Клуб разбитых сердец.

Вот уже около часа я рассматривал своё отражение в пыльном зеркале. Вместо классной вечерней прогулки на скейте я крутился вокруг, пытаясь разглядеть себя со всех сторон. Что не так с моим стилем, а главное, что не так со мной? Слова Лёши эхом проносились в подсознании. Меня не особо волновало его мнение, но до поступления я уже раз десять хотел поменять всё координально. И теперь я твёрдо решил изменить себя. Осталось найти человека, который хоть что-то понимает во всех этих разноцветных тряпках. Телефон сверкнул дисплеем: пришло уведомление. Ну, нихрена себе! Спустя два дня «учёбы» в универе, меня добавили в общий чат. Радость от такого достижения длилась недолго, ровно до тех пор, пока в чат не скинули темы для докладов с подписью «обязательно, к завтрашнему дню». И всё-таки удача — это явно не моё. До утра я просидел за ноутбуком, переодически протирая глаза, закрывающиеся от недостатка сна, прочитал дохрена очень нужных, но безумно скучных статей, перерыв все сайты по несколько раз, потратил около пятнадцати минут на то, чтобы попасть наконец по маленькому крестику в углу назойливой рекламы, которая обещала мне миллион долларов и машину в обмен на номер банковской карты, выпил чашки три кофе и успел разбить одну из них, добавив к ночным приключениям ещё и мытьё полов. И вот та самая победная точка в конце доклада. За окнами рассвет, на часах восемь утра… Самое время пойти выпить ещё одну чашечку кофе, а потом… Стоп. Я же опаздываю! Конечно, Мильковский, зачем приходить вовремя? Скоро меня выгонят нахрен из универа или подарят книгу о пунктуальности. Второй вариант мне определённо нравился больше. Сегодня одногруппники вдруг резко заметили моё существование и подходили познакомиться, собрав очередь на весь коридор, а на парах я ловил на себе восхищённые взгляды девчонок. Социофоб внутри меня тихо рыдал, свернувшись калачиком, но я спокойно пожимал протянутые руки, кивал и улыбался. С чего вдруг так много внимания к моей скромной персоне? — А ты правда общался с… Ним? — шепнул какой-то парень в очках, сжавшись под прожигающими взглядами толпы. — С кем? — Ну… С тем самым… С Лёшей, — с трудом и заиканиями выдавил он, испуганно отходя к противоположной стене. Нихрена! А кто ж это разболтал? Это я теперь новая звезда, получается? — Нет, — я протолкнулся сквозь толпу и пошёл к выходу, слыша за спиной вздохи разочарования. Лучше уж я буду с наслаждением проводить время в одиночестве, чем отбиваться от кучи людей. Внимание толпы — это, конечно, хорошо, но пусть оно будет у ярких людей, которые тоскуют без популярности, а я, пожалуй, останусь серой мышкой. Так привычнее, наверное. Я вышел из здания и вдохнул осенний воздух, в котором было что-то магически завораживающее, как и во всей поре года. — Не надо! Помогите! — услышал я слева за углом крики. Инстинкт самосохранения явно был против, но я всё-таки решил аккуратно посмотреть, не планируя особо ввязываться в чужие дела. За углом стояли парни, зажав в кольцо и прижав к стене девушку, которая и кричала о помощи. Сейчас разумнее всего было бы привлечь внимание людей, но я боялся опоздать и винить себя всю жизнь. Вариант с трусливым побегом отпал сам собой. — Эй! — крикнул я, и все пятеро разом обернулись. — Чего тебе? — парни чуть расступились, и я заметил испуганное лицо девушки, которая уже, наверное, потеряла всякую надежду на спасение. — Отстаньте от неё! — слишком самоуверенно, Женя. — А то что? — Я буду драться! — в доказательство я сжал кулаки и только теперь осознал, насколько это была плохая идея. — Ты? Рыцарь недоделанный. Пацаны, давай к нему! Я не успел опомниться, как уже вокруг меня появилось кольцо, которое сжималось всё сильнее. — Сильно смелый? Сейчас исправим! Я упал, а, может, меня повалили, и почему-то казалось, что я буду вечно падать, вот так лететь вниз, не находя дна. Дальше помню удары руками, а, может, ногами, и жуткую боль по всему телу. Казалось, что вот он, последний удар — и глаза закроются навечно.