Попадание в Эквестрию. Новая история.

      Я вздохнул поглубже, и шагнул вовнутрь. Алессия закрыла дверь, подошла ко мне, шепнула на ухо «не удивляйся» и повела вглубь дома. Снова почувствовался лёгкий, приятный запах тех самых духов. Мне на миг показалось, что «слёзы Купидона» влияют на меня, как кошачья мята на котов.       На кухне пахло чем-то незнакомым, но приятным. Стол был изящно сервирован: большой серебряный самовар по центру, по бокам от него — овальные блюдца всё из того-же серебра, закрытые куполообразными крышками, и пара чашек, бокалов рядом с тарелками, накрытые узорчатыми полотенцами, а на них — весь набор столовых приборов. Шторы на окне были занавешены, и в комнате царил приятный полумрак. Лишь камин более-менее освещал помещение. Пол был тщательно вымыт, отчего в его поверхности отражалось пламя. Стулья, шкафы, стены — всё блестело. В общем, выглядело красиво и по-настоящему роскошно. Но такая обстановка меня напрягала, ведь сделано всё не просто так.       Алессия взмахнула крылом, и все свечи на люстре одновременно загорелись. Сев за стол, она пригласила место напротив, куда я и приземлился, предварительно повесив сумку на спинку стула и вытащив пачку.       — Можно? — спросил я, указывая на сигареты. Хозяйка улыбнулась.       — Нет, сейчас время отменного ужина! Выбирай — какую хочешь открыть первой? — она указала на блюдца. Не думая, я потянулся к правой, но осёкся. Может, магией воспользуюсь?       Я глубоко вздохнул, собираясь с духом. Рог нагрелся, крышку окутало фиолетовой дымкой, после чего та поднялась и аккуратно опустилась рядом. Надо-же, получилось!       — Ну как, интересно выглядит? — спросила Алессия. — Это особая еда, рецепт и сырьё для которого мне удалось получить с большим трудом!       — Дык это обычные суши, — холодно ответил я. Самые обычные, блин, суши! Даже без рыбы, только рис один, или что это?       Кобылка нахмурилась.       — Суши?! Обычные?! Во-первых, это не так называется, а во-вторых… Оно жутко дорогое и очень трудно готовится! — крикнула она и сильно стукнула по столу.       — Слушай, извини, конечно, что разочаровал тебя, но у нас эту фигню делают практически везде. И стоит это совсем ничего, так что… — я перевёл взгляд на Лесю. Карие глаза стали красными, а её морда излучала такую ненависть, что мне стало не по себе. — Прошу прощения, наш мир — не ваш, так что, может быть, это действительно верх кулинарии? — неуверенно произнёс я. — Спасибо огромное за гостеприимство…       Леся тут же остыла, и снова заулыбалась.       — К вашим услугам, сеньор челопек… Кушай на здоровье! — с энтузиазмом в голосе сказала она, и стала вилкой перекладывать еду себе в тарелку.       Я последовал её примеру, и положил себе три рулетика. Решив попробовать сначала «обёртку», которая на вид как обычные водоросли, удивился странному вкусу — будто я съел только что сорванный здоровый лист кислого фиолетового клевера, именно того, что часто растёт на клумбах и грядках на огороде. Думаю, все в детстве пробовали такие… Ладно, если водоросли — не водоросли, то каков «рис»? Я решил откусить побольше, дабы прочувствовать вкус по максимуму, и…       Смесь пюре с шампиньонами. Что это за еда такая? Может, специи какие, или… надо попробовать ещё.       Так я пробовал до тех пор, пока не наелся. Странные здесь, однако, суши подают. Но такой микс, на удивление, хорошо сочетается. Шеф-повар, что приготовила эту еду, тоже закончила трапезу, и теперь смотрела на меня.       — Ну как? — спросила она.       — На странность, очень вкусно!       — Ха! Я так и знала, что тебе понравится! — воскликнула кобылка. — Ну что, теперь время чаепития?       Я кивнул. Алессия соскочила со стула и стала убирать всё ненужное со стола и относить в моечную. Наблюдая за ней, заметил, что она уж слишком сильно махает хвостом, как радостный пёс. Закончив с делом, хозяйка села обратно.       — А теперь можешь открыть второе блюдо! — весело сказала она, — Скажу сразу, что это десерт. Ты ведь любишь сладкое, да?       Чем теперь она удивит?.. — Эх, эклеры, — вздохнув, сказал я, когда поднял крышку. На блюдце лежало штук десять вытянутых пирожных, щедро политых шоколадом. Пегаска возмущённо фыркнула.       — Ну и зануда ты конечно! Мог бы и удивиться ради уважения! Между прочим, их готовить тоже сложно!       — Да знаю, как их готовить… — буркнул я. — Только знаешь, не особо мне врать нравится. Но всё-же, выглядит десерт очень даже аппетитно. Благодарю…       Леся, презрительно глядя на меня, стала наливать тёмную, сладко пахнущую жидкость из самовара в фарфоровые чашки. Спустя минуту молчания, мы уже пили чай.       Скажу, что на вкус эти эклеры так себе. Как просроченная «красная цена», чес слово. Какие-то тёплые, разваливаются, и воды внутри много, фу. Хорошо хоть, что прекрасный чаёк напрочь перебивает вкус этого ужаса. Кстати, он мне напомнил хорошо заваренный Иван-Чай вместе со зверобоем. Невероятное наслаждение! Дальше мы сидели в тишине. Разве что Леся временами посматривала на меня, как бы предлагая начать разговор.       Под конец, когда всё было выпито и съедено, «кулинар» стала убирать всё со стола. Следя за этим, я удивился тому, как она перетаскивает самовар — взяла передними копытами его за ручки, и понесла, идя на двух задних! Даже помощи не просила! А самовар на вид достаточно тяжёлый.       — Что-ж, благодарю тебя за этот вечер, проведённый со мной, — сказала пегаска, сев напротив. — Никогда такого не было, чтобы я готовила еду для кого-то, кроме как для себя, тем более, настолько изысканную, хех… — её щёки слегка покраснели, и она, видимо, чтобы скрыть смущение, поспешила продолжить: — но сейчас я хочу попросить тебя об одном одолжении, — она неуверенно посмотрела мне в глаза. — Вероятно, это покажется тебе странным, но, мог бы ты пожить у меня? Хотя-бы какое-то время.       Брови сами по себе поползли вверх. Странно то, что это одолжение, и ещё что страннее — она просит пожить меня у себя, а не наоборот. Конечно, хорошо, когда есть кров, но… Я знал, на что подписывался, потому хватит удивляться и делать из себя дурака. Жить — так жить.       Алессия, увидев мою реакцию, неловко улыбнулась, и нервно забарабанила копытцем по полу.       — Да, тебе, вероятно, кажется, что я весьма эксцентрична… — продолжила она, — но пойми, мне просто нужна компания. Я постоянно одна, и мне бывает одиноко. Временами не с кем поговорить, и с каждым месяцем мне всё больше кажется, что я нахожусь в тюрьме. Теперь же, у меня появился ты… — пегаска смутилась ещё сильнее, — и мне ужасно стыдно, правда! И поверь, не тебе одному кажется странным факт того, что я, вдруг… Ну не виновата я в том, что ты мне…       — Да не гони ты, — перебил я её, — утром она на полу со мной кувыркается, а вечером типо смущается… А крыша над головой всегда нужна, так что я только за. А теперь давай поменяем тему? Вот за всё время, пока мы разговаривали, только я говорил о себе. Думаю, теперь твой черёд пояснить о своей жизни, и вашем мире. Как ни как, мне будет это очень полезно!       Алессия перестала смущаться, краска со щёк сошла, и её морда в миг стала излучать таки невероятную радость!       — Хорошо! Итак, мне стоит начать с моей жизни? — я кивнул. — Отлично… Можешь дать курительную палочку?..       И её понесло. Говорила не смолкая около получаса, блин. К концу я даже чуть не уснул, но догорающая сигарета неслабо так обожгла губы, в миг отрезвив. Благо, виду я не подал, а то ещё будет тут меня лечить. Видел я разные фильмы, которые примерно также начинались…       Если говорить о ней вкратце, то родилась она в богатом доме, где уже несколько поколений хорошо зарабатывали на торговле рабами. Ей эта шняга сильно не нравилась, поэтому с детства стала активно изучать тему бизнеса. То есть, как можно зарабатывать, на чём, где, и так далее. В возрасте пяти лет пошла в школу, естественно для богатых, где к ней стали клеиться, как она говорит, «всякие неучи». Доучилась до 8 класса круглой отличницей. Дальше учиться не пошла, так как к подростковому возрасту уже вела своё небольшое дело по перепродаже всяких вещей, что-то типа барахолки. Купила сначала какой-то старый домик, сама переделала его под магазин, после мучалась с рекламой своего заведения, расклеивая вывески по всему городу. Но после всех трудностей, клиенты пошли рекой. Барыга авито, блин. Барахолка хорошо разрослась, и появилась «сеть» таких скупок. Дальше научилась торговать информацией, получила немалое влияние на рынок не без помощи родителей. И уже как стала совершеннолетней, съебалась в это болото лишь бы подальше от рабовладельческой семьи, где дистанционно получает всякую важную инфу и ей же торгует. Как? — магия, чувак. Сейчас имеет информаторов, и ежемесячно получает процент с доходов магазинов от нынешних «директоров» под предлогом того, что именно она дала работу множеству работяг. Потом тема зашла об истории этого мира.       По их верованиям, мир был создан могучей богиней, имя которой неизвестно. Потом эта богиня создала первого аликорна, грифона, минотавра, и так далее. Аликорн породил уже обычных лошадок, расселил их по материку, и дал начало цивилизации. Также поступали и остальные расы. И из-за территориальных споров началась война, в итоге которой образовались страны. Дальше какие-то мелкие исторические моменты, о которых Леся особо то и не знает. Одним словом — библия, ёпт. Ещё был момент, когда я спросил — «А принцессы же двигают Солнце и Луну?», на что получил сначала долгий и громкий смех, а затем ответ, что «я не настолько глупая, чтобы не знать, что мы живём на планете, которая вращается вокруг звезды из-за силы гравитации». Тогда-то мне стало не по себе. У них, как оказалось, хорошо развита астрономия, и, следуя этому факту — меня закинуло в очень, блять, далёкий «неканон», как говорится. Но об этом потом…       Ещё Леся пояснила мне за их нынешнее положение. Сейчас в Эквестрийской империи творятся всякие ужасы. А всё началось со смерти королевы и короля. Сначала всё было тихо, не считая того, что половина мира оплакивало данное событие. А потом к народу стали просачиваться слухи — что, мол, их убили принцессы, в погоне за властью. И вдруг они начали нападать на соседей, дабы заполучить больше территорий и влияния, которая длится уже десять лет. Зачем — никто не знает. А там ещё появились странные исчезновения среди крестьян, также впервые увидели странных волков из дерева, которые уносили лошадок куда-то вглубь лесов. Поиски ничего не давали, так как ни крови, ни следов не было обнаружено. Разве что оставался магический след, указывающий на то, что кто-то телепортировался. Все следы приводили к замку, но там уже ничего не ясно. Пока. Плюс к этим всем событиям появились партизаны, выступающие против власти, которые переманивали к себе народ, и делали они это весьма успешно — среди всех движений уже насчитывают больше десятка тысяч голов. Эквестрийские войска их ловят и уничтожают на месте, но всё-же те не особо справляются.       Также от этой империи откололось несколько небольших провинций, которые объявили себя нейтральными странами. И как раз на этих странах сейчас держится, в основном, вся торговая промышленность, так как через них идёт практически вся торговля на материке. Но не всё так хорошо — террористы, к тому-же и с разных сторон. Они периодически хотят «незаметно» заполучить власть над нейтралами, отчего, мягко говоря, тяжело приходится всем. Но нам повезло больше, чем остальным — самый отдалённый уголок, который по сути живёт сам по себе, война почти не трогает.       — Но пока всё держится, что хорошо. Хоть сейчас и идёт великая война, где в основном все против всех, многие ведут себя в рамках приличия, если так можно сказать… — закончила свой рассказ Алессия. — Времена страшные, но это не повод отчаиваться!       — Да, точно. Никогда не отчаивайся, что тут сказать, — согласился я, закуривая очередную сигарету. Будучи под их пьянящим эффектом, меня тянуло на рассуждения о всяком. — Жизнь есть жизнь, война есть война. Всё равно когда-нибудь настанет мирное время, стоит только его ожидать.       — Ой, да тут у нас философ появился! — усмехнулась пегаска. — Ладно. Теперь же, так как ты итак всё знаешь, я хотела-бы наконец разъяснить, зачем добавила тебе «слёзы Купидона» в чай при первой встрече, а заодно поговорить об отношениях… — внезапно решила она сменить тему. — В некотором смысле, мой друг, это зелье открыло мне глаза.       — Чё? Какие зелья? — удивлённо спрашиваю.       — Ну, помнишь же вечер первого дня, когда мы только познакомились?       — А как такое можно забыть? Хех, конечно же помню. Но причём тут твои ду…       — Ты же заметил, что я добавила приворотное зелье в обе чашки, — перебила она меня, что к лучшему. Ведь прямо сейчас пегаска открывает мне невероятную тайну, как я понимаю. — Себе — одну каплю, а тебе всё остальное. Ведь как работает приворот? — одна капля добавляется тому, кого должны полюбить, а десять — кто будет любить…       — Ну, слушаю тебя дальше, — медленно произношу, когда та, замолкнув, уставилась на меня, дабы дать возможность задать какие либо вопросы. Но на миг удивилась моему спокойствию: естественно, сейчас мой мозг не соображает, а мне и вовсе хорошо от сигарет.       — Ведь тогда я была всё ещё зла на тебя, и хотела по полной проучить! И в мою голову забрела очень интересная мысль, даже гениальная! Если не рабством или тюрьмой, то пускай ты будешь за мной бегать как умалишённый! Движимый силой зелья, ты бы выполнял все мои поручения беспрекословно, лелеял меня, пытался всячески добиться моего расположения, ах… — пегаска мечтательно вздохнула. — Ручной пёс, готовый на всё ради меня! Но я перепутала чашки… Осознав это, сначала металась из крайности в крайность, боялась последствий, до последнего не хотела признавать свою ошибку, ибо это так глупо. Согласись же?       — Ну ты и дора-дура, Лесь, — еле шевеля языком, высказываю своё мнение, уже чуть ли не дыша дымом. За время её монолога я успел задымить половину столовой. Даже под потолком появилось небольшое сизое облако. Про состояние и говорить нечего — угашенный в щщи. Спокойный, неторопливый и немного навеселе. А признание Алессии непонятно в чём только добавляло настроения. Ведь, я нихрена не втыкаю, а тут мне словно тайны мира рассказывают!       — А вот тут соизволю не согласиться, друг мой! Наоборот, когда приворот заработал на полную, я наконец поняла то, что и высказала тебе сегодняшним утром. От такой жизни, будто в одиночной камере, я бы определённо и точно сошла с ума! Мне был жизненно необходим суженый! Иначе — пропала бы я, Парвеир. И опять же, ты — просто идеальный кандидат! Умный, интересный тем что пришёл из другого мира, и характер твой жёсткий, сильный! Воистину идеальный для меня… — пегаска в порыве эмоций расправила крылья.       — А я думал, что это духи, — улыбаясь, говорю. И, кажется, зря это я сказал. Алессия вдруг в удивлении опешила. Глаза выпучились, зрачки сузились.       — ТАК ТЫ НИЧЕГО ДАЖЕ НЕ ПОНЯЛ?! — вскрикнула она. — Но, ты же упомянул про зелье, упомянул!       — Так говорю же, я думал что это духи. Кстати, вкусные.       Кобылка задумалась. Глубоко задумалась. Изучающе посмотрела на меня, затем осмотрелась. Увидев, какой туман стоит на кухне, ахнула.       — Ой, да ну тебя! Я считала, что ты обо всём давно знаешь и нет смысла ничего утаивать, а тут… Ох, какой же позор!       На таком странном окончании диалога, хозяйка дома вслух поругала себя ещё какое-то время, а после уложила меня в кровать, так как самостоятельно я уже не мог ничего сделать от сильного опьянения этими «травяными» сигаретами.