За озерной гладью.

Фил шагал по коридору, чинно заложив руки за спину, и Илья был вынужден подстраиваться под этот нудный темп. Судя по стенам да и скудному окружению в целом, они вновь оказались в военном гарнизоне. Лицо блондина выражало полную отрешенность, и Илья, пользуясь удачно подвернувшимся моментом, ненавязчиво изучал его со стороны. Бледная кожа — наверное, Фил редко выходил из стен своего поместья, — имела полупрозрачный молочный цвет, и в области глаз через нее четко просвечивали фиолетовые трубочки вен. Там же пролегали и неглубокие синяки, что подсказывало о нерегулярном отсутствии сна. Особенно сильно на этом «холодном» фоне выделялись насыщенно-сапфировые глаза. Сравнение именно с этим драгоценным камнем пришло в голову Ильи по той причине, что в полумраке коридора, частично разрушаемого лишь одинокими факелами, синяя радужка словно изнутри подсвечивалась чарующим прохладно-серебристым светом. Тонкая полоска плотно сжатых розовых губ, острые скулы, четко очерченные линии лица и приглаженные светлые волосы, — все, что только было во внешности Фила, добавляло ему отталкивающего равнодушия и угнетающей строгости. — Зачем мы идем именно сюда? — негромко спросил Илья, отводя взгляд от Фила. Тот даже не удосужился дать вменяемого ответа, и просто ускорил шаг, словно это могло как-то прервать возникнувшую неловкость. Дело близилось к вечеру, и Илья заметно устал — прямо на ходу у него слипались глаза. Также он понял, что жутко хочет есть, но осознание данного факта пришло лишь после внезапной судороги, которая резко свела его живот. Парень сложился пополам и выдавил негромкое ругательство, потому что это ощущение было до отвращения неприятным. Фил обернулся, услышав возглас со стороны попутчика, и вопросительно приподнял бровь. — Все нормально, — выдавил Илья, стараясь изобразить на своем лице некое подобие улыбки. Последним, чего ему хотелось в данный момент, было унижение перед Филом именно таким позорным способом, и он старался скрыть все свои эмоции. — А вот я так не думаю, — хмуро ответил Фил. — Ты в таком состоянии дойдешь не до патрулей с Максом, а до могилы. — С Максом? — Илья удивлённо посмотрел на Фила, на секунду перестав даже чувствовать голод. — Ну да, — блондин равнодушно пожал плечами. — Тебе что-то не нравится в нем, или ты просто хотел провести еще немного времени со мной? Парень усмехнулся, вводя князя в легкий ступор. Последний пытался понять, шутка это или реальный вопрос, однако к конкретному выводу на этот счет так и не пришел. — Я просто думал, что ты как бы несёшь ответственность за мою душу, — пробубнил Илья. — А ты бросаешь на произвол судьбы. — Ой-ой-ой, — Фил закатил глаза, — вы посмотрите только на эту королевну. Ты уж извини, но из нас двоих не меня угораздило попасть в совершенно другое место под удивительными обстоятельствами, и подчиняться законам другой страны пришлось тоже не мне. Скажи спасибо, что тебя еще не грохнули, хотя иногда мне очень хочется это сделать. Фил задумчиво посмотрел на Илью, будто бы вспоминая что-то очень важное, и добавил: — Сначала тебе нужно съесть что-нибудь. Парень приподнял руки, будто бы держа что-то, и негромко пробормотал себе под нос необходимую фразу. В воздухе с тихим хлопком материализовалось блюдо с пирожками, от которых даже шел горячий пар, и Фил протянул еду Илье. — Они не отравлены, — устало пояснил он в ответ на настороженный взгляд Муромова. — Если ты мне так не веришь, я могу съесть какой-нибудь сам. Блондин окинул свою добычу оценивающим взглядом и ловко подцепил пирожок, лежащий с краю, после чего откусил от него добрую половину за один только раз. — Ш вифней, — с набитым ртом сообщил он, проглатывая кусок. Илья скосил на него боязливый взгляд, однако взял пирожок сам. Выглядел тот, слава Создателю, совершенно обычно, и это успокаивало парня в какой-то степени. — Откуда пирожки? — поинтересовался он, кусая совершенно маленький, — уж по сравнению-то с Филом, — кусочек. — Не уверен, что тебе можно доверять такие серьезные государственные тайны, — с ехидцей заявил блондин, но все же ответил: — С моей кухни. Протащил через парочку порталов… Илья вспомнил о том, что эти самые порталы нужно искать, и задумчиво нахмурился. Вряд ли Фил стал бы протягивать злосчастные пирожки через весь дом, и вряд ли этот самый портал находится на какой-то там кухне. Хотя, если поразмыслить логически… — Нормальный ужин, королевна, будет вечером, — хмыкнул Фил, все это время бессовестно наблюдавший за своим «оруженосцем». — А сейчас, думаю, ты ограничишься парочкой пирожков и отправишься вместе с Максом на границу. — На границу? — переспросил Илья, чувствуя неприятный холодок, пробежавший по пальцам. — А ты не боишься отпускать туда нас двоих? — Я больше боюсь за тех, кому вы попадетесь, — ухмыльнулся Фил. Он вдруг остановился посреди коридора, поморщился и начал яростно массировать виски, будто бы пытаясь что-то вспомнить. — Арт? — внезапным голосом с нотками сочувствия спросил Илья, чему удивился и сам. Вид связи через астральные поля пускай и был отчасти жесток по отношению к обоим участникам сего процесса, однако он же был и самым надёжным — никто не мог подслушать этот диалог вне зависимости от уровня личной магии. — Я с тобой, к счастью, даже к Максу не пойду, а просто подыщу подходящий портал, потому что наш дорогой друг уже ждёт тебя на опушке, — отдышавшись, продекламировал Фил. — Извиняться за столь бесцеремонный поступок не буду, потому что вины своей не вижу. — Как мило, — Илья раздраженно закатил глаза, и это стало его ошибкой. Фил, воспользовавшись замешательством попутчика, быстренько подсуетился и хорошенько толкнул его в спину. — Хорошего пикника, — послышалось Муромову в последний момент перед совершением перемещения. Он досадно подумал о том, что совершенно идиотским решением было не восстанавливать защиту после прошлого перемещения, и в следующую секунду ему в ноздри ударил мощнейший запах хвои. Небо и трава как-то неожиданно поменялись местами — не без помощи Фила князь совершил фантастические перекаты, и в конце концов он ощутимо врезался носом в давно замшелый булыжник. Невероятный аромат лесных деревьев сменился отвратительным запахом сырости, и Муромов закашлялся, пытаясь согнать это неприятное ощущение. Через пелену, возникшую от удара об камень, он услышал шаги и негромкое ругательство. — Мастер клоунады, — прокомментировал знакомый бархатный мужской баритон. Илью мягко ухватили за плечи и подняли над землёй, помогая встать с земли. Он обернулся и с благодарностью взглянул на Макса, чье лицо выражало лишь крайнюю степень любопытства. Он с неподдельным интересом изучал Илью, и от этого ощущения ему становилось слегка не по себе. — Знаешь, — задумчиво пробубнил Муромов, с тихим шипением потирая ушибленный бок, — я думаю, в Энвелле не так много поселений, но, судя по Филу, благодаря моему исключительному везению я забрел на самое неудачное из них… Собеседник не удержался и издал тихий смешок. Это, к счастью, хоть как-то разбавило легкую неловкость между ними. — В прошлый раз мы плохо познакомились, — Макс мимолётно улыбнулся. — Я не знаю о тебе, шпионская душонка, фактически ничего. — О, да у вас в крови оскорблять меня шпионом, — Илья раздраженно выдохнул. — Я не шпионю за вами! — Ну да, — Макс ухмыльнулся. — Приехал просто так к бабушке на каникулы. — Если ты не прекратишь меня оскорблять, то… — То что? Макс вытянул вперед руку, и в его ладонь, затянутую в кожаную перчатку, змейкой скользнула рукоять меча. Сталь, — уж это Муромов мог определить безошибочно, — неприятно поблескивала на солнце, отбрасывая холодный свет, и парень невольно съежился. — Начинаем с ссоры уже на этом этапе нашего общения и твоей социализации? — хмыкнул в ответ Макс. Его лицо подсвечивалось прохладными бликами стали, и Илья слишком сильно засмотрелся на эту игру света. Что-то в лице нового знакомого напоминало Фила, и князь не мог понять, что это — едущая крыша или реальное сходство. — Вы с Черных случаем не родственники? — с легким оттенком неприязни поинтересовался Илья. — Уж больно у вас агрессии много. — С кем из Черных конкретно? — улыбнулся Макс. Он уже убрал меч и не выглядел угрожающе. — Ты про Аглаю или про Фила? Интеллектуального развития Ильи вполне хватило для того, чтобы догадаться, что «Аглая» — имя второй блондинистой стервы из семейства Черных. Это колючее и холодное имя как нельзя кстати гармонировало с образом девушки. — Мы не прямые родственники, — продолжил Макс, качнув головой. — Троюродные братья со стороны отцов. Но, да, незначительные сходства между нами точно есть. Русый цвет волос, не особо сильно отличающийся от чистого блонда, серо-голубые глаза и идентичные черты лица. Незначительные сходства? Серьезно? — И, да, — молодой человек для солидности поправил топорщащийся воротник рубашки, — меня зовут Максимилиан, и я возглавляю некоторое количество военных постов в Энвелле. — Тебе можно лет двадцать от силы дать, — Муромов вскинул брови. — Уж не теми ли заслугами, о которых ты шутил на вашем собрании, ты их заработал? — То есть Фил и Арт в правящей верхушке тебя не смущают, — Макс вытянул губы в кривой усмешке, — а я вдруг вызвал сомнения? Очень мило с твоей стороны, конечно, но во время последней стычки у нас погибли все, кто в принципе мог бы возглавить страну. По выражению его лица стало ясно, что данная тема диалога для него неприятна, поэтому Илья прикусил язык и не рискнул развивать столь щекотливую тему дальше. Макс махнул рукой, жестом приглашая следовать за собой, и Муромов осторожно двинулся следом. Под ногами трещали, ломаясь, сучья деревьев, хрустели остатки прошлогодней листвы, и от каждого такого громкого звука он пугливо вздрагивал. Парни продвигались сквозь густую лесную чащу без единого солнечного просвета. Единственным источником света, что освещал путь перед ними, был висящий в воздухе огонек, взявшийся благодаря взмаху руки Макса, да и тот не сильно обнадеживал князя-параноика. Он всячески пытался отвлекаться от негативного, но каждый раз все равно возвращался к мыслям о том, что его убьют. — Почему тут такая глушь? — с недовольством поинтересовался Илья. Он прекрасно помнил, что его-то из Мурома магия перенесла аккурат на опушку с ручейком, а сейчас они продирались сквозь непроходимые буреломы. — Мы идем к границе, — поделился Макс. — Ты никогда не задумывался над тем, почему ваши до сих пор не проникли на нашу территорию? Илья негромко хмыкнул. Учитывая тот факт, что Фил «протрындел» ему все уши магической мегабезопасностью Энвелла, ответить на этот вопрос не составляло труда, однако из солидарности он решил промолчать. — Энвелл находится в магической ловушке, — задумчиво протянул Макс. — Отсюда по-хорошему и выйти-то нельзя без особых на то причин, если ты не являешься ну очень уж хорошим магом. Нас охраняет Лес, и мы его чтим. Сначала Илья подумал, что ему показалось, но нет — в голосе его спутника и вправду скользило безграничное уважение. Откуда-то сбоку внезапно заструился теплый летний ветерок, пробирающийся за одежду; тихо зашелестели, поддаваясь ему, листья на деревьях. Лес будто бы отвечал Максимилиану и приветствовал его в ответ. — Наш род, — вдруг начал тот, — берет свои корни из самой-самой древности. Если смотреть по семейному матрикулу, еще самые первые члены семейства не просто хорошо общались с природой… Илья внимательно следил за каждым движением напарника — его глаза уже привыкли к сгущающемуся сумраку, и он без труда различал каждое малейшее движение. Макс вдруг протянул руку к листьям, едва-едва касаясь их подушечками пальцев, и листья сами потянулись к его рукам, словно тянулись к солнечному свету. На их шерховатой поверхности заиграли мягкие капельки света, взявшиеся непонятно откуда, и Илья внимательно следил за этим действом, не в силах оторвать пойманного в ловушку взгляда. Воздух в одну секунду заполнился удивительным благоуханием цветов. Горький и, если так можно было сказать про запах, печальный аромат полыни моментально ответил на безмолвный вопрос Муромова. Максимилиан управлял лесом. Лес отзывался на каждое его движение, и эта магия не была той, к которой привык Илья. Она была совершенно иной и куда более сильной, нежели обычное колдовство среднестатистических ведьм. Это волшебство было исконным и по-настоящему безграничным — оно словно охватывало всю землю и проникало в каждый самый недоступный уголок мира, потому что влияние этой магии было невообразимо огромным. Князь почувствовал его даже на себе. Он не мог точно описать, что чувствовал в тот момент, но из-под земли будто бы поднимались невидимые для обычного зрения силы и восходящим током наполняли все тело. Бесследно исчезла куда-то усталость и подрагивали от напряжения вспотевшие ладони. Илья изнемогал от сильнейшего желания отозваться на окутавшую его магию. Сейчас он чувствовал себя как никогда прежде, и ему было странно от осознания этого факта. Здесь он чувствовал себя своим. Парень резко дёрнулся — ему по лицу со всего размаху зарядила податливая ивовая ветвь. Флер теплого лесного волшебства закончился для него так же быстро, как и начался. Максимилиан оторвал руки от листьев, и Илья заметил в уголках его рта беглую улыбку. С тихим шипением Муромов закрыл лицо руками, потому что такой атаки природы он ну совсем не ожидал, и недовольно буркнул: — Твои колдовские штучки это, конечно, хорошо и очень весело, но я замерз, устал, хочу есть и мне больно. — Мы даже не дошли до границы, — ехидно напомнил Максимилиан. Илья оторвал ладони от драматично поврежденного лица и прямо посмотрел в серо-голубые глаза. Почти как у Фила, только эти сапфиры были побледнее из-за облачной серости над ними. — Твоя цель ведь была не в этом, правда? — тихо спросил Илья, не разрывая зрительного контакта. Сейчас он сильно рисковал, но эта игра уж точно стоила свеч. Максимилиан медленно, но все же открыто улыбнулся в ответ. — Верно, — произнес он. — Однако от тебя я все же не узнал того, что хотел. Парень притворно вздохнул и медленно прочертил рукой изящный овал перед собой. Переливаясь в темноте игривым золотом, его очертания наполнились мягким тускловатым светом. Макс снисходительно кивнул головой в сторону образовавшегося портала и застыл возле него в позе какого-то дворецкого. — Постой, — Илья нахмурился. — Можно задать тебе один ма-а-аленький вопрос перед тем, как мы вновь окажемся в змеином логове? — Хм? — Макс выглядел заинтригованным. — Кто такие стихийники? Илья прекрасно знал, что на этот вопрос не получит ответа ни от Вика, ни от Фила. Первый не ответит, скорее, в силу незнания, а второй — в силу не шибкого доверия к новому лицу. — Откуда ты это взял? — Максимилиан сохранял на лице абсолютное спокойствие, но Муромов заметил, что он чуть напрягся. — Вычитал, — хладнокровно ответил тот. — Интересные ты, конечно, книжки нашел, — оценил Макс. — Стихийники, королевна, это, скажем так… особые маги, которые в совершенстве умеют управлять той или иной стихией. Звучит вполне себе логично, и я не понимаю, как к этому ответу не пришел ты самостоя… — Это драконы? Максимилиан уже не скрывал своего напряжения — он бурил Илью ну очень уж интересным взглядом, и последний пожалел о заданном от нетерпения вопросе. — Ты слишком много знаешь для шпиона, — наконец ответил Макс. — Да, это драконы, но ответ на этот вопрос ты получил исключительно по моей душевной доброте и Фил об этом знать не должен, ясно? Парень шутливо пригрозил князю указательным пальцем, хотя Илья отлично понял, что это самая настоящая угроза. В следующую секунду он послушно шагнул в золотистую гладь и утонул в этом приятнейшем тепле, тотчас опускавшем его в сладкий сон. «Отдых», — в последний момент перед окончательным отключением подумал Илья, чувствуя под щекой мягчайшую перину, — «мне нужен нормальный отдых».