Moon Rock

— Помнишь, как втрахивал до срыва связок орущего девственника в первую его течку в жёсткий детдомовский матрас? — в ответ невнятное мычание, размахивание головой в разные стороны и бесполезные попытки освободиться от фиксирующих тело в одной позиции верёвок. — Нет? А я всё помню, будто это было вчера. Но, обещаю, и ты вспомнишь, — и змеиным шепотом на ушко: — когда какой-то извращенец будет втрахивать тебя в кровать. Необычный опыт для альфы, не так ли? Добро пожаловать в «Lure Fetish» дорогуша. Смотри не сдохни раньше времени.

*****

— Хосок-хён, я волнуюсь за Чонгук-хёна. Он совсем не заботится о себе и малыше. Заработается же до смерти, почему ты ничего не предпринимаешь? — ноет Чимин посреди рабочего дня. Мысли о старшем не дают ему сосредоточиться на том, чем нужно и омеге это надоело. — Понимаешь, Чимин, у него просто такой характер: вобьёт себе что-то в голову и не успокоится, пока не воплотит это в жизнь. Сейчас его идея фикс – разобраться с уебками, которые его изнасиловали. Я знаю, что он немного перебарщивает, — Чим издевательски приподнимает брови. — Ну, ладно, перебарщивает он знатно так, но останавливать его я не буду. Те уроды заслужили и это не мне судить Чонгука за расправу с ними, — заканчивает альфа. Хосок знает, что Чим не понял к чему была сказана последняя фраза. Знает, что зря вообще это сказал. Но объяснять её младшему пока не собирается. Их отношения едва-едва перешли в статус дружеских, по большей части из-за частого нахождения вместе на работе и общей заботе о Чонгуке. А что будет, если Хоуп сейчас расскажет о прошлом? О своём брате Хоа, о его смерти, о мести его убийцам, о том, насколько сильно Чимин похож на почившего… Будет ли омега с Хо таким же дружелюбным, продолжит ли называть его «хёном», захочет ли всё ещё работать вместе? Хосок считает, что нет. Хосок не хочет потерять Чимина. И Хосок молчит, не прерывая давящую тишину в кабинете. — Но ему нельзя так продолжать, — негромко произносит Пак спустя некоторое время. — Хён, семнадцатая неделя беременности – это уже не шутки. Такими темпами у Чонгук-хёна случится выкидыш и с этим уже ничего не поделаешь, — Чимин вздыхает. Глаза слегка заволакивает влага. От одной мысли, что Гук может потерять ребёнка омеге больно. А сейчас, в преддверии течки, Чим едва не рыдает от собственного предположения. Откуда Чимин знает, что у него вскоре начнётся течка? Всё просто, во первых, с самой первой течки омега вёл календарь своего цикла, выделяя красным дату начала и конца течки. К сожалению, календарь остался у папы в квартире и на этот раз Чим определил приближение «весёлых» дней по типичным для него симптомам. Ближе к началу течки железные нервы омеги дают сбой и он готов разреветься от любой фигни, чего в обычные дни не практикует. Также соски немного набухают и становятся более чувствительными, а внизу живота за несколько дней до начала крутит и ломит, будто органы вдруг решают поменяться местами. Вообще Чимин несмотря на относительно небольшой возраст, является невероятно ответственным и последовательным. Собственное здоровье и здоровье близких — это то, ради сохранения чего он будет заставлять себя и тех самых близких делать что угодно. Впрочем, в последнее время Чим кардинально недоволен собой. Мало того, что не может никак помочь Чонгуку или уговорить его получше заботиться о себе, так ещё и себя забросил. Сколько он уже не делал хотя бы обычную разминку? С новости о беременности Гука? Нет, раньше. С дня попадания в «Lure». О Господи! А как же его идеальная растяжка и гибкость? Неужели это всё утрачено, ведь некоторые не способны вне зависимости от количества и качества усилий, вернуться в форму, после длительного перерыва. Чимину стоит вернуться к тренировкам, как можно скорее, ведь танцы – это вся его жизнь. Он не простит себе потерю хоть одного процента предыдущих умений. — Чимин, ты же видишь, — Хосок кивает на несколько стопок документов на рабочем столе, — я практически всю его работу взял на себя. Больше я ничего не могу сделать. Пока Чонгук не закончит мстить, он будет продолжать тратить всё своё время на достижение этой цели и дальше засиживаться в кабинете до утра, разбирая оставшиеся после нас бумаги. — И сколько ему ещё осталось мстить? Месяц? Два? Три? — взбешённо выпаливает Чим. — Четыре человека.

*****

Чонгук вздыхает, разминая затёкшую шею руками. Он с самого утра сидит в кабинете, безустанно работая и обдумывая план похищения очередного альфы. Живот гулко урчит и омега понимает, что поесть придётся, хотя нет ни времени, ни особого желания. Раньше Гук и не обратил бы внимания на такой пустяк, как голод, теперь же он так не может. Надо кормить ребёнка. Пускай Чонгук и не хотел его оставлять, но оставил и уже сколько… три, то ли четыре месяца вынашивает малыша. Чону не нравится зря тратить свои усилия, а ради сохранения маленькой жизни внутри себя он уже слишком много сделал, чтобы вести себя безрассудно, подвергая риску рождение ребёнка. Последнюю неделю Гук чувствует себя достаточно хорошо. Тошнота уже и вовсе перестала беспокоить, что не может не радовать. Ребёнок часто просит еду и Чонгук ему это даёт, это вовсе не трудно. Правда приходится в разы чаще посещать уборную, но это не так уж и плохо. По крайней мере, лучше, чем если бы это была тошнота. Малыш, к слову, развивается в нужном темпе, понемногу увеличиваясь настолько, что у Гука бывший плоский торс с выделяющимися кубиками пресса превратился в небольшой выпуклый животик. Многие излюбленные обтягивающие шёлковые и полупрозрачные рубашки уже не выглядят настолько же эффектно, как раньше, так что омега стал пренебрегать деловой одеждой, предпочитая ей уютные свитера, тёплые худи, свитшоты и реже огромные футболки с пиджаками. Долгожданная месть… даже она в какой-то степени совершается ради малыша. Чтобы у невинного ребёнка не было даже шанса случайно встретиться с насильниками Чонгука или попасть в тот самый детдом. Омега, кажется, никогда не действовал так поспешно и в какой-то степени нерационально, но время поджимает. Уже семнадцатая неделя беременности… Ещё немного и Гуку возможно будет даже тяжело передвигаться из-за большого животика. При таком раскладе событий Чону будет явно не до мести и прочего из этой серии, так что пока омега выжимает максимум из каждого дня. А на отдых у него будут ближайшие к родам месяца. Оказалось, нет ничего невозможного. При огромном желании можно сделать что угодно, уложившись в нужный срок. Раньше Чонгук думал, что будет годами выслеживать тринадцать альф, понемногу загоняя каждого в «Lure Fetish». Теперь же, всего за несколько месяцев Гуку удалось достать девять альф и отдать их в бордель. Чем не достижение? Правда с каждой встречей с одним из тех альф, в Чонгуке поселилась неконтролируемая злость. Хотелось на месте до хруста сворачивать им шеи, но омега успокаивал себя тем, что для них это слишком легкая участь. Проблема в том, что его никто не помнил. Гук годами утопал в кошмарах, вынашивал планы мести, продумывал каждую мелочь, добивался власти, а его насильников мало того, что совесть не мучила, они блять даже не помнили его! И это чертовски злило. Когда неприятные ощущения в районе шеи практически полностью перестают беспокоить, Чонгук собирается вернуться к документам, но и этому не суждено случиться из-за внезапного оповещения от Мика. «Господин Чон, Ким Тэхён ожидает в холле. Просит личной встречи с Вами». А в чётком расписании Гука на месяца беременности ближайшая встреча с Ви должна была состояться намного позже. Примерно через месяц, после того, как омега покончил бы со страшным прошлым. Все планы опять же идут в жопу.

*****

Какой же Тэхён чертовски красивый. И как же чертовски Чонгук скучал. — Неожиданно, но очень приятно, что ты согласился принять меня, — первым подаёт голос альфа. И этот волнующе-низкий, пробирающий до костей голос заставляет все внутренности Гука скрутиться и обратно разжаться так, что сердцу приходится работать в несколько раз быстрее, качая по венам недостающую в каждом участке тела кровь. Блять, это всё беременность, не так ли? В здравом уме Чонгуку никогда в жизни не пришли бы в голову такие мысли. Но ведь и беременность не болезнь… — Я просто не видел повода отказывать, — чеканит омега. — И с каких это пор мы обращаемся друг к другу на «ты»? — к каждому слову Тэ хотелось попридираться. Боги, как же Чонгуку чисто по омежьи хотелось покапризничать во время беременности. Покидать колкости за все те месяца, что Тэхёна не было рядом, за вечно мешающихся под ногами родителей альфы, за то, что тот всё ещё не узнал об их малыше, хоть ни в чём из этого и не было вины Ви. — С тех пор, как ты перестал быть моим начальником в борделе, — с лёгкой, возможно даже грустной улыбкой отвечает Ким. — Сейчас мы на равных: у тебя свой бизнес, у меня свой… Разве нам нужны глупые формальности, учитывая всё, что нас связывало? — рассуждает вслух альфа. И Чонгук, несмотря на задетую гордость, мысленно абсолютно точно соглашался со словами Тэ. Соглашался. До противно горчащего послевкусия на кончике языка от глупого «связывало». Какое ещё нахуй «связывало»? Там должно было быть «связывает»! У Гука в животе растёт их общий ребёнок! Общий блять! И омегу, честно говоря, выбешивает неосведомленность Тэхёна о таком маленьком пунктике. Хотя маленьким он был в первые месяца беременности, а вот теперь его уже практически можно назвать пунктиком размером с манго, как говорил по телефону врач, сообщая, что ждёт Чона на УЗИ. А вообще, нахера звать ребёнка «пунктиком»? — Прекрасно! — раздраженно выдаёт омега. — Без «глупых формальностей», — Чонгук явно перебарщивает с громкостью, но уж простите. С его то скачками гормонов, что взбеситься, что разреветься – секундное дело. А контролировать громкость или количество слёз – это уже не в его силах. — Чего приперся? — По делу, — пожимает плечами Тэ, будто даже не заметив нервное состояние омеги. Гук в ответ закатывает глаза. — Мои клубы нуждаются в некоторых увеселительных веществах, которые, как всем известно, достать можно только у тебя, — альфа тщательно вглядывается в лицо Чонгука, пытаясь отыскать реакцию на новость о бизнесе альфы. Бесстрастное лицо Чона Тэхён растолковывает, как признак того, что омега уже знал эту новость. Или же ему просто плевать на Ви и его дела. Понятное дело, Киму хотелось верить в первое. — Ладно, я понял, что твои клубы нуждаются в моей наркоте, — насмешливо отвечает Гук. — К сожалению, относительно недавно на один из моих крупнейших складов был совершён рейд. Из-за нехватки товара, сейчас мне приходится поставлять его лишь крупнейшими партиями в самые высокооплачиваемые места, — до Тэхёна быстро доходит, о чём идёт речь. Интересно, сколько ещё альфа будет страдать из-за действий отца? — Думаешь, финансирования нескольких несчастных инвесторов тебе хватит и на мой товар? — Думаю, я достаточно заслужил их доверие и мне не откажут в парочке лишних миллионов, чтобы клубы стали ещё лучше. — А разве у них есть эти лишние лямы? — как же Тэ раздражают открытые унижения от Чонгука. Неприятно, когда человек, которого ты любишь считает тебя таким… жалким? Да, жалким неудачником с бедными инвесторами. Впрочем, оказывается омега знал о клубах Тэ и вероятно даже всю историю их появления. Это история достаточно короткая и не слишком интересная. Просто после разговора с родителями, Тэхён начал понемногу искать будущих инвесторов, всячески отказываясь от помощи семьи. В прошлом частые и долгие вечеринки в различных клубах города, помогли альфе сформировать представление о том, каким должен быть идеальный клуб, а также способствовали многим полезным знакомством. Следуя своему идеалу клуба, Киму удалось привлечь некоторых единомышленников и уговорить их вложиться в своё начинание. Всё таки фирменному очарованию Кима трудно противостоять. А дальше пошёл долгий процесс воплощения мыслей Тэ в жизнь. — О, поверь мне, я найду нужную сумму. Каждый месяц буду находить, — с твёрдой уверенностью отвечает Ви, несмотря на то, что внутренний голос орёт во всю мощность, что нихера у него не получится найти. Он задействовал уже все свои связи для поиска этих инвесторов, больше их негде искать. — Впрочем, кажется и ты не обеднеешь, в виде исключения поставляя мне небольшие партии. Я вижу тебе прекрасно живётся… Весь цветёшь и пахнешь, — покрутив носом от посторонних ароматов, крепко въевшихся в Чонгука констатирует Тэхён. — И явно не голодаешь, — добавляет, обводя взглядом, появившиеся у омеги пухлые щёчки и явно уже не ту славноизвестную осиную талию. — Или без меня стало не с кем поддерживать тело в форме? — толкая язык за щеку язвит Ким. Гук вдруг чувствует неконтролируемое отвращение к человеку напротив. Весь их сегодняшний диалог был пропитан взаимными подколами, но последние слова альфы перешли черту дозволенного. Это не тот, Тэхён, который, как оказалось, нравился омеге. Тот Тэхён не фамильярничал, не кидался сарказмом и хамскими фразочками. Тот Тэхён много молчал и мало говорил (и пофиг, что это фактически одно и то же), зато он делал всё, чего желал Чонгук. Вот только того Тэхёна звали Ви и, судя по всему, Тэхён и Ви — два абсолютно разных человека. Гук знал Ви. Гуку нравился Ви. Но Ви больше нет, а у Чонгука остался ребёнок. Ребёнок, отец которого Гуку абсолютно чужой и незнакомый. — Составлением контрактов занимается Хосок. Мне с тобой больше не о чём разговаривать, — утыкаясь в близлежащие документы чеканит Чонгук. — Иди к Хо, если тебе нужен договор, но не забывай, что тебе придётся отставить нам гарантию. — Разве я мог бы такое забыть?

*****

Чимин долго мялся, не решаясь спросить вечно уставшего, сфокусированного на своей цели Чонгука об интересующем и в конце концов решил обратиться к Хосоку. Было странно интересоваться у альфы о чём-то помимо работы или Чонгука, да и прежнее волнение о том, что взамен Хоуп попросит нечто… интимное, всё ещё беспокоило. Отметая всякие мысли в сторону, Чим набирает в легкие побольше воздуха и подходит к Хо. Альфа перебирает бумаги, совершенно не обращая внимания на подошедшего Пака, так что омеге приходится неловко кашлянуть в ладошку. Хосок слегка вздрагивает от постороннего звука, переводя взгляд с бумаг на пришедшего. Хмурое выражение мгновенно сходит с лица Хо, заменяясь солнечной улыбкой. Альфа здоровается с Чимином, мило улыбнувшимся в ответ, а после вспоминает о работе. Хоуп говорит Чиму присаживаться, а сам быстро тараторит что-то о новой сделке, что ему сегодня нужно будет отъехать, а до этого нужно ещё разобраться с документами и в общем времени в обрез. Пак теряется от скорости и напорчивости Хо, но когда альфа замолкает, осмеливается всё же поднять интересующую тему: — Хосок-хён, я… — Чим сглатывает скопившийся комок слюны встречаясь взглядом с чужими янтарными глазами. Это свет изнутри парня или просто отблески восходящего солнца из окна делают их янтарными? — Я хотел спросить кое-что и мне очень неловко, но не думаю, что у Чонгук-хёна есть время выслушать меня, так что я спрошу у тебя. — Хорошо, — Чон дружелюбно улыбается, всем своим видом призывая довериться. — Можешь спрашивать что угодно, я не против. — Эм, хён… Как мне записаться в танцевальную студию и какая ближе всего к этому зданию? — спрашивает Чимин, конкретно ошарашивая альфу. И, если пару минут назад, когда Хоуп улыбнулся, Чиму показалось, что этот разговор пройдёт гладко, то сейчас, когда старший застыл с непроницаемым выражением лица, омеге кажется, что он сморозил самую огромную глупость в мире. — Хочешь научиться танцевать? — негромко интересуется альфа, смаргивая пролетающие в голове флэшбэки. Танцы – его запретная тема. Сколько уже лет он и не слышал о них от другого человека, а сам последний раз произносил это слово во время рассказа Юнги о своём прошлом. Чимин действительно сплошное напоминание о Хоа. — Нет, хён, — прикусив губу отвечает Чимин, — Я с четырёх лет танцую, а как меня продали в бордель, не было времени даже подумать об этом. Но теперь у меня всё вроде как наладилось и я хотел бы вернуться в прежнюю форму. Знаю, будет нелегко, но танцы – вся моя жизнь. И у меня пока нет денег оплатить походы в дэнс студию, я даже Чонгук-хёну ещё не отдал деньги за расходы на меня, но обещаю, если ты заплатишь за мои тренировки я всё отдам, честно! — Пак крепко зажмурился и весь будто сжался ожидая отказа, а может и чего похуже, но старший удивил. Хосок хмыкнул, глядя на это скукожившееся в ожидании чего-то плохого чудо. На губах появилась небольшая добродушная улыбка. Вот что это горе луковое способно сделать с Хо – взрослым, серьёзным альфой, совладельцем огромной сети борделей и заместителем главы клана «Red Bullet». Чон приподнимается и тянется к макушке Чимина, несильно треплет того по волосам, отчего омега открывает глаза, устремляя умоляющий взгляд на старшего. — Расслабся, я запишу тебя в студию, только скажи танцевальное направление. И не нужно возвращать мне деньги, просто у меня будет одно условие, которое тебе нужно будет выполнять. — Я… Мне нравится модерн, контемп, но я хотел бы попробоваться ещё и в хип-хопе, — и со страхом, что альфа действительно попросит интима, добавляет: — А какое условие? — Хочу ходить с тобой на танцы. Хотя бы на один урок в неделю. Например, на хип-хоп. Знаешь, в школе я был неплох в этом. Наверное пришло время вернуться в форму, — Хоуп приподнял уголок губ. И всё-таки Чимин – его лекарство. Вернуться к танцам – огромный шаг, но Хо готов пойти на это ради Чима. — О, ничего себе, — удивлённо выдаёт омега. Хосок действительно умеет всего парой предложений разрушить все представления младшего о нём. Мало того, что интима не попросил, так оказывается ещё и танцевал в прошлом. — Буду рад танцевать вместе, хён, — и широко улыбается, превращая глаза в полумесяцы. И как Хоуп мог не улыбнуться в ответ?

*****

Юнги херово. Хосоку херово. Их отношениям кажется пиздец. В последнее время альфа чувствует, что Юн к нему охладел. С утра, когда Хо собирается работу, омеги ещё нет дома, а вечером, когда альфа возвращается, Мин кратко его обнимает и уходит. Больше нет никаких уютных вечеров, проведённых вместе. Теперь они спят в одной постели, но в разное время. Последний более менее длительный поцелуй у них был несколько недель назад. Хосоку не удаётся переброситься с Юнги даже парой фраз, ведь омега слишком спешит на гонки, а ехать вместе с ним у Чона нет ни настроения, ни желания. Юну будто противно общество Хоупа. В одиночку альфе ничего не удаётся сделать, чтобы улучшить ситуацию. Кажется их отношения вместо прогрессирования начали регрессировать. Неужели такие вот отношения ожидают Хосока? Неужели это всё чего он сможет добиться спустя больше года знакомства с Юнги и жалких попыток пробиться к его сердцу? Неужели всё закончится, так и не успев нормально начаться? Надо срочно узнать у омеги, что происходит и интересны ли ему ещё их отношения. Надо. Но когда? Они уже которую неделю почти не разговаривают… Хо может подождать. Он может дать Мину время подумать об их отношениях, может дать это время себе. Но он не сможет расстаться с Юнги. Даже, если это будет необходимо. Даже, если это будет тем, чего захочет сам омега. Никогда. Не теперь.

*****

Встреча с Тэхёном ничего не изменила и одновременно с тем изменила всё. Чонгуку хотелось больше никогда в жизни не встречать альфу и одновременно с тем всегда быть рядом с ним. Ему были противны слова Тэ, но хотелось вечно слушать его невероятный голос. Хотелось обматерить альфу с ног до головы, но вечером уснуть в его тёплых объятиях, уткнувшись носом в шею и пропитавшись насквозь великолепным ароматом шоколадного ликёра. Гук возвращался в центральный «Lure», после встречи с ещё одним призраком прошлого. Теперь осталось три альфы. Три чёртовых насильника и Чон покончит со своим прошлым. Но сейчас, в салоне излюбленного чёрного Мерседеса, мысли омеги были вовсе не о мести. Они всё возвращались к Тэхёну. Мозг упрямо не желал стирать с головы образ прошлого Тэ, того самого Ви из борделя, подкидывая картинки их совместного «времяпрепровождения», отрывки разговоров об альфе с Хо и Лавом, мысль о том, что они с Гуком истинные. И тот образ Ви вовсе не лепился с увиденным недавно Тэхёном. Они действительно два абсолютно разных человека? Хотя, вспоминая некоторые фразы Лава… Наверное Тэхён всегда был таким, каким Чонгук узнал его только недавно. Искусный актёр. Тэ влюбил Гука в свой образ. Получится ли у него влюбить омегу в себя настоящего? А будет ли Тэхён пытаться это сделать? Может быть. А может и нет. А может пошёл он? Чонгук вообще-то носит его рёбёнка и уж кому и нужно влюблять в себя, так это Гуку Тэхёна.

*****

Чимин просыпается и не может поверить, что Чонгук всё ещё находится в комнате, в постели и даже не начал собираться на работу. Часто старший уходит ещё до того, как Чим проснётся, так что увидеть его было странно, но очень приятно. — Я решил сегодня устроить себе выходной, — опережая вопрос младшего, произносит Гук. — Круто, — улыбнулся Чимин, сладко потянувшись и зевнув. — Тогда может поболтаем? — с надеждой интересуется омега. Ему так не хватает общения с хёном. — Угу, давай, — откладывая смартфон в сторону соглашается Чонгук. Омега просит младшего достать несколько подушек со шкафа, которые после подкладывает себе под спину, удобно усаживаясь в постели, опустив ладони на небольшой животик, и лишь потом устремляет взгляд на Чима, выказывая готовность слушать и говорить. — Хён, что тебе нравится в сексе? — задумчиво интересуется Чимин. — С чего вдруг такой вопрос? — в ответ спокойно спрашивает Гук. Наверное, омега уже просто привык к открытости и откровенности Чима. Младший всегда говорит, что у него на уме, не скупясь на выражения и называя вещи своими именами. Он может застесняться, когда Чонгук подёргает его щёчки и назовёт милым, но если захочет, Чим без единой запинки и краснения будет разговаривать с Чонгуком о сексе, членах, шлюхах, изнасилованиях и смертях. Чимин никогда не назовёт секс «этим делом», потому что он не видит ничего постыдного в сексе и соответственно не видит смысла искать другие пути, чтобы сказать «секс» не произнося это слово. Чонгука это восхищает и он старается быть таким же. Старается отвечать Чиму честно, называя слова своими именами. И однажды Гуку даже пришла в голову мысль, что если бы он решил не отдавать никому ребёнка, то воспитывал бы его похожим на Чимина. Чтобы малыш не стесняясь говорил о важных вещах. Это важное качество. Это то, чему тяжело научиться, так нужно быть воспитанным. Но Чонгук пока не решил точно оставлять ребёнка себе или нет. Наверное всё зависит от Тэхёна. От того, как он поступит узнав о ребёнке. Захочет ли забрать его себе, или воспитывать его вместе с Гуком, или и вовсе откажется от него… Всё зависит от Тэхёна. — У меня скоро течка. И я подумываю о том, чтобы провести её с альфой. Мне интересно узнать побольше о сексе от того, кто им занимался. Я много читал в интернете по этой теме, смотрел порно и всё такое, но мне тяжело понять, что из написанного и снятого на камеру было правдой, а что нет, ведь я лично ещё не пробовал заниматься сексом. Просто расскажи мне побольше о нём, чтобы я понял, как это бывает в реальной жизни. — Не думаю, что я лучший собеседник для разговора об этом. Из-за из-изнасилования, — с запинкой проговаривает Чонгук, — мне многое не нравится в сексе. Я не люблю, когда надо мной доминируют, не люблю прикосновения и не люблю разговаривать во время акта, особенно бесит дёрти-ток, — кривится омега. — Я сам себя растягиваю, сам усаживаюсь на альфу и сам медленно двигаюсь в нужном мне темпе. Понимаешь, у меня очень специфические запросы и мне тяжело найти партнёра. Не стоит брать пример с меня. — Чонгук-хён, мне кажется о сексе ты знаешь ещё меньше моего, — качает головой Чим, вспоминая все истории о сексе и удовольствии. — Ведь самое главное – это прелюдия. Когда, партнёры всячески ласкают друг друга: целуются, поглаживают разные части тела, оставляя на них поцелуи, а иногда и засосы или укусы. Таким образом пара возбуждается и готовится приступить к проникновению. А ты просто пропускаешь эту часть… Секс вообще приносит тебе удовольствие? — Да! — возмущённо вспыхивает Чонгук. Господи, вот зачем он во время болтовни Чимина представил себе Тэхёна, точнее, как альфа делает всё сказанное младшим с ним? Теперь у Гука покрасневшие щёки, полувставший член и небольшое желание вживую попробовать те самые ласки, описанные Паком. И лучше прямо сейчас! А вдруг ему понравится? — Я… Думаю, ты не нуждаешься в этом разговоре. Видишь, сколько ты всего знаешь? Хватит тебе, — Чонгук подтягивает одеяло выше, накрываясь чуть ли не с головой, чтобы младший случайно не заметил стояк. Дебильные гормоны беременных и несколько месяцев без полноценного траха. — А вообще тебе уже пора собираться на работу. Чимин закатывает глаза и идёт в ванную, а Гук по-быстрому дрочит прямо в постели и сразу после бежит открывать окно, чтобы из комнаты выветрился запах возбуждения. Позже парни спокойно завтракают за разговорами «ни о чём». Пока Чим натягивает деловой костюм, Чонгук задумывается и перед уходом младшего, говорит: — Только, Чимин-а, обязательно познакомь меня с альфой, с которым захочешь провести течку. Мне нужно быть уверенным, что он хороший человек и не сделает ничего лишнего, воспользовавшись твоим состоянием. — Обязательно, хён, — кивает Чим. — До вечера. Береги себя и малыша. — До вечера.

*****

Чонгук осторожно залезает внутрь машины. Мик закрывает за омегой дверцу и быстрым шагом идёт в соседний автомобиль для охраны. Водитель интересуется у босса о пункте назначения, Гук говорит «Stigma». Несколько машин подъезжают ко входу в клуб Тэхёна. Чонгук смотрит на огромную фиолетовую неоновую вывеску, на без преувеличения километровую очередь желающих попасть внутрь, несмотря на то, что вечер едва сменил обеденное время, после на свой животик. Думает об оставшихся трёх альфах и приказывает водителю ехать в клинику на УЗИ. Ещё не время рассказывать Тэ о беременности.