Осень уже в пятнадцатый раз

Катя уже почти уснула, но я смогла её растолкать, чтобы мы поехали домой. Я даже удивлена, что во мне пороха было больше, чем в ней. Наверное, она просто меньше переживала, а я тряслась, что откуда ни возьмись появится отец. Путь до Кати был смутным, тревожным и очень сонным. Как только ввалились в Катину квартиру (надеюсь, её бабушка нас не слышала), рухнули спать.

***

— Вы ещё спите, цыплятки? — разбудил голос Марьи Алексеевны. Я едва разлепила глаза. — Шумели тут чего-то в шесть утра, небось в свой компьютер игрались всю ночь. — Она зашла в комнату, побухтела и ушла, прикрыв дверь. Катя всё ещё спала, так что я тоже не подавала признаков жизни. Я хотела убедить себя, что чётко и отчётливо помню, что вчера было и кто там был. Потом я просто пыталась вспомнить… Было немного проблематично. Главное, как ни странно, я запомнила, что мальчик-брюнет советовал купить циркуляр вместо кольца в пирсинг носа. Мда, что ещё я могла запомнить? То, что спасёт меня от гнева родителей, ахах! Надо бы, кстати, этим и заняться сегодня. Часов под рукой не было, а телефон — на тумбочке. До него тянуться — вдруг разбужу Катю, а будить её я не хотела. Да и чувство, будто мы только легли. Хорошо, что уснула обратно. Когда проснулась, встретилась с взглядом Кати. На этот раз было легче. И даже будто выспалась. — Идём за циркуляром? — Боже, Аля, дай проспаться, — она скривилась и отвернулась, перетягивая одеяло на себя. — Откуда столько энтузиазма с утра пораньше? Если подумать, то голова болела. Но, видимо, объятия с белым братом очень облегчили мою участь. Да и я вроде навернула угля перед парадом. Так что было немного плохо, да. Но вроде не критично. — Ну, а когда нормально будет, поедем? — Бля, Аля, — и она что-то ещё пробурчала невнятное. Блин, теперь я чувствую себя очень неловко. Катя иногда упоминала про эти ваши похмелья, да и мне самой было так себе, это я просто уже выспалась. А я тут лезу со своими проблемами. Как бы и самой можно было продумать этот момент, я ж вроде искала картинки. Хотя больше смотрела на то, как выглядит, и просто шарики в циркуляре или конусы мне не очень нравились — будто слишком просто… Зато практично, блин! Как оказалось. Стыдно как-то перед ней и хочется что-то сделать… А в итоге я просто снова уснула. Проснулась я уже в кровати одна. Лежала, пытаясь осознать, какой сейчас год. Хотелось пить. И ещё спать. Но спать уже не хотелось. Какой кошмар! — Проснулась? — через какое-то время спросила Катя, сидящая за компом. — Наверное… — промямлила я, опираясь на руки. — Ты в порядке? Она засмеялась: — Это я у тебя хотела бы спросить! Как голова? Может, таблеточку? — Водыыыы… — я изобразила умирающего, упав и протягивая руку. Моё желание выполнили. Съела одну печенюшку, да выпила литры чая. — Ты всё ещё хочешь за циркуляром? — усмехнулась подруга. — Уже так впадлу, но по-другому мне не попасть домой. — И то верно, — вздохнула Катя. Мы собрались и поехали обратно в салон к Катиному дяде. Путь был мучительным и нудным. Быстро стемнело и стал накрапывать дождь. Мы почти не разговаривали. Я купила новое украшение и мне его сразу же поменяли. Тут же его и спрятали. Больновато, однако. Снова инструктаж о том, как ухаживать. И свободны. Мы решили, что приключений хватит, да и думаю, Катя решила это ещё с утра, это я её заставила мотаться со мной. В общем, мы разошлись по домам. Я поблагодарила её. За всё. Дома ждали увлечённые диалоги о том, как прошёл день, что мы делали и так далее и тому подобное, но мне так не хотелось вообще ничего, что в итоге я спряталась в ванной, густо сдобрив ее пеной. Просидела там как можно дольше, потом уединялась с кремами и масками, которые, даже не уверена, что помогали мне. А после быстрого ужина сбежала спать. Уф! Вроде никто ничо! Хотя я — и вдруг пойти спать в десять вечера — это вообще нонсенс!

***

Вот и понедельник. Я проснулась раньше нужного, и больше мне спать не хотелось. Не торопясь собралась в школу. Хорошо, что у нас нет строгой формы, так что джинсы, футболка с черепом, толстовка — мои друзья. В этом году родители разрешили носить сумку через плечо вместо рюкзака, так что я, наконец, не буду выглядеть как младшеклассница. Тетради в чёрно-розовых оттенках, с черепами в цветах, с музыкальными группами — вот оно, счастье. Я вышла из дома. На улице было по-утреннему прохладно и свежо. Я наслаждалась этой прогулкой — всё-таки не так уж и часто я выдвигаюсь не за 5 минут до звонка! Я жила на окраине города, тут не было ничего особенного, ничего масштабного. Обычные пятиэтажки, немного грустные, серые. Футбольные поля, которые мы называем коробками, — некоторые заливают на зиму, чтобы кататься на коньках. И очень много зелени, каких-то кустов, берёз, сирени, клёнов… Я любила свой город и свой район. Я чувствовала себя там, где мне и нужно быть. По пути начали попадаться другие школьники — кто-то всё ещё за руку с мамой, пытаясь догнать её скорый шаг, кто-то медленно и неторопливо в больших наушниках, кто-то вообще компанией. Я уже подошла к школе, но до звонка всё ещё было время. И тут я заметила знакомую макушку где-то впереди. Или мне показалось, что знакомую. Я стала выискивать кого-нибудь у ворот школы, и увидела… — Гриша? — я осознала, что это он, буквально за секунду, как мы поравнялись. Он вытащил из уха наушник с гримасой недоумения. Увидел меня, какое-то время думал. — А, ты была… — он был каким-то растерянным что ли. — Ага. Аля. У Стаса в субботу была, — я улыбнулась ему. Не знаю, на самом деле, почему. Наверное, я сама не ожидала, что окликну его, просто утро такое. — Да-да, помню… — он потёр виски. — Как дела? — Да вот, как-то слишком рано проснулась, — хихикнула я. — А у тебя? Ты идёшь из школы? — Да, я… — он замялся. — Иду из школы. Братика отводил, — добавил Гриша в ответ на мой вопросительный взгляд. — Поня-ятно, — протянула я. — Ладно, я пойду. Учись хорошо, — усмехнулся он и отсалютовал. — Обязательно! — ответила я ему вслед. Учись хорошо?! Идёт из школы?! Он меня помнит?! У него есть братик?! Как-то я зависла. Я встряхнулась чтобы отвиснуть и продолжила свой путь. Но теперь меня волновала куча вопросов. Если Гриша не пошёл в школу — значит, он и не учится в школе? Он её уже закончил? А чем он тогда занимается? Ну, предположим, что в универе не к первой паре. Или он просто так не идёт в школу, потому что не хочет? Ты его вообще видела? Он прям похож на бунтаря! Неужели он такой прям плохой парень? А, впрочем, какое мне дело? Правильно, никакого. Хотя так мило, что он брата назвал именно братиком. Ещё так произнёс ласково. Прям представляю, как они любят друг друга и веселятся. Играют с радиоуправляемым вертолётом, случайно снося всё в доме. Боже, какие они милые! Только в моём воображении, но кому какая разница? Мне — никакой! Первый урок начался. Всего лишь какая-то история — скукотища. Спасительная третья парта у окна, где не видно, что я делаю. Надо нарисовать этих братиков, пока они ещё уловимы. Идей полно, а вот навыков не особо, так что я просто нарисовала их сидящими вместе. Правда, абсолютно не знала, как выглядит младший — но будто младшеклассники особо отличаются друг от друга, особенно мальчики.