Суицидальные тенденции Кроули

Кроули застонал. У него болели колени. Это была его самая самая большая проблема в течении суток, пока он ублажал огромное (не такое, как у Габриэля, но всё же) эго Азирафаэля. Демону было не просто, так как оно буквально не помещалось в его рот. Само-собой, вопреки всем законам физики и физиологии, демон кое-как справился. А садистский ангел, в свою очередь, даже не потрудился положить ему под колени подушку. Он был слишком занят своей книгой, чтобы уделять внимание демону у его ног. И это имело свой эффект. Кроули не могло не возбуждать то, что ангел его игнорировал, пусть это одновременно и раздражало. Оболочка Кроули слишком хорошо знала, что демон не потерпит излишнего слюноотделения или затекания челюсти в такие моменты. Это могло стать причиной дополнительной унизительной ситуации. Кроме того, регулярные сглатывания могли возбудить Азирафаэля, а это то, чего демон старался сейчас избегать. Казалось, что Азирафаэль был в том настроении, когда у него чесались руки к дисциплинированию демона. Вполне возможно, он ждал повода. Кроули хорошо знал, что ангел не мог приструнить его без причины. В то же время, Змей Эдема не мог сказать, что не стремился быть наказанным. И пусть остатки его гордости сгорят в адском пламени. Но наказания тоже бывали разными. И Кроули очень хорошо умел различать «шуточные» (постельные) наказания и серьёзные (как та порка, которую он получил не так давно). Казалось бы, грань между ними тонка, но за годы жизни с Азирафаэлем Кроули с 95% точностью мог сказать, на какое наказание он нарывался, лишь глядя в глаза ангела. Они никогда не врали. Постельные наказания были хороши своей стабильностью. Не смотря на то, что Азирафаэль не редко бывал изобретателен, Кроули знал, чего от них ожидать и это делало их менее страшными. Кроме того, демон мог буквально пересчитать по пальцам одной руки случаи, когда он не получал от сексуального наказания удовольствие. Именно поэтому постельные наказания были одними из любимейших. Демон даже в большинстве случаев нарывался на них специально. Кроули имел подозрение, что Азирафаэль об этом знал, но по какой-то причине (видимо, чтобы не испортить игру) таинственно молчал. И конечно, Кроули бы не признался под угрозой смертной казни, что любит их больше потому, что Азирафаэль, даже в самом худшем случае, просто немного недоволен им. Если демон получал наказание в постели, то это означало, что ангел не был зол и не сердился на него. Он мог быть немного расстроен его способностью влипать в неприятности (чаще всего) по собственной нерасторопности, и возможно, захочет преподать ему урок. Но не более. Когда же демон серьёзно напортачил и сильно навредил себе или кому-то другому, он мог даже не ждать такого отношения. В этом случае ему предстояло принять болезнённое наказание, без грамма удовольствия, хотел он того или нет. В конце концов, пусть иногда их отношения и были похожи на людской БДСМ чистой воды, стоп-слова у них никакого не было. В нём просто не было необходимости. В постели оно было не нужно, а в серьёзном наказании просто не помогло бы. Это тоже было прописано в их соглашении. Азирафаэль лучше знал, что нужно Кроули и что он сможет выдержать, а что нет. Это была одна из тех узких малочисленных сфер, в которых голос Кроули учитывался, но не принимался (в половине случаев) в расчёт. На ряду с его безопасностью. В постели же всё было ровным счётом наоборот. Довольно часто ангел ставил нужды демона даже выше своих. Азирафаэль никогда не принуждал Кроули к чему-то во время секса. Демону было сложно вспомнить случаи, когда ангел на чем-то настаивал. Чаще всего Кроули не приходилось уговаривать вообще. Он был доволен сделать для ангела всё, даже если это означало держать его член во рту в течении грёбаных суток и не иметь возможности прикоснуться к себе. Это была пытка, а его эрекция в тесных брюках, не смотря на отсутствие стимуляции, не отступала. Но, как бы то ни было, это испытание должно было рано или поздно закончится. И демон соврал бы, если бы сказал, что, не смотря на все неудобства, оно ему не понравилось. Азирафаэль уложил его в постель, а сам в спешке удалился за книгой. Кроули едва смог уговорить его сходить за ней — ангел наотрез отказывался выпускать демона из поля зрения. Беспокойство ангела не было необоснованным — даже после признания Азирафаэля демон до сих пор чувствовал себя нестабильно, подавленно и крайне сумбурно. Ангел, конечно, терпеливо объяснил ему, что это психологическая проблема, которая не исчезнет в мгновение ока сама по себе. Для этого нужно было много разговаривать и прорабатывать произошедшие события, принимать лекарства и ходить к терапевту. Конечно, многое из того, что работало для людей, не работало для них. Поэтому они отказались от таблеток и психиатров, по понятным причинам. Кроули не нравилось затрагивать такие болезненные темы, но Азирафаэль смог уговорить демона разговаривать хотя бы с ним. По началу всё выходило из рук вон плохо — Кроули, ощущая слабость и уязвимость, срывался на ангела, чем сильно его расстраивал. Но Азирафаэль имел буквально ангельское терпение и старался быть мягким со своим демоном. В тайне он надеялся на то, что когда-нибудь Кроули поподробнее расскажет ему о том случае, когда демон оказался схвачен и подчинён другим ангелом, использовавшим Контроль для пыток. Это тоже был очень травмирующий опыт, но сперва нужно было полностью проработать то, что касалось их отношений, а уже потом двигаться к тому, что было до них. Азирафаэль хотел стать настоящей опорой для Кроули. Наказание демона за попытку добыть святую воду было отложено до лучших времен. Азирафаэль хотел, чтобы Кроули стал более стабильным, чтобы принять его. Или, возможно, ангел подумывал о том, что его стоило бы отменить вовсе. Не смотря на то, что демон хорошо реагировал на грубую силу, и, в какой-то мере, подсознательно желал её на себе испытать, мягкость и доброта тоже могли оказывать сильное влияние. Сверхъестественные существа с тех пор не покидали книжный магазин и квартиру над ним (Азирафаэль категорически запретил и наложил барьеры). То, как у них дела, знали лишь Анафема и её парень, Ньютон, который (не благодаря ли ангельскому благословлению?) спустя пару дней пошёл на поправку. За эту неделю они приезжали к ним пару раз, чтобы погостить на пару часов. Анафема, в свою очередь, немного поговорила с Кроули о том, как он себя чувствует. Демону было некомфортно разговаривать с посторонними, поэтому его ответы были в основном односложными. Как оказалось, ведьма какое-то время изучала психологию в университете и поэтому неплохо разбиралась в этой теме. Анафема предложила свою помощь, так как она всё равно встречалась с Азирафаэлем раз в неделю, чтобы обсудить книги, и ей было бы несложно заодно пообщаться с его партнёром. Предложение было высказано ангелу, что сильно обидело Кроули. Как-будто он не был тем, кто мог принимать решения за себя. Но в её глазах, вероятно, демон не мог. Люди вечно лишали самоубийц всяческих прав... Кроули это не удивило. Но его немного испугало то, что Азирафаэль мог согласится, не принимая в расчёт его мнение. Ведь потом Кроули должен будет столкнуться с последствиями. В тот же момент Змей Эдема понял — ангел был ответственным за него. Фактически, его хозяином. Пока только на словах. Но что будет, когда Кроули буквально скоро станет его собственностью? Холодок пробежался по спине демона, но вскоре сменился теплом и железобетонной уверенностью: «Нет, он так со мной не поступит». И это было правдой. Демон старался не радоваться слишком явно, когда Азирафаэль мягко отказал ведьме. Анафема понимающе улыбнулась и вскоре уехала с Ньютоном обратно в Тэдфилд. Азирафаэль слишком хорошо его знал, и, видимо, не хотел доставлять ему дополнительного дискомфорта. Через пару недель, казалось, всё начало налаживаться. Кроули перестал реагировать на всё слишком бурно и спокойнее вёл себя с Азирафаэлем и окружающими. Первичное перо вновь отросло, задница зажила после болезненной порки. Демон чувствовал себя гораздо лучше, набираясь сил день ото дня, не имея желания досаждать или вредить людям. Безусловно, такие резкие изменения не произошли просто так. В хорошем поведении Кроули, как ни странно, был виноват ангел, нашедший способ безболезненно усмирить Змея Эдема. Азирафаэль прочитал об этом способе в одной из своих книг, сразу же после того, как они с Кроули в очередной раз поругались из-за того, что демон изъявил желание выйти на улицу, а ангел, разумеется, не позволил ему и шагу ступить за порог книжного магазина. После ссоры Азирафаэль погрузился в изучение умиротворяющей литературы про животных, с неплохими иллюстрациями, пока не дошёл до раздела птиц. В нём описывалось, что, если птица беспокойная, излишне агрессивная и пытается вылететь из дома, успокоить её поможет подвязка крыльев. Приняв совпадение по всем трём пунктам, Азирафаэль продолжил читать. Как оказалось, это была не очень тяжёлая процедура. Чтобы её провести правильно, требовались специальные ремни, способные аккуратно, но плотно зафиксировать крылья вместе в сложенном положении. Перед тем, как это сделать, нужно было поухаживать за ними и привести оперение в порядок. После этого требовалось распрямить крылья птице и сложить их так, чтобы положение было комфортным. Не слишком свободным, но и не слишком плотным. «Птице ваши действия явно не понравятся, поэтому она будет сопротивляться. Постарайтесь максимально её успокоить и отвлечь от процесса обвязки крыльев. Первое время для неё будет большим стрессом — привыкшая к свободе крыльев, птица будет метаться из угла в угол. Она сразу же попытается стянуть ремни всеми доступными способами, это будет происходить на уровне рефлексов, поэтому, если вы их плохо закрепили, вам придётся всё делать заново. В качестве креплений можете использовать небольшие железные пряжки с обеих сторон. Крайне не советую прокалывать крылья кольцами в районах сгибов насквозь — это довольно экстремально и может вызвать риск заражения. С дикими птицами, которые могут серьёзно навредить в процессе, это, безусловно, разумно, однако, постарайтесь приберечь этот метод на крайний случай. Животные справляются с пробитием крыльев в разы хуже, чем с обычной обвязкой. В обоих случаях на первых порах это чревато паникой, повышенной нервозностью и депрессивным состоянием. В такие моменты постарайтесь предоставить вашим животным утешение. Но не волнуйтесь, когда пройдёт этот период, птица будет себя вести в разы спокойнее, чем до этого. На первых порах она будет пытаться взлететь, но, если вы всё сделали правильно и ремни сидят достаточно плотно, у неё ничего не получится. Однако, если животное находится в момент паники и будет пытаться взлететь, изо всех сил натягивая ремни, это может ей навредить. Старайтесь правильно подобрать ремни, чтобы не травмировать свою птицу» — было написано в инструкции. В тот момент Азирафаэль обдумал полученную информацию, решая, что же ему с ней делать. Кроули очень ревностно относился к своим крыльям, и вряд ли он его простит, если ангел захочет связать их и лишить демона возможности летать. С другой стороны, зная, что это во благо, и что вопрос задевал сферу безопасности Кроули, Азирафаэль имел полное право не спрашивать мнения демона, исходя из их Соглашения. Но это было бы неправильно. Поэтому на следующий день, когда Кроули вновь начал говорить о том, что было бы неплохо выйти прогуляться, Азирафаэль отвёл его на кухню, попросил его сесть на стул и перенести свои крылья на материальный план. Недоверчивый демон сделал так, как сказал Азирафаэль. Тогда ангел, безо всяких прелюдий, положил на стол чёрные ремни с серебряными пряжками по бокам, и рассказал, что собирается делать. Выражение лица Кроули было таким, словно демон на короткий миг впал в шок. Затем начались разборки. Если бы в магазине не стояло звукоподавляющих чудес, ангел не сомневался — их бы услышали в Букингемском дворце. Азирафаэль мог сохранять самообладание, Кроули не хотел сдаваться без боя. Бой действительно был. Только короткий. И, как ни странно, задумываться о победителе не приходилось. В результате, демону ничего не осталось, кроме того, чтобы сидеть (привязанным к стулу) и ждать, пока Азирафаэль закончит его мучать. В тот день все запасы нецензурной лексики мира были израсходованы в течении нескольких часов. Этот случай обязательно попал бы в книгу рекордов Гиннеса, если бы о нём кто-нибудь узнал. Крылья демона были вымочены в воде и вычищены до идеального состояния, сначала руками, а потом и маленькой щёточкой, оставленные высыхать. К середине процесса на Кроули уже был надет кляп, так как ангел не мог больше терпеть его брань. К моменту обвязки и закрепления ремней демон спал, убаюканный приятными ощущениями после того, как за его крыльями поухаживали. Через пару минут ремни плотно перетянули крылья во всех нужных местах, держа их элегантно прижатыми к друг другу, но не функциональными. Азирафаэлю это понравилось немного больше, чем он предполагал. Чувствовать, что он обрезает ещё один отход к отступлению было неожиданно приятно. Собственнических мыслей после этого действа у ангела стало ещё больше. Желание защитить своего демона из-за его новой хрупкости и не самостоятельности (пусть и навязанной самим Азирафаэлем), возросло. Чёрные ремни в тусклом свете ламп отдавали серебристым божественным светом для любого, кто мог его увидеть магическим зрением. Ангел положил на них всего два простых благословления. Первое — ремни мог снять только он. Второе — при попытке взлететь или стянуть их, ремни резко сузятся. Не настолько, чтобы сломать кости, но достаточно, чтобы отбить любое желание продолжать попытки. В первые минуты по своему пробуждению в постели, Кроули смог убедиться в обоих. Но так как кляп был до сих пор втиснут в его рот, накричать на Азирафаэля у Кроули просто не было возможности. Вместо этого демон постарался сделать всё, чтобы снять ремни, как и говорилось в книге. Ангел беспрепятственно позволил ему ходить по дому, и даже не вмешался (хотя очень хотел), когда Кроули взял в руки нож, чтобы попытаться разрезать ремни. Конечно, безрезультатно. Рассердившись, демон постарался мощными взмахами крыльев разорвать новые ограничения, но они только сжались сильнее, вызывая у Кроули сдавленные болезненные стоны. Тем не менее, особо упрямый демон на этом не бросил свои попытки. С утра до вечера в течении двух дней, Кроули пытался сделать всё, чтобы избавиться от ремней, от самых простых способов, до самых сложных. Ничего не работало. К поздней ночи второго дня Кроули выдохся и уснул прямо на полу, где его подобрал ангел. Его глаза были печальными. Азирафаэль понимал, что всё это было необходимо. Ангел не пережил бы, если бы Кроули когда-нибудь просто улетел от него по очередной глупой причине на какую-нибудь другую планету, похожую на Землю, где он, скорее всего, даже обнаружить демона не сможет. А ещё, как бы эгоистично это не звучало, у Азирафаэля до сих пор были свежи ужасные воспоминания, как взлетев высоко над землёй, Кроули пытался покончить с жизнью с помощью падения. Так что, нет, ангел больше не позволит ему летать, пока не будет уверен в том, что это безопасно. Кроули уже пережил одно Падение с небес, второе убьёт его. На утро Кроули проснулся без кляпа, поэтому демон сразу же поспешил рассказать Азирафаэлю всё, что он о нём думает. Выслушав всё оскорбления со спокойным молчанием, ангел медленно подошёл к демону и попытался обнять его. Кроули отшатнулся от Азирафаэля, как дикая кошка, и зашипел, явно говоря: «Не подходи, убью». Ангел смиренно принял такое поведение, не настаивая на утешении, но при этом как бы говоря своим взглядом — «Я всегда здесь, если понадоблюсь». В этом не было необходимости. Кроули даже не подошёл к нему в течении следующих трёх суток. Он крушил всё на своём пути: разбрасывал вещи, бил невероятно дорогие бокалы и сбивал на пол шкафы с книгами. Азирафаэль просто молча спускал ему это с рук, исправляя чудом все повреждения. Когда гнев ушёл, его место заняла апатия. В то время Азирафаэль редко мог застать демона, не лёжа на какой-нибудь горизонтальной поверхности или глядя в потолок. Немного оживить его помогало лишь то, когда ангел заставлял его пить сладкий чай или делать что-то по дому после того, как демон раскидывал или ломал вещи. Активность помогала немного отвлечь его и заставить почувствовать себя лучше. Несмотря на то, что Кроули каждый раз раздражался на эти «принеси-подай-убери-протри», демон понимал, что это было нужно ему, чтобы прийти в себя. В конце недели он уже больше чувствовал себя собой. По крайней мере, достаточно, для того, чтобы поздно вечером залезть в кровать к ангелу и прижаться к его тёплому телу. Кроули всё ещё обижался на Азирафаэля, но обида ослабла достаточно, позволив ангелу увидеть слёзы и немного утешить демона. Азирафаэль без колебаний воспользовался этой возможностью. Ангел никогда не хотел заставлять своего возлюбленного так страдать, но сейчас без этого было никак. Азирафаэль чувствовал, что эта стадия уже почти закончилось. Слава Богине, это оказалось правдой. Ангел не думал, что выдержал бы сам и не снял ремни, если бы Кроули месяц валялся на диване со стеклянными глазами. Через неделю демон стал больше напоминать себя — шутил, язвил, но и не думал о выходе на поверхность. В целом он был всё ещё самим собой, но не таким нервным, более умиротворённым и спокойным. Обвязка крыльев сделала своё дело. Но Кроули всё ещё не давал ангелу в постели, чему Азирафаэль был не очень рад. Хотя он чувствовал, что заслужил. Спустя две недели демон полностью оправился и почти полностью восстановился для использования чудес. Пока ему были доступны только не серьёзные — налить воды и втиснуться в узкие брюки. Не то, чтобы Кроули часто пользовался ими — Азирафаэль запретил ему под угрозой наказания. За это демон лишил его секса ещё на одну неделю. Они друг друга стоили. В отместку, чтобы Кроули не воспользовался своими силами за его спиной, ангел заказал у того же мастера, что делал ремни, ошейник. Чёрный, со своими инициалами (ладно, Азирафаэль мог быть немного властным), а также бархатной подложкой, как на ремнях, и в один тон с ними, чтобы его было удобно носить, без необходимости снимать даже во время купания. Не то, чтобы Кроули мог. Как это ни странно, демон отнёсся к ошейнику куда благосклоннее, чем к ремням. Или привык, или находил в этом нечто сексуальное, Азирафаэль не знал. Главное, что Кроули не сильно сопротивлялся, когда ангел надевал его. Как и на ремни, Азирафаэль наложил на ошейник пару чудес. Так что, теперь, у демона было зарезервировано для себя три мелких чуда на день, и это был его максимум. При попытке снять или уничтожить ошейник, механизм был тот же, что и с ремнями. К этому аксессуару Кроули привыкал намного меньше, чем, к тем же ремням. Казалось, что он даже ему нравился, несмотря на то, что ограничивал в чудесах. Азирафаэль застал демона несколько раз у зеркала, с ухмылкой рассматривающий самого себя. А конкретно, то, как ошейник сочетался с его повседневной одеждой. Конечно, при надобности, Азирафаэль мог скрыть ошейник, как и крылья, для людей. Но не то, чтобы Кроули можно было пока выходить на улицу. Азирафаэль чувствовал, что всё налаживается. Кроули больше не входил в депрессивное состояние и количество самоуничижительных шуток таяло на глазах. Всё было хорошо. Ну, или, по крайней мере, максимально приближено к значению этого слова. Азирафаэль искренне верил в то, что, возможно, не сегодня, и скорее всего не завтра, но обозримом будущем он точно сможет вздохнуть полной грудью, лишённый всяких опасений.