Возми аккорд - любовь

Весна — время любви? Если это так, то что такое любовь? Почему описание этого чувства практически всегда является чем-то лёгким, прекрасным и воздушным? Зачем прибивать это обманчивое ощущение, если на самом деле это период мучений и слёз? Родители не рассказывают о безответной любви, — в их историях есть принц и принцесса, им суждено быть вместе, ведь так задумано. А реальность? Где в рассказах говорится о том самом моменте, когда твои чувства втаптывают в грязь и не дают право на существование? Безвозвратно перерезают тонкую струну доверия и взаимопонимания, оставляя рубцы на нежном человеческом сердце. Раны, хоть и затягиваются, но оставляют шрамы на всю жизнь, даря боль снова и снова при лёгком нажатии. Самое страшное, что этим человеком, приносящим столько мучений можем быть мы. Разбивая чужие сердца всегда повышается шанс на похожую участь своего. И как поступать в таких ситуациях?

Врать?

Это дело каждого. Кто-то решает наполнить свою жизнь ложью, постепенно утопая в лицемерии и бултыхаясь в обилии липкого чувства дискомфорта, кто-то оставляет этот рубец, пуская жизнь оппонента на самотёк, «Время лечит.», не так ли? А можно вообще «быть умнее» и отгородиться от людей и их чувств, но, никто не даст гарантии на хороший исход такого метода. Жизнь самая жестокая и ужасная игра, здесь либо ты ранишь, либо ранят тебя. И когда ты уже падаешь в эту пропасть разочарования, не замечаешь, как начинаешь закрывать своё сердце и душу. Уже всё равно. Неконтролируемое состояние, из которого хочешь выйти, а оно как назло, становится основным и самым приятным.

Безразличие…

Надоедает окружающим и спасает владельца от ненужного, как мнение или эмоции. Но даже так, кто-то осмелится подойти и начать общение, втираться в доверие. Эта гнида может даже влюбить в себя, а потом…

***

— Я? Просто задумался… — устало пробурчал США, отворачивая розоватое лицо и продолжая перебирать струны. Эта томная и надоедливая мелодия хоть как-то снимает напряжение, не покидавшее комнату. Пальцы понемногу сводило, но Америку это не беспокоило. Его больше волновало поведение врага. Зная характер колхоза, за все эти прихоти, Штаты поплатился бы, минимум нервами. Такое ощущение, что Россия под антидепрессантами и это заставляет задуматься. Если пораскинуть мозгами, он ничего не знает о правопреемнике Советского Союза. При имени «Российская Федерация» перед глазами американца всплывал образ высокого и худого парня, с вечно усталым лицом, ничем не красящими мешками, искусанными губами, в неизменном сером свитере и черных брюках. Но самое бесящее, хотя нет, блаженное время наступало, когда страна открывала рот и что-то говорила. Этот охрипший и местами сиплый голос давил на перепонки, чуть ли не разрывая их, даря кайф снова и снова. А эти глаза… Звёздный не любил не читаемых личностей. Как там говорят? Глаза зеркало души? Не столь важно… Даже если так, то видимо русское зеркало запотело и потрескалось, но даже через эту пелену читался немой крик. Никто не понимал, то ли это обманчивое впечатление, то ли и вправду человеку плохо. Опять же, не важно… Из этих вязких и приставучих мыслей вывел предмет раздумий. — Короче, молодец и так далее, но тебе пора выметаться из моего дома и желательно поскорее. — Сверхдержава встал с дивана, потянулся и посмотрел в окно. Серые тучи, подобно табачному дыму затянули небо. Из них падали мелкие капельки, но с каждой минутой они наращивали темп. Всё это гармонично смотрелось с далёкими мрачными многоэтажками и местами разбитым асфальтом. В такую погоду желательно завернуться в плед с кружкой горячего чая и включить фильм с лёгкой романтичной линией, без всякой драмы. Но наши герои не входят в число этих везунчиков, так что вернёмся к ним. Россия, не забыв тапки своего брата, поплёлся на кухню. Открыв духовку, он убедился в температуре блюда и закрыл её обратно. Немного постояв и обдумав, уйти провожать гостя или не теряя времени заварить зелёный напиток, чайник включился, а в розовую кружку сестры полетел пакетик какого-то дешевого чая. Рос лениво потопал в прихожую, надеясь застать закрывающуюся дверь, но вместо этого увидел недовольного Америку, пристально смотревшего на высокую фигуру. — Что? — Устало бросил хозяин дома, «весело» наблюдавшиму за всеми его действиями Зебре. — Там дождь. — спокойно ответил американец скрестив руки на груди и немного наклонил голову. Пару секунд они смотрели друг на друга. — И-и? — протянул Раша жестикулируя руками. — Ты же не выгонишь меня? — Скорее утверждал, чем спрашивал Штаты. Пробурчав что-то по типу «Не так уж там и льёт…» Федерация открыл дверь. Америка вздрогнул увидев огромные тёмные тучи, но сдержал накативший приступ паники. Огромные капли прижимали траву, деревья гнулись от сильного ветра, норовя вот-вот сломаться, а маленькие листочки непрерывно колыхались. На дорожке ведущей от калитки до крыльца постепенно скапливались лужи. — Ясно… — дверь хлопнула, а русский повернулся к Америке. Он победно ухмыльнулся, повернулся и уверенно зашагал обратно в гостиную, стараясь не дрожать и не выдавать наполненные слезами глаза. Россия же, услышав негромкий щелчок чайника вернулся на кухню. Залив пакетик с чаем кипятком, Россия невольно засмотрелся на небо. Оно как старый холст грустного художника, выплёскивающего весь негатив акварелью. Серые разводы смешивались даря всё больше и больше однотипных оттенков, схожих с жизнью этого человека у которого есть бумага и краски. Весь смысл его существования вертится на рисовании, без него жизнь стала бы походить на многоразовый пакет. У него нет цели, просто надежда, что он кому-то нужен, но всё когда-нибудь приходит в негодность и отправляется на свалку… Первые, но от этого не менее громкие, раскаты грома прошлись по городу, даря эффект мелкой дрожи, хорошо сочетающейся с разливающимся теплом от чая. Погрузившись в разные мысли, Триколор не услышал тихие прерывистые всхлипы, которые так отчаянно пытаются заглушить. *** Бронтофобия. Для незнающего человека — обычный детский страх. Малыши часто не понимают причину грозы, но сколько бы раз Канада не говорил Америке, что это природное явление, цепкие лапы паники затаскивали его всё глубже, заставляя солёные слёзы скатываться по щекам. Просто страшно. Страшно и стыдно за такую, на вид детскую, фобию. Было много неловких моментов связанных с этим страхом. Часто, если американец гуляет и начинается дождь и, в худшем случае, рядом нет магазинов, ему просто отшибает весь здравый смысл. Он просто старается не привлекать много внимания и «спокойно» просит помощи. Практически всегда на него смотрят как на идиота, но нередко помогают. Прогремел гром. И снова мелкая дрожь покрыла тело парня, скрученное в калачик. Штаты как мог закрывал уши, лишь бы не слышать пронзающие звуки, в голове превращающееся в душераздирающие крики, молящие о помощи. Очки давно спали. Карие глазки бегали по комнате ища спасение, пытаясь зацепиться за что-нибудь, но всё тщетно. Яркая вспышка молнии за окном, а ком в горле не даёт вырваться мольбе о помощи. Дрожащая рука американца вцепилась в бархатную, белую подушку и ныряя лицом, он плакал уже в неё. Кажется, сердце сейчас остановится, просто не выдержав такого ритма. Изредка поднимая взгляд, Звёздный, всё ещё ища спасательный круг, как ребёнок, шмыгал носиком и опять вжимался в подушку. И вот, подняв глаза он встретился с васильковыми омутами. В первые Ам увидел там искреннее удивление и лёгкие ноты страха. Америка ожидал всего — смеха, издёвок, что русский, в конце-концов выгонит его, но точно не этого…

***

Эти глубокие, полные слёз глаза. Всё что в них читается — звериный ужас.

«Всё настолько знакомо…»

Почему-то не хотелось добивать его, наоборот, помочь. Нет, ну, а что? Человек плачет, ему страшно, кого вы в нём видите? Врага? Первым делом, это точно такой-же живой, как и ты, но в данный момент — он жертва. Жертва острых когтей одиночества и страха, что очень крепко хватают его за горло, как волк новую зверушку. Он не выберется сам, — ему нужна поддержка. А кто станет поддержкой одинокому? Сейчас Америка для России — маленький ребёнок (хотя это, по идее, наоборот.) со своими страхами и переживаниями, такими-же комплексами как и у остальных. Когда видишь маленькое дрожащее тельце, буквально отданное на растерзание жизни, понимаешь — ты единственный ближний.

«А когда такое было.?

Русский, не теряя ни минуты, быстро подошёл к шкафу и под удивлённый взгляд карих глазок, достал тёплый плед с большими красными розами. Аккуратно развернув его, он накрыл Мурику и так-же быстро удалился. Не успел американец понять, что сейчас произошло, (тупил он около трёх минут.) Федерация вернулся с большими наушниками и чашкой чего-то тёплого. Подключив наушники к телефону, Россия на быструю руку набрал плейлист более-менее спокойных и весёлых песен, надел их на офигевшего Америку и всучил кружку. Молоко с мёдом и корицей… Теперь вместо ужасного грома Штаты слышал приятную мелодию. Поплотнее укутавшись в одеяло, он отпил напиток. Так по-домашнему… «А я ведь ничего не знаю о нём… — от таких мыслей сердце предательски сжалось. — Почему я всегда думал, что он настолько бесчеловечен… Мы с ним враги, а РФ без раздумий помог мне…» — Опять захотелось плакать, но он отогнал ненужные мысли. — «Вот именно! Я ничего о нём не знаю!» Мельком посмотрев на Россию, глаза Полосатого расширились. Рос, явно уставший, стоял с опущенными веками и нежной ухмылкой, но почувствовав на себе нежелательный взгляд, вмиг вернул свою невозмутимость. Подойдя к дверному проёму, Федерация довольно громко сказал: — Я постелю тебе в гостевой. — и скрылся за стеной дома. Но, либо из-за музыки, либо из-за нагнетающих мыслей, он не услышал этого. Плотнее вжавшись в диван, Мерика отпил тёплого молока и начал вслушиваться в слова песни. «Ну, а что, если к каждому нужен отдельный подход?..» «Подход…» — задумчиво прошептал США разглядывая тёмные тучи, которые уже не казались такими ужасными. Они плотно закрыли луну, служившую самым ярким освещением на мрачных улицах города. Эти сгустки когда-нибудь разойдутся и откроют вид на прекрасное небо. Если это случится раньше, можно будет застать белые точки-звёзды. И ты уже забудешь о плохой стороне, и начнёшь любоваться светлой и ясной.

«Почему песня даёт больше советов, чем мой брат.?»

Светло-изумрудное покрывало застелило пожелтевший матрас. Заправив мягкий плед с тигром в мятный пододеяльник и кинув коричневые подушки, русский начал любоваться проделанной работой. Расправленная постель, круглый ковёр с крупным ворсом, шкаф-купе с рисунками листьев, выполненных акрилом, тумба около кровати с настольной лампой, обмотанной в пластиковою лозу, зеркало выдержанное в том же стиле и окно с тёмно-зелёными шторами. Пошаркав тапками по тёмному покрытию, Россия поспешил в свою комнату, позабыв о недавней разрухе. Проходя мимо гостиной, он зацепился за задумчивую фигуру, медленно попивающую молоко из кружки. Недолго понаблюдав за немигающим Америкой, он продолжил недолгий путь с первого на второй этаж. Пройдя к последней двери, Рос как ни в чём не бывало нажал на ручку. Горы хлама были разбросаны по полу и только кровать оставалась чистой и нетронутой. Сглотнув, Россия перешагивая через остатки мебели, начал собирать санкции от англоязычных стран, всё-ещё не понимая, зачем он помог этому «Пендосу». Они — враги на мировой арене, по идее ненавидят друг-друга, но сейчас американец сидит у него в гостиной и ждёт пока ему приготовят комнату. Ещё немного погадав над странностями своего разума, он направился на кухню, не забыв ручку.

***

Минут через двадцать, Америка вышел из транса и первым делом глянул в чашку. Пусто. Осознав, что это очень вкусно и вообще он хочет ещё, укутанный в плед Штаты снял наушники и потопал к Сверхдержаве. Лениво осмотрев прихожую с кухней и не найдя вышеназванного, паника опять сдавила лёгкие. Чувство дискомфорта облепило Полосатого. Одна его сторона твердила, «Иди осмотри его кабинет, найди компромат или важные документа и выйдешь победителем.», но вторая, которая не выходила на публику и жила где-то глубоко внутри, говорила обратное, что это не правильно и этот человек, тебе вообще-то помог. Поняв, что ломаться он будет долго, решил поставить чашку на стол, и если за это время РФ не придёт, то комната будет тщательно осмотрена. Иногда, Мурике казалось что он очень странный, потому-что разговаривает сам с собой, ведёт какие-то споры внутри и может даже играть во что-то, но всё это отметалось. Зайдя на кухню, Мерика заметил две огромные стопки бумаг. Поняв что это, он расплылся в ехидной усмешке. «Давай! Смешай эти две кучи, чтобы он ещё помучался! — говорил хриплый голос в глубине разума. И США уже потянулся, чтобы снести первую кучу, но, на удивление, этот же голос продолжил. — Ты что, реально дебил?! Не трогай!» — Fuck! Ты сам сказал мне их смешать! — раздражённо закатывая глаза крикнул американец. Тут же он почувствовал на себе взгляд голубых глаз. Поняв, в какой он позе и что сейчас делает, Аме сглотнул тугой ком. Он отошёл на шаг от стола и нервно посмеялся. РФ выглядел очень злым и раздражённым. Брови были сведены к переносице, руки сложены на груди, а в глазах помимо пустоты был гнев. США, сильно смутился, сам не понимая из-за чего. «Хаха! Ну ты и лох…» — крикнул нежелательный сожитель по разуму, давя на нервы. Америка хотел уже крикнуть ему что-то, но вспомнив своё положение предпочёл промолчать. — Я понимаю, вопрос немного не в тему… Но какого хрена? — максимально спокойно спросил хозяин дома подходя ближе. Россия был из тех, кто рубил с гареча, а потом долго рассматривал дело с разных сторон, но сейчас, подавив в себе всё, кроме усталости и раздражения он хотел разобраться. Для Федерации американец всегда был «богатым и расчётливым педиком у власти.» и увидеть его плачущим на собственном диване было чем-то новеньким и странным. А сейчас, когда этот "Пендос" разговаривает сам с собой, а возможно и с кем-то и хочет смешать эту дурацкие бумажки, понимаешь, что люди эгоистичны и бессердечны. Такие и на добро будут отвечать руганью...

***

Дождь отчаянно стучал в окна, ища помощи для двух фигур, что спорят о чём-то. Один из них на грани, кричит, разрывая глотку, а второй, пытается что-то отвечать и защищаться, но может лишь слушать. Вы бы никогда не поверили, что эти двое — пара уже несколько месяцев. В это время у них всё было идеально, но эта первая ссора может стать последней. — Она моя подруга! — кричал первый. — И вообще, перестань ревновать меня к каждому столбу! — вскидывая руки продолжал он. Подойдя поближе, можно убедится, что это мужчина. Высокий, под два метра, в клетчатой рубашке и шапкой на голове. Имя ему Канада. Он только вернулся из офиса и на него сразу налетели с претензиями, что было очень неожиданно, ведь такого никогда не было. — С подругами так за углом не обжимаются! — в ответ кричал парень. Украина. Укр был прижат к стене, где ему пытались «открыть глаза на истину.», но как можно втереть что-то человеку, что сам всё видел. Тем более такому упрямому и твердолобому как украинец. Глаза слезились от разных догадок о времяпровождении любимого. У него никогда не было сомнений о любви к канадцу, но странное поведение второго в последнее время сильно подкашивало доверие. Звонки с неизвестных номеров, отвечая на которые Кан отходил от Украины, сообщения, содержание которых так-же хранилось в тайне. На вопросы были однотипные ответы: «Да так, с работы.» или «Никто, не волнуйся.» и так далее. Это очень злило и огорчало, ведь в каждой второй сопливой мелодраме были эти реплики и чаще всего, это приводит к измене, что заставляло сердце предательски сжиматься. Он долго утверждал себе, что это всего-лишь глупые мысли, что у них просто давно не было близости и нужно больше общаться, но сегодняшняя картина не оставила сомнений, что состоится серьёзный разговор. К сожалению, украинец спокойные, и в то же время серьёзные разговоры строить не умеет, поэтому всё переросло в первый скандал с возлюбленным. — Если тебе не хватает меня, то иди к своей сексуальной «подруге»! — в истерике крикнул Украина, пытаясь сдержаться и не зареветь. — А может мне и в правду не хватает твоей тощей задницы! — в порыве, не задумываясь ответил Канада. Эти слова задели Двухцветного за живое. Перед знакомством с канадцем он пережил вторую стадию анорексии, поэтому формами, пока-что отличатся не мог. У него выпирали ключицы, рёбра и тазовые кости, хоть Укр и старается нормально питаться, но питанием здесь не обойдёшься, руки были довольно тонкими, а живот немного впалым. На эту тему ввели негласное табу, ведь время было не из приятных. Слёзы, которые постепенно скатывались по щекам русоволосого, моментально остудили пыл Кана. Нижняя губа немного подрагивала, как и в принципе всё тело. — Я не это имел в виду! — отчаянно попытался исправить положение шатен, потянувшись к лицу Укропа, что-бы избавить от солоноватой жидкости. Прикрыв гипсом рот, он из-за всех сил оттолкнул собеседника и быстро побежал к двери. Схватив свою лёгкую ветровку, Украина выскочил из дома в домашних штанах и футболке, что так любезно привезла Беларусь. — Украина! — последнее что он услышал, прежде чем скрыться за деревьями в парке.