Скандал

Еще через пару недель интерес к их паре слегка утихает. Не сказать, что теперь всем все равно на них — папарацци неустанно преследуют все их совместные вечера даже в самых тихих уголках Нью-Йорка, но громких заголовков в журналах уже не видно, и на том спасибо. В принципе, можно было бы сказать, что за эту пару недель все происходит стабильно, будто и не было никакого скандала, аферы с женитьбой, их непонятных игр в кошки-мышки с Поттс, если бы не одно но: папка на рабочем столе с названием «Расследование 1.0» все также маячит на глазах, заставляя мысленно возвращаться ко всему произошедшему. И, хоть видео с камер наблюдения не дало ничего показательного, у Тони на душе явно скребут кошки. Не может быть все так чисто. Он даже пытается подойти к проблеме с другой стороны: понаблюдать за людьми. Это тактическое решение основано на простой человеческой натуре, ведь это же ясно, что тот, кто желал краха самой Поттс сейчас, увидев практически нулевые результаты своих стараний, точно бы был не в духе. Но и этот план проваливается с треском: в офисной жизни и так редко кого встретишь с действительно искренней улыбкой. Особенно до обеда. А провала Пеппер желают, на самом деле, многие, многие: от рядовых сотрудников, с которыми она была в какое-то время излишне строга, до членов правления, которым не понравилось, что их в итоге ткнули носом в собственные сомнения. Под подозрением, после нескольких дней упорного наблюдения, могли быть все. Есть еще один способ, но Тони бы вряд ли удастся его провернуть, ведь проверить банковские счета всех сотрудников не представлялось возможным даже с законодательной точки зрения, что уж говорить про то, что, выполняя это в одиночку, ему пришлось бы просидеть, наверное, больше недели в неотрывном мониторинге финансового состояния работников. В общем и целом, дело слегка заходит в тупик, что не может не доводить Старка до белого каления. — Откуда ты знаешь, Пеп, что они больше не попытаются провернуть что-то такое? Вдруг нас опять где-то в укромном месте подслушают, а потом все узнают, что мы задумали? — говорит он, когда они сидят в каком-то ресторане и поедают суши. — Во-первых, у тебя соевый соус на подбородке. Во-вторых, такая акция сейчас не была бы им на руку. Второй раз СМИ вряд ли бы позволили себе сесть в лужу с непроверенными ведомостями непонятно от кого. Ты только посмотри вокруг. Все считают нас просто идеальной парочкой. Как рис и соевый соус, — она довольно хмыкает. — Нас, если и заподозрят в обмане, то не докажут. Ну, а в-третьих, мои техники неустанно контролируют наличие любой подслушивающей аппаратуры на территории моего офиса и дома. Старк разочарованно вздыхает, но все же не может в чем-то не согласиться с Пеппер, ведь её доводы таки выглядят логичными. — Все же, я бы не был на твоем месте столь беспечной. Пеппер мило улыбается, а затем говорит: — Я стараюсь расставлять акценты на том, что важно сейчас, а если у меня появятся какие-то подозрения по поводу кого-либо, я их буду проверять. Но спасибо за заботу. Это приятно. — Мне бы просто хотелось найти тех придурков, что все это заварили, — конечно, он может поклясться, что его слова звучат точь-в-точь как, допустим, гневная тирада семилетки, у которого отобрали в песочнице лопатку, но смысла они не лишены. — Не могу не согласиться, — она отправляет в рот еще один ролл с лососем — её любимый вид, — но разве мы не вышли с ситуации победителями? От её вопроса у Старка внутри все как будто переворачивается. С одной стороны, ответь он: «Да» — она будет думать, что он только и рад покупаться в лучах славы и денег, которые ему постепенно капают на счет. С другой стороны, ответь он: «Нет» — и все, она уйдет даже не попрощавшись, потому что начнет думать, что её компания для него утомительна. Какой-то бермудский треугольник. — В любой ситуации есть как положительные, так и отрицательные моменты. — Не могу не согласиться, — она хитро щурится, но затем, видимо, решает дальше тему не развивать. — Лучше расскажи, как там продвигаются твои успехи по созданию искусственного интеллекта? Тони смотрит на неё слегка недоверчиво, ведь на свиданиях ему еще не приходилось доходить до этой темы. Конечно, поправочка, их времяпровождение нельзя назвать полноценным свиданием, ведь максимум — поцелуй в щечку и легкие объятия на прощание, чтобы не нарушать мнимую субординацию. Иногда у него действительно складывается впечатление, что они в браке уже очень долго и им просто приелся секс. — Ты действительно хочешь об этом поговорить? Просто если ответ отрицательный, то мы спокойно обсудим погоду, ближайший баскетбольный матч, я скажу пару шуток, и мы спокойно разъедемся по домам. Пеп слегка склоняет голову набок в немом: «Ты действительно думаешь, что я стала бы спрашивать что-либо, что мне неинтересно?», поэтому Тони, оставив раздумья позади, уверенно говорит: — Нам понадобиться целая бутылка саке и еще один сет. Кстати, ты же слышала про нейросети? Старк прокручивает этот недавний их разговор все чаще и чаще, так как это один из тех непринужденных разговоров, в которых не всплывают ненужные темы. Ну, или это потому, что в основном говорил он. Когда речь заходит о проекте «Джарвис», Тони очень сложно остановиться в своих размышлениях. И как Пеппер вообще смогла все это выслушать? Он все также сидит и глазеет на папку с документами и файлами, в смутной надежде, что ответ как-то нарисуется сам собой. Но увы и ах, природа хоть и наградила его аналитическим складом ума, но тут ему недоставало информации для полного анализа. За такими рассуждениями его и находит Пеппер. Одетая с иголочки, с легким макияжем и безупречной укладкой. Ну, а как же по-другому? — У меня для тебя две новости, — она стоит в дверном проеме, так, чтобы ни у кого из офиса не возникло больше вопроса, а чем они занимаются за закрытыми дверьми. — Всегда начинай с хорошей, — позитивно говорит Старк. — Сегодня благотворительный вечер, — Пеп всем своим видом старается не показать усталость и не закатить глаза, но от Тони это, конечно же, не укрывается. — Ты же Вирджиния Пеппер Поттс, если не хочешь идти… — Тони, — она улыбается мягко, словно объясняет элементарное ребенку. Очень тупому ребенку. — Этот благотворительный вечер в честь моей компании и меня в частности. За хорошие пожертвования службе спасения. И от тебя, как от моего жениха, хотелось бы видеть поддержку в таком деле. Старк усмехается, ведь Пеп, как и каждая женщина, умеет сущими мелочами найти нужные точки соприкосновения, после которых все твои аргументы кажутся если не неуместными, то точно какими-то слабенькими. — Просто скажи мне, какого цвета галстук мне нужно подобрать, — он поднимает руки в шутливой капитуляции, показывая свое полное поражение. Да и в общем, почему бы не сходить? Еще и по телеку наверняка опять покажут. Будто им мало славы в последнее время. — Думаю, синий. Но не слишком яркий, а больше к черному. — Ты вообще в курсе, что мужчины различают куда меньше цветов? — Пришли мне по воттсапу, я сама скажу, какой, — мягко говорит она, — и Тони, мы буквально на полчаса. Зайдем и выйдем. — Есть, босс, — он салютует ей вслед. Когда дверь за Пеппер окончательно закрывается, в голове у Старка будто зажигается лампочка. «Зайдем и выйдем. Зайдем и выйдем. Зайдем и выйдем». Его руки уверенно тянутся к ноутбуку, пара кликов мышкой — он вновь открывает злополучную папку с документами. — Так и знал, — раздосадовано шепчет он. Документа, который ему нужен в папке нет. Да и это не удивительно. Если для записи с камер видеонаблюдения можно просто спуститься на пару этажей ниже и переговорить с техником, то список всех людей, которые входили и выходили тогда со здания — информация более важная, добыть которую можно только напрямую через начальство службы безопасности компании. Это, конечно, не гарантия раскрытия преступления, но вполне возможная зацепка. Что, если злоумышленник не пытался сбежать из здания тогда? А остался до утра? От этой новой информации у Старка чешутся руки и мозг работает куда быстрее, ведь теперь у него перед глазами маячит реальный вариант найти крысу на корабле. — Я обязательно тебя прищучу, кем бы ты не был, — уверенно говорит он в монитор. — Осталось только понять, как мне уговорить службу безопасности поделиться такой важной информацией.

***

— Наташа, а тебе говорили, что твоя новая стрижка и цвет волос идут тебе куда лучше блонда? — заговорщицки начинает он, едва переступив порог кабинета заместителя начальника службы безопасности, придав себе как можно более расслабленный вид. — Старк, — Романова хитро улыбается, но Тони уже знает, что её улыбка отнюдь не обозначает позитивный настрой. — Мне кажется, ты ошибся дверью. Комплименты стоит делать своей невесте, — с едва уловимой ехидностью говорит она. — Но, так как я знаю тебя достаточно давно, то смею предположить, что ты пришел с какой-то целью, и я готова тебя выслушать. — Мне надо… Мужчина не успевает договорить, как рыжая (ей богу, его окружают сплошные рыжие женщины) изящным жестом прикладывает палец к своим ярко накрашенным губам и заставляет его замолчать. — Не: «Мне надо», а: «Наташа, при всем моем уважении, я хотел бы попросить помощи». Разумеется, за отдельную плату. Старк сдержанно кивает. — Наташа, при всем моем глубочайшем уважении, я хотел бы попросить у тебя помощи, так как не знаю человека более надёжного и доброго во всей этой компании. Кроме моей невесты, разумеется. — А это был перебор, — она смешно фыркает, но через пару секунд становится серьезней некуда. — Насколько знаю, тебе хотят поставить отпуск в феврале. Могу поспособствовать, чтобы это был месяц поприятнее. Бархатный сезон, все дела. Теперь уже Наташа выглядит куда более заинтересованной, и просто кивает на стул напротив. — Знал, что на тебя можно рассчитывать, — с улыбкой победителя Тони закрывает дверь в кабинет и присаживается поудобнее. — Кстати, я захватил пончики и кофе, потому что рассказ будет долгий, — он показывает на пакет в своих руках. — Есть с кокосовой присыпкой. — Ну раз уж ты даже взял с кокосовой присыпкой, то, наверное, дело действительно сложное. И опасное. И чреватое последствиями, — задумчиво тянет она, играя с карандашом в руках. — Но я готова тебя выслушать.

***

К началу вечера его настроение достигает практически максимальной отметки — пока все складывается наилучшим образом: Наташа, выслушав его длинный монолог, все же приходит к таким же выводам, поэтому обещает сделать все возможное, чтобы выудить нужные данные с серверов. Проблема только в том, что нужный админ будет только на следующей неделе, но Старк, так уж и быть, решается подождать. «Все же, скорее всего, оно будет того стоить!» — с гордой улыбкой думает он, примеряя уже десятый галстук. — Мне кажется, что этот синий совсем не подходит по цвету к пиджаку. Как-то коряво смотрится. — Коряво смотрелись твои носки с арбузами на встрече с послом. А это смотрится чудесно, — задумчиво говорит Пеппер. Тони еле заметно закатывает глаза, надеясь, что по видеозвонку это будет не так заметно. Увы. — Мама не говорила, что если продолжишь так делать, то глаза там и останутся? — будничным тоном спрашивает она. — Я бы на это посмотрела. — Тебе доставляет удовольствие смотреть на страдания других? — в тон ей парирует Старк, снимая ненавистный пиджак и расстегивая запонки на рубашке. — И чтобы ты знала, те носки — последствия того, что у меня с утра порвалась последняя пара. Пеппер даже ставит в сторонку свой супер-пупер-полезный-смузи, чтобы хмыкнуть ему в ответ, выразив в этом жесте все свое недовольство. — Избавь меня от этих бытовых вопросов. Мы не женаты, чтобы я слушала истории про твои носки. — Но-но, мы все еще выбираем дату. А так, как ты — моя невеста, тебе бы пора начинать задумываться над тем, когда и как покупать мне носки. — Не своди роль женщины к прислуге, — елейным голосом добавляет она, хитро прищурившись. — Опасаешься нарваться. Старк, признав поражение — ну или практически признав — поднимает руки в извиняющемся жесте. — Ну может хоть тогда платье покажешь? — шансов, конечно, практически ноль, но попытаться стоит. — Может сразу стриптиз? — А теперь уже ты опошляешь. Не все мужики — озабоченные индивидуумы, которые воспринимают женское тело исключительно как предмет желания. Я просто хотел увидеть свою прекрасную невесту. — Эта фраза куда больше подошла бы твоему искусственному интеллекту, чем тебе. Но, вообще, я заеду за тобой через час. И ты увидишь все сам, — на этой фразе она с явным видом победителя отключается от видеосвязи, оставляя Старка без права последнего голоса. — Вот так всегда, — бормочет он, все также борясь с запонками. Сегодняшний вечер — один из многочисленных — к которым Тони, можно сказать, весьма привык. Теперь камеры его не очень-то волнуют, красная дорожка не вызывает трепета, а всеобщий интерес выглядит скорее как жужжащая над ухом муха в тёплый летний вечер. Оказывается, ко всему быстро привыкаешь. Старк смотрит на себя в зеркало, отмечая то, что с приобретением какой-никакой популярности, если это можно так назвать, он даже приосанился, да и на лице появилось это спокойно-расслабленное выражение, которое раньше появлялось разве что после стакана виски. — Дубина, как думаешь, я бы подошел на обложку Плейбоя? — абсолютно серьезно спрашивает он у стоящей в углу машины. Увы и ах, она только мигает ему в ответ кнопкой включения. — И я того же мнения, — задумчиво отвечает он. Несчастные запонки никак не хотят расстегиваться.

***

Пеппер приезжает ровно через час, в то время как Тони на корню душит шутку про швейцарские часы — слишком просто. На ней — невероятно красивое платье темно-синего цвета с открытой спиной, к которой так и хочется прикоснуться. Ему не хочется делать очевидных и банальных комплиментов, но она, кажется, понимает все без слов: легкая усмешка все же появляется на ее лице. — Ты все же надел галстук, который я тебе посоветовала, — удовлетворенно говорит она. — Теперь я понимаю, что, надев я другой, это было бы кощунством над твоим платьем и нашим образом. — Именно, — она слегка целует его в щеку, прошептав, что тут совсем рядом папарацци. — Готов? Получив удовлетворительный кивок на свой вопрос, Пеппер первая садится в машину. В дороге они перебрасываются лишь парой слов: Поттс не может выкинуть телефон из рук, так как предпочитает решать все важные дела по мере поступления, ничего не откладывая в долгий ящик, а Тони, в свою очередь, тоже принимает решение не отставать в продуктивности и заполняет еженедельный отчет прямо со своего смартфона. — Я надеюсь, мы сегодня не долго, хотя по обновившемуся списку гостей я вижу куда больше интересных лиц. Даже Обадая будет. — А он разве когда-то пропускал такие встречи? — удивленно интересуется Тони. Стейн, насколько он помнит, никогда не упускает возможности засветиться на каком-нибудь мероприятии, если это может поднять рейтинги компании и его самого. — В основном нет. Но вроде бы на эту он не собирался приходить. Тони пожимает плечами. В действиях Стейна всегда есть смысл, но тут он прям таки черным по белому: засветиться с молодой парой, высказать свои мысли и напутствия будущим молодоженам — слишком сладкая пилюля, чтобы её не выпить. Да и для Пеппер он всегда был и остается персоной самой приближенной, так как поддерживал её с самой смерти родителей, будучи близким другом семьи. — Это же не плохо. Показывает, насколько большинство членов правления заинтересованы в развитии благотворительности. — Твоя правда, — она коротко вздыхает. Машина останавливается аккурат рядом с началом красной дорожки. Тони, как истинный джентльмен, непременно первым выходит из машины, одним четким движением открывает дверь и галантно подает руку Вирджинии. — Окажите мне честь, мэм? — с небольшой иронией говорит он, но Поттс даже и не собирается отвечать — смотрит на него словно действительно он — её будущий муж. От этого становится одновременно приятно и странно, но Старк решает, что сейчас не время задумываться над их постановкой на двух персон. Её ладонь в его руке смотрится какой-то слишком хрупкой и маленькой, а еще у неё ужасно мягкая и нежная кожа. Они уверенно проходят к лифту, который ведёт к нужному этажу, а затем и ко входу в огромный зал, где сегодня, кажется, собирается половина всего делового центра Нью-Йорка. Если не больше. Внутри — шикарное и просто огромное посещение, сплошь и рядом наполненное людьми в дорогих костюмах и платьях, официантами в белых фраках, которые снуют между гостями, разнося подносы с бокалами игристого шампанского. От общего великолепия и роскоши, кажется, кружится голова, поэтому Тони сразу ловит первого попавшегося официанта, и забирает с раздачи два бокала. — За удачный вечер, — коротко говорит он, отпивая первый глоток. — А шампанское тут так себе. Пеппер смеется, но утвердительно качает головой. — Мне придется отлучится ненадолго, нужно переговорить с некоторыми людьми. Не скучай, любимый, — и, вручив ему бокал, уходит куда-то вглубь зала. Тони пару минут даже в исступлении рассматривает пузырьки шампанского, поднимающиеся со дна бокала. Ощущения — будто его в магазине потеряли взрослые, хотя это не первое такое мероприятие. Просто раньше он ходил в статусе холостого ассистента, а не жениха одной из самых богатых женщин Америки. Другое дело все же, сами понимаете. Но, уже после второго бокала оцепенение спадает, а потом Старк и вовсе замечает главу технического отдела, с которым они время от времени пьют пиво в бруклинском баре — все же, кто бы что не говорил про этот район, некоторые места там имеют настолько душевную атмосферу, что центру такое и не снилось. — Чейз, дружище, — говорит он, уверенно пробираясь через половину зала, — а я тут как раз хотел поболтать о квазибиологической парадигме. Вечер, все же, начинает приобретать яркие краски.

***

Часам к двенадцати, после двух или даже трех проникновенных речей от высших чиновников, бесчисленных выступлений активистов и их пламенных посылов, благотворительный бал переходит к своей спокойной части. Везде льется спокойная музыка, доносятся тихие разговоры, а у бара начинает собираться куда больше народу, чем раньше. Тони задумчиво смотрит на стоящую у барной стойки Пеппер, которая сдержанно беседует с одним из лидеров новой разрастающейся компании под названием «Генезис» — Олдричем Киллианом. Который, кстати говоря, ведет себя так, будто насмотрелся голливудских фильмов про богатых и знаменитых. — Давай еще, покажи ей свои часы от Роллекс, — саркастично шепчет себе под нос Старк, даже не удивляясь тому, что так оно в итоге и происходит — мужчина будто бы случайно повыше задирает рукава пиджака и кладет руку прямо перед Пеп. — Смотри, у меня тут куча долларов, — будто бы передразнивая, все также продолжает он, удивляясь своей реакции в принципе. Между ним и Пеппер ничего такого нет. Наверное? Неужели пара вечеров могли что-то поменять в расстановке его приоритетов от этой сделки? Действительно, надо помнить, что это всего лишь сделка. Выгодная, крупная и до ужаса привлекательная. Тогда почему при виде какого-то напыщенного индюка ему хочется как можно быстрее увести Поттс отсюда? — Да к черту, — он одним глотком допивает виски, оставшееся на дне стакана, и уверенно направляется к этой «сладкой парочке». — Дорогая, ты слышала песню? Нам срочно нужно потанцевать! — Он кладет руку ей на спину, чувствуя подушечками пальцем нежную кожу. Пеппер сдержанно извиняется перед Киллианом, который, кстати говоря, совсем не рад такому поступку, но при женщине не желает соревноваться в размере достоинства. Только слащаво говорит: «Надеюсь на скорую встречу, мисс Поттс». Старк уводит Пеппер вглубь зала, где они спокойно смешиваются с толпой таких же танцующих. — И что это было? — Поттс кладет руки ему на плечи и смотрит в глаза с выражением на лице а-ля: «Зачем устраивать здесь сцены ревности?». — Решил спасти свою даму от назойливого собеседника. — А вы даму свою спрашивали, она нуждалась в спасении? И не такой уж он и назойливый. Предлагал весьма выгодный контракт. Тони морщится, словно от резкой зубной боли. — А он с другими контрагентами тоже так флиртует? Ну, чисто из деловой этики. — Вы, мужчины, иногда невыносимы, — Пеппер уже откровенно смеется. — Но, если честно, спасибо, что забрал меня. Обожаю эту песню. Они плавно двигаются в такт спокойной музыке, даже не обращая внимания на посторонних и некоторых журналистов, которые так и щелкают камерами своих фотоаппаратов. Завтра, скорее всего, снимки с мероприятий будут летать по всему Инстаграму и еще кучи гламурных изданий. Но это уже не воспринимается как что-то из ряда вон выходящее. Скорее, как должное. — Не хочешь освежиться? — спрашивает женщина, когда мелодия заканчивается, уступая место совсем другой композиции. Старк кивает, и они вместе выходят на балкон. Ночная прохлада НЬю-Йорка обволакивает своим спокойствием и заставляет на миг забыть о той суете, что творится внутри здания. Они примерно на этаже пятнадцатом, поэтому часть города видно практически на ладони. К своему удивлению, Тони отмечает, что они все еще стоят в максимальной близости — Пеппер даже не пытается отойти подальше, хотя расстояние между ними можно измерять в сантиметрах. — Неплохой вечер, — миролюбиво начинает он, только чтобы разбавить какую-то слегка неловкую паузу. — Ты так считаешь? — она оборачивается к нему лицом, и теперь он как следует может разглядеть легкое выражение усталости в её взгляде. — Конечно, его можно было бы сделать еще лучшим, — предпринимает он попытку хотя бы слегка поднять ей настроение. Сказанная банальная шутка почему-то проходит мимо своего адресата, и они так и остаются в паре сантиметров друг от друга. Расстояние настолько минимально, что у Тони против воли возникает желание лишь слегка наклонить голову и поцеловать её. «Вряд ли она оценит», — ворчит внутренний голос, предупреждая о возможных последствиях. Но это всего лишь поцелуй. Когда Тони все же слегка наклоняется в её сторону, Пеппер в последний момент выдает: — Не хочешь принести выпить? — и быстро отворачивается в сторону ночного пейзажа. — Как скажешь, — спокойным голосом говорит Тони. — Шампанское? Виски? — Мартини. Поменьше льда. И не забудь за оливки. Тони уходит, оставляя её в гордом одиночестве. От произошедшего остается всего лишь слегка неприятный осадок. Даже не неприятный, нет. Какой-то неудобный. Интересно, если бы он просто увереннее себя повел и все же поцеловал её, какова была бы реакция? В баре он заказывает два коктейля, а себе еще и рюмку водки. Пока напитки готовятся, Старк задумчиво рассматривает помещение и думает, как ему поступить дальше. Свести все на шутку? Пожалуй, это лучшее решение. Тем более, она сама пошла на попятную, поэтому вряд ли стоит заводить серьезный разговор на тему: «А что это, черт возьми, было?». Он, кажется, уже может услышать её ответ в своей голове. Когда он возвращается обратно, Пеппер, пребывает в куда худшем своем настроении. — Спасибо, — коротко говорит она и выпивает свой напиток практически одним глотком. — Может, уедем отсюда? — Эм, да я не против. Эта суета уже успела надоесть, — он слабо улыбается, но не находит никакой ответной реакции на свои действия. Пеп только сдержанно кивает, а затем берет его за руку, и они направляются к подземной парковке. Хэппи встречает их также молчаливо, лишь открывает двери и приветствует своим обычным: «Добрый вечер, мисс Поттс, мистер Старк». Они спокойно садятся в машину, все также не проранивая ни одного слова в сторону друг друга. Лишь когда автомобиль начинает выезжать на шоссе, Пеп спрашивает у него: — Не хочешь увидеть квартиру? Там как раз закончили ремонт. Скоро можно будет въезжать. Старк соглашается, скорее потому, что видит, что ей это почему-то надо.

***

Их новоиспечённое семейное гнездышко находится на этаже этак тридцать шестом современного небоскреба всего в пяти минутах ходьбы от работы. Тони даже не хочет задумываться о стоимости жилья в этом районе. Квартира встречает их тишиной и еле уловимым запахом свежего ремонта. Старк разглядывает абсолютно голые стены, пустые полки и просторные помещения без капли энтузиазма. Это место, конечно, выглядит просто шикарно в плане количества помещений и общей расположенности в центре, но отсутствует главная деталь — элемент присутствия. — Тут, конечно, ничего нет. Пока. Ну, это если не считать дивана в гостиной. И пары стульев в кухне. Иногда приезжаю сюда поработать или посидеть в тишине, — она пожимает плечами на его немой вопрос и сбрасывает неудобные шпильки со своих ног. — У тебя кабинет со звукоизоляцией, — усмехается Тони. — А ты ездишь нюхать краску сюда. Пеппер бросает на него укоризненный взгляд, направляясь в кухню.  — Тут есть только вино из ближайшего супермаркета, — доносится через каких-то пару мгновений. — Или не слишком утонченно для тебя? — Она вновь появляется перед ним с бутылкой в руках. — В студенчестве я пил вино из бумажных пакетов за один доллар. Я уж знаю вкус утонченности. Женщина улыбается, жестом показывая ему проходить в зал, пока она нальет им в бокалы. Зал просторный, с панорамными окнами и просто непередаваемым видом. Тони на пару мгновений с придыханием вглядывается в темноту ночного города, который никогда не спит, и только потом, когда появляется Пеп и сует ему в руки бокалы с темно-красной жидкостью, а сама, расстегнув боковой замок на платье, садится на пол, опершись спиной на спинку дивана, выходит из некого транса. — Предугадывая твой первый вопрос — платье, хоть и красивое, но предназначено для того, чтобы красиво танцевать вальс, а не для того, чтобы сидеть на полу. Второй — на полу мне удобнее. — Никаких вопросов больше не имею, сэр, — смеясь, отвечает Тони, присаживаясь рядом с ней и снимая злополучный галстук со своей шеи. — Ну раз ты уже начала раздеваться, мне, что ли, нельзя? Пеппер лишь усмехается, отпивая немного со своего бокала. Вкус у вина, если честно, так себе, но опьяняет здорово. Они сидят в спокойной тишине, каждый думая о чем-то своем, когда Тони все же решается завести подобие приличного разговора: — Что случилось? Под конец вечера ты была совсем не своя. Она оборачивается к нему, и Тони, наверное, впервые видит настолько опустошенное выражение на её лице. Женщина невесело хмыкает, допивает до дна, и, наливая себе следующую порцию, будничным тоном говорит: — Сегодня я узнала, что за моей спиной оружие продают террористам. Как и схемы, графики закупок, корпоративные тайны и прочие мелочи жизни. Тони ответ обескураживает. Он прекрасно понимает, что будет, когда это все выйдет наружу. А выйти оно может буквально в любой момент, стоит только террористам затеять новую операцию. Тогда Поттс могут привлечь к ответственности и снова начнется ужас. Такой, по сравнению с которым их секс-скандал — просто детская забава. — Пеп… — Давай не сегодня, Тони, — она обрывает его на полуслове, не дав договорить начатое. — Я разберусь с этим завтра. Сегодня я хочу отдохнуть. — Как скажешь, — он, повинуясь какому-то внутреннему мотиву, берет её руку в свою и крепко сжимает. Поттс не пытается даже этому препятствовать. — Сыграем в игру? — Нарочито бодрым голосом говорит она. — Будем говорить предположения о себе. Другой должен угадать, где была ложь. С проигравшего — выполнение желания. — Мы, кажется, в такое играли в студенческие годы. — Игра прикольная, — она пожимает плечами. — Готов? Тони утвердительно кивает головой. Жалко только, что теперь им приходится отпустить руки друг друга — Пеппер поворачивается к нему лицом, чтобы было удобнее. — Я не умею стрелять с огнестрельного оружия. — Это правда. Твой максимум — пневматика, и то в далеком детстве. И не смотри на меня так, да, я читал некоторые твои интервью. Пеппер заливается смехом, делает глоток из бокала и задумчиво смотрит на Старка, ожидая его предположения. — В детстве я мечтал быть похожим на Супермена, даже пытался сконструировать что-то наподобие костюма из алюминиевых пластин. Кажется, в итоге вышла большая алюминиевая банка. — Слишком в твоем духе, так что правда. — Я настолько очевиден? — Старк тоже не может сдержать улыбки. — Твоя очередь. — Иногда да. Но умеешь удивлять, — как бы между делом говорит она. — Я никогда не заводила романов на работе нарочно. — Все вышло случайно, правда? — задает наглый по некоторым меркам вопрос Тони, но, решив подыграть ей, продолжает дальше: — Я никогда не боялся сделать первый шаг, несмотря ни на что. — Я жалею о том, что попросила тот чертов мартини, — по её тону сложно понять, нарочно она это сказала, или это была нелепая случайность. На какую-то долю секунды между ними повисает натянутое молчание. В следующее мгновение происходит одновременно две вещи: Тони сокращает расстояние между ними до минимума и уверенно целует Пеппер. Сейчас — не для камер, не для журналистов, не потому, что так требует их дурацкое соглашение. Только потому, что это надо было сделать давно.