Вторая жизнь. Книга первая

      — Благодарю, мои дорогие! — Радостно воскликнул Шляпник, оглядывая причудливые водоросли и пёстрые ягоды. Однако потрёпанный вид Слендера и Сирены явно смутил его.— Небось, притомились с дороги? Может, чаю?              — Всё в порядке, дядя! — Сирена из последних сил выдавила улыбку. — Как-нибудь в другой раз.       — Тогда — счастливого пути! Воспользуйтесь дверьми, они мигом доставят вас домой!       Попрощавшись с Шляпником, уставшие Слендер и Сирена направились в уже родной сердцу дворец Рэдхарда, где их ждали горячая ванна и мягкая постель. Всю дорогу они провели в тишине, не было сил даже на раздумья. Эта небольшая, как показалось Сирене, вылазка повлияла на каждого по-своему. Сирена с радостью навестила друзей, прогулялась по любимым просторам родной цивилизации и прониклась ностальгией детства. Слендер же кардинально пересмотрел свои взгляды на жизнь. Страна Чудес безжалостно перекроила его, словно мясорубка, слепив из прежней начинки совершенно иное существо. Слендер понимал, что грядут серьёзные перемены, которые несомненно повлияют на его дальнейшую судьбу.       Но ему всё не давал покоя один вопрос: сможет ли он выдержать это испытание?

***

      Прошло больше недели с тех пор, как Слендер и Сирена вернулись из необычного путешествия. Обоим хватило суток, чтобы как следует отдохнуть и набраться сил.       Но, несмотря на отдых и прежние обязанности, они почему-то перестали проводить каждый день вместе, как прежде. Не то чтобы кто-то избегал другого, просто желание побыть наедине с собой было обоюдным. Совместное приключение подарило им не только незабываемые впечатления, но и бурю мыслей и чувств. И если Слендер, как ему казалось, мог разобраться со своими проблемами сам, то Сирене требовалась поддержка верных друзей. Она считала, что к объективному решению можно прийти, лишь проанализировав мнения с разных сторон.       — Значит, тебе кажется, что у тебя есть к нему какие-то чувства? — Подвёл итог Чешир.       — Наверное… — Бледные щеки Сирены снова залились румянцем.       — А как он себя ведет по отношению к тебе? — Поинтересовался Шляпник, помешивая сахар.       Сирена было собралась ответить, но её перебил недовольный Чешир:       — Я считаю, про него нужно забыть. Твой Слендер совершенно безнадёжен! — Ловко поймав чайную ложечку, которую ему кинула Соня, он принялся за опустошение баночки мёда.       — Не стоит быть таким категоричным, — голос Шляпника был на удивление строгим. — У каждого есть шанс стать лучше.       — Вряд ли он додумается им воспользоваться. Ты же видел его — самомнения выше крыши! — Звонкое помешивание мёда било по ушам.       — После чаепития он словно стал другим, — тихо вставила Сирена. — Я, правда, не знаю, что у него в голове творится, — говорила она, рассматривая бумажный кораблик, отправленный Марти в плавание по самодельной речке из чая.       — Видишь, Чешир! Что-то в нем меняется! — Воодушевлённо произнес Шляпник. — Соня, будь любезна, подай мне бумагу.       — Но, несмотря на мои чувства, все эти дни я стараюсь занять себя чем угодно, лишь бы не видеть его: не выхожу из комнаты, беру больше занятий, запираюсь в библиотеке, скрываюсь в саду… — После тяжёлого вздоха последовала пауза. — Я так устала от него, но не могу выкинуть из головы. Он мерещится мне повсюду.       — Думаю, вся причина в том, что ты бежишь от своих чувств, — облизав ложку, Чешир продолжил: — Поэтому и избегаешь его.       — Может быть… — Неловко признала Сирена, отведя взгляд.       — Долго это продолжаться не может, милая. Ты же понимаешь, — к плаванию по реке чёрного чая присоединился второй, не менее величественный бумажный кораблик. — Поговори с ним. Это лучшее решение.       В ответ Сирена лишь молча кивнула. Разговор с Чеширским Котом и Шляпником не дал чёткого и однозначного ответа на волнующие её разум и сердце вопросы. С каждым шагом по дороге в Рэдхард голову Сирены всё сильнее наполняли тревожные мысли. Она понимала, что разумнее всего поговорить по душам, но неуверенность в себе и страх столкнуться с отчуждением отдаляли её от цели все дальше и дальше.

***

      — В последнее время ты какой-то странный, — отпив чаю, поделилась Рунес. — Что-то случилось?       — Всё в порядке, — отстранённо ответил Слендер.       Бубновая Дама прекрасно видела его нежелание продолжать разговор, но её это ничуть не смутило:       — Снова дело в ней? — Слендер почувствовал тёплое прикосновение к своей руке.       — Не совсем… — Тяжело вздохнул он.       — Думаю, если она узнает правду, это лишь ранит ей сердце, — в голосе Рунес послышался подозрительный холодок. — Не лучше ли бросить всё и уйти из этой страны?       — Ты правда так считаешь? — Несмотря на способность к телепатии, Слендер не мог уловить истинных намерений Бубновой Дамы. Её подлинные чувства будто прятались за завесой других мыслей и эмоций.       — С ней ты теряешь себя, — тёплая женская ладонь нежно коснулась его холодной щеки. — Ты меняешься, а, значит, становишься уязвимым. Я помогу найти тебе новый дом. Но взамен пообещай, что навсегда забудешь дорогу во дворец.       — Я подумаю над твоим предложением, Рунес, — холодно ответил Слендер. Он чувствовал, что за её словами кроются какие-то тёмные мотивы. — Благодарю за чай, — встав с кресла, он быстро направился к двери, чтобы покинуть чужие покои, но голос хозяйки заставил его остановиться.       — Вы слишком разные, Слендер. Она не та женщина, которая тебе нужна.       Молча захлопнув дверь, Слендер поспешил уйти от насторожившей его Бубновой Дамы и вернуться в свою комнату в надежде обрести покой.

***

      Слендер с нетерпением ждал, когда всем этим странностям придёт конец. Он чувствовал, как его голова вот-вот взорвется от обилия мыслей. Единственным, что хоть как-то отвлекало его от реальности, была старая книжка, прошедшая с ним через детство и юность. Пожелтевшие страницы личного дневника хранили самые сокровенные мысли и воспоминания. Только ему он мог доверить свои переживания и чувства. Но разве способен дневник дать нужный совет? В отличие от Сирены, Слендер не привык активно делиться с кем-либо своими чувствами. Он считал, что сам найдет ответы на всё вопросы. Но, несмотря на многочисленные попытки утопить произошедшее в страницах дневника, Слендер лишь создавал себе иллюзию решения проблемы. Сирена не выходила у него из головы. Блестящие радостью изумрудные глаза, развевающиеся по ветру сиреневые локоны, искренний громкий смех, упрямый характер и детская наивность – все это преследовало его повсюду. Слендер понимал, что они с Сиреной – слишком разные, и чем сильнее он противился своим чувствам, тем больше жаждал её снова увидеть.       К счастью или же нет, его потаённые желания исполнились.       — Сирена? — Удивление резко перешло в возмущение. — Что ты здесь делаешь?       — Это правда?.. — Нахмурилась девушка, нервно сжимая раскрытую книжку.       — Какого чёрта ты трогаешь мои вещи?! — Слендер быстро подошёл к Сирене и выхватил дневник, ненароком порвав несколько страниц. — Вон отсюда!       — Я думала, это взаимно! — Сирена не собиралась уходить. — Ты жил здесь только из-за ссоры с отцом! И спал с Рунес! — Она возмущённо ударила кулаком по столу.       — Тебя это не касается! — Слендер резко прижал её к стене, отчего та ударилась головой. — Не смей лезть в мою личную жизнь!       — Касается! — Сирена не могла сдержать слёз. — Все это время… я думала, что нравлюсь тебе… а ты… ты просто пользовался мной! — Щёку Слендера обожгла резкая пощёчина.       Огонь от удара породил ужасный гнев, переполнивший больное сознание монстра.       — Да меня тошнит от одной мысли о тебе! — Сирена сразу же пожалела о своей выходке, когда почувствовала на своём горле холодную руку. — Только из-за Рунес и твоей матери я до сих пор живу в этом чёртовом дворце! Ты должна быть благодарна им за то, что вообще жива! — Она отчаянно впилась ногтями в его руку, которая с каждым словом сжималась всё сильнее. — Сколько же я терпел, дорогая Сирена! Все твои детские выходки, тупые родственники и друзья, постоянные истерики!.. — После тяжёлого вздоха воцарилась гнетущая тишина. — Моему терпению пришёл конец.       — Отпус…ти… — Её хриплый голос оборвался из-за резкого давления на горло. Слендер словно не замечал, как она, превращая его руку в кровавое месиво, задыхалась.       — Я больше не намерен здесь оставаться! — Гнев становился неуправляемым. — С меня хватит!       — Слен… — Послышался звонкий хруст.       — Лучше бы я сдох в том лесу! Любая смерть лучше жизни с тобой!       Её некогда теплые руки безвольно опустились вниз.       — Сирена?.. — От увиденного острая боль пронзила его грудь.       Любимые Слендером изумрудные глаза неподвижно смотрели прямо на него.       Но от былого чарующего блеска не осталось ни следа.