Ваш диагноз - безумие

      Взгляд Джека уже четыре минуты насиловал часы. Пусть, сам он частенько опаздывал, но когда другие так делали, ненавидел. Эти люди сразу отправлялись в чёрный список, которым, если распечатать, можно обмотать самого Фроста.       — Агрх! — раздражённо выдыхает парень, запрокинув голову и от злости сжав пальцы в кулаки. — Ещё немного этой долбанной тишины и я умру. Меня тошнит. Включите музыку-у-у!       Страдальческие вопли светловолосого доктора со скептическим выражением выслушивал его друг, пытаясь понять, действительно ли это белобрысое чудо сумело выучиться на психолога. Шатен удивлялся этому с первого курса, как только встретил неугомонный вихрь с голубыми глазами.       — Увы, у стены, с которой ты общаешься, нет ни рук, ни колонки, — пожал плечами зеленоглазый, отвалившись на спинку дивана.       — Ты слишком скучный, — фыркнул Джексон, отвернувшись.       Оба знали, что Иккинг далеко не занудная личность. Хотя бы потому, что позавчера они отмечали начало своей интернатуры и жгли шикарный костёр из тетрадок, блокнотов, альбомов и прочей бумажной фигни, которую исписали за шесть лет. Хэддок бы ни за что не согласился на подобное, если бы отец Фроста не сказал, что им всё равно придётся забыть то, чему учили в Меде. Макулатура ярко горела, обливаемая то бензином, то коньяком, а недалеко дежурил знакомый пожарник. Ну так, на всякий, вдруг что.       Джексон хапнул ртом воздуха и вскочил с диванчика, осматриваясь. Нужно что-то интересное. Всё-таки первая встреча с «наставником», а такое событие должно быть запоминающимся.       — Фрост, прижми свой зад, пока не нашёл очередное приключение, — тоном старшей сестрицы повелительно и громко попросил Иккинг, устало вздохнув.       Он присматривает за этим оболтусом с конца десятого класса и это порядком надоедает. За всю их дружбу Хэддок успел изучить белобрысого с ног до головы. От части это была тренировка в будущей профессии. Но так или иначе вот этот жест, что воспроизвёл минуту назад Джек, никогда не предвещал вообще ничего хорошего.       — Ой, я тебя умоляю, — отмахнулся Фрост, мельком зыркнув на друга, и отвернулся.       Глаза, что ненавидели спокойствие и постоянно выражали скуку, блеснули озорным огоньком, встретив на столе хрупкую фигурку динозавра, сложенную из квадратных шоколадных конфет. И почему он раньше этого не заметил?       — Джек, не смей! — вскрикнул шатен, подрываясь с места, как только заметил, куда потянулась рука белобрысого придурка.       В тот же миг входная дверь, которую явно пнули ногой, да со всей силы, отлетела и ударилась о шкаф, что тот затрясся. Те книги, которые стояли у самого края, попадали. В воздухе закружились какие-то листочки и грамоты, с самого верху за шкаф сорвался чей-то портрет. Конфетный динозавр развалился под оглушающий голос хозяина кабинета:       — Я сделаю из вас вечных рабов низшей категории, чтоб вам не ту болячку вырезали! Да какого хрена ты свои лапищи к моему шедевру потянул, существо одноклеточное?! А?!       Так орать мог только один психиатр, которого Джек в принципе знал. И имя ему…       — Мистер Астер, извиняюсь за опоздание, — за спиной врача мелькнуло рыжее пламя волос, а через секунду в кабинет протиснулась сама девушка.       На фоне белого халата её яркие довольно длинные волосы, многочисленные веснушки и сверкающие яростью голубые глаза так выделялись, что Джек, выпрямившись, как ни в чём не бывало, перевёл взгляд на наставника и широко ему улыбнулся, заметив встречные яростные глаза.       — Сюрприз, Кролик, — сладко-издевательски пропел Фрост, потихоньку перемещая свою тушку за Иккинга.       — А ты что тут забыл, одноклеточный? — вновь взорвался Астер, сжимая шариковую ручку до хруста.       — Я думал, вы в курсе, — притворно обиженно пробурчал белобрысый.       — Значит так, клоун хренов, здесь тебе не детская площадка, чтобы игры свои разводить. Коли папаша привёл тебя на экскурсию, так пусть следит! А то ходят тут всякие посторонние, — продолжил тираду психиатр, не обращая внимания на удивлённо вытянутое лицо нового подопечного и ржущего в углу «одноклеточного».       — Фрост, скажи, что ты всех разыгрываешь, — прошептал ему Иккинг, стараясь вернуть выражение лица в обычное состояние.       — Разве я могу так поступить со своим дорогим другом? — невинно проворковал Джексон, опасливо косясь на старого знакомого с серыми, кажется, полуседыми от этой встречи, волосами.       — Вообще-то можешь, — буркнул Хэддок, сложив руки на груди.       Пока с одной стороны от него продолжал высказываться новый начальник, а с другой друг ломал комедию, парень понял, что пора бы перестать удивляться. Эта жизнь ещё столько всего не показала.       — Ой, да брось, — фыркнул Фрост в своей излюбленной манере, случайно наткнувшись на заинтересованный взгляд высокой яркой девушки.       Сделав вид, что её там и вовсе нет, парень посмотрел на Астера… Тот успокоился, замолчал… И выжидающе строго смотрел ни на кого иного, как Джека.       — Ну давай, доведи меня до приступа, дитя Ада, — удивительно терпеливо и спокойно проговорил психиатр, получив долгожданное внимание своих новых мученников.       Джек непонимающе завис, но всего на секунду. Кивнув, парень расправил плечи, одёрнул халат и сделал шаг из своего укрытия.       — Очень рад, что вы стали моим учителем, мистер Астер.       Банниманд потёр переносицу пальцами обеих рук, подняв очки в тонкой оправе на лоб.       — Господи, я не хотел убивать того паука, можно мне второй шанс? — взмолился он, запрокинув голову к потолку.       Парни обронили по смешку и тут же приняли серьёзный вид, получив грозный взгляд.       — Значит так, — бодренько начал Астер, придя в себя, — для тех, кто не знает, как обращаться к местному богу — Банниманд Астер. А вы, сударь, извольте назваться, чтобы я не утруждал себя.       Внимание сосредоточилось на зеленоглазом шатене.       — Иккинг Хэддок, — коротко ответил парень, с интересом наблюдая за происходящим.       — Не-ет, здесь что-то посерьёзнее того паука, — вздохнул мужчина. — А это Мерида. Она наш новый невролог, но так как работу ей пока никто не доверяет, Данброх сделает вам обозревательную экскурсию.       Девушка с неизменной модельной улыбкой кивнула, игнорируя откровенный сарказм в свою сторону, и вышла. Парни было последовали за ней.       — И да, — спохватился Астер, останавливая их, — мальчик, родители которого оружейники, с сего дня будешь наблюдать за пациентом из тридцать первой. Обмороженному не доверять даже швабру уборщицы!       Раздав указания, Банниманд захлопнул дверь в свой кабинет. Иккинг заторможенно перевёл офигевающие глаза с двери на друга, тот с понимающей улыбкой пожал плечами.

***

      На самом деле Джеку не требовалось показывать больницу. Он бывал здесь десятки раз. Хотя раньше в корпус психически больных его не пускали. Ну да что такого может быть в обычной психушке? Пусть больничный комплекс его отца и был сам по себе уникален…       Фрост шёл сзади, отставая на пару шагов. Слушать болтовню рыжей девчонки, на вид чуть старше его самого, вообще не хотелось. Снова стало скучно. Даже никаких происшествий. Если бы не слова отца о том, что профессия психиатра интересна и имеет свои преимущества, если бы не его умелые уговоры, Джексон не бросил бы гонки и свою весёлую компанию, хоть и понимал, что рано или поздно придётся взяться за ум.       Заложив руки за голову, перед этим расстегнув халат, чтобы не теснил, парень смотрел по сторонам, мельком заглядывая в палаты, что были открыты. Ничего примечательного. Просто люди в белых и голубых пижамах. Кто-то сидит на постели, кто-то расхаживает по комнате. В одной палате вообще жил единственный пациент. И этот пациент стоял на тумбочке, привязывая к чему-то на потолке рукав от смирительной рубашки…       Фрост резко затормозил и замер, осознавая происходящее. Что делать, если человек пытается свершить суицид? Вряд ли бежать к главному с дикими воплями. Может, поинтересоваться, что происходит?       Да, конечно… Ничего гениальнее в голову не взбредет.