Moon Rock

Чонгук со скучающим видом просматривает очередной отчёт с будто нескончаемой кипы бумаг, когда в кабинет вваливается мертвенно-бледный Хосок. Альфа молча подходит к столу и плюхается в кресло напротив Гука. Несколько минут проходят в тишине, пока Хоуп потерянным взглядом бегает по кабинету, не задерживаясь ни на чём и на всём одновременно, а младший с беспокойством изучает его лицо. После Чонгук не выдерживает: — Хо, что случилось? — а омега уверен, что что-то случилось, ведь Хосок бы не выглядел так, если бы ничего не произошло. Чон кажется впервые видит старшего в таком ужасном состоянии. — Ты слышал смех? — отвечает вопросом на вопрос альфа. — Парень… бежал и смеялся. Ты слышал? Я ведь не сошёл с ума? — растерянно лепетал Хоуп. Этот смех казался ему фантазией воспаленного мозга или же обычным сном. — А, это… — с лёгкой улыбкой на губах произнёс Чонгук. — Расслабся, это был Чимин. Маленький засранец. От скуки пришёл сюда и начал мешать мне работать, — омега пропустил смешок. — Пришлось защекотать его. Вот он и удирал от меня, задыхаясь от смеха. Будет знать, как мешать мне, — хмыкнул Гук. Сперва Хосок вздохнул с облегчением, ведь он всё же не сошёл с ума. Смех не оказался галлюцинацией, а тот парень был вполне себе реальным. Затем альфа погрустнел. Да, парень реален, но он не Хоа. Хоа мёртв. Чёрт. И как Хоупу только в голову пришла мысль о Хоа. А теперь альфа ещё и расстраивается, что бред, пришедший ему на сонную голову, не оказался правдой. Да уж. Стоп, а что за… — Чимин? — удивлённо переспрашивает Хо. Он знает всех знакомых Гука, но это имя слышит впервые. — Точно! — восклицает младший. — Я же ещё не рассказывал тебе о нём. Чимин-и мой донсэн… — с улыбкой на устах и различимой гордостью в голосе рассказывает Чонгук. Хосок с интересом выслушивает историю спасения Чима и о его дальнейшем проживании в комнате Гука, не переставая удивляться с того, как быстро Чон к нему привязался. Хоуп даже подумал бы, что Чонгук в него влюбился, если бы не узнал, что Чимин омега. А Гук хоть и многого от них натерпелся, но всё ещё по альфам. Хотя… Он с такой нежностью рассказывает об идеальности своего милого донсэна, что Хо уже начинает в этом сомневаться. Ещё больше Хосока удивляло то, сколько и как младший говорил о Паке. Он буквально не мог остановиться. Рассказ о Чиме водопадом лился из его уст и казалось вовсе не собирался прекращаться. И каждое слово несло в себе кучу эмоций. Радость и добро прямо сочились из всего омеги. Это было нечто другое, никогда ранее не виденное Хоупом. Такого Чонгука он ещё не знал. Дядюшка Чон точно был бы счастлив увидеть его таким… — Ты столько рассказал о нём… — начинает альфа, когда Гук замолкает. — Не собираешься познакомить меня со своим ангелоподобным донсэном? — Хо хотелось бы увидеть Чимина. Омега напомнил ему Хоа, когда бежал по коридору, и теперь Хосок отчаянно нуждался во встрече с ним. Рассмотреть, узнать получше, понять действительно ли он похож на Хоа, разобраться хоть в чём-то. Чон нуждался в этом. — Конечно же собираюсь, — радостно отвечает Чонгук. Чимин, как его личное солнышко. Даже от простого упоминания младшего у Гука теплеет на сердце и на лице появляется лучистая улыбка. — Мне бы хотелось, чтобы он стал нашим младшим братом. Я обязательно вас познакомлю, правда не знаю когда. — Как насчёт… — Хоупу уже не терпится увидеть Чима. — Ты говорил, он хочет работать. Мне давно уже нужен помощник. Секретарь, можно сказать. Будет помогать с бумагами. На выезды я его понятное дело брать не буду, — Хо конечно сомневается, что Чимин действительно будет помогать, но альфа в принципе и не нуждался в помощи. Чон просто надеется, что совместная работа поможет им сблизиться. Во-первых, потому что Чим дорог Чонгуку, а Гук Хосоку. Во-вторых, потому что альфе и самому хочется сблизиться с ним. — Хммм, — задумчиво тянет омега. — Это… было бы замечательно! И ему ходить далеко не надо будет, и мне будет спокойнее, если он будет с тобой. Идеально! Спасибо, что предложил, Хо. Я ведь помню, как ты говорил, что помощники это не для тебя… — Это было давно, — закатывает глаза старший. Но, чёрт, это было всего около месяца назад.

*****

Хосок уходит и Чонгук возвращается к работе. На самом деле его уже тошнит от этого всего. От мрачных стен его кабинета и контрастирующих с ними белоснежных бумажек, раскиданных по всему столу. От дождя за окном и от вкуснейшей, но уже приевшейся за многие года употребления, яблочной шарлотки. Кстати от последнего Гука сегодня утром в прямом смысле стошнило. Не проходит и часа, после ухода Хо, как телефон омеги начинает разрываться от настойчивого названивания. Чонгук игнорировал первые звонки, ведь итак слишком много сегодня отвлекался то на Чимина, то на Хоупа, и никак не мог нормально поработать, но собеседник видимо не собирался прекращать звонить и парень раздражённо принял вызов. — Да слушаю! — взбешённо бросил Гук собеседнику. Номер звонившего не был знаком омеге. — Господин Чон, — слышится знакомый голос, — это генерал Кан. Я звоню всего на несколько минут, предупредить Вас по старой дружбе. У Вас огромнейшие проблемы. — Продолжай, — хмуро бросает Чонгук. Что-то ему уже не нравится этот разговор. — Буквально час назад на Ваш производственный склад был совершен рейд по наводке. Вся продукция со склада конфискована, здание обыскивается, а всех присутствующих отправили в участок на допрос, — Гук издал злобный рык. — Клянусь, я ничего не знал. Высшее руководство каким-то образом прознало о нашем «сотрудничестве». Господин Чон, мне грозит тюрьма. Я уезжаю, пока ещё имею такую возможность и настоятельно рекомендую Вам поступить так же, — Чонгук услышал чей-то приглушённый голос по ту сторону трубки. — Но как это произошло? — недоумевал омега. — Я знал, что Вам будет интересно узнать. Это всё Ким Намдж… — звонок прервался на середине слова. Впрочем, Гук уже итак понял, кто за этим стоит. Что ж этим Кимам неймётся то? Чонгук вдохнул побольше воздуха в попытке успокоиться и набрал Хосока. Альфа смачно матернулся в ответ на неутешительные (дерьмовые) новости и отключился, договорившись о плане действий. Через полчаса Гуку одновременно с трёх источников пришло подтверждение правдивости слов генерала. Полиция наведалась на его самый крупный склад, хранящий в себе больше половины всего товара. Из-за грёбанного Ким Намджуна Чонгук потерял несколько тонн наркоты. И это Гук ещё не считал, сколько это в купюрах. Это бессмысленно. Полученное после расчетов число будет семизначным и только это знание неимоверно выбешивает омегу. Чон просто лопнет от ярости, если увидит реальное число потерянных денег, так что лучше не надо. Свои же нервы лучше поберечь. Чонгук не выдерживает и вылетает с кабинета. Пора наведаться в старый-добрый особняк Ким, где Гук был уже в несколько раз больше, чем в собственной квартире. И это не преувеличение.

*****

Выходя из чёрного Мерседеса класса G Чонгук нервно играет желваками. Омега, как обычно, находится в окружении всего двух охранников. Рассекая чёткой походкой выложенную небольшими камнями дорожку, Гук добирается до входа в особняк, где его встречает дворецкий. — Господин Чон, — мужчина средних лет учтиво кланяется. — Господин Ким ожидает Вас. Прошу за мной, — дворецкий указывает рукой вправо от особняка и ведёт Чонгука в нужном направлении. «Ожидает». Омега едва сдержался от едкого хмыкания в ответ на это заявление от дворецкого. Естественно Ким Намджун его ожидает. Он не настолько глуп, чтобы думать, что ему ни во что не обойдётся его выходка. Мало того, у омеги есть подозрения, что мужчина так поступил специально, чтобы спровоцировать их встречу. Дворецкий останавливается у достаточно большой беседки из белого кирпича, окружённой кустами во всю благоухающей сирени. Гук ещё издалека заметил внутри беседки Намджуна в обнимку со своим мужем. Нам, зарывшись носом в макушку Джина, обвил руками его талию, а тот накрыл сцепленные на своём животе ладони мужа своими. При взгляде на них омеге на секунду стало стыдно. Было впечатление, что он наблюдает за чем-то глубоко личным, за интимным моментом влюблённой пары. Впрочем секундное смущение прошло, сменившись воспоминанием о том, что этот Ким Намджун сделал. — Мне непонятен Ваш мотив, — пройдя внутрь беседки и усевшись напротив супругов выдаёт Гук. — Ваш сын у меня. У меня гарантия того, что Вы меня не предадите, но Вы это сделали. Это было неразумно. — Нет, разумно, Чонгук, — омега приподнял бровь в ответ на такую фамильярность со стороны Намджуна. Да как он смеет! Нахал. — Нам нужен Тэхён. Просто отдай нашего сына и правоохранительные органы к тебе больше не полезут. Как минимум, не по нашей наводке. —Хорошо Намджун. Допустим я отдам тебе и Сокджину сына, — отбросив формальности раздраженно выплёвывает Гук, — но ты ведь понимаешь, что возврат гарантии означает отмену сделки. Получишь сына, но перестанешь получать наркоту для своих шоколадок и конфеток. И поверь, я позабочусь о том, чтобы никто из этой страны или же из-за границы не продал тебе ни грамма. А у меня есть такая возможность. Я не прощу твоё предательство. Ты предал не только нашу договорённость, но и моё доверие и уважение к тебе. Запомни, в моих глазах ты навсегда останешься гадким пре-да-те-лем, — Чонгук прожигал Нама взглядом. — Ты не прекратишь наше сотрудничество после возврата Тэхёна, — спокойно заявляет альфа, легонько покачиваясь из стороны в сторону вместе с мужем. — Тебе нужны мои деньги. Могу себе представить, сколько ты потерял после облавы на склад. Тебе нужно восстанавливать потери, а для этого нужны деньги. У тебя много клиентов, но та сумма, которую я тебе предоставляю, упростит задачу в несколько раз. Ты не откажешься от нашего сотрудничества. Гук закипал. Этот скотина всё продумал. Чонгук был слишком зол, чтобы рационально подумать о будущем. Намджун прав. Омеге нужны его деньги для восстановления склада. И думая об этом, Гук действительно не видит другого выхода. А вообще… Какого фига?! И зачем он только согласился сотрудничать с «Kim Corporation»?! Долбанная семейка Ким. — Какие же вы продуманные! — восклицает Чонгук, бегая взглядом от Джина к Наму и обратно. — Поздравляю! Парочка сорокалетних мужчин наконец загнала девятнадцатилетнего меня в угол. Вы должно быть гордитесь собой, перехитрили самого короля преступного мира! Вот только нахера?! — омега подскакивает с места, нервно выкрикивая притихшим супругам всё, что о них думает. — Ради сына? Не хотели, чтобы он становился шлюхой, так сразу не надо было отдавать мне! Думаете, лучше поздно, чем никогда?! Нихуя. На нём теперь на всю жизнь останется клеймо шлюхи, а вы сосите мой… — Гука прерывает пощёчина от Сокджина. Парень усмехается, видя красное от злости лицо старшего омеги. Он видел, как Джин выпутывался из объятий мужа, вставал, знал, что тот собирается дать ему пощёчину, но не останавливал и охране дал знак не вмешиваться, а продолжал выплёскивать колкости прямо в разозлённое лицо. Это было забавно. — Как ты смеешь?! — впервые за весь разговор подал голос Сокджин. — Ты невоспитанный злобный сучёныш! Мой сын — не шлюха! Это ты! Это всё ты! Ты монстр! Издевался над ним, его телом и душой, пока мы, его родители, здесь убивались в незнании! Но ты ещё и посмел прислать мне те ужасные фотографии… — Джина чуть ли не трусит от ярости. — Где твоё уважение к старшим? Родители тебя такому не учили? — на этом моменте Чонгук отводит взгляд в сторону от бушующего омеги. — Тебе не рассказывали, что родитель может выдержать всё, но не страдания своего ребёнка?! — предательская влага подкатывала к глазам и Гук старался не моргать, только бы не пустить слезу прямо перед Кимами. — Нет, ну что за молодёжь пошла? Ни манер, ни воспитания! Твоим родителям стоило бы отпороть тебя ремнём за такое неподобающее поведение… — Джин, хватит! — Намджун прерывает тираду омеги. Несколько слёзинок всё-таки проложили мокрые дорожки на щеках Чонгука и альфа это заметил. Чёрт, Джуну стоило раньше рассказать Сокджину о том, что он недавно узнал о Гуке. Давить на больное — это грязная игра. Каким бы плохим Чонгук не был, он такого не заслуживал. Гук разворачивается спиной к супругам, как только чувствует тёплую влагу на щеках. Хотелось развернуться, показать Джину, что довёл до слёз, пристыдить его, бросить в ответ на все слова, что нет, родители его ничему не учили, не воспитывали, что он вообще не знает, кто его родители. Но омеге не хотелось показывать свою слабость, раскрывать своё уязвимое место. Как только супруги Ким замолкли, Чон быстрым шагом покинул беседку, оставляя их без ответа. — Джин-и прости, что крикнул и прервал тебя, — Нам обнял раздражённого омегу со спины. — Просто… Чонгук рос без родителей. В детдоме, — Джин удивлённо вздохнул, повернув голову к мужу. — Чёрт. Я много лишнего наговорил, — Сокджину стало слегка стыдно за свои слова. Кажется он даже видел слёзы Гука. Он думал ему привиделось, но видимо нет. — Ты не виноват, — уверял омегу Намджун. — Мне стоило раньше рассказать тебе об этом. Это только моя вина. — Это нормально, что мне стало жалко мучителя нашего сына? — раздумывает вслух Джин. В ответ альфа только сильнее стискивает мужа в объятиях.

*****

По пути с особняка Кимов обратно в центральный «Lure» Чонгук прилёг на заднем сидении, уткнувшись лбом в кожаную обивку салона машины. Шофёру пришлось ехать медленнее, чтобы господин случайно не пострадал, поэтому дорога заняла на полчаса больше обычного. За всё время в пути Гук успел пустить ещё несколько слезинок, уговорить себя успокоиться, а потом чуть не расплакаться вновь из-за накативших воспоминаний, но всё же не расплакаться. После омега судорожно пытался найти какой-то выход из ситуации, в которую его поставил Намджун, но так ни к чему не пришёл и в конце концов уснул. Чонгук проснулся, когда внезапно стало слишком тихо. Мотор заглох, не разнося по салону успокаивающее рычание и небольшую вибрацию, а сам автомобиль статично стоял. Чон выглянул из окна и вылез из Мерседеса, как только заметил часть вывески «Lure». Приехали. Зайдя внутрь здания, Гук сразу же направляется к Хосоку, не видя смысла идти к себе. Альфа взволнованно расспрашивает Чонгука о поездке, замечая поникший вид младшего, и тот выкладывает всё от начала до конца, в надежде на то, что Хо поможет придумать выход из этой ситуации. Спустя четыре часа Гук покидает кабинет старшего, так и не найдя хоть одного способа перехитрить Намджуна. Омега приходит в свою комнату и обедает вместе с Чимином полюбившейся парням пастой. Один раз во время непринуждённого разговора Пак пытался поинтересоваться у старшего, случилось ли что-то, но так и не получив ответа, забросил эту идею, решая отвлечь Чонгука от всяких мыслей. После обеда Гук отправился в свой кабинет, где собирался прикончить минимум одну бутылку любимого виски. К сожалению, расслабиться привычным способом не удалось, ведь от одного только запаха алкоголя омегу едва не стошнило. Чон вложил бутылку обратно в мини-бар, как вдруг в голову пришла гениальная идея. Расстройство из-за того, что не удалось выпить виски отошло на второй план. Чонгук срочно достал из глубины кармана телефон и принялся печатать сообщение Намджуну: «Я знаю твой секрет и с лёгкостью могу уничтожить всю твою корпорацию всего несколькими предложениями. Забыл? В нашей сделке я диктую условия, так что сына тебе не видать». Спустя несколько минут омеге приходит ответ: «Тебе нужны мои деньги. Разрушишь «Kim Corporation» — мне не нужна будет твоя продукция — перестанешь получать мои деньги. Логичная цепочка?» Гук злился-бесился на ответ Джуна, но понимал, что альфа всё ещё прав. Когда Чонгук соглашался на сделку с Кимом, он объективно понимал, что вовсе не нуждается в предлагаемой мужчиной сумме, но посчитал, что деньги лишними не бывают. Сейчас же омеге нужны эти деньги. Дохода с борделей и продажи оставшегося товара конечно вполне хватит на создание и обустройство другого производственного склада, но необходимо срочно найти замену конфискованному товару, иначе из-за недостатка товара объём продаж уменьшится, что будет значить меньшее количество денег, в последствии чего более медленное восстановление склада, а в худшем случае и вовсе банкротство… Гуку определённо нужны деньги Намджуна. Разъярённый своим бессилием омега строчит Намджуну последнее сообщение и отключает телефон: «Посмотрим будешь ли ты всё ещё так уверен в том, что мне нужны твои деньги, когда я буду присылать тебе части тела вашего сыночка-шлюшки в подарочных коробках».

*****

Супруги Ким шокировано уставились на экран телефона с открытым диалогом с Чонгуком. Последнее сообщение от омеги устрашало. От него ведь чего угодно можно ждать. Это может быть вовсе не пустословная угроза. — Дорогой, как думаешь, — начинает Сокджин, — мы сделали только хуже? — Не знаю, Джин-и, не знаю, — грустно вздыхает Намджун. — В любом случае, сделанного не воротишь. Остаётся только ждать. — Если уж ждать, то только хороших новостей, — уткнувшись носом в крепкую грудь мужа бубнит омега.

*****

— Тэтэ, это конец! — Лав с криком ворвался в комнату альфы. — Тише, у меня чуть барабанные перепонки не лопнули, — ворчит Тэхён, пока бета плюхается рядом на постель. — Пару минут назад меня вызвал к себе Чонгук, — нервно тараторит бета. — Я только зашёл, даже поздороваться не успел, как он начал говорить. Он был очень зол. Сказал, чтобы я тебя отвёл к выходу и усадил в машину. Тэтэ, он тебя куда-то отправляет! — Лав едва сдерживает слёзы. — Хоть бы не в «Lure Fetish»... — Я не понимаю… — растерянно шепчет Ви. В голове возникают десятки вопросов: «Почему меня отправляют?», «Зачем?», «Куда?», «Чонгук поедет со мной?», «Что происходит?»… Тэхён задаёт все вопросы бете, но в ответ тот лишь пожимает плечами. — Я тоже ничего не понимаю, — Лав срывается на плач. — Ты м-мой единственный друг здесь. Что я буду д-делать без тебя-а? — бета продолжал рыдать, пока Тэ поглаживал его плечо. Хоть альфа по большей части использовал Лава для получения информации, бета не был ему абсолютно безразличен. Ви не считал его другом, но Лав точно был больше, чем обычный знакомый. Спустя некоторое время из кармана беты послышался рингтон входящего звонка и парень поспешил принять вызов, сделав глубокий вдох-выдох и утерев слёзы со щёк. — Машина ожидает при входе уже минут десять, — шипит в трубку один из охранников борделя. — Быстрее веди сюда парня, пока господин Чон не заметил, что мы его ещё не отправили…

*****

Перед тем, как Тэхён сел в массивный Мерседес, Лав крепко обнял альфу, прошептав, что будет скучать и надеяться, что он останется жив. Тэ ответил на объятия, но вслух ничего не произнёс. Ви сел в машину и отправился в неизвестность, так и не узнав, что на верхнем этаже здания, наблюдая за ним из окна, Чонгук прощался с парнем, который… — Ты мне нравился. Нравился, как альфа, как вторая половинка. Я не понимал раньше, а теперь… уже слишком поздно. С тобой всё было странным, всё было другим. Ещё никто не пробуждал во мне такие чувства, как ты. Тэхён… Твой запах лучше всего в этой жизни, — омега закрыл глаза, как только чёрный Мерседес скрылся с поля зрения. — Ты мой истинный?..

*****

Всю дорогу Тэхёна одолевали различные догадки о том, куда его везут. Лав говорил, что Чонгук был зол. Значит ли это, что Тэ везут на казнь? Куда-нибудь в лес, чтобы после пули в лоб закопать тело. Или к какому-то водоёму, где альфа захлёбываясь водой до потери сознания будет чувствовать, как дышать становится нечем и сердце бьётся всё медленней. А может куда-то загород, на безлюдный склад, где будут долго и со вкусом изувечивать молодое тело. К Тэхёну приходило на ум десятки вариантов собственной смерти и интереснейший вопрос, ответ на который ещё надо было поискать. «Почему мой истинный хочет меня убить?» Ви ожидал чего угодно. Ожидал, что его привезут на верную смерть. Ожидал, что обрекут на вечные страдания в «Lure Fetish». Ожидал, что его выбросят посреди ночи где-то на трассе, где жить или умереть будет зависеть от самого Тэ. Но альфа никак не ожидал, что его привезут в особняк родителей. Его родителей. В особняк семьи Ким. Гук его… отпускает? Намджун держась с мужем за руку опасливо косился на прибывшую машину. Она точно от Чонгука. Омега всегда приезжал на такой. Супруги боятся увидеть выходящего из Мерседеса человека. Не страшно, если это будет сам Чон с криками, наездами и угрозами. Страшно, если у вышедшего человека в руках будет подарочная коробка, как писал в сообщения Чонгук. При таком раскладе Сокджин прямо чувствует, что шлёпнется в обморок, а Нам лишь думает, что тогда никогда не сможет простить себя за то, что обрёк сына на такую участь. Дверца автомобиля открывается. Джин крепче сжимает ладонь мужа в своей. Сперва на глаза родителям показывается чёрная макушка, а после вылезает Тэхён. Живой-невредимый и целый, а не по частям в коробках. Сокджин с громким всхлипом налетает на сына, принимаясь душить его в своих объятиях. Джун быстрым шагом подходит ближе, обнимая одновременно двух своих самых близких и любимых людей. Конечно есть ещё Ихёк, старший брат Тэ, но он сейчас находится в другой стране, заключая очередную выгодную для «Kim Corporation» сделку и не может вместе с семьёй разделить радость возвращения младшего домой. После продолжительных обнимашек, которые первым прекращает успокоившийся Джин, омега тащит Тэхёна в дом, где кормит сына до отвала желудка, хоть тот и настаивал, что вовсе не голоден. — Посмотри на свои впалые щёки, а мешки под глазами и этот грустный взгляд, — продолжал перечислять Сокджин. — Это всё из-за недостатка витаминов и полезных минералов в организме. Ах, мой бедный малыш. Дорогой, посмотри, какой худенький. Этот монстр совсем замучил нашего мальчика, — печально качал головой омега, наслаждаясь тем, как полная еды тарелка понемногу пустела. — Пап, — обиженно протянул Тэ, дожёвывая кусочек вкуснейшего стейка из мраморной говядины по фирменному рецепту дедушки. — Я уже не мальчик, мне двадцать один год, — Джин только с улыбкой отрицательно мотал головой. — Отец, скажи ему! — Тэхён-а, для нас ты всегда будешь малышом, — мягко сказал Намджун. Пусть чтобы там не было между ними в прошлом, теперь Джун собирался большую часть времени проводить с семьёй, особенно с Тэ. Нужно наверстать всё упущенное.

*****

— Почему я здесь? — поинтересовался Тэхён после ужина. Кимы устроились на диване перед огромной плазмой. Сокджин опирался щекой о плечо мужа и гладил волосы Тэ, который лежал, примостив голову на коленях омеги и свесив ноги с дивана. Внезапный вопрос отвлек родителей от экрана плазмы. — Сынок, мы сделали всё возможное, чтобы вытащить тебя из лап монстра, — отозвался Джин, оторвав щеку от плеча мужа, чтобы взглянуть Тэхёну в глаза. — Ты больше к нему не попадёшь, — продолжил за любимого Намджун. — Обещаю. — А вас кто-то просил? — с напускным спокойствием в голосе спросил Тэ. — Что ты..? — начинает Сокджин, но Тэхён перебивает папу. — Я вас не просил, ведь меня не надо было спасать. Не было никакого монстра-мучителя. Вы сами всё надумали, сами решили, что меня надо спасать. А меня не надо было, — Тэ взял небольшой перерыв, чтобы восстановить дыхание. Джин терялся в глубине глаз сына, по которым невозможно было что-либо прочесть. — Спасибо, — искренне благодарит родителей альфа. — Спасибо, что разрушили мою новую жизнь, — жгучая слеза покатилась по щеке Тэхёна.