Cherry drug

5 декабря 1987 года

— Знаешь, когда ты злишься, я хочу тебя ещё сильнее, — хрипло шепчет Вишня, прокладывая мокрую дорожку из поцелуев от пупка Сары к линии её чёрных кружевных трусиков. Девушка часто и глубоко дышит, чувствуя горячее дыхание мужчины на своей промежности, прикрытой лишь тоненьким кусочком ткани. Она толкается бёдрами ему навстречу, изнемогая от желания, и запускает свои пальцы в его тёмные непослушные волосы. Вишня лишь тихо усмехается нетерпению О’Нил и целует её прямо через кружевную ткань, отчего Сара тихо стонет, изо всех сил закусывая губы. Мужчина рывком подтаскивает её к себе за бедра и для удобства закидывает её ноги себе на плечи, чувствуя, как нежные девичьи ступни касаются его обнаженной спины, вызывая волну мурашек. — Я вижу, — стонет Сара, сжимая в руках простыни и прикрывая глаза от восхитительных ощущений, когда Вишня отодвигает её белье в сторону и дразняще-медленно проводит заострённым кончиком языка между её влажными половыми губами. — Мммм, еще, дааа... — шепчет девушка, невольно подаваясь бёдрами навстречу его рту, чувствуя, как её тело наполняется приятной истомой. Вишня ощущает вкус Сары у себя во рту и начинает ласкать её сильнее, то ускоряя темп, то снижая его, едва касаясь её промежности губами. Одной рукой мужчина крепко придерживает девичье бедро, сжимая его так, что останутся синяки, а второй начинает помогать себе, входя в Сару одним пальцем. — А если бы ты жила у меня, а не у Никсонов, я мог бы это делать гораздо чаще... — хриплым голосом шепчет Вишня, на миг отрываясь от своего занятия и смотря на порозовевшую тяжело дышащую девушку. Левая рука Сары по-прежнему лежала на голове мужчины, а второй она сжимала свою правую грудь, лаская пальцами твёрдый от возбуждения сосок. — Помолчи, — хрипло выдыхает О’Нил и слегка надавливает на его голову, ощущая, как он трахает её уже двумя пальцами. Вишня чувствует, как его возбужденный член болезненно пульсирует и упирается в ткань джинс, натягивая её, что приносит ему дополнительный дискомфорт. Но он не отрывается от Сары ни на секунду, чувствуя, как постепенно её стоны становятся всё громче и громче. Мужчина вбирает в рот её пульсирующий клитор, нежно обхватывая его губами, слыша, как Сара вскрикивает и слегка прогибается спине. Смазки становится так много, что каждое движение Вишни сопровождается характерными звуками, и мужчина чувствует, как мышцы Сары начинают пульсировать, сжимая его пальцы сильнее. Девушка уже закусила губу, ощущая, как её тело предательски ослабло и готово взорваться на тысячи кусочков удовольствия, подвергаясь оглушающей волне оргазма. Но неожиданно Вишня отстраняется. Сара чувствует его тающие горячие поцелуи на своих бедрах, половых губах, лобке, но не там, где сейчас так нужно. — Мне кажется, нам пора перейти на более официальный уровень наших отношений, — внезапно поддаваясь своему желанию, шепчет мужчина со своей хитрой лисьей ухмылкой, обжигая нежную кожу девушки своим дыханием, надеясь, что О’Нил не услышит предательски громкий стук его сердца. Но Саре сейчас слишком хорошо и она просто не в силах сконцентрироваться на чём-либо. — Блять, Вишня... — разочарованно стонет О’Нил, чувствуя как горячий тугой комок возбуждения пульсирует и сжимается внизу живота, не в силах снять напряжение. — Ты что творишь.... я же почти кончила... Вишне не нужно повторять два раза. Он рывком разворачивает девушку на живот и заставляет встать на колени и надавливает на поясницу, чтобы та ещё сильнее прогнула спину. Сара слышит звук расстегиваемой ширинки и через секунду громко стонет, подаваясь бёдрами назад, желая ощутить член Вишни как можно глубже в себе. Мужчина резко проникает в девушку на всю длину, чувствуя, как мышцы её влагалища туго и плотно обхватывают его член, заставляя кусать свои губы, чтобы не застонать в голос. О’Нил с каждым толчком постанывает в подушку, иногда прикусывая наволочку. Девушка чувствует сильные руки Вишни на своих бёдрах и талии, слышит пошлые шлепки их тел, наполняющие комнату и понимает, что не выдержит долго этой сладкой пытки. — Черт, Сара, какая же ты... фак... — сквозь зубы стонет мужчина. Он и сам находится на пределе, пальцами лаская её клитор и изо всех сил контролируя себя, чтобы не кончить в девушку. Сара больше не может сдерживаться и, ложась грудью на кровать и вжимаясь бёдрами в Вишню ещё сильнее, кончает, ощущая, как каждая клеточка её тела наполняется сладостной истомой. Вишня чувствует, как мышцы девушки начинают сокращаться, сжимая его член внутри себя ещё сильнее, и резко выходит из неё, со стоном изливаясь ей на спину, после чего мужчина падает на кровать рядом с Сарой и по-собственнически прижимает её к себе. О’Нил блаженно прикрывает глаза, утыкается мужчине куда-то в грудь, вдыхая его запах, и понимает, что только что произошел лучший секс в ее жизни. Вообще, каждый секс с Вишней можно было назвать лучшим, но именно этот был каким-то особенным. Может потому, что он был в его квартире, которую Сара сегодня увидела впервые, а может потому, что они не виделись долгих четыре дня с той самой ночи, когда мать Сары ушла из дома, и девушка напилась до рвоты. Но тем не менее, факт остаётся фактом. В этот раз всё было как-то по-другому. Они лежали на огромном расстеленном диване в квартире Вишни и совершенно не торопились вставать. В конце концов, было только два часа дня, поэтому спешить им было некуда. Сара тихо млела от счастья, пытаясь запечатлеть этот момент в своей памяти как можно чётче, чтобы в дни, когда ей будет особенно тоскливо, его вспоминать. Начиная с субботы, а именно со вчерашнего дня, встречаться с Вишней для Сары стало гораздо труднее, чем до этого. Не кто иной, как сам шериф города и по совместительству папа Дерека, мистер Никсон настоял на временном переезде Сары в их дом, пока не появятся хоть какие-то вести о пропащей мисс О’Нил. Конечно, Сара понимала, что ей стоит быть благодарной Дереку и его отцу за их проявленную доброту по отношению к ней, но контроль мистера Никсона, который девушка начала ощущать уже с первых минут присутствия в их доме, невероятно её угнетал. Мисс О’Нил не особо следила за местонахождением дочери во время дня, а если девушка куда-то уходила по вечерам, то она обязательно предупреждала мать, но с мистером Никсоном такое не прокатывало. Сара хотела увидеться с Вишней ещё вчера вечером, но отец Дерека на отрез отказалась выпускать её куда-либо из дома после семи вечера, поэтому пришлось ждать утра воскресенья. Успев поссориться за завтраком с обоими Никсонами сразу, О’Нил набрала Вишне. Мужчина, услышав рассерженный голос ещё не отошедшей от ссоры девушки, приехал за ней из казино, отвёз к себе в квартиру, располагавшуюся на окраине Сентфора, а после успокоил своим излюбленным и всегда безотказно работающим методом — сексом. — Так что ты думаешь на счёт моего предложения? — внезапно спросил Вишня, выпуская очередное кольцо серого табачного дыма в потолок, когда Сара лежала на его плече и смотрела в окно, сквозь которое в комнату проникали яркие солнечные лучи, оставляющие причудливые разводы на светлом ламинате. Конечно, О’Нил порядком удивилась, узнав, что Вишня везёт её не в казино, как обычно, а в свою квартиру, находящуюся почти на окраине Сентфора. На самом деле, мужчина проводил там относительно немного времени, он предпочитал оставался на ночь в казино, потому что часто напивался так сильно, что не был в состоянии доехать домой, впрочем ему это было не особо нужно, так как в его кабинете было все необходимое для жизни. Квартира была небольшой, но просторной за счёт небольшого количества мебели, преимущественно светлых цветов. Прямо напротив дивана, стоящего у стены, висела большая плазма, а по бокам стояли несколько книжных полок, справа от дивана располагалось огромное окно с дверью, ведущей на балкон, а у противоположной стены находился шкаф-купе. Словом, у Вишни определено имелся неплохой вкус. — Какого? — О’Нил немного сонно посмотрела на мужчину, отрываясь от созерцания природы за окном. — О... нас, — медленно произнёс Вишня, поворачиваясь всем телом к Саре и кладя свою руку на её обнаженную талию. Кожа девушки была слегка влажной после недавнего душа, и мужчина с удовольствием скользил по ней пальцами, оставляя невесомые узоры, понятные только ему, чувствуя, как мурашки бегут по её телу. Сара подпёрла голову рукой и немного вызывающе посмотрела на Вишню, словно ища в его взгляде насмешку или провокацию. — Классная шутка, — наконец, натянуто улыбаясь, ответила девушка, стараясь не подать виду, что этот вопрос для неё что-то значит. — Почему ты думаешь, что я шучу? — мужчина недоуменно нахмурился и потушил почти докуренную сигарету. Осознание того факта, что Сара для него значит больше, чем все девушки на планете вместе взятые, пришло к Вишне на следующее же утро после того, как он остался ночевать в доме О’Нил. Он понял это внезапно, когда стоял у плиты и старательно нарезал свежий болгарский перец, за которым ему пришлось идти в магазин через дорогу. Раньше Вишня практически никогда не готовил завтраки даже для самого себя, не говоря уже о ком-то. Сара была исключением. Ради неё мужчина не только сходил в магазин и приготовил завтрак, пока девушка мирно спала, но и перенёс запланированную встречу с Аароном на несколько часов позже, отчего глава драконов, разумеется, был не в восторге. Но Вишня, несмотря на всю важность драконьих дел, понимал, что не может бросить Сару в таком состоянии и уйти, не сказав ей ни слова. Не мог да и не хотел. — Брось, Вишня, я хоть и семнадцатилетняя школьница, но не такая наивная, как тебе кажется, — улыбка Сары стала шире. Девушка положила руку на грудь дракона и принялась нежно скользить пальчиком по большой чёрной татуировке на его теле, словно рисуя её. Её до одури приятные, почти невесомые касания щекотали кожу мужчины, будто норовили его отвлечь от этого серьёзного разговора. — Ты же не думаешь, что мы смогли бы действительно...? — О’Нил так и не закончила предложение, она лишь выразительно посмотрела на мужчину, но тот не собирался так просто сдаваться. — А что тебя не устраивает? — Как ты себе это представляешь? — она аккуратно провела пальцами по его лбу, убирая тёмную нависшую на глаза прядь волос. — Пары более странной и придумать нельзя, или ты собираешься отвоевать первенство у Джокера и Харли Квин? — она хитро улыбнулась, в душе надеясь, что Вишня поддержит её шутку и они вместе перейдут на другую, менее болезненную для Сары тему. Но Вишня слишком долго шёл к осознанию и признанию своих чувств к этой девушке, чтобы так просто отступиться от своих намерений. С каждым днём он всё сильнее хотел, чтобы Сара была с ним рядом, и не на час или два ради секса, как это было раньше. Он хотел видеть её, когда просыпался по утрам, хотел бесконечно слушать её рассказы о школе и друзьях, хотел заходить в казино драконов, гордо держа её за руку, чтобы все знали, что она принадлежит только ему. Вишня видел в ней то пристанище, ту гавань, которую неосознанно искал все эти годы, растрачивая себя на одноразовых девушек и беспросветные пьянки с Драконами, и теперь, поняв это, мужчина всеми силами пытался нагнать упущенное и пришвартоваться к ней, чтобы больше не уплывать никогда. — Я серьезно, Сара, — не отрывая глаз от О’Нил, сказал Вишня. — Вишня, да что с тобой? — девушка резко вскочила, сев на диване, отчего тонкая простыня, прикрывающая её наготу, сползла с её груди, оголив её, но ни Вишня, ни Сара, казалось, этого не заметили. — Это что с тобой, Сара! — воскликнул мужчина, поднимаясь вслед за О’Нил. —Ты же понимаешь, что между нами что-то изменилось. И даже не говори мне, что ты этого тоже не чувствуешь. Сара опустила глаза вниз и, схватившись за виски, отрицательно помотала головой, словно та у неё внезапно разболелась. — Вишня, хватит, не начинай, прошу. — Что не начинай? — мужчина нежно взял её за кисти рук, немного потянув их на себя. — Почему мы не можем встречаться, если нам хорошо вместе? — Все, закрыли тему! — Сара резко выдернула свои руки из рук брюнета и, обмотавшись простынкой, принялась ходить по комнате, собирая свои разбросанные вещи, которые Вишня сорвал с неё, едва они пересекли порог его квартиры. Вишня обомлел всего на несколько секунд, а после достаточно быстро взял себя в руки, чувствуя, как на смену изумлению и непониманию приходит злость и раздражительность. Мужчина быстро надел джинсы и подошёл к Саре, останавливаясь перед ней и разворачивая ту к себе лицом. — Нихера, никто ничего не закрывал! — воскликнул он, впиваясь в девушку пронзительным взглядом. — Мы либо поговорим, как нормальные люди, и придём к тому, до чего не могли дойти весь этот чёртов год, либо не встретимся больше никогда. На несколько секунд в комнате воцарилась мертвая тишина, лишь из приоткрытого окна доносились голоса каких-то подростков, решавших кому из них сейчас кидать мяч в баскетбольную корзину. — Тогда я выбираю второй вариант, — еле слышно ответила Сара, чувствуя, как всё внутри неё стремительно рушится, разваливаясь на куски. — Тогда убирайся, и как можно быстрее, — спокойно ответил Вишня, снова отходя к кровати и закуривая сигарету, чтобы хоть как-то успокоиться. Когда мужчина решал с чего будет лучше начать их разговор, в его голове прокручивались десятки версий их будущего диалога, но в конце каждого из них Сара была безумно счастлива и с радостью соглашалась стать девушкой Вишни. В реальности же все пошло наперекосяк, и Вишня искренне не понимал, почему его предложение вызвало у О’Нил такую негативную реакцию, он ведь догадывался, как сильно она этого хочет. — Какого хера, Вишня, какого?! — не выдерживая, перешла на крик Сара, тем самым заставляя мужчину развернуться к ней. — Зачем ты так со мной поступаешь? Почему ты забираешь у меня то, что сам же и дал? — Я предлагаю тебе большее, дура! — раздраженно огрызнулся Вишня, выбрасывая сигарету, едва скуренную на треть, в пепельницу. — Я не хочу большего! — Сара уже успела надеть нижнее белье и брюки и теперь стояла в лифчике, угрожающе размахивая серым свитером, который держала в руках. — Да, в последнее время мы начали больше общаться, даже не так, мы вообще начали разговаривать друг с другом, а не просто трахаться, как кролики, — она рассерженно выдохнула, сдувая пряди волос, нависшие на лицо. — Нам и так просто охренительно вместе! Мы ничем друг другу не обязаны и не имеем прав друг на друга, потому что у нас свободные отношения. Вспомни, кто был инициатором этого всего? Чья это была идея? Разве моя? И теперь тебе ещё что-то не нравится?! — Да, не нравится! — кричит Вишня, даже не подозревая, что происходит в голове у девушки. — Это было год назад, сейчас многое изменилось! Я хочу давать тебе больше, Сара, больше, чем просто секс, — он подходит к ней ближе, и О’Нил видит в его глазах отражение своих собственных эмоций: злости, отчаяния и разочарования. — Я же знаю, ты хочешь этого. Предложение Вишни об их официальных отношениях застало Сару врасплох, ударяя девушку под дых и вышибая из её легких весь воздух. Если бы он только знал, как часто мечтала о том, что Вишня скажет ей эти слова и признается в своих чувствах. Как же сильно она этого хотела, хотела так, что каждый раз, когда она себе это представляла, её сердце сладко сжималось и наполнялось тёплом. И вот теперь, когда её мечты стали явью, девушка внезапно отчётливо поняла, что если она не порвёт с Вишней сейчас — она больше не сможет этого сделать никогда. Сара не могла позволить своей зависимости окончательно взять над ней верх и подчинить себе, всё-таки в ней ещё остались отголоски разума. Осознание того, что все зашло слишком далеко и что пора уже окончательно отказаться от своего любимого вишнёвого наркотика, пока она ещё не словила передоз, внезапно отрезвляет её, заставляя скинуть с себя розовые очки. — Ты знаешь? Да что ты вообще знаешь обо мне?! — Сара истерично рассмеялась, чувствуя, как противный комок слез медленно, не неумолимо подступает к горлу. — Тебе не было до меня никакого дела всё это время, пока вдруг в один вечер мы не поговорили по душам! Не надо ничего усложнять, Вишня, давай всё оставим как есть. Она всем сердцем надеется, что мужчина согласится и ей не придётся увеличивать дозу Вишни в своей жизни, в своём сердце, в своей голове, да, черт возьми, в каждой клеточке своего тела, так привыкшему к этому кисло-сладкому наркотику. — Ты не выносима! — Вишня запускает пальцы в свои непослушные волосы, спутывая и взъерошивая их ещё больше. — Я хочу узнать о тебе больше! Но ты же блять не даёшь мне это сделать и какого-то хера решаешь за нас двоих! — он подходит к ней ещё ближе, настолько ближе, что слышит стук её бешено колотящегося сердца сквозь тонкую ткань чёрного кружевного бюстгальтера. — Я знаю чего ты хочешь, Сара. Ты хочешь, чтобы я принадлежал тебе. Только тебе. Ты думаешь, что я совсем слепой и ничего не понимаю?! Ты хочешь, чтобы я ходил с тобой за руку, забирал тебя после школы и назвал тебя своей девушкой! И вот когда я готов все это делать — ты отталкиваешь меня! Каждое его слово четко било в цель, болезненно, словно игла входя под кожу и парализуя всё тело. Сара изо всех сил сжала челюсти, чтобы не разрыдаться, понимая, что если она сейчас сдастся, то не излечится от своей зависимости никогда. Вишне быстро надоест играть в верного, преданного ей и влюблённого в неё парня, и она сгорит, как мотылёк на огне. — Да, доволен?! Да, да, да! — закричала Сара, чувствуя, как всё вокруг теряет свою четкость и плывёт из-за стоящих в глазах слез. Отрицать очевидное было бессмысленно. — Я хочу этого, я мечтаю об этом, но я понимаю, что этого никогда не будет. Мечты — они на то и мечты, чтобы оставаться не воплощёнными в реальность, а всё остальное — это цель! Ты красивый, умный, харизматичный, сильный, веселый и добрый. Мы идеально подходим друг другу в постели, у нас умопомрачительный секс и мне нравится проводить время с тобой, но... Голос девушки сорвался, и она замолчала не в силах продолжить свою гневную тираду, потому что понимала, что Вишне будет неприятно это услышать, по крайней мере, это точно ударит по его самолюбию. — Послушай, я понимаю, это серьёзный шаг, — мужчина положил руки на оголенные плечи Сары, чувствуя жар её кожи. Он понимал, что требует от неё слишком многого, особенно после того, как по глупости не замечал и отталкивал её от себя, не осознавая, как сильно он нуждается в ней. — Да, возможно всё это время между нами было не всё так гладко и правильно, как хотелось бы. Да, может получиться не очень, и мы будем жалеть, но ещё больше мы будем жалеть, если не попробуем и упустим шанс быть друг с другом! — Я не смогу, Вишня, — тихо шепчет Сара, грустно улыбаясь. — Я не смогу постоянно закрывать глаза на твои измены, которые ты даже не пытаешься скрыть, просто потому что я не в силах удовлетворить твоё полигамное нутро! Я не смогу быть с тобой, зная, что ты делаешь с теми тёлками в своём кабинете, потому что тоже самое ты делаешь там и со мной! Я не хочу сутками ждать тебя с очередных попоек с драконами в казино или бояться, что тебя пырнут ножом на очередной потасовке! Несмотря на свои мечты и желания Сара всегда оставалась реалисткой. Она не тешила себя надеждами и убеждениями, что сможет изменить Вишню и с ней он станет совсем другим. Во-первых, она влюбилась именно в такого Вишню — безбашенного воришку-бабника, а во вторых, О’Нил прекрасно понимала, что если за двадцать шесть лет на мужчину не удалось повлиять практически никому, разумеется, не считая Аарона, то вряд ли это удастся сделать ей — семнадцатилетней влюблённой школьнице. — Да нет никаких тёлок, Сара, давно уже нет! Не нужен мне никто, кроме тебя, как же ты не поймёшь?! — раздражённо выдохнул Вишня, наверное, впервые в жизни чувствуя стыд и неловкость за свою излишнюю любвеобильность. Он был достаточно влюбчивым и ветреным парнем, и вся его симпатия к девушкам, как правило, заканчивалась после проведённой с ними ночи. Вишне по просту становилось с ними неинтересно, ведь он так легко получил от них то, что хотел. Их встречи с Сарой никак не мешали ему параллельно ухлёстывать за другими девицами, ведь у них были свободные отношения, и Вишню устраивало абсолютно всё. Как точно наступил момент, когда ему приелись все эти девушки на одну ночь и стало хватать только Сары, Вишня не знал, потому что не придал этому значения. Просто однажды он перестал засиживаться по вечерам в баре казино, строя глазки очередной смазливой Барби, и стал игнорировать заинтересованные женские взгляды, предпочитая в своём кабинете углубляться в работу. Зачем ему остальные, если у него есть Сара, секс с которой был таким чувственным и страстным, ведь они подходили друг другу настолько идеально, совсем как ключик к замочку. Наверное, Вишня не спал ни с кем, кроме неё, уже около полугода, сам того не замечая. — Ой, вот только не надо здесь изображать из себя верного принца! — отмахнулась О’Нил. — Ты думаешь, я совсем наивная дурочка, которая дальше носа своего ничего не замечает? Я не верю тебе, Вишня, — её слова вкупе с пронзительными голубыми глазами больно резанули мужчину по живому. В кой-то веке он открыл ей своё сердце и душу, а она попросту не доверяет ему. — Знаешь, как неприятно стоять в школьном коридоре, слыша краем уха, как твои же одноклассницы треплются о том, какой Вишня бог в постели и как классно он их оттрахал прошлой ночью! Сара больше не сдерживает своих слез, которые свободно катятся по её щекам, вспоминая, как каждый раз плакала в кабинке школьного туалета, изо всех сил закрывая себе рот рукой, когда слышала рассказы старшеклассниц о Чёрных Драконах, среди которых чаще всего фигурировал именно Вишня. — И ты серьезно им веришь, этим малолеткам?! — возмутился мужчина. На самом деле, Сара была единственной девушкой в жизни Вишни, которая была младше него да ещё и на девять лет. Обычно, он предпочитал либо ровесниц, либо женщин чуть постарше — среди них было много разведённых, которые просто хотели приятно провести время, не претендуя на его сердце, и уж тем более, не вешая на мужчину своих детей. То, что почти каждая старшеклассница хочет побывать в постели у одного из драконов, знали все члены банды. Но совращение малолеток не входило в сферу деятельности Драконов. Конечно, бывали исключения, как например Аарон с Адель, у которых были настоящие чувства друг к другу, но их было ничтожно мало. Поэтому, школьницы, чтобы показаться круче в глазах ровесниц, придумывали все эти нелепые и глупые истории о том, как они занимались сексом с одним из Чёрных Драконов. Но, разумеется, всё это было враньём, и Вишня готов был поклясться в этом всем, что у него было. — Эти малолетки — мои ровесницы, — холодно ответила Сара. — Брось, Вишня, отношения — это не для тебя... — А я не верю тебе, О’Нил, — резко перебил девушку Вишня. — Я понимаю, что моя репутация оставляет желать лучшего. Да, я не святой, но я готов рискнуть ради тебя, ради нас. Я готов постараться всё наладить. — А я не готова, — отрицательно покачала головой девушка, опуская глаза в пол. Она по-прежнему чувствовала горячие ладони Вишни на своих плечах, и это только усложняло её задачу уйти. — Я никогда не стремилась изменить тебя, и ты это прекрасно знаешь. Ты... мне нравишься, Вишня, нравишься таким, какой ты есть. — почувствовав внезапный прилив нежности, Сара провела рукой по щеке Вишни, стараясь запомнить каждую черточку его лица. — Я не хочу и не буду пытаться менять тебя. Ты уже взрослый мальчик и можешь принимать самостоятельные решения, а я тебе не мамочка, чтоб заниматься воспитанием. Но я не хочу чувствовать ту боль, которую ты мне принесёшь. Мне достаточно той старой, которую я испытывала каждый раз, когда возвращалась домой и плакала от того, что ты снова развлекаешься с очередной своей пассией, совершенно не вспоминая о моём существовании. Наконец, высказав всё, что она думала, Сара мягко отстранилась от Вишни, натянула свитер и прошла в коридор, чтобы надеть обувь и пальто и уйти домой, тем самым положив начало борьбе со своей зависимостью. — И что, это всё? — Вишня замер в дверях между комнатой и коридором, облокотившись на дверной косяк. — Между нами всё закончится так? — Ты сам сказал уходить. — А ещё я сказал, что хочу быть с тобой и давать тебе настолько много, насколько смогу. И из всех моих слов ты запомнила только эти? — Вишня посмотрел на неё с нескрываемым разочарованием, отчего Сара почувствовала, как в носу снова нестерпимо защипало. — Да стой же ты, дура, ты не можешь уйти! — он схватил О’Нил за плечи и развернул к себе, когда девушка уже натянула пальто и собиралась выходить. — Хотя бы потому, что ты любишь меня. А я люблю тебя. Вишня думал, что признаться Саре в любви в первый раз будет очень сложно, но эти слова сами собой сорвались с его губ. Вишня от волнения перестал дышать, а Сара замерла в дверях, как вкопанная. — Что ты знаешь о любви, Вишня? — грустно усмехнулась девушка. Мужчина ничего ей не ответил. И вправду, откуда ему было хоть что то знать о любви, ведь для этого чувства нет конкретного описания. Просто всё его естество говорило о том, что все его мысли, слова и поступки по отношению к Саре никак по-другому назвать нельзя. Это было именно то сладкое, трепетное и желанное чувство, о котором говорят все поэты, художники, музыканты и писатели, именуемое любовью. — Вот именно, — по-своему расценила его молчание девушка. — Да, я люблю тебя. Очень сильно люблю. И я бы тоже хотела быть с тобой. Хотела бы с тобой создать семью, родить детей, завести собаку, купить дом и быть уверенной в тебе и в завтрашнем дне. Но я не смогу. Этого не будет, Вишня. Когда я захочу остепениться, я найду надежного и достойного человека, который будет меня любить и будет мне верен. И это точно будешь не ты. Не оглядываясь назад, девушка покинула квартиру Вишни, вызвала лифт, спустилась на первый и вышла из дома, чувствуя, как холодный морозный ветер ударяет ей в лицо, отчего влажную от слёз кожу начинает пощипывать. Сейчас ей хотелось только одного — подняться в специально отведённую для неё комнату в доме Никсонов, уткнуться в подушку и уснуть, утонув в своих слезах. Вишня настолько был шокирован словами Сары, что так и не нашёл в себе силы побежать вслед за ней и остановить девушку, не дав ей уйти. Оказалось, что быть отвергнутым — неприятное, сковывающее душу и очень болезненное чувство, и как Сара терпела его столько времени? Мужчина лишь молча натянул на себя футболку с привычной кожанкой и открыл окно в комнате нараспашку, чтобы выветрить запах духов Сары, который он бы ни за что не перепутал ни с чем на свете. Единственное, чего сейчас хотелось Вишни больше всего на свете — это засесть за работу в казино и не отвлекаться до самого вечера, а уже ближе к ночи напиться так, чтобы смыть алкоголем весь сегодняшний диалог между ними, но только не образ Сары — его из головы Вишни уже не изгнать ничем.

***

Ночью уже следующего дня

Вишня сидел у себя в кабинете, положив ноги на стол, скрестив при этом лодыжки, и задумчиво потягивал виски из тяжёлого хрустального стакана. На часах было около половины второго ночи, именно в это время в казино драконов царил самый разгар веселья, но сегодня мужчина никак не мог его разделить. Он выпил гораздо больше своей положенной нормы, поэтому чувствовал, как алкоголь медленно накрывает его, постепенно опьяняя ещё больше. Но он не приносил облегчения. Голова была по-прежнему тяжёлой, и груз дневных переживаний остался, давя на мужчину с каждым часом всё сильнее. Вишня не мог сказать точно, сколько он вот так сидит и пьёт, иногда вставая, чтобы покурить, думая только о той, к которой так настойчиво и упорно рвалось сердце. Сара О’Нил ворвалась в его жизнь внезапно, влетев, словно ураган, а сейчас порывалась так же внезапно её покинуть, забрав с собой сердце Вишни. Этого мужчина допустить не мог. И вовсе не потому, что он не мог жить без этого жизненно важного органа, а потому, что он не мог существовать без Сары О’Нил, которая присутствовала в каждой клеточке его тела, растекаясь по венам и артериям болезненным, но таким сладким чувством — любовью. — Вишня, твою мать, ты что, решил опустошить весь бар? Почему я подхожу к Сэму за виски, а он мне говорит, что последнюю бутылку ты, причём уже весьма нетрезвый, утащил в свой кабинет? Вишня от неожиданности вздрогнул, когда дверь неожиданно распахнулась и в комнату быстрым шагом вошёл Аарон. Весь его вид источал недовольство, раздражённость и решительность, но в месте с тем в его взгляде проскальзывала легкая обеспокоенность, так несвойственная главе чёрных драконов. — Не будь ханжой, Аарон, все под контролем, — медленно, стараясь как можно тщательнее выговорить каждое слово, ответил Вишня, убирая ноги со стола и облокачиваясь на спинку кресла. — Знаю я под каким у тебя все контролем, — с раздражением ответил Хилл, придвигая стул и садясь на напротив Вишни. — Сначала надо сделать дело, а уж потом его отмечать, Моринги деньги нам платят не за красивые глаза. Несмотря на то, что Вишня был изрядно пьян, он не мог не заметить волнение Аарона, слишком уж давно он его знал. Его нервные постукивания пальцев по столу, резкие движения, раздражённый тон и постоянные поглядывания на дисплей телефона выдавали волнение мужчины с головой, и Вишня никак не мог его осуждать. На кону действительно стояли огромные деньги, и ему, как главному участнику предстоящего события, должно было достаться около восьмидесяти процентов. Вишня вынужден был признать, что в последнее время он стал относиться к намечающемуся делу немного халатно из-за того, что с некоторых пор его мысли занимал не антиквариат и его стоимость, как это было раньше, а Сара, которая для него была дороже всех драгоценностей в мире. — Помню, помню, — согласно кивнул головой брюнет, подмечая у друга тёмные круги под глазами и щетину, длиннее, чем обычно. — Не волнуйся, к завтрашней ночи я буду в своей лучшей форме, — твёрдо пообещал он, зная, что точно сдержит своё слово. Вишня был профессионалом своего дела, да, весьма нелегального дела, но приносящего огромный доход. Деньги, которые мужчина уже имел к двадцати шести годам, на обычной работе он бы не заработал и за две своих жизни. Конечно, он безумно рисковал своей судьбой, а, возможно, даже и жизнью, но, как известно, риск — дело благородное, и Вишня полностью разделял это мнение. — Верится с трудом, — усмехнулся Аарон. — Будешь? — спросил Вишня, показывая на бутылку Джек Дэниэлса, уже опустошенную наполовину. — Давай, — согласно кивнул Хилл. — Что у тебя случилось? — спросил он, подождав, пока друг достанет ещё один хрустальный стакан и наполнит его терпким алкоголем. — С чего ты взял, что у меня что то случилось? — машинально спросил Вишня, запоздало понимая, что Аарон сейчас раскусит его в два счета. С другой стороны, он был его лучшим другом, у кого, как не у него, мужчина мог спросить совета? — Брось, Вишня, я тебя как облупленного знаю, — рассмеялся Хилл. Выпив несколько глотков виски, мужчина немного расслабился. Почти вся его раздражённостью куда-то испарилась, а сам он откинулся на спинку стула и посмотрел на друга заинтересованным взглядом. — Ещё утром ты чуть ли не искрился от счастья, а когда вернулся обратно, то был пасмурнее тучи. Так что произошло? Рассказывай. Вишня всегда уважал Аарона и даже немного восхищался им. Мужчине всегда было интересно, как, при всей его занятости, у него хватало времени замечать, что происходит с членами его банды, в каком они настроение и как дела конкретно у них, ведь у каждого из драконов была личная жизнь за пределами этого казино. Вишня медленно сел в кресло и посмотрел на Аарона, стараясь собрать спутанные и скомканные от алкоголя мысли в кучу. Даже несмотря на то, что перед глазами все плыло и теряло четкость от выпитого спиртного, мужчина видел тёмно-карие глаза друга, смотрящие прямо на него. Ему было не отвертеться. — А как ты познакомился с Адель? — внезапно, неожиданно даже для самого поинтересовался Вишня. Аарон замер со стакан в руке, поднесённым к губам, и удивленно вскинул брови. — Ты никогда не задавал мне этого вопроса. — А ты никогда не рассказывал мне об этом. Несколько секунд мужчины выжидающе смотрели друг на друга, ожидая, кто сдастся первым. Вишня действительно никогда не спрашивал Аарона об Адель. Конечно, мужчина видел ее пару раз, когда она приходила в казино. Старшая Моринг была удивительно красива, а её роскошные огненные волосы до талии лишь подчёркивали её внешность, она была младше Аарона на гребанных семнадцать лет и имела достаточно стервозный характер — это всё, что Вишня знал об избраннице Хилла. Ему действительно хотелось услышать историю друга, потому что сейчас бы Аарон его понял, как никто другой. Раньше Вишня думал, что Хилл совсем спятил на старости лет, раз решил приударить за школьницей, которой явно хотелось поразвлечься с кем-то поопытнее, но мужчина тактично молчал. Во-первых, потому что Аарон был его лучшим другом, а во-вторых, независимо ни от чего он всё-таки оставался боссом Чёрных Драконов, поэтому никто не смел сказать ему ни слова. Но, когда Сара О’Нил оккупировала все мысли молодого воришки, надолго засев у того в голове, Вишня взглянул на отношения Аарона и Адель совсем по-иному. Наконец Хилл тяжело вздохнул, поняв, что у друга действительно случилось что-то серьёзное в личной жизни. При любом бы другом раскладе он бы даже не вспомнил об этом вопросе. — Это было в августе прошлого года, — неторопливо, словно вновь прокручивая этот момент у себя в голове, начал Аарон. — Я ехал в казино по Брайтсайд Авеню и увидел Адель, ругающуюся с каким-то парнем, как позже выяснилось, Люком, её младшим братом, — Вишня лишь утвердительно кивнул. Он знал Люка, они познакомились с ним как раз на той самой хэллоуинской вечеринке, и тот оказался очень славным парнем. — Они поссорились с концами и пошли в противоположные друг от друга стороны. А уже достаточно темно было, около десяти вечера, ну я и предложил её подвезти. Мало ли кто захочет воспользоваться красивой хрупкой девушкой, — мужчина пожал плечами, а его губы тронула лёгкая улыбка. По всей видимости, он дорожил этим моментом, поэтому бережно хранил его в своём сердце. — И она согласилась? — поинтересовался Вишня, доставая из ящика стола серебристый гравированный портсигар, раскрывая его и протягивая Аарону. — Я подвёз её до дома, вернее до угла, за которым находился её дом, — утвердительно кивнул Хилл, закуривая сигарету и протягивая зажигалку Вишне. — Она не хотела, чтобы у её родителей возникли лишние вопросы. Чё ты лыбишься? — нахмурился мужчина, глядя на вовсю ухмыляющегося друга. — Да думаю, просто, — губы Вишни растянулись в хитрой лисьей улыбке. Мужчина поджег сигарету и зажал её зубами, чуть сдавливая фильтр. — Я бы ни за что не сел на мотоцикл со взрослым бородатым мужиком. — Ну если бы ты сел на мотоцикл со взрослым бородатым мужиком, моё мнение о тебе конкретно бы изменилось, — парировал Аарон, тем самым вызывая у Вишни ещё бОльшую улыбку. — И как Адель относится к... — брюнет немного замялся, стараясь правильно подобрать слова, — твоему образу жизни? — Она достаточно умная для своего возраста, хоть иногда и бывает редкой стервой, — несмотря на то, что Вишня мог с трудом сфокусировать свой расплывающийся от алкоголя взгляд, он него не укрылось то, как потеплело выражение глаз друга, когда он заговорил о старшей Моринг. — Да и потом, я не скрывал от неё ничего. Она знает, кто такие Чёрные Драконы и чем они занимаются, конечно, она не в восторге от нашей деятельности, но, что есть, то есть. — Не волнуйся, когда я спиз... сопру эту картину из музея, она будет относиться к нам гораздо лояльнее, — Вишня хитро подмигнул другу, делая очередную глубокую затяжку, на что Хилл лишь закатил глаза, но всё-таки не не смог сдержать ответной улыбки. — В конце концов, её родители отвалят нам нехилую такую сумму, мы могли бы открыть второе подпольное казино, но уже в другом городе, скажем в Балтиморе или в Вашингтоне, что думаешь? Вишня любил деньги, и те отвечали ему взаимностью. Конечно мужчина понимал, что мир не крутится только вокруг зелёных доллоровых бумажек и существует множество других, необходимых для полноценной жизни вещей. Но с выражением, что счастье не в деньгах, он согласен не был, предпочитая грустить в баре казино, попивая дорогущий алкоголь и раскуривая папиросы, нежели скитаться по улицах, не имея денег даже на пачку самых дешевых сигарет. Поэтому, когда Моринги, которые были жуткие охотники до антиквариата, пару месяцев назад вышли на него через Адель и Аарона с просьбой украсть из музея картину какого то известного сентфорского художника, Вишня не раздумывая согласился. — Думаю, что такие вопросы надо решать исключительно на свежую трезвую голову, желательно с огромной сумкой тысячедоллоровых купюр под боком, — мужчины понимающе переглянулись и потянулись стаканами навстречу друг другу, отчего кабинет наполнился немного дребезжащим, но чистым мелодичным звуком. — Ты лучше скажи, что у тебя происходит. Вишня успел лишь тяжело вздохнуть, думая с чего бы начать своё повествование, как неожиданно в глазах Аарона промелькнула догадка, и губы мужчины расплылись в ехидной ухмылке. — Неужели сердце нашего Вишни в кой то веке удалось кому-то покорить? Вау! — Я бы на твоём месте так не радовался, — буркнул в ответ мужчина, кляня Аарона за его излишнюю проницательность. Ему было бы гораздо проще, если бы он сам начал разговор издалека, но глава драконов его опередил. — Там все очень... неоднозначно. — Ну почему же, вы с ней очень гармонично смотритесь, — пожал плечами Аарон, пряча свою улыбку за стаканом с виски и стряхивая сигаретный пепел в керамическую пепельницу, уже наполовину заполненную окурками. Вишня невольно замирает, чувствуя, как его сердце пропускает удар и стремительно падает вниз. Он внимательно смотрит на ухмыляющегося друга на протяжении нескольких долгих секунд, а потом неожиданно улыбается, осознавая, что Аарон и так всё прекрасно понял и без его надрывным романтических рассказов. — И что ты знаешь, Хилл? — Вишня откидывается на спинку кресла, выжидающе скрещивая руки на груди, ощущая, как голова, и без того не ясная, замутнённая крепким алкоголем, приятно кружится от табака. — Немного, — покачал головой Хилл. — Только то, что она учится в выпускном классе, — Тёрнер рассказывал, — пояснил он, ловя на себе недоуменный взгляд друга. — А зовут её, кажется, Салли. — Сара, — на автомате поправил Вишня, чувствуя, как имя любимой девушки растекается во рту приятной, терпко-сладкой волной, словно конфеты с ликером. — Сара О’Нил. — Это у неё пропала мать? — Аарон удивлённо вскинул брови вверх. — Да никуда она не пропала, — отмахнулся брюнет, делая последнюю затяжку, чувствуя, как сигаретный дым отдаёт горечью во рту и на губах, и выкидывая окурок в пепельницу. — Просто свалила хер знает куда, оставив Саре записку о том, что не готова к детям. Вот и я о том же, — невесело усмехнулся мужчина, наблюдая, как Аарон сложил пальцы пистолетом и сымитировал выстрел себе в висок. — Я надеюсь, ты её поддержал? — Хилл вопросительно приподнял правую бровь, делая очередной глоток виски и также же выкидывая бычок. — Только нормально поддержал, а не трахнул, как обычно. — Сдаётся мне, что ты и без моих рассказов весьма неплохо осведомлён, — усмехнулся Вишня. — Признавайся, ты повсюду развесил скрытые камеры? — Слишком банально и не практично для главы преступной банды города, не находишь? Поэтому я просто вживил всем драконам под кожу чипы, — парировал Аарон, поддерживая шутку Вишни, тем самым разряжая обстановку. — Ты ж знаешь, у меня все под контролем, и даже если кто-то думает, что он полностью свободен в своих действиях и никто о нем ничего не узнает — он глубоко заблуждается, — уже серьёзнее добавил он. — Помнишь, что случилось с Бурым? Вишня согласно кивнул, вспоминая, как Бурого всё-таки выкинули из Драконов за наркотики и тот попал в тюрьму буквально спустя полтора месяца. — А ты, Вишня, ближе мне, чем все они вместе взятые, мы слишком многое прошли вместе. Поэтому, разумеется, мне не всё равно, что происходит у тебя в жизни. Вишня встретил Аарона в шестнадцатилетнем возрасте, когда он, будучи подростком, отчаянно пытался уйти от погони за очередную кражу. Скрываясь в одной из тёмных подворотен Сентфора, Вишня с размаху врезался в Хилла, который как раз заводил припаркованный там мотоцикл. Мужчина, сам не понимая почему, проникся внезапной симпатией к парню — он помог ему незаметно ускользнуть от полицейских, взял в Чёрные Драконы и фактически стал его наставником и лучшим другом. Несмотря на то, что Вишня был младше него на девять лет, Аарону было с ним весьма интересно, ведь тот был очень смышлёным парнем для своих лет. Плюс ко всему, на него всегда можно было положиться, что в работе, что в каких-то личных вопросах. Вишня же всячески тянулся к Аарону, перенимая его опыт, учась у него многим вещам и постепенно вливаясь в жизнь на грани нарушения закона. Шли годы, кто-то уходил из банды сам, кто-то попадал за решётку, кого-то выгоняли, но тандем Аарона и Вишни продолжал двигаться дальше, со временем становясь только крепче. — Спасибо, — Вишня благодарно улыбнулся. — Я... я сам не знаю, как так вышло, ситуация донельзя глупая и нелепая. Мы познакомились чуть больше года назад, на вечеринке Адель в честь Хэллоуина, помнишь? — он вопросительно посмотрел на друга, и тот утвердительно кивнул. — Мы тогда переспали. Меня как-то на школьниц раньше не тянуло, а тут... ну короче это случилось. Через какое-то время мы поняли, что нам хорошо друг с другом, поэтому решили трахаться без обязательств. Я знал, что она... — Вишня замялся, понимая насколько бесчувственно и некрасиво он тогда поступал по отношению к Саре, — испытывает ко мне чувства, хоть и не показывает этого, а совсем недавно... ну как недавно... может месяца два-три назад, я понял, что начинаю что-то чувствовать к ней. И сегодня я предложил ей встречаться, а она сказала, что не нужен ей такой, как я. Как-то так. На несколько мгновений в кабинете повисла тишина, лишь ритмичная музыка и пьяный смех доносились из главного зала казино. — А что ты сам думаешь, Вишня? — наконец спросил Хилл, следя за каждым движением друга. Он видел, что Вишня обеспокоен, серьезно обеспокоен, таким, за десять лет знакомства, он, пожалуй, видел его впервые. — Я ходил к ней сегодня вечером, — неожиданно признался брюнет. — Ну вернее не к ней, а к Никсонам — она временно живет там, и не надо на меня так смотреть, Аарон, — усмехнулся Вишня, ловя на себе взгляд Хилла, у которого чуть не задергался глаз. Вишня, безусловно, понимал, что идея пойти к несовершеннолетней школьнице, которая живет в доме шерифа, посреди ночи ставила под серьезную угрозу его пребывание на свободе, но ради Сары он готов был рискнуть. Поэтому около двенадцати ночи он стоял под окном комнаты, которая временно принадлежала О’Нил (благо дом Никсонов был небольшим, поэтому вариантов, где могла бы жить Сара, было не так уж и много) и кидал ей в окно снежки. Однако девушка так и не появилась. В её окне даже не зажёгся свет и не покачнулись занавески, по всей видимости, она действительно крепко спала. Но Вишня не сдавался, он пытался разбудить Сару до последнего, пока в соседнем окне не зажегся свет ночника и чья-то тёмная фигура не замелькала за шторами. Только тогда мужчина поспешил удалиться, потому что понимал, что если его здесь увидят, то в тюрьму он попадёт гораздо раньше, чем украдёт картину. — Я лепил снежки и кидал их в её окно, но она так и не открыла. Не знаю, — чуть подумав, добавил Вишня. — Я понимаю, что все это не слишком правильно и между нами есть очень много «но»... Блять, да просто не нужен мне просто никто кроме неё. Веришь, нет, я уже больше полугода других девок не трахаю, потому что хочу только её, когда такое было? — он невесело рассмеялся, ещё больше взъерошивая свои чёрные волосы. — Никогда, — соглашаясь, кивнул Аарон. Разумеется, Драконы пользовались повышенным интересом девушек к себе, и Хилл был не исключением. Он тоже, когда был чуть моложе, развлекался как мог. Но возраст брал своё, все эти однотипные девицы и пьянки приелись, поэтому Аарон всё больше и больше сосредотачивался на своей банде и легализации их бизнеса, пока не встретил свою Адель. Тогда он понял, что ему хочется стабильности и постоянства — того, что его так, как и многих парней, пугало в юном возрасте. И Вишня сейчас, по всей видимости, переживал такой же переломный момент, когда рушились все его представления об отношениях с девушками из за внезапного появления «его Адель». — Поэтому держи это, Вишня, — продолжил Аарон. — Ты не глупый парень, сам разберёшься. Просто покажи ей, что на тебя можно положиться и ты не предашь. Я уверен, именно этого ей сейчас не хватает больше всего, — чуть подумав, добавил Хилл. — Ты прав, спасибо, — согласно кивнул Вишня. — Поговорю с ней ещё раз, когда разберёмся с этой картиной. А теперь пойдём пропустим пару партий в покер, — он хитро улыбнулся другу, выпивая остатки виски, плескавшиеся на дне стакана. — Это другой разговор, — поддержал его Аарон. Несмотря на то, что мужчина не был фанатом азартных игр, — это было целиком и полностью поле деятельности Вишни — он понимал, что другу надо отвлечься, поэтому, не задумываясь, принял его предложения, уже мысленно подсчитывая сумму, которую он сегодня отдаст молодому влюблённому воришке.

***

Две недели спустя

Сара решила бороться со своей вишнёвой зависимостью до конца. Именно поэтому девушка твёрдо приняла решение уехать к отцу в Балтимор и начать, как бы это банально не звучало, новую жизнь. Две недели О’Нил вынашивала эту идею и настраивала себя переезд, что давалось ей очень нелегко. Всё-таки отрываться от насиженного места непросто даже взрослому человеку, не говоря уже о семнадцатилетней школьнице. Тем более, с Сентфором связано столько событий и воспоминаний, здесь столько всего произошло... и может произойти, если она не уедет. Сара не виделась с Вишней уже две недели, вернее, она вообще не слышала о Вишне в течение этих двух недель, поэтому логично, что у неё, как у любого зависимого человека, началась стадия абстиненции или, проще говоря, ломки. Сара очень мало спала, всего около пяти часов в сутки, стала замкнутой и раздражительной и почти потеряла аппетит. Все её мысли крутились только вокруг Вишни, и порой ей казалось, что она вот вот сойдёт с ума, если прямо сейчас не увидит его, не услышит его голос и не почувствует прикосновение его тёплой ладони у себя на талии. О’Нил уже двести тысяч раз прокляла свою чёртову гордость, из-за которой она и ушла в тот день, не выслушав Вишню до конца и не дав им даже шанса. Он ни разу не позвонил ей и даже не прислал ни одного сообщения, хотя Сара ждала, и, как только телефон начинал вибрировать от входящего смс или звонка, тут же бежала к нему в надежде, что это Вишня. Но на самом деле это Кэнди, Дерек и Бобби в их совместном чате решали куда лучше сегодня пойти: в домик у озера или покататься на санках с холма. В конце концов, на десятый день, когда Саре было особенно грустно, больно и одиноко, она плюнула на все свои принципы и набрала тот самый номер, который знала лучше, чем таблицу умножения. Но на другом конце провода раздались лишь громкие надрывные гудки. Вишня не отвечал. Он не перезвонил ей и на следующий день и даже через день, мужчина также не читал её сообщений, которых Сара отправила ему штук двадцать. И девушке ничего не оставалось делать, как в очередной раз душа в себе слёзы, собирать вещи и мысли, чтобы первые взять с собой в Балтимор, а вторые же оставить в этом проклятом Сентфоре навсегда. Идеальный предлог для того, чтобы увидеться с Вишней, появился на пятнадцатый день мучений Сары. В своей комнате в доме О’Нил, у себя под подушкой девушка нашла ту самую чёрную футболку мужчины, которую он оставил ей в их единственную совместную ночь, когда Вишня остался у Сары, потому что та перебрала с алкоголем. Утром она так и не отдала вещь Чёрному Дракону, потому что заляпала её салатом, заправленным маслом. Девушка обещала постирать её и вернуть владельцу. Но на самом деле, Сара лишь аккуратно застирала маслянистое пятнышко и оставила футболку у себя, чтобы перед сном, когда никто не видит, зарываться в неё носом и вдыхать такой родной запах Вишни и, уже засыпая, представлять, как мужчина обнимает её за талию и прижимает к себе, согревая тёплом своего тела. Сара понимала, но упорно не хотела себе признавать, что идёт в казино вовсе не ради того, чтобы отдать Вишне какую-то футболку, о которой он уже, скорее всего, забыл. В действительности же, девушке было жизненно необходимо увидеть Дракона перед тем, как она покинет Сентфор окончательно. Сара понимала, что, когда она встретит мужчину вновь, решиться на и так нелегкий переезд в Балтимор станет еще труднее, но она просто не могла лишить себя болезненного удовольствия увидеть Вишню в последний раз. Мужчины в зале казино не оказалось, не было его и в своём кабинете, где он обычно проводил всё своё свободное время. Сара прождала его около получаса, сидя за барной стойкой и потягивая очередной мохито, но Вишня так и не появился. Чувствуя одновременно разочарование и облегчение, девушка расплатилась за коктейль и направилась к выходу, как вдруг краем глаза за одним из игорных столов заметила Аарона Хилла — главу Чёрных Драконов. Не осознавая до конца, что она делает, Сара развернулась и решительным шагом направилась к нему, холодея внутри от легкого страха и волнения. — Аарон, здравствуй, можно тебя на минутку? Мужчина сидел за столом ещё с какими-то двумя парнями, на вид чуть младше Вишни, и они втроём распивали бутылку Джим Бима, стоящую перед ними, поэтому, когда Сара выросла перед ними, словно из-под земли, они уставились на неё во все глаза, даже не пытаясь скрыть своего удивления и интереса. Девушка почувствовала, как её щеки начинают стремительно розоветь, а сердце биться чаще. Она представила, как глупо и нелепо выглядит со стороны посетителей казино, и заволновалась ещё больше, разом забывая все слова. Но неожиданно Аарон утвердительно кивнул. Он вышел из-за стола и пошёл к барной стойке, а О’Нил последовала за ним. — Ты меня не знаешь, — нервно перебирая пальцами край своего белого вязаного кардигана, начала девушка, стараясь избегать внимательного глаза карих глаз Аарона. — Меня зовут... хотя, впрочем неважно. Тут я... в общем, чёрт... — мысли окончательно перепутались в её голове, и девушка замолчала, потупив голову. — Я знаю кто ты, Сара О’Нил, — неожиданно сказал Хилл, не отрывая глаз от О’Нил. — Чем я могу тебе помочь? Честно говоря, Аарон думал, что она придёт в казино за Вишней дней на пять-семь раньше, но видимо девчонка действительно имела чувство гордости и знала себе цену, как и говорил друг. — Откуда ты меня знаешь? — настороженно спросила Сара, нервно передергивая плечами. Аарон видел, насколько ей некомфортно ей здесь находиться в окружении незнакомых людей, которые были гораздо старше неё. На неё то и дело кидали любопытные и заинтересованные взгляды остальные члены банды, и с завистью и насмешкой смотрели другие девушки, желающие, чтобы все внимание Чёрных Драконов доставалось только им, а не какой-то малолетке. — В данный момент это не столь важно, — ответил мужчина, едва заметно улыбаясь. — Я тут... Ищу Вишню. Ты не подскажешь, где он? — Сара старалась, чтобы её голос звучал как можно беззаботнее и безразличнее, но Хилла было тяжело провести. — Его нет в казино сегодня вообще. — Он не приезжал? — нахмурилась О’Нил. Вишня бывал в казино каждый божий день. В конце концов, он был хозяином этого заведения, поэтому такое поведение было крайне ему не свойственно. — Нет, — отрицательно покачал головой Аарон, и Сара подметила, как слегка напряглись его скулы. — А завтра будет, не знаешь? — Вряд ли, — снова покачал головой мужчина, хмурясь, а девушка почувствовала, как её сердце стремительно падает вниз. Скорее всего Вишня просто не хотел её видеть, поэтому предупредил Аарона, чтобы тот в случае каких-то расспросов со стороны Сары отмазал его. Наверняка он сейчас сидит в своём кабинете и пьёт бурбон в компании очередной смазливой девицы, которую чуть позже трахнет прямо на столе, а может, уже трахает. — Что ж, так даже лучше, — девушка натянуто улыбнулась. — Я ему футболку должна вернуть, — она протянула Аарону пакет с вещью. — Передай ему пожалуйста, вы то уж всяко чаще видитесь. Мужчина утвердительно кивнул, а Сара улыбнулась ещё раз, чувствуя, как комок слез, возникший в горле, перекрывает доступ воздуху, отчего дышать становится труднее. Ей так хотелось его увидеть в последний раз, но, видно, не судьба. — Спасибо, я за этим и приходила. Что ж, мне пора... — девушка развернулась и уже хотела отойти от барной стойки, как неожиданно Аарон схватил её за запястье, вынуждая остановиться. — Сара, постой, — О’Нил недоуменно посмотрела на мужчину, а тот лишь тяжело вздохнул. — На самом деле, Вишни не будет ни завтра, ни послезавтра, ни... в общем ещё какое-то время. И я ему тоже не смогу передать. Вернее смогу, но вряд ли она ему там понадобится. По мере того, как Аарон говорил, ощущение, что произошло что-то очень плохое, усиливалось в Саре с каждой секундой. — Аарон, что с ним? — настороженно спросила девушка, видя, как Хилл отводит взгляд в сторону. — Он жив? С ним все в порядке? — Жив, — односложно ответил мужчина, а потом вдруг набрался смелости и посмотрел ей прямо в глаза. — Он... в тюрьме, Сара. Смысл сказанного дошёл до девушки не сразу. Конечно, она знала, да и сам Вишня не раз говорил, что рано или поздно закон настигнет его и тогда ему придётся ответить по заслугам. Но все это казалось таким далеким и несбыточным, что Сара не предавала какого-либо значения этим словам. Это же Вишня — у него всегда все под контролем, он четко просчитывает каждый свой ход и предчувствует малейшую опасность. Как же получилось так, что на этот раз его безупречно отлаженная система дала сбой? Мысли завертелись в голове Сары с бешеной скоростью, словно детали в новом механизме. Девушка лишь на несколько секунд прикрыла глаза, силясь справиться с только что обрушившейся на неё информацией. Сара почувствовала, как Аарон ободряюще сжал её плечо, и внезапно, даже не задумываясь о своих словах, тихо, но твёрдо произнесла: — Отвези меня к нему.