Попадание в Эквестрию. Новая история.

      Спустя несколько коридоров, комнат и залов, Эрик меня вывел на просторный балкон, с которого открывался вид на широкое, длинное поле. Внизу стояли повозки, рядом с ними толпились бурого цвета пони, громко обсуждавшие что-то. На самом же поле трудилось множество исхудалых рабов, копаясь в земле и обливаясь потом. Некоторые улеглись прямо в солому, чтобы хоть немного отдышаться, но время от времени все вскакивали и принимались за работу. А откуда-то сбоку доносились оглушительные удары молотков, звон металла и крики надсмотрщиков. Видимо, в той стороне кузницы. И при виде этого я поёжился — о такой работе даже думать не хотелось, она производила жуткое впечатление. Целыми днями, всю жизнь так пахать на исходе сил, и в жару и в дождь, при условии, что тебя редко кормят и моют, в придачу могут побить за плохую «успеваемость». Никому не пожелаешь такой участи… Я повернулся к Эрику и увидел, что он с улыбкой смотрит куда-то вдаль. — Это наша небольшая сельскохозяйственная зона. — сказал он. — Здесь выращивают овощи, фрукты, орехи, и тому подобное. Половину для продажи, половину для себя. Впечатляет? — Для «небольшой зоны», очень даже… — пробормотал я. — Получается, есть поля и больших размеров? — Да, в общем их восемь. Самое большое находится ближе к Югу, на краю страны. Но оттуда дом получает лишь треть прибыли, так как остальное уходит на содержание рабочего состава, охраны, поселения. Сам понимаешь, что это требует немалых затрат. Зато урожай там всегда самый лучший, и поставки постоянны. — А чем ваш дом ещё занимается? — Ты разве не знаешь? — Удивился тот на миг. — Ах, да, ты же из Эквестрии… Помимо этого, ещё добываем природные ресурсы, производим одежду, мебель, кухонную утварь, броню, оружие. Могли бы и больше всякой всячины делать, но этим занимаются другие заведения, так сказать. Зато мы самые крупные производители всего вышеперечисленного на материке! Понимаешь, о чём я? Фактически мы правим миром! — В этот момент глаза пегаса полыхнули такой гордостью, что мне стало немного не по себе. — Каждый день в казну стекается приличная сумма. И мы можем делать с ней всё что пожелаем. Относительно недавно, к примеру, решились купить этот город. К счастью, король дал добро на такую покупку, но с условием, что все правила и законы останутся прежними. И, естественно, ежемесячно будем должны отдавать в государственную казну сорок тысяч золотых. Вроде, большая сумма, но мы стали ещё богаче после данной покупки, и эта сумма — лишь седьмая часть месячного дохода. — А зачем вам целый город? Итак ведь без этого, как ты говоришь, много денег получаете. — Хех, парень, ты ещё многого не понимаешь! — Рассмеялся Эрик. — Если бы не мы, то Гринхолл пал из-за большой кучи проблем. К примеру, можно взять налоги. До нас они были невероятно высоки! А почему? Да потому, что местные правители думали только о собственной выгоде, и не хотели делиться своим счастьем с жителями. Ещё непродуманная система торговли тоже плохо сказывалась на общем положении. Был огромный отток в другие поселения, также за состоянием улиц, домов, имущества никто не следил, так как не было организаций, кто этим бы занялся. Можно, конечно, ещё долго перечислять все ошибки, да только ни к чему это… — Эрик немного помолчал. — Но тут появились мы! Купили город, наняли уборщиков, строителей, кузнецов, пустили их ремонтировать, чистить и реставрировать. И знаешь, особо то искать не пришлось — такой контингент здесь жил, и в весьма большом количестве! Заодно переделали систему торговли, налогообложения. Немного, так сказать, «втихую» поменяли пару пунктов в законе, и всё! Наполовину мёртвый и заброшенный город за полгода преобразился до неузнаваемости, представляешь? Все остальные проблемы решились сами, без нашего участия. Если бы не мы, Гринхолл окончательно бы погиб.       Слушая его, я всё больше удивлялся. Звучало это как сказка для ребёнка — всё было очень плохо, и тут появились богатеи, которые вмиг превратили гниющее место в рай. Но, я чувствовал, что всё, что он говорил — правда. Меня это поразило до глубины души. Также, моя ненависть к Эрику исчезла, ведь, несмотря на то, что его семья занимается рабовладельчеством, они сделали много хорошего и для простого люда. Кстати, по поводу рабов… — Это, конечно, удивительно! — присвистнул я. — Честно говорю, мне до последнего было неприятно тут находиться. Рабы, торговля ими, и всё такое… Можешь тогда рассказать по этой теме? — Пегас улыбнулся ещё шире и, усмехнувшись, заговорил: — По этому поводу можешь особо не переживать. Да, наш бизнес испокон веков строится на работорговле, но! Пусть эти пони и работают за еду, трудятся в поте лица от рассвета до заката, всё же мы за ними ухаживаем и содержим в хороших условиях. Мы не применяем к ним физическую силу, и в основном даём много свободы, в отличие от остальных, кто занимается тем же. И знаешь, они нас очень любят. Ведь, если бы не всё это, то кем бы были эти бедняги? Нищими, необразованными крестьянами, которые вечно гонимы и проклинают жизнь. А под нашим крылом, так сказать, у них есть работа, еда, отдых, досуг, образование — цель! Цель жить дальше, помогая стране, которая не может их накормить, так что они счастливы. Мы за ними следим, помогаем, и учим. В общем, такие вот отношения. — Мне кажется, здесь ты стал привирать. — хмыкнул я. — Я разговаривал с одним из них, и по его словам, живут они далеко не так, как ты сейчас сказал. — А как? — Жеребец повернулся ко мне. — Я никогда не вру. Поведай, чего он говорил. И я в подробностях рассказал ему про жизнь Кхоша. Имя, правда, упоминать не стал — не хватало ещё, чтобы его наказали. После этого, Эрик несколько минут стоял в раздумьях, а потом сказал: — Почему-то я всё время считал, что всё хорошо… Ладно, спасибо за информацию. В ближайшее время стоит провести смотр всех подразделений, навести порядок и сделать небольшие реформы, хм. А теперь нам пора, друг. Наверное, тебе стоит дать пару часов на отдых? Пошли, отведу тебя в твою комнату.       Мы ушли с балкона, прошли зал и оказались в просторном холле, где стояла пара удобных диванчиков, стол, аквариум с рыбками и несколько картин, изображавших озёра, горы и старинные замки. Одна из стен была стеклянной, за которой был виден внутренний двор. Странно, но огромного стекла снаружи я не замечал. Неужто опять магия? — Здесь обычно проживают наши гости. — сказал Эрик. — Проходи в правый коридор и заходи в восьмой номер. А мне пора по делам. Через два с половиной часа к тебе зайдут, так что будь готов. Удачи. — Стой, здесь же и Чарльз с Мартой? — спохватился я, когда Эрик уже собирался развернуться. — Да, они в том же коридоре, в седьмом номере, можешь не беспокоиться! — Пегас махнул крылом, и ушёл. Я остался в холле один.       Меня здесь что-то не устраивало… Всё слишком быстро, что ли? Уже успел пройти какую-то проверку, закорешиться с главой дома, узнать новую информацию, получить новое место жительства, хоть и временное, скорее всего. Всё это за пару часов произошло, кажется? И этот замок ещё, ёлки зелёные. Он ж просто огроменный! Вмиг потеряться можно, честное слово. Ладно, привыкнем. А пока будем терпеть чувство неуюта и неуверенности. Теперь в комнату.       Открыв дверь, на которой красовалась золотая цифра восемь, увидел подобие отдельной квартиры. Вот прихожая с диваном, совмещённая с небольшой кухней, средних размеров окно, шкаф рядом, вот две дверцы в туалет и в спальню. Удобно, ничего не скажешь.       Для начала, я решил сходить в душевую. Как ни как, а вонять уже начинаю. Ну и подумать на троне надо, а то давненько мысли не выходили. Войдя в ванную, увидел, что помещение выглядит точь в точь как уборная в доме Алессии. Правда, унитаз был больше, но это не принципиально… Спальня оказалась небольшим помещением — квадратов шесть, не больше. Однако, убранство достаточно роскошное. Светлая кремовая обивка стен и широкая резная кровать из тёмного дерева, застланная черно-золотым покрывалом. Рядом шкаф с зеркалом в золотой рамке на одной дверце, пустой. Одинокая ваза с цветами на прикроватной тумбочке. Небольшое окошко с золотистой шёлковой шторой. Плюхнувшись на кровать, я удовлетворённо вздохнул — в общем-то, для начала классно. Эрик вроде говорил, что у меня два часа есть? Вот и подремаю.       Я не мог уснуть в течение всего времени, пока валялся. Что-то не давало мне этого сделать. Может, потому что я в новом месте, или из-за мыслей о грядущем? — так я и думал, ворочаясь под одеялом. Наверное, прошло три часа, пока в дверь, наконец, не постучали. В номер вошёл Кхош. — Добрый день, господин Парвеир! — Весело поздоровался он. — Удивительно, что к вам послали именно меня, не так ли? — И тебе привет, Кхош. Уже пора идти, получается? — Да, именно так, господин! Вы готовы к выходу? — Думаю, да. Слуга осмотрел меня, затем кивнул, словно чему-то удостоверяясь. — Прошу прощения, но я считаю, вам стоит причесаться. Всё же, знакомство с остальными членами семьи достаточно важный момент. — Он достал из тумбочки гребешок с короткой щетиной на конце и жестом подозвал к зеркалу. Подойдя, я думал, что Кхош вручит мне расчёску, но вместо этого стал сам расчёсывать мои волосы. Пару мгновений я был в ступоре от такой неожиданности, но быстро понял — это его обязанность. Когда Кхош расчесал гриву, принялся за шерсть. — Стой, может уже хватит? — останавливаю того я. — Итак хорошо, думаю. Пошли? — На деле, мне просто стало неловко и даже слегка стыдно. Всё-таки не в привычку, когда тебя всего расчёсывает некто. Ладно будь это баба, хоть и лошадь, но не мужик же? Слуга кивнул, аккуратно положил гребешок в тумбу, и мы направились на выход из номера.       Что-то около трех минут шли по коридорам — казалось, этот замок бесконечный. Слуга не хотел идти в тишине, и постоянно болтал. То порадуется за меня, то какие интересные факты про такого-то раба скажет, то посоветует как вести себя во время знакомства. К сожалению, полезного тот говорил меньше, чем всего остального, и я был раздражён его болтовней, хоть и терпел из вежливости. В конце концов, белый привёл меня в просторный зал, по центру которого был расположен круглый стол — на сорок персон, как минимум. Множество блюд с едой в серебряных блюдцах, шесть самоваров на золотых цепях, свисавших со свода, хрустальные кружки — всё внушало чувство уважения. На кожаных креслах вокруг всего этого великолепия сидело больше двух десятков, всячески разодетых в разные платья, смокинги и мантии, пони. И все глаза были устремлены на меня. От такого внимания стало совсем неуютно, и я сделал глубокий вдох, дабы не выдать своего страха. Кхош посадил меня за стол, между Риной и Эриком, и встал позади. Все продолжали смотреть на меня, а я на них. Уровень неловкости становился всё выше, а напряжение росло. — Значит, этот мистер вступает к нам? — Наконец спросил кто-то из сидящих. Им оказался серый, с чёрной гривой и голубыми глазами, молодой пегас в смокинге. Вид его был ещё более пафосным, чем у Эрика. — А почему его не одели? И к тому же, он единорог, спешу заметить! — Езилей, снова начинаешь язвить? — Строго спросил того другой пегас в чёрной мантии, с виду очень похожий на первого. Разве что, старше. — Мальчики, не пугайте нашего гостя! — Возразила некая дама в синем платье, сидевшая напротив. — Мало ли кем он является, единорог или не единорог. Давайте лучше поприветствуем новенького, он наш будущий брат! Верно, Борн? — Бежевая, синегривая пони посмотрела на своего соседа. — Правильно говоришь, Келли. Елизей, не возникай на пустом месте! — Ответил тот. Елизей показательно закатил глаза, как бы говоря: «как же меня все достали». — Итак, семья! — Вдруг вскрикнул Эрик, отчего я дёрнулся. — Данную персону я хочу представить всем как родного брата. Его имя Парвеир, родом он из далёкой Эквестрии, где всю жизнь учился военному делу. Необычайно одарённый молодой пони! Однако, он очень скромен и никогда не выставляет себя напоказ. Хочу отметить, что вырос он в суровых условиях, и благодаря своему уму, сумел выбраться из ужаса под названием «Великая Эквестрийская империя», и достичь успеха в жизни! А привело его сюда желание познать мир, и сердце подсказывало ему дорогу сюда… И не зря! — Глава привстал с кресла и глубоко вздохнул. — Этот юнец нашёл себя именно среди нас, семьи Вельмеске! И знаете, почему так? — хочу обрадовать вас известием, что отныне моя дочь и Парвеир Блэгз являются парой! — После своей речи, Эрик сел, осмотрел выпучивших глаза окружающих и поднял бокал. — За нового члена семьи!       На несколько, бесконечно долгих секунд все словно замерли. Удивлённые взгляды двадцати пар глаз упёрлись в мою сторону. На миг появилось ощущение, что сейчас меня растерзают на мелкие части, и вся эта толпа молча ждёт момента, чтобы наброситься. Чувства стыда, неуютности и страха нахлынули с огромной силой, вызвав неприятные спазмы в животе. От напряжения в глазах помутнело, захотелось убежать, исчезнуть, просто раствориться в пространстве, лишь бы не чувствовать этого презрительного внимания.       Но тут, все неожиданно заулыбались и подняли свои бокалы, привстали со стульев и крикнули «за нового!», после чего залпом выпили содержимое. Шум голосов заполонил комнату, послышались смешки и стуки копыт друг о друга — видимо, аплодисменты. — Парвеир, поздравляю. Ты принят в семью! — Весёлым тоном сказал Эрик. — Можешь расслабиться, всё самое страшное для тебя позади, хех. — сказал он, подмигивая. Почувствовав, что меня перестали сверлить взглядами, сразу стало легче. Я выпил немного вина, натянуто улыбнулся собравшимся, и встал из-за стола. Очень хотелось курить… Я с Кхошем вышли во внутренний двор. Перед этим зашли в номер, дабы я взял сумку и, заодно, проверить друга. Они действительно находились в соседнем номере, их голоса отчётливо слышались за дверью. Беспокоить не стал, а то мало ли… Достав сигарету и прикурив, я глубоко затянулся. По телу вновь пошло расслабляющее тепло, настроение поднялось, и напряжение сошло. Сделал ещё одну глубокую затяжку, задержал дым в лёгких, затем выпустил несколько больших колечек. — Слушай, Кхош. А что дальше будет? — спрашиваю, глядя на безоблачное небо. — Вот приняли меня, отпраздновали, и? — Сегодня господин Эрик обозначил этот день праздником, так что сегодня ничего, кроме веселья и отдыха не будет. Завтра же, вы можете делать, чего пожелаете. — Ответил слуга, глядя куда-то в сторону. — Ага, понял. Ты чем будешь заниматься? — Сейчас мне дали поручение ходить вместе с вами, а там всё зависит от вас, господин. — Хех, ну хорошо. — сказал я с хитрой улыбкой. — Тогда вместе праздновать будем! Как тебе затея? Слуга удивлённо поглядел на меня, что-то обдумал, а затем активно завертел головой. — Нет, не стоит! За такое разгильдяйство меня могут отправить снова на шахты, так что, уж извините, господин, но, как бы я не хотел — жизнь и звание мне дороги. Пощадите… — Я молча кивнул. Лады, раз он не хочет, то принуждать не буду. Сигарета уже успела догореть. Потому, выкинув её на тротуар, мы вошли обратно в дом.       На пути в зал, в коридоре нам встретился лакей, который сопровождал меня с Колей при приезде в столовую, и сообщил, что мне необходимо сходить в гардеробную — одеться, а Кхош нужен Рине. «Странно» — подумал я, но всё же пошёл вслед за ним. Лакей привёл меня в круглое помещение, где стены были заставлены шкафами, а посередине находилось зеркало до потолка. Там же обнаружился и Колян с Мартой, и им уже давали на примерку вещи. Друг, заметив меня, кивнул. Я кивнул в ответ и подошёл к слуге, который, как мне показалось, являлся портным. — Господин, какие одежды вам более предпочтительны? — Спросил тот, указывая на ряд висящих на вешалках камзолов и шляп. Увидев, что я в растерянности, он объяснил: — Эти две — из последней коллекции, лучший выбор. — И показал на два больших, расшитых золотом и серебром камзола. Они показались мне слишком пышными и неуклюжими. Средневековье, блин. — Я не знаю. — ответил я. — А есть ли у вас наряды попроще, без всяких выкрутасов? — Слуга удивлённо поднял бровь, но ничего не сказал. Закрыл дверцы, подошёл к другому шкафу и открыл его. Там обнаружились подобия свитеров, толстовок, летних курток и пальто. Хм, это выглядит лучше.       Я стал рассматривать приглянувшиеся, на первый взгляд, вещи, аккуратно вытаскивая их и крутя. Тэк-с, непонятная ветровка. Материал похож на джинсовый, но жёсткий. Не растягивается, да и весит как бушлат. Для лета точно не подойдёт, и двигаться неудобно. Дальше — плащ из мягкой кожи, с капюшоном, не особо, правда, красивый. Точно не подходит, не зима ведь. И третье, что мне понравилось — некая пурпурная толстовка без капюшона, с широкой полосой ткани на спине, закрывающей шею до самой ключицы. Очень похоже на олимпийку, только немного длиннее. Выглядит, в принципе, неплохо. Да и цвет святых из «Saints Row 4», что тоже прикольно. — Это можно примерить? — спрашиваю портного, одновременно с этим снимая с металлической вешалки одежду. Он кивнул, и я надел вещь на себя. Толстовка села на тело идеально, словно сделана чисто для меня. Сшили это чудо наверняка из смесей разных тканей — она лёгкая, мягкая, не колется, хорошо растягивалась, и было ни холодно, ни жарко. Попробовав размяться, движение ничего не сковывало, и это порадовало. Удобно! — На вас данная вещь хорошо смотрится. — Улыбнулся портной. — Вам нравится? — Да, отлично!.. А из чего она сделана, не скажете? — Это смесевое изделие, рассчитанное на ношение в разных условиях. В холод, жару, слякоть, и так далее. Если вам придётся ехать в такую погоду, то она отлично защитит. — Что ж, это хорошо, определённо беру! — Постойте, вместе с дублетом вам может подойти данный шарф. — сказал он и протянул мне большую замшевую ленту. Махровый, видно, из дорогих тканей, тёмно-пурпурный шарфик. Оглядев его, я накинул его на плечи и посмотрел на себя в зеркало. Выглядело эффектно, ничего не сказать. Я прямо-таки похож на именитого художника, хех. — И наденьте это, для выхода на улицу. — Слуга накинул на меня полностью чёрный плащ с высоким воротником и тремя большими пуговицами из тёмного металла. Просунув передние копыта в рукава и застегнув плащ на все пуговицы, я посмотрел на своё отражение — плащ сидел вполне хорошо, отлично сочетаясь со всем остальным. На груди большая треугольная прорезь, на рукавах наискосок — позолоченные полоски с вставками из того же тёмного металла. Создавалось впечатление, что я некий именитый граф, чес слово. — Ну что, так и пойдёте? — Из-за спины спросил портной. — Плащ сниму, и пойду. — отвечаю, поворачиваясь. — Куда можно будет его положить? — Вашу одежду доставят вам в номер, не беспокойтесь об этом. Вы готовы пройти в зал?