solar eclipse

— Я требую пересмотра решения! Вэнь Сюй ударил по столу с такой силой, что по середине побежала трещина, а сидящий за ним советник побледнел и едва ли мог пошевелиться от страха. Ему выпало несчастье сообщить генералу, вспыльчивому и резкому, что владыка отправляет его на границу, но сам он видел под этим решением лишь способ избавиться от него на какое-то время. Ярость так переполняла его, что он не находил слов для выражения своего возмущения. Такая ерунда никогда добром не заканчивалась, отец ссылал его только тогда, когда ему не требовались свидетели. От чего-то становилось не по себе, ведь с тех пор, как они вернулись из похода, наступило подозрительное затишье, а сейчас Вэнь Сюй узнает, что его отсылают на край географии для создания видимости защиты границ. Выругавшись про себя, мужчина вышел из здания на улицу. Прохладный ветер тут же приласкал густые черные волосы, что водопадом рассыпались по широкой спине. Серые глаза мерцали в полумраке, он даже не заметил, как наступила ночь и солнце спряталось за высокими пиками гор. Вэнь Сюй еще никогда не испытывал такого явного чувства тревоги, хотя лицом он выглядел совершенно спокойным. Вздохнув, он направился в тюрьму, чтобы передать своему пленнику оружие. Чувство задолженности все еще не покидало его, а раз он будет отсутствовать, то заключенный просто останется без какой-либо защиты с его стороны, но маленький карманный кинжал будет хоть немного успокаивать при случае, если понадобится себя защитить. Идти против отца Вэнь Сюй не хотел. Будь его воля и он был прекратил притеснения со стороны своего клана, завершил бы все войны и развивал свой орден на светлом пути заклинания, но судьба распорядилась так, что властный отец отложил вопрос определения наследника и взялся за ускоренное увеличение территорий, да еще и жадность его совершенно не видела границ. Он просто посылал воинов и давил тех, кого выбрал жертвой, а самое страшное было то, что эти воины были Вэнь Сюя. Будучи главным наследником правящей семьи, он не мог показать себя со слабой стороны, поэтому действовал по указке отца всю свою жизнь и старался не смотреть на то, что хочет его собственное сердце. Он привык быть собакой у ноги правителя, поэтому всеми силами оберегает от такой участи своего неразумного шиди. Если Вэй Усянь окажется на поводке Вэнь Жоханя, то неизвестно, как он это использует. Потенциал мальчика, которого он когда-то нашел в подворотне, сложно оценить по достоинству, ведь он еще слишком юн и не раскрылся до конца. В свои годы этот ребенок в совершенстве владеет мечом и старательно изучает рукописи мастеров. Если он не будет лениться, то это будет непобедимый боец, о чем, к сожалению, Вэнь Жоханю известно. Мотнув головой, Вэнь Сюй вышел из-за угла и подошел к тюрьме, рядом с которой стражники стояли бледные и какие-то потрепанные. Один из них тут же упал на колени и принялся ползать по земле, кланяться и что-то хрипеть. — Встань. — Скомандовал Вэнь Сюй и испуганный мужчина тут же подскочил на ноги. — Простите, генерал, простите! Я не виноват! Они пришли и забрали! Забрали и увели! Они! Видя, что подчиненный совсем потерян, генерал обратился ко второму стражнику. Тот выглядел более спокойным и сумел объяснить, что произошло. — Младший господин Вэнь забрал пленного. На возражения и наши слова о том, что нужно ваше разрешение, на нас напали. — Куда они его повели? Охранник задумчиво потер переносицу. — Я не уверен, но слышал, что его приказали отвести в какой-то зал к остальным. Вздохнув, Вэнь Сюй с усилием подавил вспышку гнева. Охрана бессильна против младшего принца и также подчиняется ему, как члену правящей семьи. Если Вэнь Чжао прикажет что-то простым воинам, то они не смогут ему перечить, чего не скажешь о личных слугах, которые служили исключительно одному господину.

***

Лань Чжань ошалело осматривал большой зал, куда их согнали с другими заключенными. Он не успел даже сообразить, как двери его камеры распахнулись, внутрь зашли стражники, схватили и вытащили на улицу, не забыв накинуть на голову непрозрачную ткань. В зале слышались всхлипы, перешептывания дрожащим голосом, люди жались друг к другу, как замерзшие птицы на ветвях сухого дерева. Господин Дао Цзы бродил вдоль стены со списком и высматривал людей, чтобы все соответствовало спискам. Зал был довольно большой, в углу стояли манекены и деревянные мечи для тренировок, а в другом углу стоял большой ящик с каким-то металлом. Лань Чжань невольно поежился от царившей атмосферы и попытался отделиться от испуганной толпы в сторону, но эта самая толпа все время металась по залу в новом приступе испуга. Когда скрипнули двери зала, то пленники застыли в ужасе и сбились в плотную стайку. Лань Чжань пригляделся и заметил, что на трибуну взошел Вэнь Жохань и с каким-то садистским удовольствием оглядел присутствующих, а в руке своей он гордо сжимал меч, чье ледяное сияние слепило и вселяло страх в сердца присутствующих. Чем внимательнее юноша рассматривал оружие, тем больше обжигал мороз бегущий по коже от осознания, что это новый вид темного артефакта, который они украли из Облачных глубин. — Стража, постройте их, чего они носятся! — Рявкнул Вэнь Чжао и махнул рукой стоявшим у дверей стражникам. Несколько мужчин направились в сторону людей и начали их теснить, вынуждая встать ровно. — Ваш приказ выполнен, господин. — Промурлыкал Вэнь Чжао и поклонился. Удовлетворенно кивнув, Вэнь Жохань подозвал к себе слугу, шепнул ему что-то и удалился в другое помещение, откуда приказал привести ему людей по одному. Пленников уводили по одному в зал, откуда они не выходили. Единственное, что слышали остальные — обрывистый крик, который раздавался в помещении. Лань Чжань начинал заметно нервничать, ведь при нем не было оружия, а духовные силы запечатаны Вэнь Сюем в целях безопасности. Ситуация становилась все более напряженной, но ни единой мысли не приходило в голову, как помочь людям и себе самому. Проблема решилась сама собой, когда распахнулись двери зала и, открыв их с ноги, внутрь вихрем влетел генерал Вэнь Сюй. Оглядев присутствующих быстрым, но яростным взглядом, он схватил Вэнь Чжао за ворот и прибил к стене. — Ты чего вытворяешь? Каким таким ты решил, что можешь распоряжаться тем, что принадлежит мне?! Вэнь Чжао висел над полом, едва доставая до него носочками. На лице его отразились все оттенки страха, он что-то тихо отвечал и, видимо удовлетворившись ответом, Вэнь Сюй отпустил его резким движением в сторону пленных. — Прикажи вернуть всех оставшихся по местам. Сейчас. — Прорычал Вэнь Сюй и быстрым шагом направился в то помещение, куда безвозвратно увели нескольких человек.

***

— Оу, мой сын заинтересовался внутренним двором? — С усмешкой произнес Вэнь Жохань и с удовольствием провел кончиком меча по дрожащему мужчине, что сидел на коленях у его ног. — Пришел посмотреть? Темная энергия их меча медленно поползла по лезвию и ласково обвила шею человека, аккуратно проникая ему под кожу и высасывая жизнь. Вэнь Сюй замер, наблюдая за происходящим и, чем бледнее заключенный, тем больший ужас возрастал внутри. — Что это такое? — Нечто… Прекрасное… С этим клинком я создам бессмертную армию, чья мощь будет несравнима ни с одним заклинателем. Это истинный дар, который я дарую людям, чья жизнь должна была закончиться на плахе. — Та же смерть, только гораздо хуже, — хмыкнул Вэнь Сюй. — В любом случае… Мне не интересно, что ты делаешь со своими игрушками, но мои трогать не надо. Держи А-Чжао на поводке, а то он за подобные поступки начнет отхватывать. — Ты о том юноше в белых одеждах? — Да. Он содержался отдельно от других и случайно в список бы не попал. Вэнь Жохань скучающе убрал меч в ножны. — Я тебя понял. Не горячись, забирай свою куколку и конфликт исчерпан. — А остальные? — Остальные — это не твоя забота. Что-то еще? Бросив нечитаемый взгляд на мертвенно-белого мужчину, чье тело было объято темной дымкой, Вэнь Сюй фыркнул, поклонился и вышел из комнаты. На маленькой арене все еще стояли пленники и ждали, что же будет дальше. Лань Чжань с удивлением обнаружил на себе пристальный взгляд. — Второй молодой господин Лань, следуйте за мной, — громоподобным голосом приказал Вэнь Сюй. В толпе послышался шепот с нотками сочувствия, но юноша повиновался и последовал за генералом. Сам тому не веря, он немного успокоился, но его волновала судьба остальных, кто все еще остался стоять на арене.