сборник драбблов по ченджи

стены — белые, свет — яркий. это место — клетка, но они продолжают убеждать, что оно станет для них новым домом. ложь. джисон ладонь перед собой вытягивает, рассматривает железные оковы на своём запястье; на второй руке красуются точно такие же, они чем-то напоминают наручники, только без соединяющей их цепочки — в ней нет надобности. эта штука и без этого со своими функциями справляется отлично, может отслеживать местоположение и бить током за попытки сбежать или снять эти «браслетики», но самое главное — подавляет опасные и необычные способности, из-за которых все они здесь и оказались. ныне прогресс ушёл далеко вперёд, впрочем, как и всё остальное. стоит тебе родиться не таким — и вот ты уже подопытная крыса правительства, верная шавка на побегушках, у которой просто нет выбора, ведь ослушаться и пытаться противостоять им — значит сделать себе в разы хуже. они называют это благой целью, джисон же — самым настоящим кошмаром и пыткой. жаль только, что сбежать из этого ада не представляется возможным. взгляд с оков медленно скользит на пол — там, спиной прислонившись к кровати, весьма удобно расположился его новый сосед по камере. джисон с ним лично не знакомился пока что, но слышал мельком, что его, вроде бы, ченлэ зовут, и что способность у него довольно полезная, обязательно пригодится им впоследствии. так, по крайней мере, говорили эти люди, но сам ченлэ за долгие два часа пребывания в этом проклятом месте не проронил ни слова. джисону его жаль, на самом деле, ему вообще всех здесь жаль: судьбе подростков в этих камерах позавидовать сложно. мгновение — кровать под чужим весом тихонько скрипит; джисон подгибает под себя колени и ладонями опирается на жёсткий матрас, цепляется пальцами за его край и подаётся немного вперёд, склоняясь над ченлэ. ченлэ от такого, кажется, на секунду перестаёт дышать, насторожившись. — спокойно, я просто хочу спросить кое-что, – тут же успокаивает его джисон и только после того, как ченлэ расслабленно выдыхает, продолжает: — слушай, а какая у тебя способность? — будущее вижу, – ченлэ как-то устало ведёт плечом, проводит указательным пальцем по железным оковам на запястье, несильно надавливая подушечкой на прохладный металл. джисон недоверчиво хмурит к переносице брови. — тогда почему ты здесь? ченлэ возню со своими оковами прекращает, запрокидывает голову назад и взглядом встречается с джисоновым. — будущее вижу, – вновь повторяет он, и джисон замечает на чужом лице улыбку: слабую, немного хитрую, но ни на секунду не сожалеющую. ;; позже джисон узнаёт, что ченлэ со своими способностями не до конца ещё разобрался, не может контролировать возникающие видения полностью: они посещают его во снах или когда он человека касается, делает какой-нибудь определённый шаг, да и то не всегда. это предугадать практически невозможно, но, впрочем, в этом месте ничего угадывать даже не приходится: железяки на запястьях всё равно все способности подавляют и сдерживают, превращая их в самых обыкновенных подростков. ченлэ старается верить, что из любой ситуации можно извлечь свои плюсы, стойко терпит все эксперименты и смеётся звонко. джисону чужой смех кажется до боли фальшивым и измученным. ченлэ в камеру каждый раз возвращается с новой порцией синяков и ссадин, у него вид невыносимо уставший и ноги подкашиваются. джисон злится, потому что ченлэ на себя берёт слишком многое, отдаёт слишком многое, а взамен получает лишь пустые обещания и чёртовы белые стены. джисон и сам не в лучшем положении, но вся забота о себе отходит куда-то на второй план, стоит ченлэ почти бесшумно забраться к нему на кровать и устроиться у него где-то под боком. — сегодня процент синхронизации достиг пятидесяти трёх процентов, – негромко сообщает ему он. — завтра они хотят временно снять с меня эти штуковины: уверены, что процент увеличится. джисон замирает. пытаться наделить людей способностями, которыми они никогда не обладали, — самое настоящее безрассудство, особенно, если используются такие вот методы. джисон и сам через всё это проходит, знает, как такие эксперименты влияют на носителей: они разрушают изнутри, а от крика порой срывается голос. оковы снимают не каждому, лишь тем, чья способность не кажется слишком опасной. ему вот, например, их вряд ли когда-либо снимут. — тебе нужно поспать, а то совсем плохо выглядишь. — не думаю, что смогу уснуть, – а следом почти шёпотом: — мне так страшно, джисон. от этой фразы внутри всё мгновенно сжимается, царапается где-то под рёбрами. ченлэ привык верить, привык терпеть и смеяться звонко, но сейчас прямо на глазах ломается, показывает свою слабую сторону — настоящую. джисон чувствует, как начинает медленно закипать: он никогда не сможет простить всех этих людей и их жестокие эксперименты ради «благой цели», не сможет смириться с тем, какое будущее они приготовили для них. какое будущее они приготовили для ченлэ. ладонь мягко ложится на чужую макушку, пальцы ласково перебирают тонкие пряди. джисон вздыхает, поближе прижимая к себе ченлэ второй рукой и обнимая крепче. он его ни за что не оставит. ни сегодня. ни завтра. вообще никогда. они обязательно со всем этим справятся. — ты в своём будущем видел, что эксперименты зайдут настолько далеко? ченлэ под боком чуть ёрзает, мотает отрицательно головой и сцепляет руки вокруг него в прочный замок, щекой прислоняясь к джисоновому плечу. — в своём будущем я видел тебя. ;; вой сирены громким эхом разносится по коридорам здания, монотонный голос по радио просит срочно перекрыть всевозможные выходы. джисон спиной к холодной стене прислоняется, выглядывает осторожно из-за угла. его оковы треснули в тот самый момент, когда люди в белом пришли за ченлэ. никто даже понять не успел, что конкретно произошло. джисон тогда разозлился слишком сильно, а через несколько мгновений случилось то, что случилось. взмах — людей в белом отбросило в другой конец камеры, джисон за руку схватил ченлэ и вместе с ним юркнул к двери, которая с тяжёлым грохотом тут же захлопнулась, стоило им скрыться за её пределами. тревога была поднята почти сразу же. — надо избавить тебя от этого, – джисон к ченлэ резко разворачивается, берёт аккуратно его ладони в свои. секунда — железные оковы с чужих запястий падают, со звоном встречаясь с плиткой на полу. джисон знает, что ченлэ объяснять ничего не нужно: он и так понимает всё лучше всех. как же ему не хватало этой его способности. как же ему не хватало этой долгожданной свободы. — давай поможем остальным, – у ченлэ улыбка на лице такая же, как и в первый день их знакомства: слабая, немного хитрая, но ни на секунду не сожалеющая. от этого внутри разливается приятное тепло; оно бережно залечивает даже самые глубокие шрамы и дарит необычайное спокойствие. джисон ченлэ улыбается тоже. по-настоящему, искренне, так, как может улыбаться только ему и никому больше. — это ты видел в своём будущем? ченлэ и в этот раз мотает отрицательно головой, улыбка на его лице становится шире. — в своём будущем я видел только тебя. джисон чужую ладонь в своей сжимает крепко и делает шаг вперёд. ему ни в какое будущее заглядывать не нужно, чтобы в очередной раз убедиться: он ченлэ ни за что не оставит. ни сегодня. ни завтра. вообще никогда.