Зима

— А ты, я смотрю упрямый! — вновь усмехнулся невидимый голос с потолка. — Ты так жаждешь узнать всё о моей мести? Ну, что ж! Слушай же. — В тот день, сбежав из города бергенов, мы с моими спутниками несколько дней блуждали по лесу в поисках пристанища, которое на долгие годы станет нам домом и средством добиться своей цели. И такое место мы нашли. Вернее, его нашел я, во время очередных поисков чуть не свалившись в неширокий каменный лаз, зияющий прямо из земли. Позже, позвав своих товарищей, и спустившись на веревке вниз, я к своему немалому изумлению обнаружил целую сеть подземных ходов и пещер, растянувшихся на огромное расстояние. Для нас эти пещеры были просто идеальным местом, и после недолгого совещания, нами было решено построить убежище именно здесь. — Не буду тебя утомлять скучными перечислениями всех тех тягот и забот, что свалились на нас при постройке нашего Бункера. Их было множество. Вместе со мною из Бергентауна тогда сбежало девять троллей. Я был десятым и самым молодым среди всех. И даже всем вместе постройка этого убежища заняла у нас целых долгих восемь лет. Мы оборудовали наш Бункер буквально всем. Горячей водою, благо нашли в одной из пещер геотермальный источник, светом, теплыми помещениями, складами, и даже лифтом! Почти всеми техническими устройствами в убежище руководил я. После смерти моей семьи я вдруг неожиданно для себя обнаружил эти ранее скрытые во мне способности, создавать различные механизмы. И теперь, невольно обретя их, я намеревался в полной мере использовать их, чтобы осуществить то, что каждый прожитый день молил у высших сил. Мою месть великанам. Динамики вверху негромко щелкнули, и в возникшей в пещере тишине было отчетливо слышно прерывистое тяжелое дыхание старика. Это продолжалось несколько томительных минут, и Цветану, с замиранием сердца слушавшего рассказ Зевса начинало уже казаться, что с машиной произошел какой-то серьезный сбой, как голос мертвеца под потолком вдруг неожиданно ожил. — Тебе сейчас, наверное, нетерпится узнать, что же я там задумал, верно? — устало улыбнулся старик. — Как вознамерился отомстить бергенам за гибель моей семьи? Так вот, незнакомец, как раз этому вопросу я и посвятил весь свой остаток своей жизни. Я и сам поначалу признаться не знал, с чего же мне начать. Чего я хочу? Как мне осуществить свою месть? Взять в руки оружие и перебить им всех великанов? Но что может сделать бергену маленький тролль? Ни одно из известных мне древнейших видов нашего оружия не могло причинить им даже малейшего вреда. — Все эти наши луки, копья, стрелы были для них что слону зубочистка. Да даже и если представить, что наше примитивное оружие и могло бы теоретически нанести смертельные раны великану, что я мог сделать со всеми ними один? Где взять армию для осуществления своей мести? Мои товарищи, что сбежали со мною из Бергентауна, были не в счет. Слишком нас было мало, да и признаться, никто бы из них не смог бы взять в руки оружие. И вот тогда-то мне и пришла в голову мысль, использовать силу науки, которую я в то время познал в совершенстве. — Силу науки? — недоверчивым голосом вскричал Цветан. — И что же ты там задумал? Разве есть на свете сила, способная противостоять бергенам? Словно услыхав его слова, голос Зевса насмешливо фыркнул. — Да, незнакомец! — усмехнулся старик — именно силу науки я использовал для того, чтобы найти оружие, способное уничтожить ненавистных великанов. Создав эту лабораторию, я на долгие годы практически заперся в ней, творя, экспериментируя, перебирая различные варианты и ошибки, которые постоянно досаждали мне. Шло время, мои товарищи постепенно уходили один за другим… Кто-то умирал от болезни, кого-то уносили хищники, кто-то не выдержав одиночества, уходил сам, обратно в город бергенов, и больше мы их никогда не видели. И вот пришло время, когда я остался совершенно один… — Работая как одержимый, весь седой, старый, больной, движимый лишь одной мыслью о мести, я целыми сутками напролет не вылазил из своей клетки, в которую сам же себя и запер, думая только об одном, о оружии, способное раз и навсегда стереть проклятых бергенов с лица земли, и вот однажды… Голос вверху вновь осекся, словно его бывшему владельцу не хватало воздуха, и Цветан, боясь, что сейчас он ничего не узнает, что есть силы, закричал: — Что? Что ты сделал? Говори же, прошу тебя! — Я создал его — спокойно произнес мертвец. — Сорок лет. Сорок долгих лет я работал над его созданием, не спал, не доедал, и вот свершилось. Средство, способное уничтожить великанов, было найдено. Оно было насколько простым, насколько и сложным, и чтобы изготовить его, на это у меня ушло еще дополнительных десять лет. К тому времени я уже окончательно стал разбитым, дряхлым стариком, едва держащимся на ногах. Такой образ жизни и адский труд вконец подорвали мое здоровье, и я знал, что очень скоро умру. А если быть точнее, я уже тогда был при смерти. Мне оставалось жить день, максимум два, и решение, что мне теперь делать, пришло сразу, само собой. — Ты применил свое оружие, да? — взволнованно проговорил Цветан. — Собрав последние остатки сил, я пришел сюда, в свою лабораторию, ставшую за все годы мне вторым домом. Чтобы запустить оружие, я соорудил специальный пульт, с помощью которого им можно было управлять, и теперь, усевшись за него, мне оставалось сделать только одно. Запустить его в действие. Отомстить за своих любимых, за всех тех, кто погиб страшной смертью от рук этих чудовищ! Нужно было всего лишь нажать на кнопку. Всего одно нажатие и все! И моя месть, дело всей моей жизни было бы осуществлено. — голос Зевса вдруг неожиданно стал хриплым и прерывистым, и Цветан, с волнением слушавший эту исповедь, вдруг с изумлением понял, что старик плачет. — Я не смог… — хозяин Бункера почти рыдал навзрыд. — Не смог нажать эту проклятую кнопку… Всю жизнь я мечтал о мести, представлял, как будут в муках умирать наши враги, но когда дошло до дела, я просто струсил. Да, незнакомец, я оказался всего лишь жалким трусом, не способным ни на что… Не подумай, что я не пытался! Я тогда полдня сидел перед пультом, пытаясь вызвать в себе ненависть и злобу, но я так и не смог! Как создатель оружия, я очень хорошо представлял, на что оно способно, и перед глазами у меня постоянно стояла одна давняя картина… — Как то давно, я тайком пробрался в Бергентаун, чтобы узнать кое какие интересующие меня подробности, и на одной из улиц я наткнулся на мать, идущую по ней с детской коляской. Женщина берген меня не видела, но вот её ребенок оказался очень наблюдательным, и заметил меня. И как сейчас помню, как меня поразили его глаза! В них не было ни ненависти, ни злости, ни жажды крови, как у взрослых. В них было лишь обычное детское любопытство, этот малыш не видел во мне еду, ему хотелось только поиграть со мной, как сделал бы это любой из наших малышей. И вот тогда я впервые начал сомневаться, что я поступаю правильно. — И вспоминая эти чистые, наивные детские глаза маленького бергена, я так и просидел весь день в кресле, отсчитывая последние оставшиеся мне часы жизни. Надо ли говорить, что ту кнопку я так и не нажал… Прости меня, незнакомец, я просто не смог этого сделать. Не знаю, простят ли меня за это мои любимые, скоро я предстану перед ними, и получу ответы на все мои вопросы. Ну, а что касается тебя, мой невольный слушатель, тебе теперь решать, как поступить с тем, что я сделал. И вполне возможно, что у тебя есть те же мотивы поквитаться с великанами, что были и у меня. И если ты не побоишься взять на себя такую ответственность, что ж… Тогда тебе не составит большого труда найти вход в пультовую, благо дорогу я тебе укажу. — Говори… — хриплым от волнения голосом проговорил Цветан. — Помнишь ту кнопку, которую ты нажал, чтобы услышать мою запись? Так вот, подойди к ней и нажми ее три раза подряд. Тебе откроется потайная дверь, за которой ты увидишь пульт управления созданного мною оружия, и... Еще кое-что. Надеюсь, тебя не сильно испугает вид моего высохшего и сморщенного трупа, сидящего в кресле! — Зевс слабо усмехнулся. — На пульте будет находиться только три кнопки. Синяя, желтая, и красная. Когда я создавал эту систему, то в то время я еще не думал, насколько опасным может оказаться то, что я сделал. И поэтому изготовил сразу три комплекта оружия. Так, на всякий случай. А когда понял, что этого было не нужно делать, было уже поздно. Ни сил, и тем более времени на демонтаж системы у меня уже не оставалось. Так вот, помни, каждая из кнопок запускает свой отдельный комплекс, и поэтому, ради всего святого, не нажимай сразу все! Запомни, только одну! Одну кнопку ты должен нажать, если все еще полон решимости сделать то, на что у меня не хватило ни смелости, ни воли. — Я не знаю, в каком состоянии ты найдешь все это. Возможно, прошли уже десятки, а может и сотни лет с того момента, как ты обнаружил мое убежище. И вполне может статься, что оружие уже не работает. И если это так… — тут Зевс почему-то облегченно вздохнул. — То пусть тогда все так и остается. Не пытайся повторить моих ошибок, незнакомец, не губи свою жизнь в напрасных поисках мести! Просто живи и радуйся тому, что у тебя есть. Ну, а мне. Мне уже пора! Я чувствую, как смерть сжимает свои пальцы на моем горле. Осталось совсем недолго ждать. Прощай, мой незнакомый друг, и помни о том, что я тебе сказал! Под потолком раздался громкий щелчок, и голос мертвеца замолк, оставив потрясенного рассказом Цветана стоять посреди пещеры в полном одиночестве. Но это продолжалось недолго. Словно стряхнув с себя минутное оцепенение, он быстрым шагом подбежал к вмонтированной в стене кнопке, и нетерпеливо нажал на неё три раза. И тотчас где-то негромко загудели невидимые механизмы, и часть стены, искусно замаскированной под камень, плавно отошла в сторону, открыв изумленному взору парня вход в комнату, к которой он шел всю свою жизнь.