего импровизированного поста, словно… О, боги, не воспринимал же он её как реального противника? Хотя… Учитывая, что из неё никудышный психолог, а Баки всё ещё еще стоит в проёме… Пасть ниже уже нельзя, но вот контакт наладить можно попытаться, верно?       — Быть может, покажешь пару приёмов? — Хельга задала вопрос, не особо рассчитывая на положительный ответ. — Только не слишком сложных. В противном случае соперники рискуют умереть, но от смеха.       К её удивлению, Баки кивнул и, отставив изрядно опустевшую тарелку, подошёл ближе. Подавив в себе желание дёрнуться, Хельга приготовилась внимать. ***       На проверку Барнс оказался прекрасным учителем. Поначалу немного скованный, со временем он увлёкся, немного раскрепостился и уже без страха поправлял неправильное положение корпуса, высказывал ошибки. Несколько раз Хельга даже улавливала в его голосе нотки иронии. Сам урок оказался несколько тяжёлым, но отказываться от такого шанса было глупо — неизвестно, согласится ли Баки на такое ещё раз. К тому же сейчас перед ней предстала совсем новая часть Джеймса — вовлечённый в процесс, он начал проявлять мимику, из глаз ушло равнодушное выражение.       — Основной вес должен быть на правой ноге, — напутствовал Барнс. — Иначе я могу сделать вот так…       Увлёкшись, Баки неуловимо перетёк за спину и, резко дёрнув левую руку, опрокинул Хельгу на пол.       — Это было… наглядно, — прохрипела Хельга, безуспешно пытаясь вдохнуть поглубже. Удар об пол вышел достаточно сильным.       Баки дёрнулся, словно его ударили, и попятился. Ужас от того, что он сделал, смешался с раскаянием.       — Я… увлёкся. Прости, — ему было неприятно осознавать, что он вновь причинил боль.       — Все в порядке, — Хельга успела немного прийти в себя и теперь разминала плечо. — И это моя вина. Мне не следовало о таком просить.       — Ты всегда будешь винить во всём произошедшем себя? — с каким-то мрачным удовольствием она наблюдала, как Барнс проявил ещё одну эмоцию — злость.       — Нет, — покачала головой Хельга. — Не всегда, но конкретно здесь моя вина. Попросив о подобном, я заранее была согласна на всевозможные последствия. К тому же, моей задачей является хоть немного примирить Баки с Зимним солдатом, и, согласившись попробовать, я была готова, что всё будет непросто. Понимаешь?       Барнса не очень порадовал такой ответ — качнув головой, он быстро вышел из комнаты, оставив на тумбочке тарелку с печеньем.       Попытавшись поднять руку, Хельга с неудовольствием заметила, что такое простое движение даётся ей с трудом — старая травма решила напомнить о себе после неудачного падения. Отложив разбирательства с Барнсом на вечер, она решила сперва окунуться в ванну. Быть может, так ей удастся избежать последствий. ***       Уже поздним вечером, запасшись гигантской тарелкой бутербродов, Хельга рискнула предложить совместный просмотр фильма. К её радости, Баки согласился. Немного поколебавшись, Хельга рискнула включить что-то из комедий. Чтобы наверняка не испортить вечер, она решила предупредить Барнса о нескольких спорных моментах.       И вновь кофе подозрительно быстро закончился, а глаза начали слипаться. Это было нетипично для неё, но большую часть фильма Хельга провела, борясь с сонливостью. Под конец она вновь заснула на плече Барнса, но, к счастью, не настолько крепко, как в прошлый раз — в конце она даже смогла пожелать ему спокойной ночи и самостоятельно дойти до кровати, прежде чем окончательно отрубиться до утра.