cherry wine & softcore

#np usher, young jeezy - love in the club донхёк как-то сказал, что изюминка отношений ханбина и чжинхвана в том, что они слишком разные. чжинхван понимает это сейчас, прячась за кустами в людном районе хондэ и выпивая уже третий стакан американо со льдом. он игнорирует ханбиновское «фе, нани, брось каку» вместе с «ты умрешь от сердечного приступа раньше, хён, ты и так старый» и с упреком смотрит на младшего. которому, кажется, очень весело сидеть на асфальте и следить за лучшим другом в кафе через улицу. – напомни мне, зачем я общаюсь с таким придурком, как ты, – мычит чжинхван, натягивая край черной кепки вниз от чужих любопытных взглядов и ярких лучей солнца. на улице разгар жары и начало июня, а он одет во все черное и закрытое (из-за «крутые детективы не ходят в простой одежде, нани» от ханбина). – встречаешься, ты хотел сказать? – ханбин широко улыбается и дальше любопытно смотрит в окно напротив. чжинхван закатывает глаза в ответ и хочет уже напомнить о том, что они вообще-то не встречаются, но ханбин перебивает. – детка, смотри, он заказывает порцию на двоих. я же говорил, что чживон с кем-то встречается! – бин, ты хоть знаешь понятие «личная жизнь»? – чжинхван щурит глаза, пытаясь что-то увидеть за окном со своим зрением в минус три. – и, кстати, слежка незаконна. – не будь занудой, – ханбин показывает язык старшему и вновь возвращается к слежке под укоризненный взгляд чжинхвана. – это не слежка, у нас свидание, хён. – на асфальте у кустов с одним стаканом американо? – хмыкает чжинхван, щипая парня за бок, отчего тот испуганно ойкает. – и крутыми парными кепками, нани, – ханбин улыбается и хватает чжинхвана за руку, переплетая пальцы. – вау, да ты романтик. и, наверное, у них постоянно были именно такие встречи – несуразные, странные и внезапные. в стиле ким ханбина, которому идеи залетают в одно место в самое неожиданное время. и, если чжинхван предпочитал спокойно провести время в какой-нибудь кофейне, то ханбин привносил «остринку» в их отношения (по его словам). – нани, мы с тобой как шерлок холмс и ватсон. кейт и касл. скалли и малдер, – шепчет ханбин почти в три часа ночи в коридоре, секретно прячась за комодом. кто-то целую неделю ворует у ханбина его персиковый йогурт, который почетно стоит в его списке важного в жизни сразу после младшей сестренки, студии и чжинхвана. и, конечно же, детективу ким ханбину нужно раскрыть преступление вместе со своим преданным партнером ким чжинхваном. который сейчас мечтает о том, чтобы совершить собственное преступление и желательно особо тяжкое. – ты уж точно малдер, – сонно вздыхает чжинхван, кладя голову на плечо парню. тот все еще остается бодрым в три часа ночи в отличие от старшего, у которого зачет по уголовному праву утром, и первой паранормальной вещью чжинхван считает то, существует ли у ханбина совесть. хотя бы иногда. – истина где-то рядом, чжинани. фраза становится вещей спустя десять минут, когда детектив ким сумел схватить преступника прямо на месте преступления и максимально гордо отчитывал его на кухне. чану, на самом деле, было не так страшно воровать любимый йогурт ханбина, сколько было страшно смотреть на угрожающий взгляд старшего хёна за потерянные часы сна из-за такой ерунды. – вот видишь, детка? я крутой детектив, – довольно ухмыляется ханбин, уткнувшись в макушку старшего, у которого осталось лишь три часа для сна перед парами. и, если чану мог почувствовать угрожающее и раздраженное настроение чжинхвана за километр, то ханбин был либо слепым, либо самоубийцей. все склонялись ко второму варианту. – если ты сейчас не заткнешься, я сдам тебя инопланетянам, серьезно. – крутые детективы не боятся инопланетян. – боже, ханбин! второй паранормальной вещью чжинхван считает то, что они все еще общаются. нет, он своеобразно любит ханбина, но смотря на их различия, становится даже жутко. и еще жутче становится окружающим от такого дуэта. чжинхван учится на последнем курсе юридического факультета, состоит в студенческом комитете и ведет спокойную тихую жизнь. в отличие от ким ханбина, студента второго курса музыкального факультета, популярного андеграунд рэпера и главной причины боли в голове чжинхвана. потому что рэпера поселили в комнату чжинхвана и он жутко доставучий. и странный. а чжинхван не умеет отказывать (на самом деле умеет, но в этот раз не хочется). начинается все с просьбы поспать вместе, потому что ханбину хочется обнимашек, а у чжинхвана слишком большая кровать («ты низкий и маленький, зачем тебе такая кровать?» и удар в плечо от чжинхвана в ответ). в итоге спать вместе стало настолько привычно, что стало каждодневной нормой. и появление детективных расследований только укрепило их недоотношения. а затем ханбин резко предложил встречаться. – только из-за того, что тебе уютно спать со мной? я надеюсь, что ты просто отвратительно шутишь, бин, – шипит чжинхван, не воспринимая слова младшего всерьез. не то что бы он не считал странными их отношения, просто ханбина он считал чуть страннее. – то, что мне уютно спать с тобой, значит то, что мне уютно жить с тобой, а это происходит редко, знаешь ли. случайности не случайны, нани. – чуйка великого детектива? – однозначно, ватсон. правда, чжинхван на признание так и не ответил. (но все еще ходит с ханбином на долбанные места «преступления») не то что бы ему не нравился ханбин. (как раз-таки очень нравился и это пугало) просто он не понимал, как они могут встречаться. ханбин – сплошное приключение сам по себе, а чжинхван – врожденный скептик и слишком серьезный («поэтому ты и скалли, хён»). ханбин любит led zeppelin, tears for fears и старые альбомы канье уэста, тогда как чжинхван слушает баллады и подпевает романтичным песням рианны и принса. ханбин смотрит детективы и арт-хаусные фильмы с глубоким подтекстом, а чжинхван любит мелодрамы и комедии. и ханбин постоянно закатывает глаза, когда чжинхван напевает песни ашера после душа, тогда как чжинхван затыкает уши от очередного трека джей зи с колонок парня. но ханбин продолжает залезать в кровать чжинхвана в поздние два часа ночи, как только приходит со студии, и чжинхван на секунду доверяет случайностям (и прижимается к младшему ближе). – от судьбы не сбежишь, хён, – пафосно утверждает ханбин, притягивая чжинхвана ближе к себе за шею прямо в студенческой столовой под бурные обсуждения окружающих. чжинхван неловко отодвигается, незаметно щипая младшего за бедро, и взглядом посылает угрозы, но ханбин слепой и – снова же – немножко самоубийца. чжинхван глубоко дышит, считая до трех. а ханбин шепчет в ухо почти интимно. – ты ведь придешь на мое выступление, скалли? чжинхван хочет оттолкнуть его подальше, громко отказаться и забыть про существование ким ханбина хотя бы на пятнадцать минут. но получается совершенно наоборот. – куда я от тебя денусь, – вздыхает чжинхван с легким отчаянием. но ханбин игнорирует интонацию парня и улыбается широко. – проведем там новое расследование от детектива бина. с его лучшим помощником. чжинхвану уже страшно. на выступление чжинхван все-таки пришел – выбирая наряд в течение нескольких часов, но об этом нельзя знать ханбину – и еле-как пробрался через огромную толпу в клубе. еще немного и чжинхван бы ушел, почувствовав приступ тревоги от шума толпы, но его ловит ханбин и по-привычному тянет к себе. – о, ты пришел, хён, – он улыбается счастливо и не отводит взгляда с глаз. иногда чжинхван думает, что ханбин гипнотизирует своим взглядом – у него очень откровенные взгляды (или, может, это видит только чжинхван). затем ханбин знакомит его со всеми, с кем только можно, – и откуда у этого чудика столько знакомых? – но чжинхван вспоминает, что это он в их паре тихий и непопулярный, поэтому опускает вопросы на потом. – сейчас начнется расследование, нани, – заговорщически шепчет ханбин в ухо парню и чжинхван непонимающе смотрит на него. что за слежка и за кем? но ханбин опережает его и продолжает. – сегодня ты за главного, ватсон. ханбин уходит прежде, чем чжинхван начинает задаваться вопросами, наблюдая за поднимающимся на сцену парнем. что он задумал? он продумывает каждый вариант, какой мог прилететь в генератор идей ханбина, который у него вместо головы, но так и не находит ответ. пока свет не падает на сцену и по всему клубу раздается та гребанная песня ашера, которую чжинхван любит напевать по утрам, и ханбин не начинает читать рэп под мелодичную песню и крики толпы. чжинхван застывает в шоке – потому что ханбин бы выступил под песню ашера только под прицелом, – и широко улыбается парню, поющему припев песни. – боже, что ты творишь, – чжинхван смеется, прикрывая рот ладонью, и ханбин ловит его улыбку взглядом со сцены. он несколько раз фальшивит при пении, но чжинхван не может сдержать смех при выступлении парня. когда песня подходит к концу и толпа громко поддерживает выступившего ханбина, он сразу же направляется к чжинхвану. который улыбается до искр в глазах и хватает парня за руки. – и какие же результаты вашего расследования, ким чжинхван? – ханбин шепчет прямо в ухо, перекрывая музыку, играющую в клубе. чжинхван задумчиво кусает нижнюю губу (на которой взгляд ханбина невольно останавливается) и отвечает неуверенно. – тебе больше никогда нельзя петь песни ашера? – хихикает чжинхван, но ханбин отрицательно качает головой. – и ты хорошо выступаешь на сцене даже под ненавистные тебе песни? – это факт, но все еще не то, – самодовольно хмыкает ханбин и снова отрицательно качает головой на вариант. – я не знаю, – чжинхван держит взгляд на ханбине, но в его голове мысли крутятся точно не о глупом расследовании. – из меня плохой детектив? – ты уже ближе к правде, – выдыхает ханбин почти в губы чжинхвану. – а знаешь почему ты плохой детектив, нани? чжинхван вопросительно смотрит на парня и отрицательно качает головой. – потому что тебе нужен я. крутых детективов всегда двое. чжинхван бьет его в плечо, улыбаясь, и тянет на себя, быстро целуя, промазав по пухлым губам. – ты просто дурак, ким ханбин. но ханбин безмолвно притягивает парня обратно к себе, утаскивая его в глубокий долгий поцелуй. и умолчит о том, что он готов фальшиво петь ненавистные песни ашера перед целой толпой и придумывать глупые расследования ради одной улыбки чжинхвана. ведь это тайна только детектива бина.