Ashes in the heart

      Баки проснулся гораздо раньше Хельги и какое-то время рассматривал её. Копна русых волос разметалась по подушке, безмятежное лицо прикрыто, словно ей самой неловко за произошедшее и за то, что она чувствует себя безмятежно. Вчерашнее решение было спонтанным, рискованным. Ему ли не знать, что к людям нельзя привязываться. Не с его жизнью. Ему ли не знать, что терять близких потом слишком больно. Мысли были тяжелыми, вязкими. Тихо выскользнув из кровати, Баки нашёл влажные вещи и поспешил выйти из квартиры.       Ему нужно было проветриться.       Проснулась Хельга одна. Какое-то время она лежала в постели, прислушиваясь к шорохам на кухне и ругани соседей. На дисплее телефона мелькнуло сообщение от Стива: «Пятница в 16:00», заставившее облегчённо выдохнуть. До завтра ещё есть немного времени, чтобы попытаться доработать теорию. Когда дело касается кода, никогда не знаешь, удастся ли собрать головоломку или останешься блуждать в темноте догадок на веки вечные. О вчерашнем ей не хотелось думать, хоть рано или поздно Барнс вернётся, тему придётся поднять, как бы не хотелось. Из груди вырвался тяжёлый вздох.       Спустя какое-то время, когда лежать дольше ощущалось бы преступлением, Хельга, сварив кофе и ухватив шоколадку, чтобы не тратить время, вновь вернулась к записям. Вырвавшаяся во время вчерашней прогулки фраза Барнса была занятной. Почти кусок кода, сказанный на другом языке. Наморщив нос Хельга начала перетряхивать досье в поисках нужных сведений. В своём стремлении помочь другу, Стив был почти самоубийственен: в папке обнаружился код активации солдата, в котором недоставало лишь последнего слова — единственная мера предосторожности Кэпа. Аккуратно скопировав его на бумагу, Хельга начала вспоминать все разговоры с Баки, собирая пазл. Вскоре записка пополнилась догадками — увлечённая, она даже не слышала, как вернулся Барнс. Когда за спиной раздалось покашливание, она дёрнулась.       — Баки… — Смотреть на него было почему-то неловко, словно она студентка-первокурсница, которая смущается от всего. — Я, кажется, поняла замысел кода. — Наконец переборов неуместную смущённость, она подняла на него глаза, чтобы увидеть, что Барнс замер, белый как полотно. В глазах у него был страх пополам с надеждой.       — Говори.       — Я не уверена, что это верно, однако каждое слово — ключ к какому-то воспоминанию. И... — она немного замялась. — И кажется, некоторые я угадала. К примеру, первое слово может означать стремление спасти родину или Стива, а второе — год, в котором ты родился, — Хельга говорила осторожно, опасаясь говорить заветный код вслух. — Понимаешь, к чему я веду? Если мы сможем донести это до Солдата, то код, скорее всего, деактивируется. Но для этого мне нужен не ты, а он.       — Солдат не осознаёт, что творит, — глухо проговорил Баки, устало потерев лицо. — Он не осознаёт себя, не имеет никаких воспоминаний. Лишь навыки и цель.       — Но Стива же он как-то узнал. Тогда, во время битвы. Ты вытащил его из воды и ушёл, не убил, хоть и мог. Моя теория, что Солдат вполне разумен, но подтвердить её может лишь практика и предварительные исследования, чтобы убедится, что это не навредит тебе. А с этим помочь может лишь Стив. Мы должны хотя бы попробовать, прошу.       Сейчас Барнс глядел на неё одновременно и с надеждой, и безнадежно, как оголодавшая собака, которая так ослабела, что не может уже идти. Все эти слова манили, казались почти логичными, собирались в единую картину. Но всё же это было слишком опасно. Баки покачал головой:       — Слишком рискованно, чтобы пробовать.       — Поэтому нам и нужен Стив, чтобы подстраховал.       В задумчивости Баки тряхнул головой — Хельга достаточно хорошо его изучила, чтобы понять, что это жест, означающий, что он готов капитулировать.       — Посмотрим.       На мгновение исчезнув в проёме, он внезапно вернулся с букетом безвременников — жест, которого Хельга совершенно не ожидала. Увидев замешательство на лице, Баки пояснил:       — День рождения ведь.       Хельга только головой покачала: обмолвившись вскользь, она вовсе не ожидала, что Баки запомнит и уж тем более принесёт цветы. День рождения… И правда, а она и забыла. И отец не позвонил напомнить, что было странно: обычно он забывал о часовых поясах, а потому поздравления в пять утра уже стали нормой. Хельга тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли. Не сегодня и уж тем более не сейчас.       Самое главное, что решение принято, и если Роджерс действительно придёт, завтра нужно будет подготовиться. День обещал быть ещё более насыщенным, а потому стоило хоть немного дать себе отдыха. В конце концов, у всех должны быть такие дни. Недолго думая, Хельга потянулась к Баки за поцелуем и, к удивлению, он ответил, опрокидывая её на кровать.       Никому из них сегодня не хотелось сложностей.