Somebody else

На пороге стоял Пьеро, и, судя по голосу, он был очень взбешен, хотя сдерживался, как мог. -Привет, Франческа, а где Агата? -Привет, Пьеро, -моя подруга была сама любезность, несмотря на всю эту абсурдную ситуацию, которая разворачивалась в ее квартире. -Агата у меня. Проходи, расскажешь, как твои съемки прошли. Может, кофе? -Спасибо, но как-нибудь в следующий раз, мы очень торопимся. Позови Агату, пожалуйста. Видимо, красное полусладкое вскипятило мне кровь и разбудило воинственные начала в моем характере, поэтому я, гордо вскинув голову, прошла из кухни в коридор и мило улыбнулась мужчине, сложив руки на груди. -Привет, Пьеро. Как видишь, я живая и невредимая. А ты почему здесь? У тебя же съемки закончатся только завтра. Глаза сицилийца засверкали при моем появлении, и тут уж я не поняла, по какой причине: либо он дико соскучился, либо дико разозлен. -Красотка, собирайся, нас такси ждет. Все вопросы и ответы на них – по дороге. Я хотела максимально спокойно собрать свои вещи и все обсудить после того, как мы останемся с Пьеро наедине, но меня переполнял коктейль эмоций, поэтому я резко схватила сумку, наспех попрощалась с Франческой, пообещав ей позвонить, как доберемся домой (на этой фразе Пьеро недовольно фыркнул), и мы вышли в подъезд. Дверь за нами захлопнулась. -И ты даже не обнимешь меня? -спросил я Пьеро, а мужчина резко схватил меня за руку и повел к выходу по лестнице. Наверно, я могу попрощаться со своей ладонью – ее просто расплющило. -Какого черта я должен после аэропорта бегать по всему городу в поисках тебя? -прорычал Пьеро, таща меня за собой вниз. Я еле успевала перебирать ногами, чтобы не упасть с лестницы, что было довольно проблематично после пары бокалов вина. -Тебя нет дома, на телефонные звонки не отвечаешь. Зачем тебя приспичило поставить его на беззвучный режим? Чего ты хотела этим добиться? -Отпусти, -практически сквозь слезы промямлила я. -Мне больно! Пьеро резко разжал ладонь, и я принялась тереть свои пальцы, которые невыносимо ныли. Мужчина развернулся, взял меня за плечи и уперся суровым взглядом мне прямо в глаза: -А мне не больно было? Я приехал к тебе домой прямиком из аэропорта, мне никто не открывает. Звоню, пишу – ответа нет. Поехал к себе, ну мало ли, вдруг ты чудесным образом оказалась там – а тебя и там нет! И даже некому позвонить и узнать, где ты и все ли с тобой в порядке! -Да что со мной может произойти, если я с кем попало не хожу, по злачным местам не шляюсь, а ночью сижу дома?! -почти прокричала я. -Почему ты отчитываешь меня как школьницу? -Да потому что ведешь себя соответственно! -процедил сквозь зубы Пьеро, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не накричать на меня. -Быстро в машину! Вместо такси у подъезда стоял черный «Мерседес» певца, дверь пассажирского сидения которого одним рывком была открыта, но я специально обошла машину сзади и села назад за водителем, забившись в уголок. Пьеро со всей злости хлопнул дверцей и, поджав губы, сел на свое место, и через пару секунд машина влетела в поток автомобилей на широком проспекте. Я взяла в руки телефон и увидела миллион сообщений от Франчески: успокоить ее было трудной задачей, но у меня это получилось. Я даже пообещала ей разобраться с Пьеро и остаться живой и невредимой. Через двадцать минут мы были у Боско Вертикале, половина окон которого горели уютным теплым светом, несмотря на такое позднее время - два часа ночи. -Пьеро, я хочу домой, -не глядя на мужчину, произнесла я. -Сегодня ты ночуешь у меня, -стальным голосом произнес брюнет, выходя из машины. Затем он подошел к багажнику, достал оттуда огромный желтый чемодан, сопровождавший его во всех поездках, а также охапку нежно-розовых пионов, которая, видимо, и была сюрпризом для меня. Я прикрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Происходящее казалось мне каким-то абсурдным сном, который хотелось поскорее прекратить, но я не могла: к сожалению, это была реальность. -Ты остаешься в машине? -ледяным тоном произнес Пьеро, открыв дверцу автомобиля с моей стороны. Я непроизвольно вжалась в спинку сидения. -Да, мне здесь будет безопаснее, чем с тобой в твоей квартире. Я боюсь тебя! На этой фразе мужчина вздрогнул так, будто я дала ему пощечину, а потом опустился на корточки и прикрыл лицо руками. Я не поняла, что вообще произошло, поэтому тихонько вылезла из машины и присела напротив Пьеро, положив ему руку на плечо. -Агата, господи… -сицилиец поднял лицо, и я увидела, как сверкают его глаза, полные слез. –Пять лет назад мою очень хорошую подругу изнасиловали и убили какие-то отморозки, а все потому, что она одна решила вечером прогуляться до дома по городу. Ее в каком-то переулке запихнули в машину и увезли в неизвестном направлении. Мы в тот день как раз встретились большой компанией в кафе, и после встречи она пообещала отписаться, что благополучно дошла. Мы оборвали все телефоны, приехали к ней домой, но никого не обнаружили. Подняли шумиху, а через неделю ее нашли мертвой. Я сглотнула: теперь понятно, почему Пьеро так взбесило и взволновало мое отсутствие. Мужчина встал и потянул меня за собой, а затем, крепко прижав меня к себе, зарылся носом в мою макушку. Я же стояла, как натянутая струна, и даже не сделала попытку обнять мужчину в ответ. -Я виню себя в том, что не настоял на ее сопровождении. И я не переживу, если с тобой что-то случится, я не могу этого допустить. -Пьеро, я понимаю тебя, но ты был слишком резок. Мне действительно страшно находиться рядом с тобой! –прошептала я, давя в себе слезы и пытаясь не разреветься. –Ты в начале отношений позволяешь себе грубости и делаешь мне больно физически – а что будет потом? Ты прекратишь выпускать меня из дома в принципе и размажешь по стене, если я тебя ослушаюсь? -Красавица, прости меня, -Пьеро чуть-чуть отодвинулся, чтобы взглянуть мне в глаза. –Я не должен был себя так вести с тобой, но я просто обезумел от страха, когда не смог до тебя дозвониться, понимаешь? Все самые страшные картины пронеслись за мгновение… Я клянусь тебе, что никогда не бил женщин, и не собираюсь это делать. Прости меня, Агата, за этот вечер. Сильно болит?- мужчина взял мою ладонь и поднес к губам, осыпая ее легкими поцелуями, а я разревелась. Обида, боль, негодование и тоска – все вылилось соленым потоком, который было не остановить. Я уткнулась в сильную грудь Пьеро и крепко обвила певца руками, не беспокоясь о собственном макияже и тонком темном свитере мужчины, а он гладил меня по вздрагивающей спине и нежно перебирал волосы, пытаясь меня успокоить: -Тш-ш-ш, маленькая, не плачь. Я возьму себя в руки и не буду так груб с тобой. Прости меня за то, что причинил тебе боль. Когда больно тебе, мне больнее в тысячу раз, и я корю себя за сегодняшний вечер. Я люблю тебя, как никого и никогда не любил. Разве я стану рушить счастье, которое ты мне даришь каждый день? Через полчаса мы с Пьеро лежали в кровати и смотрели друг другу в глаза. Мужчина взял мою ладонь, нежно поцеловал ее и прижал к своей груди: -Агата, переезжай ко мне. Я очень хочу видеть тебя здесь каждое утро и каждый вечер, мне так будет спокойней... и радостней. Я, проваливаясь в сон, кивнула головой, чтобы избежать лишних расспросов. Завтра поговорим об этом, сегодня был очень сложный день.