Ты не помнишь меня?

      Всё время в автобусе был слышен громкий прихрюкивающий хохот Димы, конечно, смеялся и его невидимый друг, но его не слышали. А жаль, ведь это стоило услышать, так как иногда фантом буквально пищал в приступе истерического смеха. Во всём были виноваты шуточки от шатена, в которых он описывал позу отжимания полупрозрачного парня. Были высказывания и о том, что Душнов выглядел как креветка, как тюлень, как ящерица, которая готовилась к прыжку. Ну, а Олег тоже не отставал, он сравнивал пение гитариста с кудахтаньем, с воем собаки, которой наступили на хвост и тому подобное. Так они могли до бесконечности, но автобус остановился на нужной им остановке. Тогда Шашлык пошёл на выход неуклюжей походкой, попутно убирая с глаз слёзы, которые выступили после дикого смеха. Студент оплатил проезд, и наши герои вышли из транспорта. Однако не направились по знакомой им дороге, которая вела в общагу, наоборот, просто остались на остановке, будто бы ждали какой-то автобус. Конечно же эта ситуация и вызвала недоумение у полтергейста, но он продолжал парить возле своего компаньона, не осмеливаясь что-либо спрашивать. Хотя спустя несколько минут худощавый парнишка всё-таки сдался, потому что уже успел себя накрутить, и, превозмогая все свои комплексы, поинтересовался. — Димон… — растерянно подал голос Олежа, — А мы куда? — А вот тут начнётся долгая история. — опустошённым голосом сказал «великий певец». — А с этого момента поподробнее! — уже более обеспокоенно воскликнул фантом, подлетая ближе к соседу. — Ну-у-у, — задумчиво потянул зеленоглазый, — в списке-пиписке есть пункт «Домой на каникулы», и я решил, что можно было бы… — ТЫ, ЧТО?! — хватаясь за голову, выкрикнул дух. — Я знаю, знаю. Надо было тебе раньше рассказать, я просто не решался. — промямлил Димас, почесав затылок. А его мистический собеседник обессиленно вздохнул. — За какие грехи мне пришлось расплачиваться? — шёпотом произнёс Душнов, потерая переносицу. — Получается мы едем к моему отцу? — спросил призрачный, опустив руки и смотря на собеседника. — Не совсем. — Побрацкий отвёл взгляд от духа, — Точнее сказать, на дачу. — Оу, — как-то весело проронил парень-призрак. — для меня дача и была домом… — он запнулся и посмотрел на асфальт, вспоминая лучшие моменты в своей жизни, которые в основном были связаны с дачей. — Тогда задание точно должно выполняться. — Надеюсь. — с ноткой грусти пробубнил широкоплечий.       Спустя десять минут подъехал бело-синий автобус. Парни неуверенно зашли в транспорт и обнаружили там Олю. Та сидела с телефоном в одной руке, а другой рукой поманила своего парня сесть рядом. Слегка шатаясь, Димка всё же пополз к девушке. Душнова заключила Шашлыка в лёгкие объятья, как только тот, с натянутой улыбкой, оказался справа от неё, на сидении. Выглядели те объятья так, словно к нашему студенту приехал какой-то родственник, которого он не знал, но надо было вести себя естественно. — Прям повзрослел! — хихикая сказала Оля. — И не говори… — ответил парень, ещё находясь в объятьях фиолетововолосой. Благодаря такому положению гитарист и смог взглянуть на своего невидимого друга, на его лице была грустная улыбка, а в глазах читалась детская наивность. — А как ты вообще там выжил? — наконец, отстранившись, спросила с лёгкой улыбкой сестра Олежи. На этот вопрос Дима лишь пожал плечами. — Ладно-ладно, не буду мучать этой темой. Как настроение? — Замечательно. — более-менее радостным голосом сказал шатен.       Разговор был довольно неспокойным, по крайней мере для наших мальчиков уж точно. Олегу было как-то больно смотреть на всё происходящее, а Диме было одновременно и страшно, и неприятно. Он верил в свою теорию, где Душнова в конце концов оказывалась убийцей. Однако, зеленоглазый хорошо держался и прошёл с успехом это «испытание».       Вся компашка приехала на дачу только через два часа, конечно же, уже был вечер. Было около восьми… Или девяти? Никто просто не смотрел на часы — не до этого. — Ну, у меня там комната свободна. — игриво сказала Оля. — Знаешь, — начал Дима. — я устал. Я бы, — шатен зевнул для убедительности своих слов. — хотел сегодня поспать подольше. — Ладно. — немного обиженно произнесла девушка и отстала от парня, пожелав спокойной ночи и тихо закрыв дверь. Наконец-то ребята остались тет-а-тет. Хотелось многое прояснить. Например, Шашлыку было интересно, почему на календаре один день, тринадцатое июля, был обведён чёрной пастой. — Олеж, — тихо позвал живой сосед, — а чё это? — широкоплечий парнишка указал на календарь. Этого было достаточно, чтобы привлечь внимание духа, и тот подлетел к стене, рассматривая лист календаря. — Я не знаю… — туманно ответил Душнов. Он действительно не знает и не помнит что-то связанное с этой датой. Димас сильно заморачиваться не стал, потому что уже до жути хотел поспать. — Окей, я спать. — уже на диване пробубнил студент, — Спокойной. — Ага, спокойной. — всё также паря возле стены, произнёс парень в клетчатой рубашке.

***

      Дни летели напролёт на даче. Живым пребывателям здесь хорошо, ведь тут можно выпить или съесть не очень полезные продукты. Да уж, такие развлечения не многим понравятся, вот и мистический сосед Димы тоже не в восторге от всего этого. Он мог бы закрыть на это глаза, если бы таким «развлекающимся человеком» был только его сосед, но нет, Оля оказывается тоже любила заняться эдаким, когда находится подходящее время. Полтергейст винил себя в изменениях своей сестры, хотя, частично так и было. Приходилось просто наблюдать со стороны то, как молодая пара портит своё здоровье.       Но вот незадача, все «развлекухи», приготовленные Олей, закончились. И только тогда девушка и парень спохватились. Начали собирать спелые яблоки во дворе, вести вполне нормальный образ жизни, а когда совсем скучно смотрели телек. Такое времяпровождения Олегу больше нравились. Вот и таким приятным вечером был двенадцатого июля. Ребята сидели в зале и смотрели какой-то музыкальный концерт по телеку. Внезапно Шашлык увидел краем глаза яркую точку, а так как любопытство сильнее любого другого чувства, то парень решил подойти к подоконнику, на котором и была эта точка. Отодвинув шторы, студент слегка разозлился — на подоконнике была ваза с цветами. — О-па! А цветы кто подарил? — с лёгкой строгостью поинтересовался зеленоглазый, указывая на яркий букет бархатцев. — Это не то, что ты подумал. Никто мне цветы не дарил, они для Олежи. — девушка достала телефон и что-то там искала, — Завтра будет ровно год, после его смерти. А ты, если не против, можешь завтра поехать со мной. Там недалеко, вот, взгляни. — Оля показала на карте место, где располагается кладбище. И вправду недалеко. В этот момент Олежа, который находился в другом конце комнаты, чуть ли не закричал на полную. Он был шокирован, нет, ошеломлён. «Вот что значило! Вот поэтому в календаре и отмечено!» — хотел громко выкрикнуть свои мысли голубоватый дух. — Да, в принципе можно. Он же твой брат, надо уважать и всё такое. — нервно усмехнулся Побрацкий. — Тогда договорились! — уже веселее сказала сестра Олега.

***

      На следующее утро наша компания поехала на кладбище, где похоронен старший брат Оли. Парни, в отличие от девушки, были как на иголках. Успокаивало лишь сведения о том, что дорога была недолгой, а значит и напряжённая ситуация сокращалась.       Приехав на кладбище, ребята явно поникли. И самое неприятное было ещё то, что пришлось пройти половину всего этого угнетающего места. Но Душнова всеми силами пыталась подшучивать над Димой, чтобы хоть чем-нибудь «помочь». Хотя, нет, она наоборот только всё усложняла. — Вот мы и пришли. — сказала фиолетововолосая девушка, подходя к берёзе, которая росла возле могилы брата. — Ого! — увидев крест Олега, воскликнул Побрацкий. А сам умерший в этот момент просто молчал, от всей этой ситуации у него перехватило дыхание, хоть воздух ему не нужен. Призраку было страшно смотреть на «самого себя», левитируя возле оградки. — М-да, «ого» просто. — уже перед самой могилой промямлила Оля, — Давай цветы вместе положим. — Ну, если ты так хочешь… — нервно сказал Димка, когда подошёл ближе. Тогда его внимание привлекло малое количество цветов, возложенных на могилу. Но это компенсировали всякие мелочи в виде открыток, книг. Всё-таки была одна вещь, которая никак не вписывается во всё это. Справа, возле самой оградки, лежала игрушка маленького медведя. — Да, хочу, иди сюда. — приманивая рукой к себе, протараторила студентка. — Хорошо-хорошо. — подходя ближе к собеседнице, пробубнил шатен. — Так, подожди… — подлетая к странной игрушке, произнёс дух. — Ты это видишь? — фантом указал на ленточку, находящейся на шее медведя. Завязанная в бант лента была персикового цвета, а её кончик был порван. Гитарист сразу же понял намёк своего соседа и начал действовать. — Мне жаль твоего брата. — из далека начал Шашлык, в ответ от девушки послышалось «Угу», — Тут много всякой всячины, но вот игрушки тут не к месту, ведь ему было двадцать один. — парень указал глазами на медведя. — К месту или нет, но он здесь. — проронила Оля, на что и получила заинтересованный взгляд от зеленоглазого, — Этого медведя положил Антон. — АНТОН? — то ли выкрикнули, то ли переспросили парни. — Да. — Душнова поправила уже новый букет на могиле брата, — Ты бы его видел в первую неделю, после смерти Олежи. Тогда нам всем было тяжело, но среди всех друзей Олежи ему особенно. — девушка сделала короткую паузу и посмотрела на плюшевого, — Они же были лучшими друзьями, буквально… Ох, я до сих пор помню как он пришёл на похороны весь такой мрачный, грустный и растерянный, а после положил этого медвежонка. Антон часто к нам заходил, даже один раз попросил взять фото с моим братом. Конечно же мы отдали ему фото, на память… Наверное, он и сейчас скорбит. — Прости… — слегка дрожащим голосом сказал Дима, его изнутри трясло, словно он находился на самой холодной точке мира. — Но… Он же… — отказываясь в это верить, прошептал дух. — Он не мог.! — Я отойду ненадолго. — вздохнув сказала фиолетововолосая, в ответ Шашлык просто покачал головой. И как только та оказалась за несколько десятков метров, чтобы прийти в себя, Димас достал телефон и пошёл к улике, дабы её сфотографировать. К счастью, он успел осуществить свои задуманные действия до того, как вернулась его девушка.       Спустя несколько минут неловкого молчания, ну, как «молчания». Мёртвый Душнов всё время что-то бормотал себе под нос. В его прозрачной голове не укладывается вся эта информация. Да и не одного его. У гитариста тоже, но он предпочёл просто молча думать. Хоть его мысли были более интересными, в отличие от призрачного. «Оля могла бы и солгать, чтобы обеспечить себе «алиби», ей не составит труда обвинить того человека, на которого никто и не подумает. Да, скорее всего, эта теория верна, ведь, если бы Антон был бы убийцей, то попросту испугался, когда я «искал ключи» во дворе общаги… Как же всё непонятно и странно.» — крутилось в голове зеленоглазого. Да, оказывается он не очень плохой детектив.

***

      Начало учебного года всегда приходит неожиданно. Так и у наших героев, для них полтора месяца прошли как в тумане, незаметно, непонятно, немного страшновато, но прошли. Значит можно возвращаться в родненькую комнатку двести тринадцать, конечно же проверив список перед приездом. И да, осталось только два задания. Оказавшись в знакомом многоэтажном здании перед нашими друзьями предстала главная задача, по крайней мере для Димона, её суть заключалась в том, чтобы взять все улики и пойти в полицию. Один «жилец» комнаты в какой-то степени не хотел этого делать, оправдываясь, мол «Может что-то не так произошло, или мы что-то не так понимаем. И улики не косвенные». На эти аргументы другому жильцу было откровенно наплевать. Он хотел, чтобы справедливость восторжествовала. Хотя, сейчас не особо до этого. Начало осень — начало учебного года — начало страданий. Именно по этой причине парень не мог осуществить задуманное. Ведь с учёбой всё ещё туговато.       И вот, одним сентябрьским утром кто-то из одногруппников Шашлыка написал, что надо подправить кое-какие плакаты для ВУЗ-а. Естественно никто не вызвался на помощь, кроме одного светло-голубого призрака. Нет, наверное, слово «вызвался» — не то слово, вернее сказать «его заставили». Да, так определённо правильнее. — Тебе составляет огромного труда почёркать по клочку бумаги? — смотря на соседнюю кровать, соответственно на компаньона, воскликнул зеленоглазый. — Вообще-то, да, составит труда. Если ты не помнишь, то я — призрак. И мне тяжело взаимодействовать физически с предметами. — слегка обиженно произнёс парень в клетчатой рубашке. — Давай как по старой схеме — «только ради выполнения списка»! — чуть-чуть жизнерадостнее продолжил разговор Побрацкий. — С одной стороны я не против, но с другой… — фантом ещё сильнее нахмурил брови, — Пока я там сижу, страдаю, пытаюсь что-то адекватное сделать с плакатом, ты же будешь просто спать или ещё что-то подобное. — взор аквамариновых глаз остановился прямо на глупой улыбке соседа, которая мигом пропала. — Эээээ, ну… — Дима замялся, он пытался что-либо сказать нормальное, а не «Ну да, я только из-за этого и тебя прошу» — Нет…? — в ответ послышался глубокий вздох. — Ох, ладно. Пиши ей, или ему, чтобы плакаты тебе отдали завтра. — немного раздражённо промямлил Олег. — Я так и знал, что ты согласишься! — тихо шепнул Димас. После минутного «клик-тык-тык-цок» по экрану телефона, послышался радостный голос живого соседа.

***

      Настало время для «мучения призрачного». Да, после пар его друг пришёл с тремя плакатами и предоставил их «работнику». Было бы не так трудно, если бы восприимчивость была не только на определённых людей, но и предметы, а такой, к сожалению, функции не было. Поэтому парню-призраку пришлось немного повозиться. Причём в течение одного вечера, когда в это же время его живой сосед видел десятый сон. «Несправедливо!» — тогда подумал дух. Отчасти он прав, ведь так бессовестно взять и лечь спать, когда твой друг пытается что-то сделать — просто несправедливо. Но с другой стороны, ведь шатену не надо было этих плакатов приносить — это не его заботы, да и вообще, он хотел отдохнуть. Шашлык взялся за это только потому, что было задание для невидимого друга. Да, казалось бы, вот он — Димон Шашлык, которому наплевать абсолютно на всех, сейчас волнуется за мистического парня. Наверное, сейчас бы для описания ситуации и поведения Димы подошли бы слова, которые произнёс обладатель аквамариновых глаз: «А сейчас, сейчас я каждый день «проживаю» с удовольствием. Я никогда не испытывал такой шквал эмоций! И я даже рад, что у меня теперь такая «жизнь»!». Кто бы мог подумать, что эти же слова могли быть и для Димы? Конечно же, никто бы не поверил. Даже его сосед по комнате. Но всё же… Побрацкий впервые в жизни почувствовал другие эмоции, чувства. Если изначально всё, что хотелось сделать — закончить со списком, чтобы этот Душнов отвалил. Но не сейчас, цель слегка поменялась. Теперь хотелось — помочь со списком, чтобы Душнов был счастлив.       Ну, а духоподобный парнишка продолжал пыхтеть над плакатом из ряда «ЗОЖ — это всё моё». Ничего путного не получалось, уж слишком полтергейст рассредоточился. Из-за того, что в мыслях у него было только одно — «Антон убийца?». С того самого дня, тринадцатого июля, мысли не давали покоя. Вторая же мысль приходила сразу же после первой — «Зачем?». И ведь действительно, зачем? — Оля же не может врать… — фантом слегка дрожащими руками положил на пол кисточку и взглянул на «своё творение». — Ведь так? — взгляд неестественно ярких и светящихся глаз немного затуманился.

Антон всегда только лишь прикидывается бесчувственным. На самом деле он просто слегка не умеет это делать, либо делает это, но очень своеобразно. Вот и сейчас он позвонил своему другу, чтобы тот открывал дверь. В руках янтароглазый держал маленького плюшевого медвежонка. И вот, он стоит перед дверью своего лучшего друга. Немного торопясь, перебирая ногами, переводя взгляд куда-то, но продолжал стоять. А когда невинный Олег открывает дверь, то моментально начинает улыбаться. «Такая милая сцена, хоть бери и рисуй, но я, к сожалению, не художник. Поэтому просто постараюсь запомнить каждую малейшую деталь!» — подумал Олежа, когда полностью осмотрел своего друга. И да, он запомнил всё… Но только сейчас вспомнил.

— Чтоб тебя…! — тихо ругнулся полтергейст, хватаясь за голову. — Что это сейчас было?

Молодой парень опять что-то бубнил, приближаясь к собеседнику, но этого не слышал и не видел Олежа, он просто засмотрелся на эти янтарные глаза. Такие красивые! Боже, просто светятся таким ярким… Красным цветом.

Воспоминания духа накрыли с головой. То, как выглядел растерянный старшекурсник, как он что-то выкрикивает. И… Закат, многоэтажки, падение, последние мысли, боль, кровь, крики, ужасная картина…

Случайность, которая повлекла за собой большую случайность, конечно же в виде призрака. Он и вправду является случайностью, ошибкой, сбоем некой программы. Ведь призраков не существует, а уж тем более они не остаются «жить» на земле. Всё же, молодой парень Олег опроверг все эти стереотипы мышления.

Каким-то непонятным образом после всех этих «флешбэков» фантомная голова Душнова начала раскалываться. Это просто невозможно! Он — призрак, он не может чувствовать что-либо, это просто физически нереально. Но оно было. Да, Олежа определённо «исключение из правил». И это «исключение» сейчас бросило всё, что было. Плакат, свои привычки быть тихим, не выражать подлинных эмоций. В общем, всё. Он просто не мог держать себя в руках, он потерял контроль. — Чего… — не успел договорить Димон, как увидел ужасающую картину. Дух корчился от боли, как «физической», так и от моральной. — Ты в порядке? Что случилось? — спросил, подорвавшись, сонный шатен. Но полупрозрачный студент молчит, он ничего не может сказать или сделать. Его окутывает и боль, и воспоминания, и мысли, и прочие. «Как такое возможно?» — кудрявый самому себе задавал вопрос. Многозадачный. Да, именно многозадачный. Ведь этот вопрос обращался к Антону, к боли, которая всё-таки присутствовала сейчас, к самому себе. — Н-не волнуйся… Всё в поряд-дке. — сквозь боль процедил фантом, всё ещё держась за раскалывающую голову. Он не хотел, чтобы за него кто-либо переживал, поэтому и соврал. — Ага, конечно. — очередной раз саркастически сказал Шашлык. Он уже слишком хорошо знает своего соседа, чтоб понять, когда тот врёт. Ну, не умеет он этого делать и всё. — Рассказывай! И в мельчайших подробностях! — Со мной в-всё в порядке, чего ещё говорить. — Олежа хотел подлететь наверх и слегка раскинуть руки в стороны, дабы зеленоглазый убедился в его словах, но закружилась голова, словно после того самого похмелья. Но вот, спектральное тело полетело назад, на пол. — Что случилось, Олеж? — чуть ли не крича спросил Побрацкий у своего друга. «Да, ему почему-то точно не всё равно на меня» — подумал мистический, взглянув на синяки под глазами.

— Я знаю как умер.