сборник драбблов по ченджи

— может быть ты прекратишь так на них смотреть? – в голосе джено нет никакой издёвки, даже той самой, по-доброму дружеской и беззлобной, но джисон отчётливо слышит это его ярко выраженное «так». со стороны, возможно, оно и виднее, однако джисон всё равно немного недоверчиво хмурит к переносице брови и изо всех сил делает вид, что происходящее напротив его вообще ни капельки не интересует. — ты о чём вообще? джено мягкую улыбку не сдерживает, протягивает ему стаканчик с горячим кофе и становится рядом, спиной опираясь на сетчатый забор позади. джисон следует его примеру; металлическая сетка от соприкосновения со спиной немного прогибается назад, стаканчик в руках приятно греет ладони. он взгляд вновь переводит на баскетбольную площадку — там, под звонкий смех ченлэ, донхёк пытается забросить очередной трёхочковый. — ты смотришь так, будто сейчас кого-нибудь из них своими же руками и придушишь, – джено негромко смеётся, и джисон обречённо вздыхает, надеясь, что в этом его вздохе чётко улавливается шутливое негодование. ну, может донхёка порой и хочется придушить самую малость, но ченлэ — определённо и точно нет. — глупостей не говори, – джисон легонько ведёт плечом, делает небольшой глоток своего кофе и как-то даже немного напрягается, наблюдая за происходящим на площадке. стаканчик в его руках несильно сжимается, пальцы слегка надавливают на прочный картон, образуя едва заметные вмятины. джено видит: у джисона бровь раздражённо дёргается в тот самый момент, когда донхёк, наконец забросив баскетбольный мяч в кольцо, на радостях лезет к ченлэ с крепкими объятиями. джено видит и то, что джисон после этого заметно стихает и непрерывного взгляда с этих двоих не сводит, однако решает тактично промолчать: пускай его друг сам разбирается со своими чувствами и эмоциями. для джисона всё это — слишком. слишком сложно, слишком неправильно, слишком запутанно. в груди что-то болезненно жжётся, пробирается под кожу, прямо к сердцу, и растекается в итоге по всему телу чем-то очень-очень липким и вязким, лишь в самом конце оседая приятным осадком где-то под рёбрами. джисон знает: к ченлэ его тянет до безумия сильно, и в то же время именно этого он так старательно избегает, моментально закапывая всё «это» глубоко внутри и усердно игнорируя то, что между ними сейчас происходит. просто джисон в ченлэ боится утонуть полностью. он уже тонул однажды — не понравилось. это был какой-то сумасшедший жизненный опыт, после которого всё то самое тёплое, что у него в жизни было, вырвали прямиком из рук и забрали с собой напоследок. иронично, но со дна его тогда вытащил именно ченлэ, хотя джисон до сих пор уверен: любой лучший друг поступил бы так же. только вот с ченлэ хочется быть чуточку больше, чем просто лучшими друзьями. джисон после своего громкого разрыва в себе замкнулся, решил всё расставить по полкам и отдохнуть от этой суеты, в кои-то веке уделяя время себе и никому больше. ченлэ тогда постоянно находился рядом, время на себя разделилось на двоих, но это не легло на плечи каким-то тяжким грузом, напротив — казалось чем-то невероятно правильным и необходимым. ченлэ просто был, и джисон сам не понял, в какой момент своей жизни начал сходить с ума от мысли, что они друг для друга — лишь друзья и ничего больше. — опять ты пропадаешь где-то в чертогах своего разума, – бумажный стаканчик из его рук исчезает самым наглым образом; джисон моргает несколько раз и замечает перед собой ченлэ: он улыбается и с невероятно довольным видом делает глоток уже порядком остывшего кофе, совсем не беспокоясь о том, что напиток этот ему не принадлежит и разрешение для начала нужно спрашивать. — я туда плюнул, – уголки джисоновых губ ползут вверх, превращаются в лукавую улыбку, и тогда ченлэ тотчас заливается громким смехом, кладёт ладонь на чужое плечо, хватаясь за него тонкими пальцами, а после — делает ещё один показательный глоток, потому что знает: джисон шутит. — да хоть дважды, – практически пустой стаканчик любезно возвращается прямиком в руки джисона. — так ты на выходных занят или нет? донхёк предлагает собраться и пойти в кино. джисон с этим предложением соглашается почти сразу же. ;; — печально, что у джено и донхёка в итоге не получилось прийти, – ченлэ прицеливается, делает удачный бросок: мяч легко попадает точно в кольцо, ударяется о землю и уже через несколько секунд вновь оказывается у него в руках. джисон за одиночной игрой наблюдает со стороны: хочет наслаждаться моментом как можно дольше. на часах — чуть больше одиннадцати вечера. они целый день провели только вдвоём: у джено планы на сегодня изменились ещё вчера утром, у донхёка — и вовсе за полчаса до начала сеанса. джисона, в принципе, такой расклад вполне устраивал, он на друзей не жаловался и в проведённом с ченлэ дне растворился полностью. и в то же время от этого его чувства буквально выворачивало наружу. остаться с ченлэ сегодня один на один — всё равно, что ходить по очень тонкому льду: опасно до ужаса. раньше это казалось чем-то необыкновенно простым, раньше лёд был в разы толще и прочнее, а сейчас едва сделай неверный шаг — пойдёшь прямиком ко дну, только на этот раз тебя никто за руку оттуда не вытащит. стук — мяч отпрыгивает от кольца, вновь встречается с землёй и катится куда-то в сторону забора, оказываясь под ногами джисона. мгновение — и вот теперь этот мяч возвращается назад; ченлэ тормозит его подошвой своего кроссовка и как-то даже разочарованно вздыхает, щуря в подозрении взгляд. ещё через какое-то время джисон чувствует, как металлическая сетка за его спиной прогибается назад ещё больше: ченлэ окончательно бросает игру и подходит к нему, становясь рядом. — если тебя что-то беспокоит, то просто скажи мне, ладно? джисон в ответе попросту теряется. он помнит: всего один неосторожный шаг — и назад ты уже не выберешься. тебе не протянут руку, не соберут по кусочкам заново: будет некому. но его лёд и так уже давным-давно дал огромную трещину, поэтому рано или поздно он под него всё равно провалится — терять ему особо нечего. — давай не будем друзьями? от этой фразы на мгновение повисает молчание. ченлэ делает глубокий вдох, после — такой же выдох: пытается успокоить неконтролируемую дрожь в голосе. — и кем же мы тогда будем? джисон выпрямляется, становится напротив, до неприличия близко и слишком рискованно, так, что колени предательски подгибаются и на ногах удержаться получается всё сложнее. ченлэ чужое дыхание на своей коже чувствует, цепляется пальцами за холодный металл позади и взглядом встречается с джисоновым, ощущая, как глубоко внутри скребётся что-то ранее изо всех сил скрываемое, но при этом такое родное и до приятного сладкое. — быть может, самую малость кем-то большим? ченлэ уголки губ тянет в довольной улыбке. — только если ты меня поцелуешь. и всё-таки это — не ошибка. джисон в ченлэ окончательно тонет.