Слишком далеко и очень близко

Все четверо фигур на фоне уходящего за горизонт солнца становились темнее и темнее. А небольшая морось вкрапливалась в пейзаж светлыми помехами. Осень уже забирала свое и закат наступал куда раньше, чем обычно. И Гробовщик, и Себастьян, и братья Фантомхайвы были напряжены донельзя, а Сиэль старший ещё и обескуражен. Чуть он не выиграл в этом поединке, как его победу нечестным образом отнимает какой-то там демон в черном. В общем-то, говоря по правде, в какой-то мере он и ожидал такого поворота событий. Порядочные демоны ведь и живут исключительно ради томящейся души, он бы не упустил ее так просто. Что действительно удивляло и радовало — объявившийся Гробовщик, которому, по всей видимости, не все равно, что произойдет с Сиэлем. А ведь за то все время, что Гробовщика не было рядом, мальчик уже успел накрутить себя о том, что на самом деле никому он здесь не нужен и его не ждали, а сам седоволосый только и хочет видеть в графе своего погибшего друга, а как только понял, что отличия между ними существенны, сразу потерял интерес, пустив все на самотек. Но не тут-то было! Гробовщик здесь, готовится защитить свое творение от кровожадного зверя. Гробовщик! — с неподдельной радостью воскликнул Сиэль. Себастьян! — в унисон с братом прокричал Фантомхайв младший. Чувствовалось в его интонации и счастье спасения и негодование одновременно. Еще пару секунд пространство заполоняла гробовая тишина, ровно до тех пор, как Гробовщик не усмехнулся, оттолкнувши дворецкого с достаточной силой. — Что ты здесь делаешь, Себастьян?! Тебе было приказано совершенно другое, тебе нельзя было! — младший Фантомхайв был просто в ярости. Он встал с земли, сильно ударив по своей одежде, чтобы отряхнуть всю грязь и уже сделал грозный шаг ему навстречу, как тот спокойно ответил: — Я всего лишь спасаю вашу жизнь, согласно условиям кон… — его речь внезапно оборвалась. Михаэлис рефлекторно увернулся от летящего с пронзительным свистом над его головой предмета. Во время секундной заминки, потраченной на выяснения отношений хозяина и подчиненного, одна рука Гробовщика нежно скользнула по спине старшего Фантомхайва, а с помощью второй он уже призвал свою косу смерти, которой был готов без капли сомнения расправиться с дворецким. Расстегнутый балахон обнажил деревянные сотобо, которые Гробовщик обычно активно использовал в бою. Стараясь снести Себастьяну голову, из прыжка он оказался на противоположной стороне. Каблуки в заносе вдавливались в землю, образуя клубы пыли. Себастьян же, не став медлить, приготовил свое проверенное временем оружие — серебряные столовые ножи. Он отошел в сторону, попутно повернувшись к Гробовщику всем корпусом, держа его в поле своего зрения. Тем временем, не в силах больше ждать, разыгравшийся младший Сиэль ударил своей шпагой о шпагу брата, стараясь немного привести его в чувства. — Наша дуэль еще не закончена! — крикнул он громко, идя в наступление дальше. Гробовщик с разбега попробовал посягнуть на жизнь демона ещё раз. Сложность была в том, что если на ныне затонувшей Кампании вокруг были всяческие лестницы, помещения и различные предметы, то здесь не было ничего от слова совсем. Ничего, за чем бы можно было укрыться или что-то, на что запрыгнуть, чтобы выиграть время. Естественно, кроме зелени рядом со стенами поместья, но разве это препятствие для таких, как Себастьян? Однако и после второй попытки нанести удар демон увернулся. Теперь уже и он шел в наступление, целясь ножами прямо в голову оппонента. Стоило Гробовщику немного увести голову в сторону, проблема тут же была решена. — Я не перестаю удивляться твоему оружию — хихикнул Гробовщик, снова замахнувшись косой над головой. Он резко опустил ее, так, что Себастьян упал на землю, став ближе к воюющим Фантомхайвам. На фоне Михаэлиса с Гробовщиком, бой братьев казался просто шуткой. Себастьян успел поймать лезвие косы, сжимая его руками с двух сторон. Это действие уже можно было назвать его коронным приемом. Гробовщик склонился ближе перед ним, надавливая на косу все сильнее. — Нельзя мешать людям убивать друг друга, знаешь ведь? — с непривычно каменным лицом спросил Гробовщик. Себастьяну оставалось только молча сопротивляться. Сил на светские беседы, мягко сказать, не было. Он осторожно поглядывал назад, следя за поединком мальчиков, прислушиваясь к каждому звуку. — Боже, дети развлекаются, какое тебе до них дело? — вернулась на лицо Гробовщика широкая улыбка. Он в мгновение ослабил давление на косу, позволив Себастьяну наконец выдохнуть. Однако, совсем ненадолго, ведь он замахнулся своей величавой косой в другую сторону, описывая в воздухе быстрый пирует. Зеленое свечение только обвивало его силуэт. Дождь к этому моменту уже принял более понятный облик, став слышимым для всех. Гробовщик в мгновение ока оказался за спиной Себастьяна. В самый разгар битвы Фантомхайвов, седоволосый не постеснялся обхватить младшего Сиэля около рёбер и поднять на свой уровень, как маленькую шавку. А коса, в противовес которой Гробовщик только что описывал круги, после некоторого расстояния заноса оказалась прямо наискось от горла до щеки мальчика, которого все еще держал Гробовщик, крепко обхватив одной рукой. На лице его сияла ехидная победная улыбка, а Сиэль моментально выронил свою шпагу, не в силах осознать, что произошло так быстро и внезапно. — Что, демон, опять на те же грабли встал? Ничему тебя жизнь не учит. — хихикал Гробовщик, немного расслабившись и опустившись на землю. Опомнившийся младший Сиэль тут же стал изгибаться в разные стороны и кричать, чтобы его отпустили, как сильная рука скользнула на его голову, взяв за волосы, пока коленом Гробовщик придерживал его с другой стороны. — Будьте так любезны, помолчите хотя бы пару минут. — зло потребовал он. Старший Фантомхайв и Себастьян переглянулись в замешательстве, отчего Сиэлю на секунду даже стало тошно. Он не хотел смотреть в глаза тому, кто вот так просто все испортил. Этот взгляд в какой-то мере отрезвил Себастьяна, раздумавшего, какие меры принимать и принимать ли сейчас вообще. Спустя мгновение нож уже был запущен в Гробовщика, а он лишь немного сдвинулся с места, так, что нож едва не влетел Сиэлю в голову. — Ай-яй, демон. Думаешь, я побоюсь убить того, кто только что искренне желал смерти моему лучшему творению? — Чего вы добиваетесь?! — впервые за весь бой что-то сказал Себастьян, — ведь ваша цель — это я! — Ха-ха, а жестокость плотно засела в твой разум. Сам по себе ты мне не нужен. — Гробовщик! — выкрикнул младший Фантомхайв — Я не желал смерти своему брату! — Ха-ха, — надменно посмеялся Гробовщик — ты совсем не ведешь себя, как безобидное создание. — Может быть и так, но я действительно не хотел убивать Сиэля! Я просто хотел получить обратно то, что у меня старались отобрать. Любым другим путем, но когда мне предложили дуэль, я не мог отказаться, ты же понимаешь! — Ох, ты вполне мог, мальчик мой. Просто не стал из-за того, что дорожишь своей репутацией. Настолько, что пошел на братоубийство! — вполне серьезно говорил Гробовщик. После коротких разъяснений брата, внутри старшего Фантомхайва будто что-то екнуло. Он нашел в своем враге себя, однако еще не был уверен в правоте своих чувств и просто стоял молча, хотевши понять, что происходит в голове младшего Фантомхайва. — Я был уверен, что Сиэль хочет меня убить! Он сам предложил эту дуэль! — раскричался Сиэль младший, как маленький ребенок. — Брат… — тихо сказал Сиэль. Он откинул свою шпагу, которая с лязгом ударилась о шпагу его брата на земле. — Я тоже не хотел убивать тебя! И безумно рад был видеть тебя снова, пока ты не стал агрессировать в мою сторону! Предложив дуэль, я лишь хотел тебя проверить! Оттенки красного и оранжевого в закате сменились холодным синим и бирюзовым. При свете облака обычно кажутся белыми, но сейчас они будто были темнее самого неба. Дождь все усиливался и давил на разум, создавая шум, который не возможно было пропустить мимо себя. — Гробовщик, пожалуйста, не трогай его! — уже входя в истерику, просил Сиэль. — Я и не собирался. Только бы отстать от надоедливого демона, — коротко ответил Гробовщик взглянув на Себастьяна. Все это время он стоял на месте, как и Сиэль. Боялся подойти, боялся, что Гробовщик действительно причинит вред. Но тут его вдруг осенило, что не могло не отразиться на его лице. — Гробовщик, послушайте. К чему бы вам, благородному жнецу, присматривать за графом Фантомхайвом, словно боясь допустить тот же исход, что постиг Винсента Фантомхайва? — на лице демона сияла неприкрытая победная улыбка, — Какой у вас мотив? Обычный родительский инстинкт к ребенку своего погибшего друга… Или что-то большее? Гробовщик за мгновение изменился в лице, будто бы только что его задели за живое. Растерянность и испуг обволокли всего его. Старший Фантомхайв предполагал, к чему клонит дворецкий, и только в голове Сиэля младшего до сих пор не было единой мысли, хотя пару дней назад этот вопрос его заботил до безумия, он не мог выкинуть эту мысль из головы. — Что ты имеешь ввиду? — спокойно спросил Гробовщик. — Возможно, Винсенту вы были не просто приятелем, а бабушке моего господина, Клодии, не просто близким другом, настолько близким, что вы повесили медальон смерти на свою траурную цепочку? После этих слов Себастьяна, младший Фантомхайв, находившийся в мертвой хватке Гробовщика и вспомнил про свою теорию. Она не давала ему покоя, в кальянной Лау он только и глядел на медальон смерти своей бабушки. Ее синие волосы оказались за стеклом. Того же цвета, что и у братьев Фантомхайвов, и у их отца. Однако у сестры Винсента — Френсис Мидфорд, которая по совместительству являлась матерью невесты Сиэля, волосы были пепельного цвета. Это только лучше дополняло всю картину. Первый раскат грома озарил небо, оставив за собой яркую молнию, которая освещала пух темных туч. Гробовщик откинул Сиэля на влажную землю рядом и превратил косу в деревянную сотобо, что в какой-то мере означало, что дальше драться у него намерений нет. Он отошёл на пару шагов назад, смотря Себастьяну прямо в глаза. — В интересном направлении мыслишь, дворецкий. Себастьян тут же набросился на него в рукопашную, а седоволосый лишь с легкостью оттолкнул его деревянной табличкой. — Себастьян, прекрати! — это все, что способен был выдавить из себя ошарашенный Сиэль, лежавший на земле. Гробовщик обернулся на него с уставшей улыбкой, а Сиэль старший наконец нашел силы подойти ближе. — Видишь ли, — начал Гробовщик — мое самоубийство стало бы позором для рода Фантомхайв, именно поэтому я и никогда не называл своего имени, хотя, ты даже и не интересовался… обидно, кстати! — комично расстроившись сказал Гобовщик. — Так ты… — протянул младший Сиэль. — Да, я и есть Седрик, Сиэль! Отец твоего отца, твой дедушка — мило улыбнулся Гробовщик. Гром прогремел еще раз, приведя с собой свою подругу молнию, окрасившую небо в холодный белый цвет тонкими полосками. Небо уже стало чернеть, а всем присутствующим было понятно, что их жизнь только что разделилась на до и после. Сиэль в действительности понимал, что дело с легкостью может повернуться так, что Седрик и сам подтвердит свое имя, но в глубине души он хотел, чтобы это так и осталось для него загадкой. Хотелось, чтобы все прошло по плану, без лишей суматохи. Однако теперь ничего не исправишь, эта информация дошла для Фантомхайва младшего и теперь он мог только лежать на земле в шоке, смотря на человека перед собой. Все время он испытывал к Гробовщику странные эмоции и из-за этого просто старался не видеться с ним, чтобы отвлечься от своих чувств. Всегда он казался каким-то очень близким и таким далеким одновременно. В принципе, объяснение этих чувств родственной связью было вполне логичным. Старший Фантомхайв подошел к младшему и встал на одно колено, взяв его руку. — Брат, послушай, давай начнем все с чистого листа, воссоединимся всей семьей? Я приму тебя в свое поместье, а ты продолжишь заниматься тем, чем занимался прежде? людьми, которые нагло разрушили нашу семью. — Сиэль, я согласен — на мгновенье улыбнулся младший Фантомхайв. Старший же осторожно снял кольцо с синим камнем с руки брата, надев его на свою руку. Кольцо имеет право носить исключительно граф Фантомхайв и теперь это и есть он. Сиэль встал и протянул руку брату, помогая ему встать. Младший Фантомхайв чувствовал собственное сердцебиение и щекотку в груди, легкость и радость, не смотря на все, через что пришлось пройти. Он подошел к Гробовщику и крепко его обнял. Тот сначала удивился, но потом положил руку на его голову и стал гладить по волосам. — Ну, внучок, чего ты так растрогался? — с ироничным смешком спросил Седрик, — я тебе не поверю, если скажешь, что сам не подозревал. — Я думал об этом, но еще думал, что это очень глупо, просто совпадения… Те жнецы, которые сказали, что я могу их видеть из-за своей родословной, медальон, твоя забота о брате, то, что ты никогда не говорил свое имя, мои загадочные дедушка с бабушкой, которых я не видел, о которых не было принято разговаривать! — он уже срывался на плач. — Винсент избегал разговоров об этом с тобой, ведь, поверь мне на слово, в детстве вы были очень болтливыми, не вини его. Дождь все еще лил, но не так яростно, а в небе зажегся белоснежный месяц с множеством звезд вокруг него. — У тетушки Френсис волосы, как у тебя, но вы даже не общались, поэтому я все отрицал… — Мои гены действительно рецессивные, светлые волосы и кожа. Ее волосы скорее были бы синими, как волосы Клодии, видел, на медальоне? — Он взял его за плечи и немного отошел. — Видел. — Но это не всегда так происходит. Она больше похожа на меня, а Винсент — на Клодию, твою бабушку. Она самостоятельная, у нее своя семья и она рано повзрослела. К чему бы ей со мной общаться сейчас? — Его лицо выглядело поистине воодушевленным и счастливым. Он посмотрел в сторону и усмехнулся, — Так или иначе, теперь я не вижу для нас преград быть снова вместе. Я безумно рад вернуться к семье! — воскликнул он, отпустив Сиэля и радостно прокружившись. На лице графа Фантомхайва сияла улыбка, а Себастьян все же недоумевал, почему его прежде вечно угрюмый и холодный хозяин вдруг выглядит таким счастливым. Ему, возможно, и не дано было понять человеческие чувства, но факт оставался фактом, он просто стоял в стороне и молчал, незаметный, как тень, как и подобает хорошему дворецкому. Гробовщик провел рукой по своим волосам. Они были уже достаточно мокрыми и стали на тон темнее из-за воды. Он поглядел на светлый месяц, капли дождя темной рябью шли по нему. Ночной холодный ветер неприятно играл с намокшей одеждой. — Ха-ха, тут уже достаточно холодно, — сказал Седрик, обернувшись на всех, — пойдем домой.