Affettuoso

      На обратном пути в квартиру Дерека они молчат, а в лифте Стайлз вдруг впечатывает его в стену и яростно целует, потираясь об него.       — Стайлз!.. — удивлённо вздыхает Дерек, спиной нажимая все кнопки на панели.       И в то время как Стайлз горячо и требовательно вылизывает его рот, лифт останавливается на каждом этаже, пока, наконец, двери не открываются на нужной площадке. Дерек позволяет Стайлзу тащить себя по коридору и звенит ключами, а Стайлз тем временем забирается руками под уже расстёгнутую рубашку и гладит его грудь.       Когда они заходят в квартиру, Дерек еле успевает бросить ключи на пол, потому что Стайлз настойчиво тянет его в спальню, ловко раздевая прямо на ходу, бросает на кровать и начинает с диким энтузиазмом срывать рубашку уже с себя. Его глаза горят решимостью, когда он сбрасывает её с плеч. Затем он расстёгивает ширинку и переступает через брюки, забираясь на кровать, чтобы подарить Дереку собственнический поцелуй.       Стайлз крепко прижимает Дерека к себе, руками обхватывая его шею, и увлекает его за собой, спиной падая на матрас. Ещё немного, и поцелуй станет жестоким: Стайлз грубо кусает и посасывает его губу, и Дереку даже приходится отстраниться на миг, чтобы сделать вдох. У них и раньше был грубый секс, но это всегда было лишь игрой, и глаза Стайлза в такие моменты были наполнены радостью и удовольствием. Сейчас же он с мрачным видом стискивает зубы, протягивая руки к Дереку.       — Мне нужно, чтобы ты меня трахнул, — задыхаясь, произносит он.       Сама фраза не так уж отличается от обычных грязных разговорчиков Стайлза во время секса, но что-то в его интонации заставляет Дерека притормозить.       — Ты уверен? Нам не обязательно, если ты не…       — Дерек! — рычит Стайлз. — Трахни меня. Ну же!       Затем он переворачивается на живот и вскидывает бёдра, виляя задницей. Дерек бросает взгляд на тумбочку, где стоит баночка смазки, затем снова смотрит на Стайлза. Он опускает руку на его бедро, чтобы нежно его поласкать и, может, слегка сбавить обороты, чтобы это было не так…       Но у Стайлза не стоит.       Обычно тело Стайлза реагировало на прикосновения к волоскам на коже, а однажды у него и вовсе встал от простого подмигивания Дерека, не то что сейчас, когда они последние пару минут горячо лизались и стискивали друг друга в объятиях.       — Стайлз, всё хорошо?       — Да, Дерек, у меня всё, блять, хорошо! Ты меня трахать собираешься или как?!       Дерек слегка отодвигается и оглядывает напряжённую спину Стайлза, его нерадостное лицо, вспоминает, как тот вёл себя весь вечер. Он мягко целует его в щёку:       — Стайлз, нам не обязательно заниматься сексом только потому, что это логичное окончание свидания.       Стайлз резко садится на постели:       — Сам знаю, — огрызается он в ответ. — Я просто хотел… Хотел отвлечься от этих мыслей на какое-то время, а ты даже этого мне не можешь дать.       — Стайлз…       — Я иду домой, — говорит Стайлз, подрываясь с кровати. Он начинает искать свою одежду, сердито отбрасывая в сторону чужие штаны.       — Твои здесь, — говорит Дерек, указывая Стайлзу, куда тот бросил свои брюки. — Я…       — Не надо! У меня свои глаза есть, я сам вижу, где моя грёбанная одежда! — шипит Стайлз.       Дерек может только беспомощно наблюдать, пока Стайлз собирает свою одежду, бесцеремонно бросая её в кучу у кровати; он хватает свои боксеры и проклинает вывернутую наизнанку рубашку.       — Ты не должен уходить, — тихо говорит Дерек. — Ты можешь остаться.       Стайлз не отвечает, просто молча встряхивает брюки в попытке вывернуть штанину.       — Прости, что я… Я знаю, что ты не хотел этого, а даже если бы и хотел, то всё равно было бы неправильно спать с тобой сейчас. Но это не значит, что я не забочусь о тебе или не хочу, чтобы ты был рядом, — сердце Дерека колотится, когда Стайлз перестаёт возиться со своими штанами и смотрит на него, на этот раз действительно смотрит, внимая каждому его слову.       Стайлз делает глубокий вдох, отбрасывает штаны в сторону и снова поворачивается к Дереку. Он медленно проводит по волосам, и весь его прежний гнев сходит на нет вместе с этим движением, пока не остаётся только Стайлз, осунувшийся, голый и уязвимый.       — Прости, — говорит он. — Я не хочу сказать, что ты должен трахать меня, когда этого не хочешь… Я просто… Это было…       Дерек ничего не говорит, только зовёт его жестом к себе и раскрывает руки для объятий. Стайлз медленно забирается обратно на кровать и садится рядом с Дереком, примерно в метре от него, и виновато опускает глаза, словно извиняясь. Он прикусывает губу и рассматривает свои ладони, перебирая пальцами.       Дерек берёт обе его руки и крепко сжимает в своих. Стайлз на этот жест выдыхает, закрывая глаза, а Дерек легко целует его лоб в знак прощения. Наконец, Стайлз позволяет ему утянуть себя в объятия и просто расслабляется в его руках. Они долго молчат, и Дереку даже кажется, что Стайлз мог бы задремать, если бы не ритмичные поглаживания его пальцев по спине.       — Мы вместе не так давно, но я хочу, чтобы ты знал, как ты важен для меня, — шепчет Дерек. — И что бы ни вызывало в тебе такие чувства, ты можешь поговорить со мной об этом. Я не стану осуждать. Мне всё равно, что у тебя произошло или какие у тебя проблемы из прошлого. Я всегда тебя поддержу.       Стайлз зарывается лицом в шею Дерка.       — Я…я…       — И ты не обязан рассказывать мне прямо сейчас, — говорит Дерек. — Просто… как только ты будешь готов.       Стайлз кивает, утыкаясь Дереку куда-то в грудь. Его глаза влажные, и несколько слезинок стекают по его лицу, но Дерек ничего не говорит, просто не выпускает его из рук, пока тот не засыпает.

***

      Субботнее утро тусклое и серое, но свет всё равно проникает в спальню Дерека через окно, и он, сонно моргая и зевая, просыпается. Он тянется к Стайлзу, но находит в своей постели только подушки и холодные простыни.       Он один.       Одежда Стайлза тоже исчезла. Должно быть, он выскользнул из дома посреди ночи. Дерек сглатывает, стараясь не обращать внимания на тупую боль в животе. Сегодня суббота, он мог бы ещё поспать, но уже окончательно проснулся.       Ну и ладно.       Он чистит зубы, заходит на кухню и замирает на месте.       Стайлз стоит и переворачивает французские тосты, слегка прикусив язык в сосредоточенности. На нём одна из футболок Дерека и его боксеры, а его волосы растрёпаны после сна.       — Стайлз, — говорит Дерек.       Стайлз переворачивает тост и оборачивается, улыбаясь Дереку.       — Знаешь, ты выглядишь совершенно нелепо, когда спишь.       — Да? — Дерек подходит и обнимает Стайлза за талию в знак приветствия.       — Ты открываешь рот и издаёшь такие странные звуки. Это несправедливо очаровательно, потому что ты такой пугающие горячий, когда бодрствуешь, но как только засыпаешь, то становишься похож на чёртового плюшевого мишку, — голос Стайлза яркий и звонкий, как журчание ручья, и звучит он… ну, как Стайлз. Хороший знак. — А ещё ты как осьминог. Я буквально почти не могу пошевелиться сейчас, и это притом что я стою! Как ты вообще спал без меня?       — Хм, ну, подушки или типа того, — сонно говорит Дерек. Он целует Стайлза в щёку. — Но ты намного, намного лучше.       Стайлз издаёт довольное урчание и раскладывает тосты по тарелкам, поднося их к столу. Они едят в уютном молчании несколько минут, прежде чем Дерек спрашивает:       — Как ты?       Стайлз заканчивает жевать тост и сглатывает, вытирая рот салфеткой.       — Я… я в порядке. Вчера вечером я… Ты просто пытался быть милым, спланировал всё с балетом, и это могло бы быть замечательным сюрпризом, я правда люблю его, просто…       Стайлз вздыхает, откладывая вилку. Он мрачно смотрит на Дерека, сидящего напротив.       — Итак, эм, помнишь, когда я впервые пришёл в After Dark? — спрашивает Стайлз.       Дерек кивает.       Стайлз нервничает и суетится, начиная с того, что Дерек и так знает: Стайлз впервые подписал контракт со студией на несколько коротких соло видео, а в съёмках с партнёром Дерек был у него первым, он хорошо это помнит. А потом Стайлз пересмотрел свой контракт, и с тех пор Дерек видел его лишь изредка.       — Итак, причина по которой я не устраивался в студию на полный рабочий день, заключается в том, что это должно было быть для развлечения, время от времени, ну и для надбавки к доходам. У меня уже была работа. Та, которую я любил. В Нью-Йоркском балете, — говорит Стайлз, глядя куда-то вдаль.       Стайлз — танцор.       Дерек всегда замечал, как грациозно он двигается, как напряжены гибкие мускулы его тела, но он даже подумать не мог, что стайлз профессиональный танцор. Danseur¹, как говорит Стайлз. Его голос становится мелодичным, когда он говорит о балете, а взгляд мягким и задумчивым. Дерек понимает, что балет — его страсть, его мечта, поэтому Стайлз и работал в Нью-Йорке.       Он получил желанное место в престижной балетной труппе Нью-Йорка, начал работать и упорно тренироваться, чтобы принимать участие во всех постановках.       — Мы со Скоттом приехали из Калифорнии, надрывали задницы, чтобы попасть в Джульярд², а потом нас пригласили в лучшую балетную труппу, и это было как сон. Я должен был прекратить сниматься у вас. Я не собирался возвращаться, но деньги были очень хорошие, и… — Стайлз краснеет, — мне нравилось работать с тобой. Очень. Думаю, я бы не вернулся, если бы снимался с кем-то другим. Просто ты… Ты мне очень нравился.       Дерек перегибается через стол и берет Стайлза за руку. Стайлз хватается за его ладонь и улыбается в ответ.       — В общем, в NYCB я не получал особых бонусов или повышений, но мне нравилось. О, и в Нью-Йорке цены очень высокие, и, возможно, первые несколько месяцев я отрывался слишком много, тратил денег больше, чем нужно, но с моим доходом от работы и съёмок с вами всё было под контролем. А потом объявили кастинг в спектакль «Лебединое Озеро», который как раз идёт сейчас, как ты знаешь. Я получил роль Бенно, лучшего друга принца Зигфрида и всё такое. Я бы получил свой сольный танец, большую роль второго плана и собственное место в программе вместо того, чтобы быть очередным лицом из массовки. — Стайлз с раздосадованным видом откидывается на спинку стула. — Мой звёздный час. И Джексон, блять, всё испортил.       — Джексон?       Стайлз хмурится, с горечью выплёвывая слова, пока они не сливаются в бурный поток гнева.       — Этот мудак показал несколько моих видео блядскому руководству. И это охуенно забавно, потому что у него никогда раньше не было проблем с этим, и я знаю, что он был в курсе, потому что у Дэнни была подписка, и я снимался с вами целую вечность… Но потом, когда я получил роль Бенно, а он стал моим дублёром, это стало какой-то огромной моральной дилеммой, о чём он, конечно же, должен был доложить совету директоров. А потом он понял, что меня не могут уволить только за то, что у меня была такая подработка, к тому же месье Делакруа говорил: «Ах, твои танцы в последнее время стали такими чувственными, Стайлз, продолжай в том же духе, подмигивай, флиртуй», никому, блять, не было дела, что я снимаюсь в порно, кроме Джексона, который показал им мои видео, снятые в NYCB.       — Ты снимался в другой порно-студии?       «С кем-то другим?», — не произносит Дерек вслух. Он пытается подавить ревность, которую испытывает.       Стайлз качает головой.       — Нет, это были старые видео, снятые не в студии. Просто… Мы трахались с Джексоном где-то год назад. Ничего серьёзного, просто снимали напряжение после репетиций или типа того. Тогда я не думал о последствиях, мы постоянно посылали друг другу сексуальные снэпы и обнаженные селфи, а иногда один из нас снимал, как другой кончал, чтобы потом дрочить. Это было забавно, сексуально и глупо, но одно видео, где я дрочил в балетной студии в одном из своих костюмов, видимо, осталось у Джексона в телефоне. А на заднем фоне была табличка с указанием названия студии и прочей хрени. Он пошёл к совету директоров и показал им все те видео, что у него были, и совет был сыт мной по горло, так что они вызвали меня на ковёр, где был вынесен вердикт: «Уволен».       — Он показал им твоё личное видео, — выпаливает Дерек. — Ты не виноват, всё дело было в…       — Да, я знаю, — говорит Стайлз, поигрывая вилкой. — Я просто… не разобрался со всем этим. Просто убежал, поджав хвост. Я мог бы начать все сначала, попробовать себя в других коллективах, но мне пришлось бы покинуть штат, ведь Джексон и это предвидел, разослав моё видео по электронной почте всем ведущим компаниям в Нью-Йорке, чёрт возьми! Я никогда не стану профессиональным танцором в Нью-Йорке, и я, типа, так и не осознал этот факт до конца. Просто у меня не было ни денег, ни работы, ни целой квартиры, потому что Скотт переехал к Эллисон сразу после помолвки, и я не собирался беспокоить их своей незначительной проблемой, и я просто… просто подумал, что вернусь в Hale Studios на полную ставку и это будет правильным решением. А потом мы с тобой начали встречаться, и было легко не думать обо всём этом.       Стайлз с тревогой поднимает глаза.       — Я не имею в виду, что встречаюсь с тобой, только чтобы забыть это, я просто хочу сказать, что ты удивительный, и я…       Дерек встает, вытаскивает Стайлза из кресла и заключает его в крепкие объятья. Он думает обо всех планах, что были у него на эти выходные, об идеях, как провести время вместе со Стайлзом: он приглядел несколько приметных ресторанов, а ещё Стайлз упоминал, что хочет поучаствовать в склоке конкурирующих фургончиков с едой, сходить в зоопарк и на концерт, который мог бы ему понравиться, — и он тут же забывает обо всём этом.       Он нежно берет Стайлза за подбородок, целуя его нежно и целомудренно.       — Спасибо, что поделился со мной. Я знаю, что это было непросто для тебя.       Стайлз кивает, его глаза блестят от влаги.       — Хочешь, просто… вернёмся в постель? Мы можем просто пообниматься, заказать еду на дом, посмотреть все части «Звездных войн» марафоном и не вылезать из постели весь день.       Стайлз вздыхает, расслабляясь в объятиях Дерека.       — Я люблю тебя.       Дерек моргает.       Стайлз поднимает глаза, открыв рот от удивления.       — То есть, я люблю «Звёздные войны», и ты очень клёвый, и я… я….       Дерек целует его, чувствуя окатывающую с ног до головы волну тёплого счастья.       — Я тоже тебя люблю. Вообще-то, я давно хотел сказать тебе это, но всё думал, что это будет странно, учитывая, сколько мы вместе.       Стайлз смеётся.       — Ну, я рад, что не один хотел это сказать. Идем, нас ждет далёкая-далёкая галактика.       Стайлз засыпает после части «Империя наносит ответный удар», задремав на груди у Дерека. Дерек рассеянно водит пальцами по его волосам, наблюдая за бегущими титрами. Он думает о словах Стайлза о том, что танцы — это его мечта, и о том, с какой страстью в глазах он смотрел на сцену.       Дерек хочет вернуть Стайлзу его мечту.       Он аккуратно выпутывается из объятий Стайлза, стараясь не разбудить его, выходит из спальни и находит свой телефон в гостиной. Может, Дерек и не знает, как исправить ситуацию, но он знает кое-кого, кто может это сделать.       — Мартин и партнёры, с кем Вас соединить?       — С Лидией Мартин, пожалуйста.