Кими. Жизнь - штука сложная

Сузаку шел в сторону Резиденции Хокаге в мрачном настроении. С утра Хикэру сверлила его недовольными взглядами, отбивая окончательно желание завтракать в её компании. Он понимал, что частично виноват перед ней, несмотря на то, что честно предупреждал. От семьи у них было одно название: спали в разных комнатах, встречались только по утрам за завтраком и вечером за ужином. Готовила Хиру не очень хорошо, но Сузаку ел, проглатывая пересоленную или слишком острую пищу. Общаться им стало намного тяжелее, чем в детстве. Свадьба разрушила дружбу и выстроила между ними стену. О былой легкости в общении и говорить не стоило. Первое время после свадьбы Сузаку буквально жил на работе, редко появляясь дома. Он добился повышения, теперь ему доверили один из небольших отделов. Начало положено, предстояло ещё многое сделать для достижения одной из его главных целей — стать старейшиной клана. На днях отец смог его поймать и высказать «обеспокоенность». Сузаку пришлось пересмотреть свой график и чаще появляться дома, где они с Хиру жили одни. Из-за усталости ему хотелось спать, а не веселить молодую жену. Она же просто злилась и молчала. Так не могло больше продолжаться, Сузаку это отлично понимал. Он решил поговорить с ней и попытаться наладить отношения. Сузаку вздохнул, пнул небольшой камешек по дороге и немного сонным взглядом окинул улицу. Несмотря на ранние часы, многие лавки были открыты и ждали первых покупателей. — Сузаку-кун, подожди! Он обернулся: к нему бежала Кушина, издалека махая рукой в приветствии. — Фух, догнала. — Остановилась рядом она. — Ты куда, на работу? — Да, привет, — лениво ответил он, кивком головы приглашая идти с ним рядом. — Совсем тебя не видно в последнее время, — Кушина немного замялась и, подстроившись под его шаг, добавила: — как и многих из нашего выпуска. Я слышала, что Рю и Кими недавно вернулись, но не смогла их застать. Уже больше недели о них ничего не слышно. Что странно, учитывая, что у них должен быть отпуск. Ты ничего не слышал? — Нет. — При упоминании Кими у Сузаку неприятно заныло в груди. Он сознательно избегал её, старался не думать. — Согласен, это странно. А Минато не знает? Кушина остановилась, вынуждая Сузаку поступить также. Он заметил в её взгляде нешуточное беспокойство. — Минато не может с ней связаться.

***

Сузаку прошёл вдоль стеллажей, выискивая нужную ему папку среди заведённых дел на каждого шиноби. Благо, что его должность позволяла ему без всяких проволочек иметь к ним доступ, кроме засекреченных, конечно. Несмотря на войну, работники канцелярии скрупулезно отмечали всё в личных делах действующих шиноби. Конечно, получать данные о находящихся на фронте было тяжелее, но по возвращению всё отмечалось в документах. Вот она. Сузаку пролистал папку с личным делом Кими и чуть её не выронил: в самом конце был вложен листок с отметкой «Пропал без вести». Ворот водолазки внезапно стал душить, не позволяя вдохнуть воздух, в ушах зашумело. Не убирая папку на место, он кинулся в сторону стеллажа с данными о шиноби клана Учиха. Не то, не то, вот она! Сузаку поспешно её раскрыл, пролистывая до самого конца. Листка с аналогичной отметкой не было, только назначение на новое место службы — Форт на границе с Водопадом. Ублюдок! Он же предупреждал. Переступил через свою гордость и, признавая поражения, просил не оставлять её одну. Сузаку прикрыл глаза, усилием воли возвращая себе трезвость рассудка. Отогнал прочь возникшую на миг перед глазами показанную ему отцом надгробную плиту молодой девушки. Нужно выяснить причину исчезновения Кими. Она может быть ещё жива. Он внимательно вчитался в последнюю запись. Странно, Рю отправили одного как усиление охраны каравана с провизией для форта. А до этого шла запись о миссии под командованием Орочимару, перечень команды также был указан. Новый поиск занял чуть больше времени. Перед Сузаку лежал отчёт о миссии. Ровные строчки расплывались перед глазами. Временно созданная команда из Учиха Рю, Хьюга Ироха и Кими под командованием Орочимару выполнила поставленную задачу, но вернулась в Коноху без одного члена команды. Капитан прикрыл в Иве отход команды с добытыми трофеями. Они поспешно отступили по вражеской территории до страны Водопадов, прошли по её границе на юг, и после команда благополучно оказалась на своей территории к ночи. Утром Рю и Ироха обнаружили пропажу Кими, она дежурила последняя. Сузаку посмотрел, кто составлял отчет — Хьюга Ироха. Не удивительно, что не узнал почерк. Он смутно помнил хмурого молчаливого мальчика, с которым они проучились не так долго. А ведь Ироха мог оказаться с кем-то из них в команде, если бы не отказался переходить в экспериментальный класс. Сузаку прикрыл глаза, отсекая воспоминания. Не сейчас. Что-то в отчёте ему не понравилось. Он ещё раз внимательно прочитал. Сроки. Как всего за половину суток они смогли преодолеть такое расстояние? Сузаку мысленно проложил маршрут, вспоминая приблизительно карту. Невозможно. Если только Кими не использовала хирайшин. Сузаку помнил, как Минато её обучал. Техника требовала отменного контроля и большого объёма чакры. Если с первым у неё проблем не было, то вот со вторым — да. Она научилась перемещать группу? Если и так, то всего пару раз максимум. Но почему это не отобразили в отчёте? Сузаку нашёл дело Хьюга и выяснил, что тот должен находиться в Конохе. Осталось найти его и выяснить, что произошло на самом деле. Минато должен вернуться через три дня. До этого времени необходимо собрать всю возможную информацию.

***

Сузаку пил. Впервые. Пил и не чувствовал горечи во рту — её с лихвой перебивало его состояние. За прошедшие двое суток он успел поговорить с Хьюга Ирохой и Хьюга Хизаши. После обоих непродолжительных разговоров, когда Сузаку пришлось чуть ли не насильно вытаскивать из них информацию, у него возникло ещё больше вопросов. Почему оба Хьюга, изначально настроенные к нему дружелюбно, при упоминании Кими начинали разговаривать с ним чуть ли не сквозь зубы? Пока у него не получалось понять причину такой негативной реакции. Но не это было причиной того, что сейчас он сидел у себя дома один при лунном свете. Пил в темноте, не обернувшись в сторону хлопнувшей входной двери, полностью проигнорировав возвращение жены. Горькая ухмылка появилась на его губах. Сузаку поднял токкури , налил саке в отёко и за раз выпил, не чувствуя вкуса. Вчера у него получилось чуть улучшить их отношения, но именно сегодня ему не хотелось её видеть. Совсем. В голове стало немного шуметь. Может, удастся заснуть? Вновь Сузаку наполнил отёко, поднес к губам, но так и не выпил саке. Он вглядывался в бледную янтарную жидкость, но видел не её. Перед глазами вновь промелькнули словно кадры его разговор с Инузукой Тсуме. Именно она, немного в грубоватой форме, поведала ему о случившемся в Форте. И проболталась об истинных отношениях между Кими и Рю. Сузаку опрокинул остатки саке и закашлялся. Потянулся к токкури, но тот оказался пуст. Как и его два товарища, что лежали на боку недалеко на полу. Перед глазами стало всё расплываться, но этого было недостаточно, чтобы просто вырубиться. — Сузаку? — раздался удивлённый голос Хикэру за его спиной. — П-принеси ещё саке, п-пожалуйста. — Что-то случилось? — Просто. Принеси. С-саке! Хикэру не стала настаивать и ушла. Вот и хорошо, вот и спасибо. Не хотелось ругаться, они только вчера нормально наконец поговорили. Жена, которая и не жена вовсе. Нет, официально, конечно, жена! Вот и Кими скоро станет женой…да не его. Сузаку впился пальцами в волосы и сильно потянул. Физическая боль казалась ничтожной по сравнению с душевной. Он думал, что отпустил её. Разумом — да, но не сердцем. Её образ проник глубоко и совершенно не хотел исчезать. Новость вскрыла рану, вызывая ревность и ярость. Имел ли он на это право? Нет. Но от этого не становилось легче. Только хуже. — Хикэру! Удивительно, но она словно ждала его зова. Молча поставила рядом с ним открытую токкури и ушла. — Спас-сибо. Его качнуло. Сузаку чуть не упал, у него с трудом получилось выпрямиться. Часть саке вылилось на пол. Насрать. За окном стремительно темнело. В голове зашумело сильнее. Перед глазами всё расплывалось, только с третьей попытки удалось ухватить за горло токкури. Наливать саке в отёко не стал, выпил так. Он заметил застывшую фигуру в проеме седзи и, прищурившись, попытался её рассмотреть. — Ты даже с-сейчас не можешь ос-ставить меня. — Сузаку попытался рукой развеять морок перед глазами, но тот не хотел исчезать из-за его действий. — Уйди, просто у-уйди… Ис-с-счезни, я с-сказал! Любимая девушка двинулась в его сторону. Села безмолвно рядом. Сузаку пытался разглядеть родные черты, которые успел изучить очень хорошо за эти годы. Полумрак и выпитый алкоголь мешали сосредоточиться. Но он отлично видел пряди волос, что так знакомо обрамляли с двух сторон её лицо. — Т-ты и во сне меня прес-следуешь. — Сузаку ухмыльнулся. Он протянул руку и почувствовал влагу на кончиках пальцев. Тёплая щека и холодные слезы. Всё такое реальное и одновременно нет. — Не плачь, прошу-у. Я-я-я найду тебя, с-слышишь? Обяз-зательно найду. Она накрыла его руку ладонью, прижала сильнее к щеке. Даже во сне Сузаку был так сильно пьян, что ему пришлось прислониться своим лбом к её, чтобы банально не упасть. Так опозориться и перед кем? Перед ней! — Прости я… выпил. Эт-то ты-ы-ы виновата. Его хриплый смех заглушили её губы. Такие мягкие, такие желанные. Сладкие, но при этом и солёные. Разум что-то ему твердил, что-то про обман. Конечно обман. Это же сон! Пусть и так, но тут она будет с ним. Всего один сон. Всего одну ночь. Опасаясь спугнуть, он прижал ее к себе словно хрупкую вазу. Незнакомый запах духов заменил её родной травяной. Зачем? И тут обманула. Её руки скользнули под его одежду, вырывая стон. Да пошло оно всё к Ками! Он старался держать себя в руках. Передать не словами, а прикосновениями всё то, что чувствовал. Как скучал. Как хотел быть рядом именно с ней. Одежда давно была разбросана по полу. Жар тел и холод пола сводили с ума. Он хотел её видеть, но перед глазами всё плыло, в голове шумело. Он слишком пьян. Утро началось с адской головной боли. И тошноты. Мыслить было тяжело. И зачем он так напился? Ещё и на грудь что-то давило, хоть и было тепло. Последняя мысль его словно кольнула, заставила собраться. Сузаку открыл глаза и скривился – так неприятно было смотреть на свет. Его рука потянулась к груди и соприкоснулась с тёплой кожей, чужой. Рядом раздался шорох ткани. Хикэру. Она лежала рядом, положив руку поперёк его груди. Сузаку вглядывался в знакомые с детства черты, с каждой секундой отмечая новшества. Она подвела глаза и губы, краска смазалась и там, и там. Не критично, но заметно. Умело наложенная косметика чуть подправила ее черты. Тёмные волосы были обрезаны спереди и обрамляли до боли знакомыми прядями с двух сторон лицо. Ее карие глаза внимательно смотрели на него. Помимо тошноты стало ещё и горько. Мерзко. — Зачем? Его голос прозвучал хрипло, разрушив напряжённую тишину между ними. — Хотела получить то, что принадлежит мне по праву. — Её пальцы нежно выводили узоры на его голой груди. Голос же был пропитан холодом. — И узнать… каково это, быть по-настоящему любимой. Он протянул руку, убрал прядь подстриженных волос от её щеки. Хотелось срезать их под корень. Его пальцы впились в подбородок, не позволяя ей отвернуться. — Ты точно Нара? Её глаза сощурились. — Ненавижу-у, — сквозь зубы зашипела Хикэру, — как же я тебя ненавижу! Она дёрнула подбородок, вырываясь из хватки. Да и не держал он её больше, позволяя уйти. Иначе просто не выдержал бы сам. Ненавидит? Пусть так. Он её предупреждал, никогда не лгал и не обманывал. Пытался переубедить. Это был её выбор. Сузаку признавал, что полностью погрузился в дела, отодвинув их взаимоотношения. Был не прав и попытался наладить отношения. Она перечеркнула его попытку. Голова раскалывалась. Во рту было противно, а на душе — мерзко. Больше никогда он не будет пить. Слишком дорого обходится эта минута слабости.

***

Минато вставил в дверь ключ и повернул его. Раздался глухой щелчок. Дверь отворилась без скрипа, открывая им с Сузаку вид на плохо освещённый коридор. Намикадзе зашёл первым и отодвинул сёдзи в комнату. В лучах солнца переливалась поднятая им немногочисленная пыль. На кровати лежало небрежно брошенное сиреневое ципао — раньше он не видел его в ее гардеробе. Кими предпочитала косоде и хакама , а не такие откровенные наряды. Минато нахмурился, подошел к шкафу и отворил его дверцу. Немногочисленная привычная ему одежда аккуратно висела на вешалках, отдельно он заметил сложенное кимоно. Кими явно планировала совершить куда-то официальный визит или купила его для праздника. — Смотри. Минато обернулся и взял протянутую деревянную табличку с приглашением на свадьбу Сенджу Тсунаде и Като Дана. Об этом он уже знал, так как нашел у себя в комнате на полу просунутый сквозь дверную щель конверт с деньгами и запиской. В ней Кими быстро написала пару строчек с просьбой за неё поздравить молодоженов. Только вот он сам не успел к торжеству. — Что думаешь? — вырвал его из раздумий голос Сузаку. — Собиралась явно в спешке, взяла стандартный набор. — Минато проверил, что сумка с дополнительным снаряжением лежала в шкафу. Его нахмуренный взгляд задержался на смятом ципао. — Учитывая, что у неё должен быть отпуск, неудивительно. Мало информации. Что тебе удалось выяснить? — Я поговорил с Хьюга Ирохой. На миссии им пришлось изменить маршрут отхода и воспользоваться хирайшином. Говорил он только то, что сам же написал в отчёте. — Сузаку прислонился к стене плечом, наблюдая, как Минато подошёл к письменному столу и стал перебирать свитки и листки, аккуратно сложенные в стопки. — При этом, про хирайшин в отчёте ни слова. На прямой вопрос о технике Ироха ответил с задержкой. — Сузаку замолчал, вспоминая свои ощущения от разговора. Он встретился взглядом с обернувшимся к нему Минато. — Что-то произошло на миссии. Есть нестыковки, как по времени, так и по поводу применения техники. — Хирайшин слишком затратный для неё, чтобы использовать только для сокращения пути. — Минато вернул ранее взятый им медицинский свиток на место. — Разговорить его не получилось? Сузаку отрицательно покачал головой. Подумав, добавил свои выводы: — Учитывая, что Рю спешно отправился один обратно к границе со страной Водопада, они оба с Хьюга что-то скрывают. И эта информация, похоже, засекречена лично Хокаге: на распоряжении о назначении Учиха в караван стоит его личная подпись. — Минато на эту новость заинтересованно приподнял бровь. — Также, Ироха говорил о Кими с явным, — Сузаку немного замялся, пытаясь подобрать определение тона Хьюга, — неодобрением. — Интересно, — Минато отошел от стола и встал напротив друга. — А с ребятами не говорил? Кто последний из них с ней общался? — До этого она была в приграничном с Суной форте. Из наших с ней там находились Рю, Тсуме, Хизаши, Шиби и Ироха. При этом, Хизаши категорически отказался говорить о Кими. Такое ощущение, что у неё возник конфликт с обоими Хьюга… Ты слышал о Сакумо Хатаке, сенсее девятой команды? — Да, Кушина мне написала, — сильнее нахмурился Минато. Еще вчера ему пришлось успокаивать ее. Кушина уважала Хатаке и до последнего не хотела верить в его гибель. — По её словам, момент взрыва видели только Кими и… Рю. — Всё сходится на нём, — выдавил сквозь зубы Сузаку, прикрывая глаза, чтобы не выдать своё состояние. Откровения Тсуме до сих пор вызывали в нём ярость и горечь. И ничего он с этим пока поделать не мог. — Сузаку? Нара выдохнул и открыл глаза, встречаясь взглядом с другом. Он понял, что тот всё заметил. Скрывать смысла не было, не тот случай. Не когда на кону жизнь дорогого ему человека. Он рассказал всё так, как есть. Всё, что узнал от обоих Хьюга и Инузуки. — Возможно, тебе Ироха и Хизаши скажут больше. А если нет, то информацию можно будет получить только от самого Хокаге и Рю, — закончил свой подробный рассказ Сузаку. — Меня не выпустят из Конохи, так что попытаюсь собрать информацию тут. — Я тебя понял. Что же, больше мы здесь ничего не узнаем. — Минато ещё раз окинул взглядом комнату и направился к выходу. — Пойдём.

***

— Хокаге-сама, — поклонился Минато Третьему, как только подошёл к его столу поближе. — Секретарь передал мне твою просьбу. Насколько я знаю, у тебя сейчас отпуск, верно? Так зачем ты пришёл? — Сарутоби Хирузен поднял на секунду на него взгляд и снова его опустил, продолжая что-то писать за столом. — Я слушаю тебя. — Хай. Хокаге-сама, разрешите мне отправиться на поиски моей имото, Кими. Она пропала после выполнения миссии с Орочимару-саном. — Ещё раз обозначил поклон Минато, только не такой глубокий. Он внимательно наблюдал за Третьим. При упоминании имени имото у того на долю секунды замерла кисть над свитком. Сарутоби-сама неторопливо дописал канзи, отложил кисть и достал трубку. Всё время, пока он набивал её и прикуривал, в кабинете стояла тишина. Только из окна доносился отдалённый шум жителей Конохи. — В последнее время я стал всё чаще слышать её имя, — заговорил Сарутоби-сама, выдыхая дым. — Талантливый ирьенин, одна из лучших выпускниц Академии твоего призыва. Мой ученик был очень недоволен её исчезновением. — Он облокотился на спинку стула, внимательно всмотрелся в Минато. — Как ты считаешь, она способна предать Коноху? — Никогда! Ответ вырвался из него моментально и очень эмоционально. Минато мысленно обругал себя и спокойно добавил: — Я знаю её очень хорошо. Пусть мы не родные по крови, но она моя семья. Коноха — её дом. Кими не способна на предательство. Только не она. — Вот как. — Сарутоби-сама прикурил, не отрывая от него цепкий взгляд. — Твоя уверенность похвальна. А если она встретит кого-то из своей семьи? — Третий чуть наклонился в его сторону. — Родных по крови из другого Какурезато? Вопрос Хокаге вверг Минато в ступор. Такого он не предполагал. На последней миссии Кими была в Камне, а также пересекала границу стран Травы и Водопада. Он знал её историю и то, что имото ничего не помнила о своем прошлом. И всё же. — Она не способна на предательство, — ответил он твердо. Минато спокойно выдержал тяжёлый взгляд Сарутоби, не отвёл глаза. Через несколько минут Хокаге взял со стола два небольших пустых свитка. — Если ты считаешь, что её жених не справится один, так и быть. — Минато был рад, что Хокаге писал и не видел его удивления. — У тебя будет месяц на её поиски, не больше. Когда вы её найдёте, по возвращении Кими будет обязана пройти допрос у Яманака. Это не обсуждается. Утром у секретаря заберёшь документы, я выпишу тебе пропуск. — Хокаге протянул ему два небольших свитка. — Похвально слышать, что молодое поколение способно не раскрывать секретную информацию даже друзьям. Передашь один Хьюга Ирохе, второй — Орочимару. Свободен.