Сон в Хогвартскую ночь

Когда на следующий день после рождества Снейп поднялся на завтрак и не увидел Гермионы понял: последняя надежда поговорить рухнула ( он так и не придумал, что мог бы ей сказать, но само отсутствие возможности ...) Жизнь Снейпа не баловала ... И он предположил худшее: девочке стало противно, что первым ее мужчиной стал озабоченный извращенец. Он корил себя за то, что потерял бдительность в лаборатории, а затем поддался соблазну и воспользовался телом юной Гриффиндорки. Оставшиеся дни до прибытия учеников Снейп все больше накручивал себя и становился все более хмурым и раздражительным. Вечером 8 января студенты вернулись в стены родной школы, а утром истосковавшаяся Грейнджер решила поздравить своего любимого ... Преподавателя с днём рождения и встав по раньше проскользнула из башни Гриффиндора в подземелья. На ее стук дверь открыл помятый, явно с перепоя мужчина. В голове его набатом звучали колокола, мешая сосредоточиться на происходящем вокруг... Заметив перед собой причину своего раздавленного состояния он прошипел: - какого черта вы тут забыли ? Грейнджер? Сейчас же вон отсюда, пока я не снял с вас пару десятков баллов! Вон отсюда невыносимое вы существо! Столь явное раздражение заставило Гриффиндорку проглотить все слова, что вертелись у нее в голове, и покинуть обитель слизеринского декана со скоростью звука. Разрыдалась она уже подбегая к астрономической башне. Глотая горькие слезы, она стояла у основания лестницы, не в силах сделать и шагу вперёд. Когда поток горького разочарования иссяк, она привела себя в порядок и отправилась за сумкой и на завтрак в большом зале. Встречаться глазами со Снейпом она боялась, поэтому быстро проглотив овсянку и тыквенный сок отправилась на первое занятие. Как назло зельеварение. Поведение Грейнджер вписывалось в его теорию: она была тиха, немногословна, избегала встречаться с ним взглядом... Ему было непонятно зачем она прибегала к нему утром 9го числа, он решил оставить это вопрос без ответа. Боялся что если останется наедине с Грейнджер, то непременно сделает очередную глупость, он становился одержим ею. Чем больше он запрещал себе думать о ней, тем чаще вспоминал её. В одну такую ночь, спустя пару дней после ее приезда, Снейп лежал под одеялом и маялся от бессонницы с лёгким свечением рядом возникла она, его Гермиона. От неожиданности он вскочил и схватил ее - Грейнджер! Какого!... Девушка начала приоткрывать глаза и исчезла.... Снейп в полном ох..и смотрел в пустоту, что держал сейчас вместо нее ... Что за х... Через некоторое время она вновь возникла в его кровати, решив понаблюдать: что же будет дальше, он уселся рядом... Испытание на прочность: желанная до одури девушка рядом с ним , коснуться которой он не мог. На рассвете лучик из наколдованного окна пробежался по ее подбородку и потерялся в пушистых ресницах, девушка зажмурилась, повернулась на другой бок и исчезла. Из чего Снейп сделал вывод: как только она засыпает какая то сила переносит ее к нему, а как только просыпается, то оказывается там где должна быть и проверил свою догадку буквально уже следующей ночью. Так Гермиона каждую ночь оказывалась в объятиях зельевара, который все ещё пытался держаться от неё на расстоянии вытянутой руки, безуспешно нужно признать. Каждое утро он просыпался от одного назойливого каштанового локона, щекочущего его чуткий нос. После той утренней вспышки он попытался сгладить острые углы: обижать ту, что каждую ночь так доверительно прижималась к нему, он совсем не хотел. - мисс Грейнджер, сегодня вечером я жду вас в лаборатории. Если наша договоренность все ещё интересна вам. Девушка смущённо опустив голову - кивнула. - тогда в 8... Ну что ж, Снейп был мастером усложнять свою жизнь. Гермиона Грейнджер: рацион на каждый день, завтрак, обед, ужин и лёгкий перекус между ними. Он встречался с ней на продвинутых занятиях по зельям, затем проводил пару тройку часов вечером в лаборатории, ( это давалось ему особенно тяжело, так как девушка не одевала форменной мантии, предпочитая свои любимые джинсы и теплый свитер, который правда потом оказывался на стуле рядом, а девушка оставалась в легкомысленной трикотажной футболке с глубоким декольте. Ей Мерлин видеть ее обнаженной было проще, чем бороться с соблазном заглянуть в вырез) пересекался в большом зале и в коридорах и как вишенка на тортике она сопела рядом всю ночь, такая тёплая, сонная и соблазнительная. Подобная передозировка сводила его с ума.