Вторая жизнь. Книга первая

"Space and time could come undone And with a blast create a conundrum Then particles of light could seethe And burn rainbows across the galaxy"

      — Тебе не кажется, что с появлением этих дивных созданий атмосфера во дворце явно преобразилась? — С некой тоской наблюдая за волнующейся поверхностью багрового вина, Мартин всем нутром отдавался красивой песне, вызывавшей в его душе странную ностальгию.       — Думаю, ты прав, — тяжело вздохнув, Сирена грустно перевела взгляд на Сандфорда, удобно устроившегося с любимой его сердцу Марго в Королевском саду. — Своими песнями они наполняют это место прекрасными воспоминаниями. Я уже и забыла, какой была моя жизнь до знакомства с ними.       Выдержав небольшую паузу, она продолжила:       — Мартин…       — Да? — Спросил он, не отрывая задумчивого взгляда от бокала.       — В будущем… стану ли я той самой причиной, из-за которой погибнет Слендер?

"The moon could crumble before our eyes Then break apart and vaporize The stars could explode and boil Earth's seas And rip the fabric of reality"

      После недолгого молчания Мартин взглянул на Сирену, исхудавшую за столь короткое время, потерянную в своих мыслях и снедаемую горьким стыдом. Краски и узоры на её белой коже поблекли, а изумрудные глаза более не сияли энтузиазмом и любопытством. Каждое движение сопровождалось тягостной неторопливостью, а голос, казалось, растворился в пустотах её обессилевшего тела. Само собой, столь разительные перемены не ускользнули от глаз обитателей дворца. Однако Сирена, привыкшая ловко прятать боль за весёлой улыбкой и обладавшая прекрасным умением слушать, виртуозно вводила всех в заблуждение, делая вид, будто дела обстояли наилучшим образом.       Впрочем, её обаяние действовало не на всех. Особой внимательностью отличался единственный мужчина, без которого её жизнь, как ей казалось, потеряла бы малейший смысл. Мартин, пусть и тайный житель замка, так же не стал исключением. Но, к его удивлению, Сирена не стремилась скрывать от него свои истинные чувства. Будто доверяя себя всеобъемлющей Вселенной, она делилась всем, что тяготило её существование. А он в свою очередь, как мудрый временник, терпеливо выслушивал приступы сдавливающего сердце плача и громкие вопли разъедавшей всё изнутри ненависти к себе.       Несмотря на глубокое сопереживание, Мартин на протяжении тысячелетий неизменно поражался этой пагубной мании существ — их зависимости от других, дорогих сердцу созданий. Пережив сотни потерь, он на горьком опыте научился воспринимать себя и тех, кто ему дорог, как нечто отдельное и независимое. Ведь рано или поздно пробьёт тот самый час, когда в душе зазияет пустота, а мокрая пелена слёз неконтролируемо размоет грань между реальностью и тёплыми воспоминаниями.       Тем не менее, смерть близкого — далеко не самое беспощадное испытание для вечно странствующего временника. Куда тяжелее знать точную дату разлуки и осознавать своё беспрекословное подчинение долгу — хранить и ни в коем случае не нарушать ход времени.       — Ты ведь знаешь, что я не могу ответить на этот вопрос, — отпив тёплого вина, Мартин перевёл взгляд на поющих роботов. — Даже если бы очень хотел.       — Я хочу быть собой, Мартин, — от его слуха не ушло нарастающее волнение в её голосе. — Но я боюсь, что снова натворю глупостей и поставлю под угрозу свою и его жизнь. Все во дворце знают о моей беспечности и наивном любопытстве. Как можно в этом мире, полном всего неизведанного и странного, быть равнодушным и спокойно сидеть на месте? Я не хочу из-за страха потери блокировать в себе то, что мне дорого, ведь без этого я напрочь потеряю свою индивидуальность.       Собравшись с мыслями, она помолчала.       — Меняться ради дорогих сердцу существ — это же не странно и не неправильно? Но что именно нужно изменить в себе, чтобы оставаться в гармонии с самой собой и никому не навредить?       Однако вместо желаемого совета последовала снисходительная усмешка:       — Что, хочешь в один миг получить ответы на вопросы, волнующие не одно поколение существ?       — Так и скажи, что сам не знаешь... — Отмахнувшись, Сирена перевела недовольный взгляд на бокал. — И когда ты успел всё выпить? Секунду назад он до краёв был наполнен вином.       — Неужели? — Смиренно улыбаясь, Мартин взглянул на блиставший под осенним солнцем сосуд. — Не знаю, само как-то вышло.       — А что, у временников и печень живёт вечной жизнью? Разве вы ничем не болеете? — Стараясь отвлечься от мучительных размышлений, Сирена устремила всё своё внимание на мужчину.       — Почему же? И болеем, и желаем, и влюбляемся — мы ничем не отличаемся от обычных существ. Однако через какие бы муки мы ни прошли, в конце нас ждёт очередное перерождение, — достав и открыв новую бутылку, Мартин в очередной раз наполнил свой бокал.       — Перерождение тоже бесконечно? — Наблюдая за обволакивающей стекло алой жидкостью, Сирена продолжала задавать ему вопросы.       — Конечно, но в том лишь случае, если значительно и неоднократно нарушил ход времени, — поставив бутылку на усыпанный мокрыми салфетками стеклянный столик, Мартин снова взялся за бокал.       — И что тогда?       — Казнь.

"Well I don’t care if all that happens Everything is fine as long as there’s a you and me"

      После недолгого молчания и странного испуга, овладевшего ею, Сирена вполголоса задала вопрос:       — Если оставить позади все страхи и отправиться в долгое путешествие, на пути которого нас будут подстерегать всевозможные испытания, встретим ли мы в конце перерождение?       — Вселенная не любитель изобретать для каждого явления очередной велосипед, Сирена, — отпив вино, он с улыбкой взглянул на неё. — Не раз убеждался на личном опыте, что параллелей в нашей жизни непомерное количество. Пока не выходишь за грань дозволенного и не игнорируешь множество шансов начать всё с чистого листа, каждого из нас ждёт перерождение, во всех смыслах этого слова.       — То есть мне следует оставить всё неизменным? — Она внимательно всматривалась в его лиловые глаза, пропитанные смиренностью и безысходностью.       — Сирена, никогда и ничего не может оставаться неизменным. В этом и заключается вся суть мироздания: мы и всё вокруг нас постоянно меняемся и перерождаемся. Как бы сильно ты ни переживала насчёт ваших отношений, тебя и Слендера ждёт одна участь — бесконечное изменение и перерождение, — он выдержал небольшую паузу. — Конечно, по мне не скажешь, что я живу припеваючи и наслаждаюсь каждым моментом своего существования; но в одном я уверен точно…       — И в чём же? — Не сводя глаз с Мартина, Сирена совершенно не заметила, как его бокал снова опустел.       — У вас обязательно всё будет хорошо.       И в очередной раз по блестящему стеклу прозрачного сосуда бушующими волнами разлилось алое тёплое вино.

***

"A lieutenant of the Navy Took his very first steps today Onto the ship that would become his new home He and his wife Had shared a very special goodbye When they kissed in the night underneath A star of their own"

      — Что за восхитительная песня исходит из столь удивительного прибора! — Воскликнул Шляпник, любуясь подаренным Слендером проигрывателем; к слову, это был сувенир из далёкой Имералии.       — Это шкатулка самого дьявола! — Упав со стула и стянув за собой атласную скатерть, испуганный Марти скрылся под столом и дрожащими руками зажимал уши.       — Посмотрел бы я на тебя, если бы перед тобой появился настоящий дьявол, — в голосе Слендера звучала явная надменность.       — В Параллельном мире, помимо других монстров, и дьяволы обитают?! — Перелезши через весь стол, Соня была вся во внимании.       — Соня! Что за манеры! — Скрывая своё нутро под маской строгости и безразличия, Слендер каждый раз при звуке доброго смеха Шляпника чувствовал, как по телу разливалось приятное тепло. — Немедленно слезь со стола!       — Но ведь дьяволы! — Весело воскликнула девушка. — Сирена постоянно выражалась подобным образом, когда что-то шло не по плану! А когда мы спрашивали, кто такие дьяволы, она рассказывала о страшных монстрах с рогами! — Подставляя указательные пальцы к вискам, воодушевлённо продолжала Соня.       — И постоянно отнекивалась, будто бы видела их только в кошмарах, — набравшись смелости, Марти всё же рискнул вылезти из-под стола. — Я уверен, её сны реальны!       — Хотите сказать, в Стране Чудес дьяволов не существует? — Нахмурившись, Слендер внимательно посмотрел на Шляпника.       — Вообще-то нет, — отпив горячий чай, Шляпник на секунду задумался. — Я слышал о них только от Сирены. Вы бы видели её в детстве, мистер Вуз: такой она была сказочницей! Каждый день рассказывала о своих воображаемых друзьях! О каких-то Насте и Юле, приятелях из «детского садика»; о маме, которая иногда возила её на работу и разрешала брать с «магазинных полок» что душе угодно… В общем, сплошной детский лепет, я так скажу.       — Многого я о ней, однако, не знал… — Погрузившись в мысли, Слендер отпил чай.       — Кстати, о вас… — Начал нерешительно Шляпник.       — Мы до сих пор в ссоре, — предвидя вопрос, кратко ответил он. — Я не собираюсь снова вестись на её манипуляции и бегать за ней хвостиком.       Шляпник, подобно Мартину, с самого начала внимательно наблюдал за ссорой влюблённых и, с высоты своего жизненного опыта, прекрасно видел причину всех недопониманий. Само собой, на первых порах мужчина не был намерен вмешиваться в отношения Слендера и Сирены и раздавать советы неподготовленным к правильным размышлениям головушкам. Несмотря на плохое самочувствие Сирены и упрямство Слендера, он уверенно считал, что каждый из них должен прийти к разрешению проблемы самостоятельно. Впрочем, понятие самостоятельности довольно обобщено: суть его в том, что поступки индивид совершает сам, но ведь никто не запрещает во благо достижения цели задать верное направление. Таким образом, на протяжении нескольких недель, выслушивая плач Сирены и грубость со стороны Слендера, Шляпник смягчал их душевные терзания и ждал подходящего момента, чтобы наконец наставить влюблённых на путь истинный.       Пока Шляпник ненадолго погрузился в свои мысли, откуда ни возьмись прямо позади Слендера раздался мужской голос:       — А мне казалось, тебе нравится потакать хотелкам своей любимой девушки.       — Чешир! Какие гости! — Добродушно воскликнул Шляпник, приветствуя повисшего на шее Слендера старого друга в облике кота.       — В следующий раз хотя бы постарайся меня напугать. Кошатиной за километр несло, — небрежно бросил монстр, укладывая себе на колени пушистое нечто.       — Сирена говорила, что очень скучает по тебе, — начал вдруг Чешир. — На её месте я бы давно бросил такого мерзкого грубияна, как ты.       — Хвала лесам, что она не пушистый и вонючий кот, — нежно поглаживая его по шелковистой шёрстке, Слендер не унимался и продолжал пререкаться с Чеширом.       — Чешир прав! — Неожиданно влезла в разговор Соня. — Разве мистеру Вузу не нравится защищать Сирену и радовать её своими подвигами?       — Что ты…       Не успел Слендер возмутиться, как его прервал Марти:       — Мистер Вуз пойдёт за ней хоть на край света, в этом я абсолютно уверен, — его голос был нарочито серьёзен. — И знаете почему? Потеряв свой родной дом, он нашёл новое пристанище в мире своей возлюбленной. Сейчас я всё покажу на примере! — Взяв молочник и расписанную узорами чашку с горячим чаем, Марти продолжил. — Представьте, что мистер Вуз — это молоко, а Сирена — горячий чай. А теперь внимание Все мы были свидетелями того, как Страна Чудес коренным образом изменила мистера Вуза; словно взяла молочник и добавила несколько капель молока в горячий чай, — параллельно своим словам он налил молоко в чашку. — И вуаля! От старого мистера Вуза не осталось и следа! Вы скажете, что он ведь так и остался молоком, и я с вами соглашусь — но! Сохраняя свою сущность, мистер Вуз растворился в горячем чае и больше никогда не сможет стать прежним молоком! — Он выдержал небольшую паузу и мрачно посмотрел на Слендера. — Если вы, мистер Вуз, пожелаете бросить Сирену, то выход из ситуации только один…       Не ожидая подобного поворота событий, все четверо гостей молча наблюдали, как с суровым взглядом Марти вылил содержимое чашки прямиком на стол.       — Глубоко… — Кивая головой, прокомментировал Шляпник.       — Со смыслом… — Задумчиво потирала подбородок Соня.       — Что, прости?.. — Один Слендер оставался в неведении относительно мысли, которую Марти пытался ему донести.       — Хватит строить из себя дурака! Если до тебя ещё не дошло, то Сирена — это твой новый дом, — строго начал Чешир. — Просто так уйти из него ты никогда не сможешь. Хочешь ты мириться или нет, ты должен взять себя в руки и поговорить с ней. Иначе вас ждёт та же участь, что и этого чая с молоком.       — Вы в своём уме? Это всё бредни сумасшедшего зайца! — Раздражённо отмахнулся Слендер.       Недовольно скинув с ног кота и резко встав из-за стола, он направился к выходу.       — Мистер Вуз, постойте.

"As the lieutenant gazed up And saw their star shining bright Oh so bright"

      — Вы обладаете тем качеством, которому позавидовал бы каждый из нас, а именно — телепатией. Чувствуя каждый оттенок её эмоций, вы куда лучше неё знаете, что на уме у этой странной девушки. Однако ваше подсознание, вырываясь на передний план, при каждой ссоре стремится показать истинное «я» и отстоять свои интересы. Позабудьте о нём, — говорил Шляпник.

"He knew it would guide him home When the time was right"

      — Будьте мудрее. Подобно молоку в горячем чае, растворитесь в её чувствах. Проникнитесь каждым всплеском эмоций и ищите ответы на ваши вопросы. Берите всё в свои руки, направляйте её порывы в нужное русло. Вам не следует слушать свои обиды и гордость, препятствующие взаимопониманию. Сами подумайте: вы же хотите услышать «Спасибо, Слендер, что всегда спасал меня и был рядом. Я ценю твою любовь и твои самопожертвования. Впредь я буду стараться думать наперёд и советоваться с тобой», разве не так?

"Well That'll be the way home"

      — Так постарайтесь услышать эти слова на языке её чувств. И тогда ссорам в вашей жизни никогда не будет места.

"Yes That'll be the way home"

      Оглушённый гулом собственных мыслей, Слендер совсем не заметил, с какой сумасшедшей скоростью ноги уносили его к любимой девушке, мир и создание которой он смело мог назвать своим новым домом.