Ashes in the heart

      — До сих пор злишься на меня? — сейчас герой всей Америки выглядел, словно побитая собака.       На мгновение Баки прикрыл глаза, в попытке подобрать правильные слова. Девушки удалились слишком быстро — не знай, что видятся третий раз в жизни, Барнс бы подумал, что они давние подруги. Или это суперспособность всех женщин — понимать друг друга без слов? Помнится, его сёстрам тоже было достаточно быстрых переглядываний, чтобы напасть на Баки и защекотать. Но как бы там ни было, в последнее время ему слишком часто приходилось объясняться, но задача проще не становилась, скорее наоборот — усложнялась. Сначала Хельга, теперь вот Стив.       — Не злюсь я, дурья ты голова, — проворчал Баки. — Просто пойми, Стив, ты и вправду ловишь призраков, пытаясь найти того лихого парня, который упал с поезда и сгинул. Всё это время я убивал, Стив. Убивал жестоко и бездушно. Убивал не потому что хотел, а потому что так было нужно, таким был приказ. А теперь я вспоминаю этих людей, их перекошенные от ужаса или ненависти лица. Они приходят ко мне временами. Война меняет людей, тебе ли не знать, а я прожил на войне слишком долго.       — Но ведь всё можно вернуть, как прежде, исправить ошибки. Мы сможем работать вместе, как прежде, как тогда, — Баки не сумел сдержать улыбки. Как цикличен этот мир. Утром он сказал Хельге то же самое, а она лишь ответила грустной улыбкой.       — Давай сначала решим проблему с кодом, — дипломатично предложил Банрс, понимая, что Стив одержим идеей возродить Воюющих Коммандос, пускай даже в сильно урезанном составе. Кстати об этом… — А как прожили остальные члены группы? — перевёл он тему.       Казалось, Стив был рад вопросу. Подумав пару секунд, он начал рассказывать об отряде — оказывается, они продолжили своё существование и после того как Стив сгинул во льдах. Дум Дум Дуган принял командование (ещё бы, кому как не ему?) и довольно успешно: отряд выполнил не одну миссию по просьбам Пегги. А в перерывах мистер Дуган бессовестно спаивал Говарда Старка, не щадя печени, и всё пытался выбить и себе щит из вибраниума, как у Кэпа, а Говард ограничивался лишь туманными обещаниями. Отчасти потому что не имел достаточного количества вибраниума, но, в основном, потому что Дум Дум приносил на редкость качественный коньяк и был приятным собеседником.       А затем Солдат безжалостно убил Говарда Старка.       Воспоминания о той ночи были обрывочными, да и Стиву не стоило об этом говорить, ведь старый друг не нарочно бередил его раны, как ни крути. Роджерс лишь пытался приободрить, как и всегда. А потому Баки предпочёл промолчать.       К тому моменту, как Хельга с Наташей вернулись, прошло довольно много времени. Баки с удивлением поймал себя на мысли, что начал беспокоится за Хельгу. Чувство было странным, но таким щемящим, словно нечто давно забытое.       Впрочем, поход в магазин того стоил: Хельга принесла его любимое печенье. Возможно, в качестве награды за то, что они со Стивом не поубивали друг друга.       — Фильм? — предложил Роджерс.       — А, может, сразу к делу? — предложила Наташа и незаметно подмигнула Хельге.       — Звучит хорошо, — поспешил вставить свои пять копеек Баки, пока Стив не настоял на какой-нибудь ереси. Когда дело доходило до фильмов, вкус у Роджерса был ещё хуже, чем у подростков в разгар полового созревания, и даже сотня лет едва ли была способна исправить это.       Быстро сбегав в свою комнату, Хельга притащила целую кипу бумаг и записей — он и не догадывался, что за относительно небольшой промежуток времени она успела столько написать. Было видно, что ей страшно, но в то же время хочется поверить, что теория верна, что подобранный ключ сработает.       — Итак, — преувеличенно-бодро начала Хельга, раскладывая бумаги по ей одному лишь известному принципу. — Код, активирующий Зимнего солдата. Судя по рассказам Баки и этому досье, — Хельга махнула потёртой папкой, которую ей дал Стив, — солдат вполне разумная субличность, способная к запоминанию, что значительно облегчает нам задачу. Более того, он способен вспоминать, что доказал тот факт, что будучи Солдатом и сражаясь с Кэпом, Солдат не убил и не позволил утонуть, хотя, казалось бы, нет ничего проще, чем бросить бессознательное тело в воде. Но нет, по какой-то причине, Зимний вытащил Стива, а затем исчез. И, если вкратце, насколько я могу судить, Солдата создавали гении, но наспех, а потому его «якоря» были довольно очевидными. Расчёт был на то, что после Зимнего мало кто выживает, да и в то время едва ли кто-то смог бы убить его, не говоря о том, чтобы захватить. А потому Гидра была уверена, что Солдат неуязвим. Это из плюсов.       — А из минусов? — казалось, Наташа всерьёз заинтересовалась теорией.       — Минусов тоже много, — невесело улыбнулась Хельга. — Главный из них состоит в том, что субличности зачастую обладают хоть какими-то эмоциями, ну или вызывают их. И вот здесь Зимний воистину зимний, ибо, насколько я могу судить, все поступки Солдата Баки оценивает с точки зрения социума, а уже затем испытывает определённые… эмоции, — Хельга бросила виноватый взгляд на Баки и незаметно дотронулась до его руки под столом.       Прости, что вынуждена препарировать твои чувства.       — Ещё один минус, — продолжила, немного погодя, — в том, что многие воспоминания находятся, говоря простым языком, глубоко внутри, как бы в тумане. Соответственно, чтобы Баки вспомнил, ему нужен толчок, триггер, что, с учётом длины кода, может занять вечность. Мы не можем ждать так долго. Чтобы было более понятно, насколько я могу судить, первое слово кода относится или к другу или к родине, — боясь провокации, она выбирала слова максимально осторожно. — Но одной мне не справиться, я понимаю лишь механизм и могу строить догадки. Поэтому нам нужен Стив, у которого нет проблем с воспоминаниями, ибо, по моим подсчётам, все якоря завязаны на довоенных воспоминаниях Баки. Если я права, заставив Солдата вспомнить, мы соединим его с Баки в единое целое. Однако последствия такого слияния не могу предугадать даже я, увы. Насколько могу судить, таких экспериментов ещё не проводилось. И я не могу гарантировать что Баки, — она на мгновение запнулась, словно взвешивала, стоит ли говорить, — я не могу гарантировать, что Баки не сойдёт с ума. Солдат пережил, мягко говоря, многое, но отсутствие эмоций и притуплённые ощущения спасали его.       — А вдруг у меня старческая деменция? — нервно пошутил Стив. Идея манила и пугала.       — Ты согласен попробовать, Баки?       Три пары глаз пристально уставились на Барнса. Предложенный Хельгой эксперимент был дерзким и непредсказуемым: если он откажется, все поймут. Но отчего-то ему хотелось верить ей, верить в то, что она способна излечить его.       — Да.