Неосторожность

      Не сказать, кто больше был в шоке. Ванцзи замер, не в силах пошевелиться. В голове родилась целая куча вопросов, сменяющих друг друга. — Лань Чжань? Ты ведь рад? — не в силах расшифровать лицо супруга, Усянь засомневался. Он сам был рад, бесспорно, в глубине души мечтал о ребенке и, как ему казалось, не он один предавался таким фантазиям, — Лань Чжань?       Ванцзи так и не ответил, но, развернувшись, вышел из павильона целителя, лицо его также оставалось нечитаемым, что не укрылось от ожидавшего брата Сиченя. — Ванцзи? В чем дело? — тот не отвечал, медленно проходя мимо старшего брата. Главе Ордена оставалось лишь проводить родственника недоуменным взглядом, преследовать его не стал. Лань Сичень решил лично разобраться в происходящем, тем более, что Вэй Усянь вслед за супругом не вышел. — Господин лекарь, господин Вей? Произошло что-то серьезное? Требуется моя помощь? — Цзэу-цзюнь… я сообщил Лань Чжаню, что у нас будет ребенок, а он… Он ничего не ответил и ушёл.       Лекарь кивнул, подтверждая слова Усяня. Причин не верить этому опытному человеку не было. Лань Хуань поспешил успокоить супруга брата, раз уж тот ушел — об этом он с ним еще переговорит лично. Вэй Ин сейчас нуждался в поддержке, такой поступок Лань Ванцзи он мог расценить по-своему. — Господин Вэй, прошу, сохраняйте спокойствие, я уверен, что всё разрешится. — Он не рад? — Я уверен, что Ванцзи рад, просто сейчас он несколько шокирован. Дайте ему немного времени прийти в себя и, вот увидите, он покажет всю свою радость. — Вы так думаете? — Вэй Усянь поднял глаза, уже слегка улыбаясь. Такая открытая поддержка от брата супруга вселяла надежду. — Я абсолютно в этом уверен и от себя могу лично поздравить с ожидающимся прибавлением. — Благодарю за поздравления. Правда, я всё еще не знаю, как так вышло — но я выясню, обязательно. — Мужская физиология не предполагает вынашивание детей, — вмешался лекарь, — так что, полагаю, это влияние магии. И, если я верно могу судить о энергетике, магия светлая. Причин для беспокойства нет. Если желаете, — мужчина показал рукой на Усяня, — можете убедиться лично.       Лань Сичень кивнул, сосредоточив собственную энергию и направив ту в сторону Вэй Ина. Светлый сгусток в животе лишь подтверждал слова лекаря — что же, тем проще будет всё объяснять дяде. В его благосклонности Глава Ордена сомневался, сильно сомневался. — Да, энергия светлая и весьма мощная, но её источник найти всё же следует, — Сичень улыбнулся, — я найду Ванцзи, чтобы с ним поговорить. — Я вернусь в цзинши, — Вэй Усянь поднялся, — мне лучше, причину мы выяснили, нет смысла оставаться здесь.       Цзэу-цзюнь улыбнулся, предложив проводить бывшего Старейшину, но тот отказался, сославшись на желание побыть в одиночестве. Сам же Лань Хуань поспешил исполнить то, о чем говорил. Да, его слова поддержки имели вес, но не стоили ничего в сравнении с поддержкой Ванцзи. Он спрашивал мимо проходящих адептов о том, где сейчас находится его брат, но ответ получил не от них.       Голос Лань Циженя, переходящий в крик, подсказал ему, где же сейчас Ванцзи. Первый Нефрит поспешил на голос, чтобы успокоить разгорающуюся бурю. — Ты соображаешь, что сейчас говоришь?! Это против природы! От этой ошибки необходимо немедленно избавиться, в самый короткий срок! — Нет. Это наш с Вэй Ином ребенок, и он появится на свет, желаешь ты того или нет. — Дядя, Ванцзи, — Сичень встал между родственниками, опасаясь открытого столкновения между ними, — прошу вас обоих успокоиться. — Ты уже знаешь об этом позоре, Сичень? — Да, я в курсе. Дядя, попрошу также воздержаться от таких выражений. Да, беременность Вэй Усяня случай особенный, но я лично могу подтвердить, что энергия светлая и угрозы нет. — Ты представляешь, что сейчас говоришь? — Да, дядя, — голос Сиченя стал строже. Мягкий тон сейчас не сработал бы с дядей, лишь распалял бы, — я прекрасно осознаю всё, о чем говорю. Ребенок под сердцем Вэй Усяня это не ошибка, а настоящее чудо. Так что прошу тебя принять всё это.       Учитель Лань не ответил, проигнорировав обоих племянников, и направился к ученикам, уже ожидавшим его. — Ванцзи, дай дяде время, он остынет. Но я хочу поговорить с тобой о господине Вэе, пройдемся. — Мгм, — Ванцзи кивнул, он уже успел вернуть себе самообладание и проследовал за братом, удаляющимся от адептов в более уединенное место. — А-Чжань, я понимаю, что ты был шокирован ситуацией, но не следовало просто молча уходить. — Я хотел сразу сообщить дяде, посоветоваться. — Я понимаю, но ты мог бы для начала поговорить с господином Вэем. Он беспокоится, что ты не принял ребёнка и не обрадовался ему.       Второй нефрит остановился, переведя ошарашенный взгляд на брата. Он и подумать не мог, что его уход воспримут так. — Брат… мне срочно надо с ним поговорить, — Ванцзи собрался изменить направление и пойти к супругу, но был остановлен рукой брата, положенной на плечо. — Не торопись так сильно, Ванцзи. Я не задержу тебя надолго, просто скажу кое-что. Будь более открытым с господином Вэем, он подвержен сейчас волнениям, не беспокой его лишний раз понапрасну. И порадуй сейчас чем-нибудь, уверен, он обязательно оценит. — Спасибо за помощь, брат. Я постараюсь.       Второй Нефрит поспешил до Цайи. Он был уверен, что там найдет необходимое — знать бы только еще, что именно он ищет.

***

      Наступал вечер, а его благородный муж всё никак не приходил — Вэй Усянь начинал беспокоиться. Он верил Цзэу-цзюню, но с каждым проходящим часом волнение нарастало. К нему уже заходили и Цзиньи, и Сычжуй, последний принес немного свежих фруктов, дабы порадовать омраченного наставника. О своем положении молодежи он не рассказывал, но даже само их присутствие немного подняло настроение.       Уже подходило время отхода ко сну, а Лань Ванцзи всё не появлялся. И бывший Старейшина пообещал себе, что, если супруг не вернется к отбою, он даже ждать его больше не станет и ляжет спать один, в смертельной обиде. И свою внутреннюю угрозу Усянь обещал использовать, но дверь неожиданно открылась, пропустив в помещение долгожданного Ханьгуан-цзюня. Вэй Ин скрестил руки на груди, отвернувшись от взгляда супруга, демонстрируя тому всю свою обиду. — Вэй Ин…       Лань Ванцзи тяжело давались слова, ему проще было всё выразить действиями — он порывисто обнял мужа, прижимая его к себе, несмотря на всё сопротивление. — Прости, Вэй Ин, что ушел. Я счастлив, на самом деле безумно счастлив узнать, что у нас будет малыш. — Лань Чжань… — Вей Усянь не считал себя очень сентиментальным человеком, но такие простые слова и объятия растрогали, поэтому он беззастенчиво заливал слезами счастья ханьфу мужа. — Вэй Ин? Ты плачешь? Что произошло? — Нет-нет, Лань Чжань, это от счастья, всё хорошо, я тоже очень люблю своего Лань-гэгэ. И Всё у нас будет хорошо.