Скандал

От содержимого статьи становится непомерно плохо: Тони сначала пьет стакан воды, чтобы просто прийти в себя, потом не выдерживает и наливает пятьдесят грамм виски, чтобы просто снять оцепенение, которое вдруг его сковало. Мысли хаотично роятся в голове, когда он бегло пролистывает статью — она занимает даже несколько страниц. — О боги, — шумно выдыхает он, когда наталкивается на полностью точный пересказ их недавнего с Пеппер разговора. Сначала он судорожно думает о том, кто же мог их слышать, у кого был доступ к телефону, его кабинету, или мог бы кто поместить прослушку, допустим, в сумочку к Пеппер, или даже на одежду — новейшие средства слежения имели размеры чуть больше микроскопических. Но весь этот мысленный поток вдруг мгновенно останавливается. Тони смотрит в одну точку, просто ошарашенный внезапно открывшейся ему правдой: все, скорее всего, подумают на него. Даже Пеппер. Не то, чтобы ему было огромное дело до всех остальных. То, что Пеппер вдруг в нем разочаруется приводило мужчину в состояние какого-то дисбаланса. Да он, к тому же, не мог и представить, в какую котлету его превратят её юристы. Как будто на подтверждение собственных опасений, телефон громко вибрирует, оповещая о новом входящем звонке. Тони даже не надо смотреть на экран — нутром чувствует, что звонит начальство. — Старк слушает. На другом конце отвечают коротко и сжато: — Я жду тебя на работе, желательно как можно быстрее, — по голосу Пеппер нельзя понять её эмоций, что, кстати, очень прискорбно. Неизвестность пугает больше, чем что-либо другое. — Уже выхожу.

***

Возле его квартиры никого нет — слава богу -и это уже радует. Тони быстро запрыгивает в свою машину, мысленно отсчитывая минуты до своего прибытия в главный офис VPGlobal и чертыхается: выходит никак не меньше полчаса, и это без учета всех пробок. Но, то ли сегодня его день (хоть в чем-то), то ли просто Всевышний/Будда/Звезды — нужное подчеркнуть — так решили — он добирается до офиса всего лишь за сорок минут, удачно объехав все пробки, но к своему неприятному удивлению замечает толпу репортеров, собравшихся под входом в компанию. На ресепшн его оповещают о том, что срочное совещание Правления уже началось и ему срочно надо быть там. Тони не может не материться про себя — уж слишком все печально складывается для одного несчастного утра. Мало того, что компания стоит на пороге огромного скандала с сексуальным подтекстом, так еще и не самый главный (и даже не член Правления) позволяет себе опаздывать на самое жизненно необходимое совещание компании. Тони видит на себе заинтересованные взгляды работников, практически на интуитивном уровне чувствует их любопытство и слышит нелепые смешки в свою сторону. Так и знал, что она любит пожёстче. Бедняга, ему так досталось, наверное. Каково это, трахаться с женщиной, во всем превосходящей тебя? Старк пытается не слушать эти долетающие до ушей фразы, но выходит дико скверно. От этого и так паршивое настроение замирает где-то на отметке ниже нуля. Он врывается на заседание подобно вихрю, но, к своему удивлению, обращает внимание на то, что там и без него достаточно оживленная обстановка: все почему-то переругиваются, тычут пальцами в какие-то бумажки, вновь показывают снимки статьи. Одним словом, его появление бы никто не заметил, если бы не тихий звук стучащей ручки по столу. Пеппер Поттс призывала всех к порядку. — Господа, — она слегка повышает голос, чтобы все наконец-то обратили внимание на неё и на вошедшего Старка, который почему-то так и застыл в дверях. — Прошу вашего внимания, раз все собрались, позвольте начать совещание. Тони занимает свое место как раз рядом с Пеппер. Раньше ему казалось забавным сидеть по правую руку от самой Поттс, но сейчас, когда двенадцать пар глаз с удивлением и плохо скрываемым усмешками уставились на него, Старку хотелось одного — чтобы совещание закончилось побыстрее. Правление представляет собой собрание тринадцати акционеров с Пеппер во главе, которая является счастливой обладательницей контрольного пакета акций компании. Остальные двенадцать членов — четверо женщин, восемь мужчин — те же счастливчики, которым повезло сегодня разгребать небольшой бардак после их частного разговора с Пеппер. Пеппер сидит во главе круглого стола и Тони почему-то на ум приходит сравнение с двенадцатью апостолами и Иисусом. От такой неуместной шутки хочется засмеяться во всю, хотя бы для того, чтобы сгладить напряженную обстановку, но мужчина вовремя понимает, что это совсем провальная идея. — Мисс Поттс, будьте так добры, расскажите, что случилось, что правлению пришлось собраться вновь? — елейным голосочком говорит мистер Роджерс. — Думаю, вы все видели статью Нью-Йорк Таймс, — Пеппер старается говорить четко и медленно, словно объясняет материал дошкольнику. — В связи с такими нелепыми обвинениями наши акции потерпели существенное падение. Хочу привести свои глубочайшие извинения и заверить вас, что данная информация не станет помехой для будущего процветания компании и росту нашей прибыли. Тони нравится то, как она держится. Спокойно, методично, даже не пытается теребить ручку в руках, просто констатирует факт — по лицу женщины даже невозможно понять, насколько новости действительно потрясли её. Единственное, что выдает её — слегка покрасневшая шея, но, хвала всем богам, ворот ослепительно белой рубашки неплохо скрывает данную деталь. Если бы Тони не сидел так близко, он бы даже не смог ничего разглядеть. — А вы, мистер Старк, — Гвендолин Джонс, одна из самых приятных женщин в этой комнате, обращает внимание на ассистента Поттс. — Что вы можете сказать по этому поводу? Тони делает глоток воды, отчаянно надеясь, что ком в горле перестанет так давить на его дыхательный аппарат. Не то, чтобы его пугают такие вопросы или женщины с куда большим влиянием, чем у него. Нет, отнюдь нет. Причина в том, что на всякие каверзные вопросы он привык отвечать сарказмом, но тут совсем другая история. К тому же, Тони ни черта не знает о том, что там за планы у Пеппер по поводу спасения акций и имиджа компании. — Скажу, что журналисты те еще крысы, которые любят полакомиться скандалами. Чем громче — тем лучше, — он пожимает плечами, выражая напускное равнодушие. — Ситуация неприятная, но не критическая. Мы с мисс Поттс все уладим, можете не волноваться. — Каким образом? Старку сейчас кажется, что он находится в старшей школе на своем нелюбимом уроке литературы и его вызвали к доске читать сочинение, которое он даже не написал. — Мы созовем конференцию. Не будем портить вам сюрприз, — Пеппер пытается легко отшутиться, чтобы взять весь перекрестный огонь на себя, и Тони становится не по себе от напряженности ситуации. — Мисс Поттс, при всем моем уважении, сюрпризов я уже увидела достаточно, начиная с 6 утра, когда газета разлетелась по всему земному шару. Если вам наплевать на вашу репутацию, то репутацию компании я не дам вам угробить. Эти фразы стреляли лучше последнего выпущенного оружия VPGlobal, да и били вообще наравне. Старк только и успел заметить, как сильно Пеп свободной рукой вцепилась в подлокотник своего кресла, но вида не подал. — Мисс Джонс, я отношусь к вам с огромным уважением и ни в коем случае не намереваюсь грубить, но в данном случае присутствует одно весомое «но», уж простите за тавтологию, — Пеппер поправляет и так идеально сидящий воротник рубашки, — я управляю компанией с того момента, как мне исполнилось двадцать лет. Прошло более десяти лет, и хоть когда-то у вас возникала мысль о том, что я не способна сгладить какую-либо конфликтную ситуацию? Лица членов правления стоило бы запечатлеть в этот момент на пленку, потому что такой смеси раздражения, очарования и презрения Тони, кажется, не видел ни у одного живого человека. — Я просто хочу сказать, — Гвендолин все же не хочет сдаваться так быстро. — Это не рядовой скандал с ошибками в поставках. Это чертовски сложная ситуация, которая порочит имидж компании, ставит нас на один ряд с не очень приятными личностями. Поттс презрительно хмыкает и бросает в ответ такую же колкость: — Если хотите поставить меня в один ряд с Харви Вайнштейном, смею вас огорчить — я никого не насиловала и ни к чему не принуждала, а разговор, который все газеты выдают за чистой воды харассмент был всего лишь неправильно интерпретирован. И мы исправим эту ситуацию, — Пеппер мило улыбается в конце своей тирады и Тони не может удержаться от небольшой ухмылки. Все же, она может ставить на место. Мисс Джонс шепчет что-то вроде «Посмотрим, посмотрим», но её тихое негодование остается незамеченным — конференц-зал просто взрывается то неодобрительными возгласами, то вопросами, то предложениями по текущей ситуации. Они проводят там еще около полчаса, а когда все вопросы остаются практически закрытыми и члены правления медленно покидают стены VPGlobal, Тони наконец-то остается с Пеппер наедине. — Я удивлена, что они еще не захотели приставить охрану к тебе. Вдруг вновь в трусы полезу. Старк усмехается, не отрывая свой взгляд от бумаг, которые им предоставил финансовый отдел. Дело обстоит не самым лучшим образом: акции упали на 30% с самого утра и падение медленно продолжается. С этим надо что-то делать, но вот он совсем не знает плана действия. — Что дальше? — его голос гулко звенит в пустоте зала. Пеппер откидывается на спинку кресла и задумчиво накручивает свой рыжий локон на палец. — Я думаю, у меня есть пару идей, как выбраться с этой ситуации, но мне нужна будет твоя помощь. Конечно, с моральной компенсацией в размере половины твоей годовой зарплаты, и обещанием хранить эту тайну и унести в могилу. И мне нужно, чтобы ты принял решение как можно быстрее. Желательно в пределах 15 минут, а то репортеры уже ждут нас на растерзание. Тони с превеликим удивлением кивает, хотя тон начальницы так и подразумевает под собой что-то очень рискованное и опасное. Но, как говорится: «Кто не рискует — тот не пьет шампанское», а страсти к алкогольным напиткам у Старка не отнимать. — Я в деле.

***

Репортеров действительно ужасно много, ровно, как и всевозможных активистов, которые скандируют «Нет насилию на рабочем месте! Уважайте личное пространство подчиненных», чему Тони, мягко говоря, не особо рад, что уже говорить о Пеппер. Он ободряюще сжимает её руку в своей ладони, на что отвечает ему теплым взглядом и одними губами шепчет: «Я разберусь с этим». Руку, кстати, не отпускает, от чего у Тони двоякие ощущения. Либо так надо, либо это мимолетная слабость. Как только они переступают порог компании, огромная куча журналистов просто взрываются всевозможными вопросами, перекрикивая друг друга и из всех сил пытаются пролезть поближе к стоящим на ступеньках Тони и Пеппер. — Прошу минутку внимания, — Поттс поднимает руку вверх, призывая всех к тому, чтобы на пару мгновений замолчать. Тони отмечает, как легко подрагивает её ладонь в его руке, поэтому слегка сжимает её. — Я приглашаю по одному журналисту от каждой компании в конференц-зал, где мы ответим на все ваши вопросы. Давайте будем разговаривать как современные люди, а не кричать на улице. Спасибо за понимание. На этом она эффектно разворачивается и удаляется вместе с Тони, который еще краем уха слышит так и норовящие вывести из себя вопросы: «Как долго вас принуждали выполнять требования, не входящие в рамки вашей работы?» «Как вы относитесь к Пеппер Поттс?» «Нет ли у вас депрессии после такого давления на работе?» Тони точно кажется, что они переигрывают и делают из него прям реальную жертву насилия на рабочем месте. Но все эти взаимоотношения разряда босс-подчиненный настолько сложные по своей природе, что он пытается не удивляться такому шороху. К тому же, Старк точно уверен, что этот конфликт раздувается и со стороны — их компания твердый монополист на рынке, который занял место под солнцем. А места под солнцем, скажем так, хотел бы занять каждый.

***

Атмосфера в конференц-зале тоже не из лучших. Тони, кажется, чувствует напряжение прям в воздухе, причем исходит оно из обоих сторон. «Господи, если ты есть, сделай так, чтобы через пару лет я вспоминал это с улыбкой как старый паршивый анекдот», — невесело думает он, пока наблюдает из-за полупрозрачных дверей за видеооператорами, которые настраивают свои камеры. — Мама, я в телевизоре, — как-то задумчиво говорит он, и очень удивляется, когда слышит смешок где-то рядом со своим плечом. Пеппер выглядит совершенно спокойно, правда только со стороны. Тони замечает, как она нетерпеливо щелкает пальцами и украдкой бросает взгляды в сторону зала, в котором собралось, как минимум, человек семьдесят репортеров. — Не о таком телевизионном фуроре ты мечтал, не так ли? — со смешком спрашивает она. — Да, в мои планы не входило участвовать в секс-скандале. Хотя, признаюсь честно, однажды мою интимную переписку скинули в чат университетской группы. Но это было совсем не то. — Так тебе уже не впервой, — Пеппер не может сдержать улыбки. — Можно и так сказать, — они оба замолкают в каком-то неловком молчании, которое, хвала всем богам, прерывает один из техников компании: — Мисс Поттс, все готово, можете выступать. Пеппер глубоко вздыхает и на пару минут задерживает дыхание, чтобы голос не дрожал и звучал увереннее, затем быстрым движением поправляет слегка выбившийся галстук Тони и шепчет тихо, почти неслышно: — Помни, Старк, я щедро отплачу. Ему остается только кивнуть и следовать инструкциям. Репортеры встречают их уже куда более сдержанно: теперь вопросы не выкрикиваются, а задаются по очереди, да и среди них больше нет желающих покричать по поводу недопустимого поведения Поттс, что уже радует. Они стоят друг возле друга, настолько близко, что Тони чувствует, как от её волос пахнет шампунем. Кажется, с ароматом яблока. А еще он может пересчитать родинки на её шее, но это будет уже слишком. Нельзя отвлекаться. Пеппер не дает журналистам взять верх над ситуацией, поэтому начинает первой: — Во-первых, хочу поприветствовать всех присутствующих, — репортеры удивленно замолкают, а некоторые даже опускают руки, поняв, что вопросы сегодня не удастся задать в том количестве, которое бы хотелось. — Во-вторых, все мы видели сегодняшнюю новость, где весьма прискорбно было интерпретировано нашу с Тони личную беседу, — она делает особое ударение на слове «личную», и продолжает дальше, — я понимаю, что у вас у всех есть вопросы, которые вы хотите задать, но, чуть-чуть опережая момент, хочу оповестить: я никоим образом не унижала и не принуждала мистера Старка к каким-либо сексуальным действиям. Кроме того, подслушанный разговор был произведен между нами в шутливой форме, да и относился лично к нам. — Мисс Поттс, что вы имеете ввиду, когда говорите, что разговор относился «лично к нам»? — Это личные отношения между мной и Тони Старком, — она выпаливает предложение чисто на одном дыхании, и Старк практически ощущает, как камеры телевидения направляются прямо на него. Пару секунд, наверное, в зале стоит полнейшая тишина, а затем вопросы начинают сыпаться один за одним. — Вы вместе? — С какого момента? — Может это просто прикрытие для того, что вы делаете? — Мистер Старк, сколько вам заплатили за ваше молчание и покорность? Тони видит, как их план рассыпается на глазах, хотя он изначально верил, что успех этой всей хитроумной операции будет близок к 60 процентам. Как в замедленной съемке он видит слегка раздраженное лицо Пеппер, недоверчивые физиономии репортеров, слышит скрип стульев и отголоски переговоров между присутствующими. Ситуация явно выходит из-под контроля, и с этим надо что-то делать. Его голос звучит нарочито громко, чтобы все наконец-то заткнулись и начали слушать. — Позвольте мне высказаться, — сначала Тони кажется, что говорят откуда-то издалека, только спустя пару секунд он отмечает, что все взгляды уставлены на него, поэтому продолжает. — Сегодня утром я узнал интересную весть: меня признали жертвой насилия на рабочем месте. Я ни в коем случае дальнейшими словами не хочу обесценить заявления людей, которые действительно подвергаются или подвергались подобному, но хочу вас заверить, что никаких унижений со стороны мисс Поттс не было. Это был шутливый разговор, который произошел между двумя людьми, которые состоят в отношениях. Да, возможно, это выглядит сейчас весьма наигранным и фальшивым, но тот разговор был раздут СМИ чисто для того, чтобы опорочить имя компании и имя мисс Поттс в частности. — Вы хотите сказать, что между вами действительно отношения? Почему вас никогда не видели вместе? — блондинка, сидящая в первом ряду, стервозно улыбается ему, а сама быстро печатает на планшете. Не иначе, как завтра уже выйдет статься с заголовком: «Печальная попытка спасти тонущий корабль и Тони Старк в роли спасательной шлюпки, которая всех и потопила». — Милая моя, — в тон ей отвечает Старк, — отношения не всегда обязательно выставлять на публику. К тому же, мы с моей будущей женой, — он даже не хочет смотреть в сторону Пеппер, хотя, кажется, на уровне восприятия чувствует волны негатива, которые от нее так и исходят, — хотели комфорта и стабильности без того, чтобы кто-то совал свой нос в наши дела. Зал замирает в ожидании, а получив легкую и сдержанную улыбку Пеппер в ответ на его заявление, просто не может сдержаться, и вопросы задаются один за одним: — Как давно вы в отношениях? — Когда планируете свадьбу? — Почему у мисс Поттс нет кольца? Тони остается только молиться, чтобы его импровизация зашла. Ведь с Пеппер они договаривались только на «отношения вне работы», а не на… Такое. — Слушайте, это же не шоу «Свадьба на ТВ», все вопросы мы, может быть, как-нибудь и откроем вам, но не сейчас, — Пеппер говорит нарочито сладким тоном, чтобы вновь сместить курс конференции чуток в другую сторону. Но, журналисты на то и журналисты, чтобы докапываться до всего самого сокровенного. Половина из них все же твердо заявляет про фарс и представление, вторая самозабвенно расспрашивает о платье и дате свадьбы. И в центре всего — их, так сказать, парочка, которая словно слушает оркестр на тонущем Титанике. Пеппер что-то пытается отвечать публике, но сквозь шум и гам мало что можно разобрать. — Прошу отстать от моей будущей жены, — он с практически искренней улыбкой приобнимает Пеппер свободной рукой и целует в висок. — На неё сегодня и так много дерьма вылили, давайте будем повежливее и дадим нам отдых. Все, что надо, вы уже услышали. Дальнейшие вопросы сегодня обсуждаться не будут, — и Тони уверенно выводит ошеломленную от такой наглости Поттс прочь из конференц-зала под шквал все нарастающих и нарастающих вопросов. Кажется, среди всего он даже слышит: «Я убью тебя, Старк, и закопаю прям под этим конференц-залом», но с этим, как говорится, можно разобраться и потом. Главное, что они же, похоже, справились с поставленной задачей. Ну, а если его убьют после этого одним лишь взглядом… Что ж, как уже говорилось, кто не рискует, тот не пьет шампанское. А Тони Старк, как известно, тот еще любитель алкоголя.