solar eclipse

В звенящей тишине тюремных коридоров раздались шаги, от чего Лань Чжань резко распахнул глаза и метнулся к противоположной стене. Ночной воздух был таким холодным, что очень быстро смахнул остатки тревожного сна. Напрягшись всем телом, юноша ждал, когда незваный гость войдет в помещение, но этот самый гость оказался еще более неприятен, чем ожидалось изначально. Дверь скрипнула и на пороге показался довольный собой Вэнь Чжао, а рядом с ним вилась не лучшего вида дама. Не сказать, что Лань Ван Цзы был знатоком женщин, но стоявшая подле этого человека девушка не вызывала никаких положительных эмоций или же впечатлений, о чем та, по всей видимости, догадалась по взгляду пленника и мерзким голосом что-то пропищала своему господину, от чего тот сначала нахмурился, а потом сжал спутницу за оголенную талию. — Лань Ван Цзы, а ты… Выглядишь весьма неплохо для пленника. — Усмехнулся Вэнь Чжао и вошел внутрь. — Мой брат так хорошо заботится о своем питомце, это довольно мило, не находишь? Лань Чжань сжал зубы и молчал, ему не хотелось вступать в диалог с этим человеком. Он стоял у дальней стены и безразлично смотрел на вторженцев, словно его это никак не касается, но внутри он был напряжен, как натянутая боевая струна. — Наслышан о твоем подвиге! Мы даже пришли лично поблагодарить ваш клан за спасение моего нерадивого братишки, тебе понравилось? — Вэнь Чжао прошел внутрь камеры и остановился в паре метров от юноши, чтоб с удовольствием наблюдать, как сменяются эмоции на этом лице. — Как же красиво горели Облачные глубины… Загляденье! Я всю дорогу любовался этим весьма приятным пейзажем. Он подошел еще ближе и протянул руку с мечом так, чтоб прикоснуться к подбородку заключенного и поднять его лицо к свету. Лань Чжань продолжал молчать. — Господин, он вас еще не притомил своим молчанием? — Пропищала девушка и, подойдя сзади к Вэнь Чжао, обвила его тонкими руками. — Этот молодой господин очень красив, но его поведение оставляет желать лучшего. Сейчас же ответь господину! — Никакого воспитания, — фыркнул Вэнь Чжао и отошел от Ван Цзы, — в вашем ордене столько глупых правил и учителей, но все они бесполезны, раз его ученики не знают элементарного уважения! — Я не вижу здесь человека, который заслуживает к себе уважения. — Прошипел Лань Чжань и тут же почувствовал резкую боль. Когда взгляд прояснился, то перед собой он рассмотрел того, кто всегда следовал за Вэнь Чжао и носил прозвище «сжигающий ядра». — Следи за языком, мальчишка. — Прорычал мужчина и отошел назад. Получив моральное удовольствие, Вэнь Чжао фыркнул, развернулся и пошел прочь из камеры. — Я научу этих щенков, на кого лаять можно, а на кого нет. Когда шаги стихли, Лань Чжань с облегчением сполз по стене и успокоил дыхание. Он уже очень давно в этой камере и Вэнь Сюй, который его и посадил сюда, вел себя достаточно мирно по отношению к нему, чего не сказать о его брате. Единственное, что хоть немного придавало сил и спокойствия, так это знание, что его семья не была убита.

***

В полутьме большого зала раздался тихий скрип дверей, внутрь неловко вошел слуга и низко поклонился, после чего пробормотал: — Бессмертный господин, с вами просит встречи младший молодой господин. Вэнь Жохань был увлечен разглядыванием работы нескольких мастеров, что трудились над переплавкой артефакта и созданием особого меча, который должен был подчинить темную энергию и стать ключом к управлению этой силой. Когда слуга нарушил его покой, то внезапный порыв любопытства заставил его направить меч на несчастного. Вокруг ног мужчины стало подниматься темное кольцо дыма, обвивая его, словно ласковая женщина. Испуганный слуга не мог сказать и слова, лишь таращился на происходящее и, казалось бы, старался не дышать. Страх сковал его настолько, что взял над телом контроль, впуская в себя скопившуюся в воздухе темную энергию. Когда кожа мужчины стала бледнеть, то любопытство никак не отпускало, а становилось лишь сильнее и требовало увидеть больше. Взмах сверкающим клинком заставил завивающийся туман сомкнуться тугим кольцом на шее несчастного и постепенно сжимать его, пока жертва не перестанет дышать. Садистская улыбка становилась шире с каждым мгновением и интерес поднимался все сильнее, но за всем этим удовольствием Вэнь Жохань даже не заметил, что слуга уже мертв. Удивительным было другое… Слуга был мертв, но он все еще стоял на ногах. Отозвав темную энергию обратно в меч, мужчина спустился к мертвецу и обошел его вокруг. Коснувшись его спины, все тело прошило какими-то необычными ощущениями, этот мертвец впитал в себя энергию и сам стал ее источать. Восторг сдержать было трудно. Ударив мечом в пол, Вэнь Жохань приказал: — На колени. Мертвец, повинуясь приказу, встал на колени и приклонил голову так, как делал при жизни. — Подними руку и ударь себя по лицу. Издав какой-то утробный глухой скулеж, мертвец вновь выполнил приказ не жалея сил. Это вызвало еще более довольную улыбку и Вэнь Жохань с любопытством взглянул на меч в своей руке. Осознание, что в его руках сейчас безграничная власть, ударило в голову. Теперь, когда он может подчинять мертвых, его армия больше не требует постоянного пополнения и обслуживания. Единственное, что сейчас заботило, насколько мертвец сильнее обычного живого бойца. Размышления прервал стук в дверь. Вэнь Чжао вошел в зал и тут же рухнул на колени. — У тебя какое-то ко мне дело, сын мой? — Не оборачиваясь спросил Вэнь Жохань. Взглянув на слугу, что даже не повернулся к нему, Вэнь Чжао презрительно фыркнул. — Этот никчемный отброс не способен даже сообщить о моем прибытии. — Он послужил более высшей цели. Обойдя мужчину по кругу, Вэнь Чжао изумленно присвистнул. Он, конечно, знал, что отец не просто так проводит много времени в одиночестве, но теперь воочию узрел плоды его работы. Заметив в глазах сына поток вопросов, Вэнь Жохань протер меч и закрепил на поясном ремне. Проведя ладонью по спине обращенного слуги, мужчина удовлетворенно хмыкнул. — Артефакт темного мастера Си и правда несет в себе поразительное могущество… С этой безделицей Цишань Вэнь станет непобедимой и, я бы даже сказал, равной небесам. — Темный мастер Си? — Первый, кто умудрился ступить на путь нетрадиционного совершенствования, но и первый, кто будучи на нем пал. Эти легенды шли по миру, но со временем стали сказками, чтобы глупцы не бросились искать эту безделицу. — Но она же существует, — не понимал Вэнь Чжао, — этот паршивец Ин занимался тем заданием. Вэнь Жохань усмехнулся. Младшие снова собачатся… Если сравнивать, то Вэй Ин был на порядок сильнее, умнее и более обучен, но вместе с тем, как он был хорош, он также был крайне упрям и неуправляем. — Отец, что вы собираетесь делать с этим оружием? Хмыкнув, глава ордена бросил взгляд на зловеще блестящий клинок. На пути темного искусства еще не нашлось мастера, которому было под силу на нем устоять, не имелось ни записей, ни заклинаний, но были артефакты и легенды, что подтверждали реалистичность данной затеи. Со слугой произошла случайность, но довольно впечатляющая, поднявшийся интерес было тяжело подавить, ведь хотелось увидеть гораздо больше, чем есть сейчас. Немного помолчав, мужчина провел пальцами по лезвию оружия и тихо ответил: — Я хочу проверить, что можно еще с этим делать. Если мои догадки верны, то с этим клинком Цишань станет непобедимой и поднебесная, так или иначе, но падет на колени. — Я могу быть вам полезен? — Можешь, — ответил Вэнь Жохань и вернул оружие в ножны, — прикажи страже, чтобы этой ночью они согнали десяток пленников во внутреннем тренировочном зале. Кузнецу прикажи отлить две дюжины металлических ошейников на обхват человеческой шеи. Вэнь Чжао непонимающе уставился на отца. Приказ с людьми он еще понял, а ошейники? Насколько он помнил, рабы и слуги не носили отличительных знаков, да и рабы, в целом говоря, не содержались при дворце. Не имеющие боевых способностей пленники были отправлены в большие подворья и работали на полях, как простые крестьяне, для чего понадобилось такое распоряжение — загадка. — Это все? — Все. Поклонившись, младший господин поспешил удалиться. Он тут же подозвал слуг и передал приказ для кузнеца, а сам прошел к главе тюремной стражи и, выбрав жертв, составил с ним список, кого доставить по приказу отца. Закончив с делами, он собрался уже было уходить, но замер в дверях. Лицо его тут же перекосило в самодовольной ухмылке и он обернулся. — Господин Дао Цзы, впишите в список еще одно имя. Мужчина кивнул и взял список выбранных заключенных, — господин, продиктуйте имя. — Лань Ван Цзы.