Общая работа объединяет

На часах был почти час дня. Арсений лениво потянулся в кровати и, прислушавшись к шуму, который доносился из окна, сделал вывод, что катастрофа миновала. Быстро умывшись, переодевшись и позавтракав, он вышел на улицу, где вдалеке заметил уставшее тельце Павлика. Похоже, друг его тоже заметил и, резко развернувшись в сторону приятеля, громко крикнул: — Вы два урода! Предатели! Как посмели вы, ответственные за весь лагерь, перебросить всех этих раздражающих детей на мои хрупкие, не привыкшие к труду, плечи?! — гневно выкрикивал Паша, угрожающие надвигаясь на Арсения. Пока между ними было достаточное расстояние, а Паша не вошел в кураж, Попов широко улыбнулся, развернулся и побежал от Воли со всех ног. Павлик еще долго выкрикивал ему в спину не самые лестные высказывания. Что-то меняется, а что-то вечно, - с улыбкой думал Арсений, медленно следуя по территории лагеря. Проходя мимо одной из открытых дверей, Арс остановился и невольно стал прислушиваться к доносившимся оттуда разговорам. — Интересно получается, наш "ответственный" староста вообще собирается приходить? — до его слуха донёсся издевательский мужской голос. — Ну что ты, он там развлекается со своими новыми "друзьями", — вторил ему женский. Арсений быстро сообразил, что проснулся раньше Антона. И, похоже, за вчерашний вечер Шастун так сильно утомился, что продолжает по сей час игнорировать будильник. Это неплохой шанс решить одну из приоритетных проблем, - подумал Попов. Сделав глубокий вдох и морально подготовив себя к трудному разговору, он резким движением распахнул дверь и сделал шаг за порог. Нужный эффект был достигнут: собравшиеся люди мгновенно затихли и с подозрением стали поглядывать на него. — Что здесь делает староста технического класса? Антоши здесь нет, — саркастично произнёс один из парней. Арсений узнал в нем голос того мальчишки, что говорил про отсутствие Антона. Попов театрально состроил грустную моську. — Как жаль, а я надеялся пообщаться с представителем разумной расы, а приходится вести диалог с тобой, — после слов Арсения, парень недовольно сверкнул глазами, но Попов, не давая шанса вставить слова, продолжил, — к своему сожалению, я стал невольным свидетелем данного разговора. И мне бы очень хотелось узнать причину такой нелюбви к вашему старосте. Присутствующие были в немом шоке от слов Арсения, что первые секунд десять никто не мог выдавить из себя ни слова. — Без обид, но тебе не кажется, что это не твое дело? — робко начала низенькая брюнетка. — От чего же? — спокойно спросил голубоглазый, — он мой друг, а по совместительству староста, у нас достаточно много общего. В каком-то смысле мы - коллеги. — В этом и есть вся причина! — вспыхнул тот самый парень. — Вова хочет сказать, что это выглядит немного неправильно со стороны, — попыталась объяснить девушка. — Это выглядит откровенно дерьмово! — фыркнул Вова. — Все это! Сначала вы ссоритесь, как кошка с собакой, настраиваете на эту борьбу оба класса, потом резко дружите, а после так вообще проходит слух о вашем романе! Что за голубой огонек вы тут устроили? Арсений стойко выслушивал весь поток небольшой гневной тирады, не перебивая и незаметно наблюдая за классом, параллельно делая вывод, что парень высказывает мысли всего коллектива, а все окружающие его молча поддерживают. Наконец Вова замолчал. И даже та низенькая девчушка стыдливо смотрела в пол, не смея перечить. — Я надеюсь, ты закончил, — спокойно начал Попов, — а теперь позволь мне сказать пару слов. Ваш гнев и недоумение вполне оправданны. Ситуация действительно выглядит нестандартной. Но мы здесь все взрослые люди и должны понимать, что в жизни бывает так, что человек, с которым ты ссорился долгое время неожиданно становится твоим другом. Да, в свое время мы что-то не поделили, да ссорились, да кричали и, о да, соревновались. Однако, я хочу задать вам вопрос. А вас кто заставлял делать так же? Антон лично подходил к каждому и приказывал не любить нас? Или может он настраивал вас, подговаривая устраивать нам какие-то подлянки? Нет, многоуважаемые гуманитарии, я уверен, что он этого не делал. Каждый из вас имел право выбора, и выбор состоял в том, чтобы остаться в стороне или принять участие в этом всем. И вы сами выбрали второе. Кто-то скажет мне, что таким образом вы поддерживали старосту, но только вот что вы сейчас делаете со своим любимым лидером? Презираете его и делаете изгоем? Во всем вините? Эта борьба была выбором каждого, у кого-то из спортивного интереса, у кого-то сработало стадное чувство, а кому-то вообще было скучно. Замолчав ненадолго и пройдя к столу, Арсений взял бутылку воды и отпил из нее. Он осмотрел весь класс долгим взглядом. Все ждали, что он скажет еще, каждый был заинтересован и тронут его речью. О да, говорить Арсений Попов умел. — Вы даже не представляете себе, как Антон трясется за свой класс. Он столько раз прикрывал ваши задницы. Устраивал вечеринки для поддержания дружеского духа, решал конфликты, помогал с домашкой, отмазывал от учителей, закрывал глаза на пропуски, — Попов взглянул в глаза того самого Вовы. Парень, не выдержав такого давящего взгляда, опустил лицо в пол, — а что вы делаете в итоге? Так вы ему отплатили? Вы, друзья мои, эгоисты и не более. Закончив предложение, он развернулся в сторону двери и уже хотел было выйти, но ненадолго задержался и, не оборачиваясь, бросил: — А что насчет слухов... Вы ведете себя очень глупо, веря в это. Хочется напоследок добавить, что любовные дела вашего старосты - не ваша забота. Если он когда-нибудь полюбит и будет счастливым, вас не должно волновать, кто этот человек, какого он пола или расы. Просто представьте себя на его месте. И он ушел.

***

Ближе к вечеру в дверь Арсения постучались, открыв ее, парень обнаружил на пороге запыхавшегося Шастуна. — Нужно поговорить. Попов без лишних вопросов пропустил его в дом. Пока Антон снимал с себя обувь, он прошел на кухню и достал из холодильника две банки пива. — Держи, — передавая одну из банок ему в руку, сказал Арс. — Спасибо. Парни прошли в гостиную и уселись на небольшой серый диван. — Ко мне сегодня приходили люди из моего класса, — начал Антон, Попов внимательно стал его слушать, — и... Они извинялись. Ненадолго повисла тишина, прерванная лишь довольным хмыканьем Арсения. — А еще один из достоверных источников рассказал мне, что в этом есть твоя заслуга. Арсений довольно кивнул. — Не хочешь мне ничего рассказать? Зачем ты вообще это сделал? — Я шел по улице и услышал разговоры твоих одноклассников, — начал Попов, — и тут мне в голову пришла одна мысль. Почему бы не разобраться с этим дерьмом раз и навсегда. — Очень интересно, но вообще не объясняет причину, — фыркнул Шаст. — Тебя терзало это, — спокойно сказал Арсений и отпил немного пива. — Погоди... То есть все это только из-за того, что меня это "терзало"? — не поверил Шастун, пальцами изображая в воздухе кавычки. — Ну да, — Арсений взглянул в лицо Антона, которое находилось на расстоянии десятка сантиметров, — ты волновался по этому поводу и... — он ненадолго замер, — я подумал, что это будет, не знаю, правильным? — То есть ты прочитал тридцатиминутную лекцию моему классу лишь из-за того, что я переживал по этому поводу? — Антон издал нервный смешок, не в силах отвести взгляда от лица Попова. Его словно гипнотизировали эти голубые глаза. — Антош, тебе плохо? Да, именно из-за этого я так поступил, — невольно лицо Арса едва заметно приблизилось к Антону. — Просто, это немного неожиданно, — Антон тоже поддался вперед, сокращая расстояние, — никто раньше не делал подобного для меня, — продолжая разговаривать, лицо Шастуна приближалось к лицу Арсения, — и я... Должен сказать тебе... — невольно парни прикрыли глаза, пока между их лицами не осталось мизерное расстояние, — спаси... — АНТОН ШАСТУН И АРСЕНИЙ ПОПОВ! — послышался крик с улицы, разбивая напряжённый момент в дребезги. — Я знаю, что вы, два засранца, там! И сейчас я планирую вас убить! — продолжал верещать голос. Парни резко отстранились друг от друга и несколько долгих секунд ошарашено пялились один на другого. Антон резко понял, что только что чуть не произошло, и смутившись отвернулся в противоположную сторону. — Черт, я совсем забыл о Паше, — пытаясь взять себя в руки, Арсений быстро направился к двери, чтобы половину ночи выслушивать все угрозы Павлика, которые у него накопились за день.