Главное, чтобы костюмчик сидел.

      Майк дочитал книгу уже к четвергу, но так как Нина до вечера работала в ателье, а мальчик находился в подготовительной группе, организовать обещанную встречу в студии нам удалось только в пятницу после обеда. Наше общение перешло в сумасшедшую романтическую стадию. Я каждый день встречал её во время ланча, мы обедали вместе неподалёку от её работы и целовались как подростки при любом удобном случае, не в силах оторваться друг от друга. Созванивались, я как одержимый строчил ей сообщения почти каждый час, и она всегда отвечала, совсем не тем деловым тоном, что раньше. Напряженная осторожность пропала из её поведения, чему я, конечно, радовался.       В час дня в пятницу я заехал за Ниной в ателье. Майк уже был там вместе с гитарой, которую ему явно было сложно нести даже в чехле, но он упорно не позволял себе помочь. Всю дорогу я поглядывал в зеркало заднего вида на то, как парень болтает ногами от нетерпения. Должно быть, это и сыграло с нами злую шутку.       Машина вылетела справа, игнорируя сигнал светофора. Почти весь удар пришелся на правое крыло, как раз с той стороны, где сидела Нина. Всё произошло в доли секунды, но я видел это словно в замедленной съёмке. Серый пикап вминается в борт моего Ровера, Нина испуганно отворачивается от удара, закрываясь руками, её длинные волосы по инерции разлетаются сначала назад, а затем вперёд вместе с осколками стекла, но ремень крепко удерживает девушку на месте. Меня бросает на неё — чуть не повисаю на своём ремне безопасности. Очки защищают мои глаза от осколков, но лицо начинает жечь. Последним я улавливаю взгляд Нины, направленный на сына. Я точно помню, что помог мальчику пристегнуться перед поездкой. Дальше наступает темнота.