Лишнее внимание (Нью-Йорк)

— Я даже не предупредил никого, что уезжаю с тобой. — Мы уже успели встать и пройти половину пути до выхода, мои сомнения то пропадали, то усиливались, отчего в голове я по сто раз менял своё решение. Не знаю, как Америку, но меня это уже достало. — А зачем кому-то знать? — этот ответ показался мне подозрительным, — и зачем нам чужое разрешение, мы что, зависим от них? Последние слова он выделил едва заметной злобой, отвращением, а может так вышло и не специально совсем. И я понял почему. Не думаю, что Штаты часто спрашивает или просит других о чём-либо, поэтому моя фраза затронула его эгоистичное эго. Но не в этом дело, просто если бы кто-то знал с кем я, то в моей пропаже знали бы кого винить. Так спокойней. Вот кто станет убивать человека, зная, что ты – единственный подозреваемый? Ну, я загнул, конечно, но смысл тот же! — Китай устроил бы истерику, — открывая дверь язвит американец, и снова не придерживает её, чтобы я смог успеть выйти вместе с ним. — А потом стал бы читать свои нравоучения, как он любит. Он по-любому меня наругает, как бы всё не сложилось. Я искренне надеюсь на то, что придумаю правдоподобную отговорку быстрее, чем тот узнает о том, где я был. Мне было лень толкать дверь руками потому что я уже убрал их в карманы, поэтому легонько пнул её ногой и быстро выскользнул наружу. На улице заметно потемнело, но ещё достаточно светло чтобы всё отлично видеть. Воздух свеж, а я сыт и доволен, казалось бы, чего не хватает, да? Жутко хочется домой. И почему только я решил, что выбраться так далеко от отеля вместе с всеобщим нелюбителем – хорошая идея? Класс, стоило поесть, как разум сразу просветлел! Мне с такой наивностью лучше вообще из комнаты не выходить... Россия, хватит утрировать, всё не так плохо! Неужели Америка не может быть нормальным!? Не узнаю, пока не познакомлюсь получше... Но мне сейчас очень не хочется... — Может продолжим завтра? — как бы невзначай тяну я, медленно плетясь следом за американцем. Он, пусть был на значительном расстоянии и почти дошёл до машины, услышал меня и развернулся. Видок у него был самый что ни на есть недовольный. — Ха, — импульсивно выпаливает он, надменно смотря на меня сверху вниз. Я на такой жест только уязвлённо, неуверенно отвёл взгляд в сторону. Понимаю, что веду себя глупо, но Штаты и сам какой-то странный. — Думаешь обхитрить меня? Ну уж нет, мы не поедем обратно, я всё решил. Мне оставалось только согласиться и сесть в машину. Огрызаться в ответ – меньшее, что могло помочь. И да, я бы стал избегать его и навряд ли бы поехал потом туда, куда он хочет. Америка тоже это понимает, поэтому не идёт мне навстречу. Но всё равно ответить можно было и не так злостно... На этот раз я устроился на переднем сидении, только Штаты уже не открывал мне дверь. Думал, наверное, что я сяду назад, но мне там уже надоело. Пристегнулся. Опять стала появляться паника. Вполне осознанная, и не без причины. — Почему ты вообще слушаешь его? — не успел загнать себя в дурные мысли, как Америка задал странный вопрос. Посмотрел на того, осторожно зачем-то отодвинувшись поближе к окну. Он про Китая сейчас, или я чего-то не понимаю? До этого он упоминал... — Ты о чём? — Китай, — Штаты резко повернул голову ко мне, — это из-за ССР? СС, С, Р. СССР?... Он на секунду замолк, обдумывая сказанное, а потом продолжил говорить как ни в чём не бывало. Я же не смог сдержать нервный смешок. Не знаю с чего вдруг меня рассмешило то, как он запнулся. — Ты доверяешь ему только из-за того, что они с твоим отцом были друзьями? Это так тупо, — Америка отвернулся. Похоже, это его уже давно мучает. Я понимаю, что у них были хорошие отношения, ну, в большинстве своём. Конечно, у двух союзников тоже могут быть разногласия, но я редко наблюдал ссоры между Китаем и отцом. Это нормально, что я тоже хочу поддерживать сотрудничество. Но дело не только в этом! — Вообще-то, — запротестовал я, — Китай – друг семьи. Я знаю его с малых лет и у меня есть основания чтобы доверять ему. Я посмотрел на дорогу через лобовое стекло, боясь, что мы задерживаем движение. — И я в любой момент могу попросить у него помощи или совета, разве это глупо? — не думал, что мне придётся оправдываться за такое. Америка моего мнения не разделил. — Просить помощи, — со смешком выдохнул он, — удел слабаков. Ты должен иметь своё мнение. Мы, наконец, выехали. — Вот именно поэтому тебя и считают эгоистом, — тут же вставил я, — в мире нельзя обойтись без поддержки. Мы одновременно покосились друг на друга и так же одновременно начали отстаивать свою точку зрения. В итоге никто не хотел прерывать свою речь, поэтому получилась какая-то белиберда. Я хотел доказать, что даже он сам хотя бы раз уступал своим принципам и принимал чужую помощь, но мог забыть это, а по его логике, он никогда никого ни о чём не просил. Замолчали мы тоже в один момент. Ну не может быть такого, чтобы он действительно всё время был сам по себе. — Да быть такого не может, — я всё же старался опровергнуть его слова, — без взаимопонимания нельзя нормально работать с другими. И развиваться тоже. — Я и без этого всего отлично справляюсь, — самодовольно ответил Америка, — и не боюсь кому-то не угодить. Если вдруг кто решит пойти против меня, ему же будет хуже. И если я делаю что-то для других, это имеет только деловой характер. Может это и так, но я совершенно не одобряю такой стиль жизни. Его не уважают, а боятся, поэтому не желают общаться вне политических дел. И именно поэтому ему надоело быть одному? В таком случае, не так уж у него всё замечательно. — А если у тебя появится серьёзный конкурент? — пришло в голову. Не хочу заканчивать этот разговор вот так просто. — Что ты тогда будешь делать? — Пфф, — американец дерзко улыбнулся и коротко высокомерно посмеялся, — и кто это может быть? Ты? Ахах. — Кто знает, — тихо, почти неслышно ворчу в ответ, поворачиваясь к окну. Не то чтобы прозвучало обидно, но я всё больше начинаю понимать тех, кто плохо о нём отзывается. Пока я и правда могу о таком только мечтать. А у меня ведь большие планы на будущее, только нужно поскорее приступать к их выполнению... Следующие минут двадцать я сидел молча, бездумно смотря на проносящиеся мимо многоэтажки. Мы ехали по тому же пути, которым приехали, поэтому я надеялся, что Штаты везёт нас "домой". У каждого светофора я следил за пешеходами, где-то вглядывался в рекламу и цветные вывески. На американца я почти не обращал внимания, но потом мне стало скучно. Настолько скучно, что уже и не страшно. — Куда мы едем? — размяв затёкшую шею спрашиваю я, не поймав момент, когда мы либо проехали отель, либо завернули не туда, куда я ждал. — Зачем ты спрашиваешь? — тот был слишком увлечён дорогой. Мне кажется, что Америка начал забывать, что едет не один. — А зачем ты спрашиваешь? — не придумав нормального ответа говорю я. — Ты всё равно увидишь, когда мы приедем, — его спокойной интонации можно позавидовать. Задумался о чём-то серьёзном? Сколько раз за день меняется его настроение? Даже не так. Сколько раз за час? За полчаса? Как так получается? Его не раздражают глупые вопросы, мне стоит беспокоиться? — Ладно, — пожимаю плечами, — тогда... Как долго ещё ехать? Уже темнеет, если ты вдруг не заметил. — Ещё пара кварталов, — в той же манере осведомляет тот, — я давно там не был, но это место много для меня значит. Если честно, не понимаю его. Какой смысл тащить меня туда? Мы знакомы сколько?... Несколько дней, так ведь? Не рано ли открываться, заводить серьёзные разговоры? Хотя откуда мне знать, может Штаты просто не хочет быть там один? Не стал отвечать. Такими темпами я ничего не выведаю, лучше послушно посижу чтобы случайно не разозлить его. Салон автомобиля выглядит очень круто. Я изучил буквально всё, уже потеряв надежду запомнить путь обратно. Стало намного темнее, зажглись фонари и свет в жилых домах. На меня напала зевота. Долгие поездки чересчур утомительные. Америка так и слова не проронил, пока не дал по тормозам, до этого съехав куда-то в низину. Я мгновенно приник к окну, замечая, что вокруг намного меньше построек. Стоило посмотреть в другую сторону и я заметил берег. Не похоже, что мы так быстро выехали за город, поэтому, предполагаю, это парк? Отстёгиваюсь, Америка глушит мотор и смотрит на воду. — Приехали. Да вижу я. — Пойдём.